Я держу тебя

Джу Вон внезапно проснулся посреди ночи с тошнотворным ощущением внутри. Он приоткрыл глаза и нахмурил брови, это противное чувство усилилось, как только сонная дымка в голове чуть рассеялась. Все еще лежа на боку лицом к Дон Сику, чуть поежился, когда тело пробрала непонятная дрожь. Ему не было холодно, мужчина все еще обнимал его поверх одеяла, хоть и не так сильно прижимая к себе, как изначально, но что то все равно заставило содрогнуться. Джу Вон не знал точно, но догадывался, что тот плохо спал последние дни, переживая за него, и, вероятно, сейчас уснул крепко впервые. Настолько крепко, что юноше кое как удалось незаметно выползти из под тяжёлой руки, внимательно следя, чтобы ненароком не разбудить. Ничего страшного не происходит, он не чувствует боли, кроме легкой головной, просто тошнота, которая время от времени мучила его с момента травмы. Об этом предупреждали. Он просто дойдет до туалета и ванны, чтобы ополоснуть лицо. Не шибко сложная задача? Подумал так Джу Вон, пока не сел и не опустил ноги на пол. Он снова вздрогнул, на этот раз уже от холода, будучи в тонкой пижаме и босой. Но это меньшая из его проблем. Как только молодой человек принял вертикальное положение, мир перед глазами снова грозился перевернуться кверху ногами, от чего его затошнило еще сильнее, и он уперся ладонями в матрац по обе стороны от себя. Зажмурился и постарался медленно вдохнуть, пережидая очередной приступ головной боли, ударившей в виски. Спать хотелось нещадно, глаза слипались, и даже в сидячем положении его шатало от слабости. Джу Вон уже подумал не рисковать врезаться в стену, самостоятельно добираясь до ванны, и лечь обратно под теплое одеяло к Дон Сику. Или все же лучше разбудить мужчину?... Тошнота ощущалась как то иначе. Не просто это тошнотворное, мерзкое чувство, которое надо переждать, размеренно дыша. Создавалось ощущение, словно внутри все скручивает узлом и одновременно пробирается выше к горлу. В постели, в объятиях Дон Сика так тепло и уютно... Спокойно и комфортно, он даже успел забыть, в каком состоянии находится, настолько хорошо ему было. В комнате тускло горел ночник, едва рассеивая сплошную темень, и, приоткрыв снова глаза и сощурившись, Джу Вон смог рассмотреть свои тапки, лежащие на полу буквально возле его ног. Обувшись, еще подумал несколько секунд, обернулся назад, посмотрев через плечо на спящего Дон Сика, и все же решил подняться самостоятельно. Это оказалось не так сложно, как он думал. А потом сделал первый шаг и понял, что пробираться через коридор придётся, опираясь на стену, иначе следующий шаг будет менее успешным. Ноги дрожали. Джу Вон сейчас был неимоверно рад небольшим размерам спальни, ему было достаточно опереться рукой о рядом стоящий шкаф, шагнуть чуть шире еще раз, и он уже цепляется за дверной косяк. Пустой коридор встретил его звенящей тишиной и тьмой, но юноша высмотрел едва выделяющуюся, приоткрытую дверь ванной комнаты. В ушах шумело, голова кружилась, даже дышать тяжело, и от каждого вдоха ком к горлу подступал все выше. Он пытался сглотнуть, чтобы избавиться от этого чувства, но тогда во рту появлялся мерзкий привкус рвоты, от которой сердце начинало биться панически. Джу Вон не хотел этого делать. Не хотел, чтобы его выворачивало наизнанку, одна мысль уже наводила на него тревогу, но ощущение в животе и горле настойчиво давало понять, что еще немного и из него все внутренности выйдут наружу. Он сглотнул еще раз, сделал шаг, стало только хуже. С каждым новым шагом ему казалось, что укачивает все сильнее. Кое как дойдя до ванны, не глядя ткнул по выключателю и тут же зажмурился, склонив голову, прячась от слепящего яркого света. Подождав несколько секунд и проморгавшись, но продолжая щуриться, Джу Вон прошел к раковине и вцепился в нее пальцами. Он думал, что просто умоется прохладной водой, подышит и вернётся в кровать. Но не тут то было. С каждым вдохом внутри что то екало, урчало, и он чувствовал, как во рту скапливается слюна. Как на зло дыхание, от постепенно накрывающей его паники, становилось все быстрее, и каждое движение провоцировало рвоту все сильнее. Но он не хотел! Он не хотел этого! Пожалуйста, нет... Не надо... С детства избегал всего, что могло спровоцировать тошноту и раздражение желудка. Никогда не пил столько, сколько пили остальные и потом лишались всего выпитого и съеденного с тошнотворными звуками и ощущениями. Даже если были хоть какие то намеки на рвоту, он предпочтет скривиться от отвращения и проглотить ком в горле, чем позволит этому выйти наружу. Это отвратительно, мерзко и болезненно, ему хватило одного раза почувствовать все, мучаться от раздраженного горла, чтобы после избегать всю оставшуюся жизнь. И это долго удавалось до сегодняшнего дня. В этот раз тошнота была в разы сильнее, провоцируемая непрекращающимся головокружением от травмы. Джу Вон закрыл глаза, чтобы не видеть свое испуганное, опухшее лицо в зеркале, и рефлекторно задышал ртом, почувствовав, как скопившаяся слюна начала стекать по губам. Ее было слишком много, организм сам готовился к тому, чего он так пытался избежать, против его воли. Юноша содрогнулся всем телом, когда его настиг первый рвотный позыв, но снова воспротивился, вместо этого ощутив, как на глазах выступили слёзы. Не от страха, он не знал, почему, но следом и нос заложило. Ему ничего не оставалось, кроме как продолжать дышать ртом, сглатывая, но слюна продолжала скапливаться и стекать, сплевывать было бесполезно. Джу Вон все таки открыл кран дрожащей рукой, приподняв тяжёлую голову, и случайно глянул на свое отражение. Он выглядел именно так, как и чувствовал себя. Жалкий, бледный, с мокрыми от глупых слез щеками и пересохшими губами. Еще недавно чистые волосы растрепались и торчали во все стороны, частично скрывая глаза, но он все равно видел, как они слезятся и панически смотрят на него в ответ. Чего он так боится? Почему это наводит такой страх до дрожи в коленях, словно ему снова 5 лет? Он ведь знает, что если организм сам очистится, почти мгновенно станет легче. Знает. Ему далеко не 5, не 15 и даже не 25, но ситуация все та же. Что мальчик тогда, испуганный и болеющий, один на полу в ванной посреди ночи, что сейчас. Один в один, но в этот раз он сам себя в нее вогнал. Почему не разбудил Дон Сика? Ведь в любой момент мог это сделать, даже если ничего не произошло, если ему не стало резко плохо. Мог разбудить его даже просто потому, что стало страшно, чтобы не быть одному. Это же Дон Сик. С ним никогда не страшно. Глаза сильнее защипало, прям до боли. Джу Вон попытался протереть их, чтобы не болело так сильно, но сделал только хуже. Пришлось промыть водой, иначе вообще не мог открыть их. Тело повторно содрогнулось, и он снова вцепился в раковину, словно она могла помочь ему удержаться на ногах. Состояние только ухудшалось с каждой секундой, рот заполнил этот мерзотный, рвотный привкус, заставляющий его кривиться, сжимая зубы. Он сплюнул горькую желчь, но она тут же вновь подступила к горлу. И не только она. Очередной рвотный позыв, и Джу Вон бросился в сторону. Ноги подкосились, и он упал с размаху на колени, уперевшись ладонями в унитаз. Его должно было стошнить, вывернуть наизнанку, но... Но ничего не произошло. Страх оказался сильнее, и рефлекс не сработал, юноша даже не понял, как и когда подавил его, но уже успел пожалеть. Если бы его просто вырвало здесь и сейчас, если бы тело избавилось от всей дряни внутри, ему уже стало бы гораздо легче в тот же момент. Но нет. Пришлось склониться, сдерживая рыдания, рвущиеся наружу, его трясло. Из глаз глупые, бессмысленные слёзы, за которые он испытывал стыд, из заложенного носа текло, и это смешивалось со слюной на подбородке и капало вниз. Джу Вон было потянулся рукой, вслепую найдя туалетную бумагу, чтобы стереть это все с лица. Он давно уже не чувствовал такого отвращения к себе, но сейчас, стоя на коленях перед унитазом, не в состоянии контролировать собственный организм и грязные выделения, чувствовал только мерзость. В глазах плыло, виски сдавило от подскочившего давления, и головная боль ударила с новой силой. Сердце билось, как бешеное, заставляя сотрясаться всем телом. Сейчас он как никогда жалел, что Дон Сика нет рядом. Мужчина бы не стал отговаривать его, но успокаивающе погладил теплой ладонью по дрожащей спине, утешил и помог успокоиться достаточно, чтобы у него не холодели конечности от страха неизбежного. Придержал бы поперек груди, дав опереться на себя. Джу Вон лишил себя этого, и помощи, и поддержки, но невероятно сильно хотел, чтобы мужчина чудесным образом оказался рядом с ним, несмотря на то, каким жалким и слабым сейчас выглядел. Он бы смог пережить это унижение в обмен на ощущение тепла за спиной. Только юноша вдохнул чуть глубже предыдущего, как его все таки скрутило от спазма, вынудив согнуться пополам. Не успел сделать новый вдох, снова настигла рвота. Он закашлялся, бессильно уперевшись лбом в сливной бак, чувствуя , как дрожат руки от слабости. Во рту остался ужасный, горький привкус, который не получалось сплюнуть вместе со слюной, а от глотательного рефлекса становилось хуже. Джу Вон жадно хватал ртом воздух в попытке отдышаться, но в итоге спровоцировал новый позыв, уже не в силах сопротивляться. По лицу продолжали течь слезы, полностью лишая зрения. Казалось, внутри все перевернулось вверх дном. Он снова закашлялся, отхаркивая остатки, пытаясь максимально избавиться от чего бы то ни было во рту, чтобы лицо перестало болезненно кривиться. В итоге, не выдержав, сел на колени и опустился головой на предплечья, сложенные на бортик унитаза. Сил не хватило на то, чтобы поднять руку и нажать на смыв, наоборот. Привстал, но его увело в сторону, и Джу Вон уперся в стену, поджав колени и забившись в угол. Глаза слипались, спать хотелось ужасно. В голове то и дело всплывало ощущение мягкого одеяла и теплого, родного тела. В груди ворочалось отвратительное чувство жалости. Он не понял, сколько просидел так, дрожа на холодном полу и обняв себя руками, надеясь, что на этом все закончилось, когда услышал шаги за дверью. *** Дон Сик в полудрёме пошарил рукой по кровати, желая обнять больного юношу крепче и прижать к себе, но понял, что никого рядом нет. Это мгновенно заставило его проснуться и открыть глаза, чтобы не увидеть ничего и никого. Мужчина не запаниковал, по крайней мере, постарался не запаниковать и не вскакивать сразу с кровати. Он сощурился и осмотрел еще раз кровать, а затем и спальню. Джу Вон мог встать по разным причинам, в туалет или на кухню за водой, а, может, просто не спится. Любая из этих причин ни капли бы не встревожила его, если бы не одно "но". Был велик шанс, что юноша не дошел туда, куда хотел, а упал в обморок на пол пути, и именно поэтому у Дон Сика сон как рукой сняло, и он, недолго думая, поднялся с постели. Его самого чуть пошатнуло, но стоило проморгаться и все. Отоспится позже, как только вернет партнера с травмой головы обратно в кровать и убедиться, что тот в порядке. Незамедлительно в голове встал вопрос: "Почему Джу Вон не разбудил его?'' Если захотел пить, есть, в туалет или просто почувствовал себя плохо, он должен был разбудить его, они же говорили об этом. Плевать, если Дон Сик выглядел слишком опекающим, благополучие упрямого мальчишки было важнее. Мужчина вышел в коридор, первым делом обернулся в сторону ванной и тут же заметил полоску света. Тихо пройдя к двери, он остановился. Та не была закрыта на защёлку, но Дон Сик все равно не стал заходить без спроса, Джу Вон хоть и не запирался, но не любил, когда его внезапно прерывают. Первые время он постоянно забывал об этом и подвергался гонениям "ссаной тряпкой", пока молодой человек не надрессировал его стучаться. Вот и сейчас первым делом Дон Сик легонько постучал костяшками пальцев, несмотря на нетерпение и лёгкую тревогу глубоко внутри, которую он в любом случае не смог бы подавить. Ответа не последовало. - Джу Вон? Ты в порядке? Молодой человек по ту сторону вяло встрепенулся, приподняв голову и посмотрев на дверь. Это Дон Сик? Верно? Ему же не показалось... Вновь последовал стук чуть громче. - Можно войти? Джу Вон было открыл рот, чтобы подать голос, но ничего не вышло, охрип и оказался едва слышен из воспаленного горла. Он вдохнул, чтобы попытаться еще раз... - Я вхожу. Не услышав ни разрешения, ни сопротивления, встревожившись еще сильнее, Дон Сик без промедлений открыл дверь и тут же замер. Сердце екнуло от того, что увидел. А увидел он юношу, сжавшегося в калачик на холодном полу в углу комнаты. Мужчина разом как будто сдулся, опустив напряженные плечи, успокоившись, что Джу Вон в сознании, хоть и выглядит жутко уставшим и потрепанным. Кожа бледная, почти серая, волосы растрепанные и, казалось, слегка влажные, скорее всего, от пота. Дон Сик смотрел на него, а на него в ответ смотрели большими, слезящимися красными глазами. Щеки тоже чуть покрасневшие и мокрые от слёз. Мужчина сделал шаг немного в бок, чтобы лучше видеть, и вгляд жалостливых глаз последовал за ним. Джу Вон так смотрел, не отрываясь, так цеплялся за него, у Дон Сика в груди все сжалось от его несчастного вида. - Джу Вон, милый, что... Хотел было уже опуститься перед ним на колени, но взгляд случайно упал в сторону на открытую крышу унитаза, и вопрос отпал сам собой, все сразу стало ясно. Он протянул руку, нажав на смыв, не отводя взгляда от Джу Вона, который, наоборот, как то стыдливо склонил голову. За что он стыдился? Что его стошнило? Или... Неужели его присутствие так смущает? Юноша и правда словно сильнее сжался, став еще меньше размером, когда он сел перед ним на пол. Дон Сик заглядывал ему в глаза, а тот прятал их. - Маленький мой, ты чего? Чего прячешься от меня? Мужчина взял его лицо в теплые ладони и чуть приподнял, улыбнувшись, когда Джу Вон снова посмотрел на него. Сколько страха вперемешку со смущением было в этих глазах, а еще... Надежды? Юноша вцепился в него взглядом так, словно он единственное спасение и оплот спокойствия во всей тревоге и страхе, что его окружали. Хотя почему "словно"? Так и было. - Тебе полегчало? Болит что то? Дон Сик говорил так тихо, так спокойно. По доброму улыбался, успокаивающе поглаживая по холодным щекам. Не торопил, а терпеливо ждал его заторможенную реакцию. Вот оно, это именно то, чего Джу Вон так сильно хотел какое то время назад и сейчас тоже. Просто доброго, спокойного мужчину, просто его теплые, заботливые руки, которые не требуют, не давят, а поддерживают. Глаза, в которые хочется смотреть, несмотря на внутренний стыд. Пока юноша молчал, то ли собираясь с силами, то ли в целом не собираясь отвечать ему, Дон Сик дотянулся до раковины, смочив краешек полотенца тёплой водой. Он аккуратно вытер подбородок Джу Вона, промокнул глаза и очистил слегка замаранный ворот пижамной рубашки. - Лучше, правда? Милый... Не успел молодой человек ничего ответить, глаза снова наполнились глупыми слезами, и тот сморщился, хотя не отвел взгляд. Улыбка мужчины слегка дрогнула от такой его реакции, но сохранилась, и он потянулся к нему, раскрыв руки и привлекая к себе. - Ну что же ты? Тише-тише... Маленький мой, все хорошо. С тобой все хорошо. Джу Вон не понял, чего так испугался и почему так отреагировал, однако, будучи один, по большей части, сдержался. Но как только рядом появился Дон Сик, принеся с собой заботу и утешение, эмоции тут же потребовали выход, и он судорожно выдохнул в его объятиях, дрогнув в плечах, которые тут же плотнее обняли. Юноша прижался сильнее, радуясь теплу, которого так не хватало, пока сидел на холодном полу, опираясь спиной о такую же холодную плитку на стене. Ему больше не было стыдно или мерзко, эти ощущения и эмоции пропали почти сразу, как только мужчина оказался рядом и никак не отреагировал негативно на происходящее. Оказывается, эмоциональное состояние Джу Вона сильно зависело от реакции Дон Сика, успокаивался он тоже вместе с ним. - Джу Вон, ты как? Стало легче? Тот кивнул ему в плечо, но снова закашлялся от заложенности носа. Мужчина как будто хотел что то сказать, но перед этим смиренно вздохнул. - Какой же ты... Глупый растяпа. -его крепче прижали к себе, погладив по голове, приглаживая торчащие пряди. В пору было обидеться на такое, но наоборот заставило улыбнуться. В словах не было упрека или снисхождения, только родное тепло и нежность, которые каждый раз и побуждали открыться. Дон Сик снова потянулся за небольшим полотенцем и поднес к его лицу. - Дуй. - Не надо, дай я сам... - А ну дуй в платок, говорю! Джу Вон насупился, но сделал, как сказали, не в состоянии отбирать у того кусок ткани. В носу все еще хлюпало, но дышать стало легче. - Еще и на холодном полу сидит в тонкой пижаме, ну что за дите малое! Юноша поджал в легком смущении губы, сдерживая улыбку и слушая это бессмысленное ворчание, и на секунду опустил взгляд. А когда поднял, не понял, что происходит, потому что мужчина вдруг решил... раздеться? Снял с себя кофту, оставшись в одних штанах, и посмотрел на него. И, видя его недоумевающее лицо, даже не стал ничего объяснять, просто молча надел свою кофту уже на него. Опомнился Джу Вон только тогда, когда его руки просовывали в рукава. - Ты что?... - Ничего. Дон Сик натянул теплые рукава юноше до кончиков пальцев, и тот сразу укутался сильнее. Совсем продрог. На молодого человека было больно смотреть. Несчастный, напуганный, истративший последние силы, все еще шмыгающий хлюпающим носом. Он не хотел рисковать и заставлять его подниматься сейчас, да и Джу Вон как то не спешил. Лучше подождать лишние несколько минут, пока внутри все устаканится, рвота, как правило, сильно изматывает весь организм в целом. Скорее всего, его все еще тошнит. Хорошо, если это единственное, что беспокоит. - Как ты себя чувствуешь? - Дон Сик придерживал его за плечи, легонько потирая. - Больно? Тошнит? Юноша приоткрыл рот, но вместо ответа выдавил из себя дрожащими губами совсем другое. - Обнимешь меня снова? Джу Вон так... Смотрел на него. Не отрываясь, хлопая этими своими щенячьими глазками, словно он мог в любой момент уйти. Как будто теперь это единственное, что его волновало. Дон Сик снова вздохнул и чуть улыбнулся, раскрыв в приглашении руки. - Конечно, солнце. Иди сюда. Юноша вдруг даже поменял позу и сел боком, поближе к нему, лишь бы прижаться как можно сильнее. Сжался в комок и просто облокотился ему на грудь, все еще чуть подрагивая. Он не понимал, почему, как только рядом появлялся Дон Сик в какие то тяжелые моменты или периоды болезни - то есть, грубо говоря, всегда - его одолевало такое состояние. Какое то... Поведение по детски наивное? Нелогичное и эмоциональное. Словно какая то закрытая часть личности вырывалась наружу. Хотелось, чтобы пожалели, утешили и сказали, что все будет хорошо. И обняли. Дон Сик приносил с собой это все. Тепло, заботу и чистое понимание без слов. Не раздражался и не злился, что Джу Вон в третий раз игнорирует его вопрос, а жалостливо смотрит. Только терпеливо и смиренно вздыхал, продолжая утешать, как только может. Раньше молодой человек не верил в существование такого. Или что, по крайней мере, может каким то образом относиться к нему. Что найдётся кто то, кто мягко утрет слезы с щек, по доброму улыбнется и одним своим видом скажет - выдохни, ты в безопасности. Воспримет твои просьбы не как капризы, а как то, в чем ты, в данный момент, по настоящему нуждаешься. Рядом с Дон Сиком не нужно повторять в голове по несколько раз то, что собираешься сказать вслух, продумывать каждый следующий шаг, с ним вообще не хотелось думать. Джу Вон не понимал, за что ему достался этот человек, за какие такие заслуги, но цеплялся за его любовь как только мог. И надеялся, что сам в ответ отдает не меньше. Ему все еще плохо, мутит, холодно и болит голова. Но Дон Сик рядом, значит, все это неважно. В душе ему хорошо. - Меня... Тошнит все еще. Но мне легче, правда. - он тихо бубнил ему в плечо, но верил, что мужчина понял его слова. - Рад это слышать. Но Джу Вон... Почему ты не разбудил меня? - Дон Сик, правда, искренне задавался этим вопросом и надеялся услышать ответ. - Потому что... Я... Я не знаю. Не знаю, почему решил не делать этого. - он тут же вспомнил, как, сидя на кровати, обернулся на мужчину, который раз подумав рассказать ему все. Но почему то не стал. - Джу Вон-а... - Наверное... - юноша не знал, какие слова подобрать. - Просто не думал, что так получится. Что мне резко станет так плохо. Если бы почувствовал сразу, то разбудил, честно! - Ты должен был разбудить меня в любом случае, мы же договаривались. - Извини. Дон Сик почувствовал, как Джу Вон ткнулся губами ему в руку, и сам чуть склонился, чтобы мягко поцеловать взмокший висок, да так и остался сидеть, укрыв его собой сверху. - Я просто переживаю, ты же знаешь. - Знаю. Конечно, знает. Сам не так давно был на его месте и от каждого хриплого вдоха мужчины ловил приступ паники. Тревога так и вовсе была неизменным спутником. Как бы странно это не звучало, но повезло, что он уже успел почувствовать на себе роль заботливого партнёра... Всем от этого было легче. Дон Сику не приходилось мучаться с брыкающимся Джу Воном, а Джу Вон, в свою очередь, не испытывал чувство вины или стыда. Ну разве что сейчас немного. И то, это был не стыд, а, скорее, смущение. Но и оно в любом случае не помешало ему так сильно стремиться в объятия мужчины. - Спасибо, что пришел. - он чуть пошевелился и зачем то обнял Дон Сика за руку, прижав ее к себе и судорожно вздохнув. Было так невероятно приятно находиться в коконе из его тёплых рук, вообще не хотелось шевелиться. Конечности ощущались таким ватными, тело словно резко обессилило. Он практически мог ощущать дрожь в коленях, ни капли не напрягаясь. - Разбуди ты меня, я был бы с тобой все это время. - Да понял я! Джу Вон готов был поспорить, что мужчина ухмыльнулся в ответ, но почувствовал, как тот выдохнул, словно сам только сейчас начал успокаиваться. - Правда, стоило разбудить тебя. В моменте, я очень пожалел, что тебя нет рядом. Только и думал о том, чтобы ты пришел. - голос опустился до усталого шепота, пока совсем не стих. Сил и так не было, он едва поднялся с кровати самостоятельно впервые за 4 дня, а сейчас и вовсе последние иссякли. Юноша не знал, как мужчина поднимет его на ватные ноги, но на него была вся надежда. - Ох, милый мой. - Дон Сик положил свободную руку молодому человеку на голову и снова прижался губами к макушке. - Совсем мы не можем друг без друга, да? Джу Вон по прежнему скрывал нижнюю половину лица на плече, сжимая его руку в тисках, и помотал головой из стороны в сторону. Они посидели еще несколько секунд в тишине, пока мужчина поглаживал его по волосам. Было тихо, очень. Конечно, на дворе глубокая ночь. Только лампа под потолком едва слышно гудела, создавая фоновый шум точно такой же, как и несколько часов назад, когда Дон Сик намывал его здесь. Он был таким радостным в тот момент, довольным. Ему было очень хорошо от начала, когда буквально кормили с ложечки из-за упрямства, и до конца, когда убаюкали, прижав к груди. Пока все не пошло наперекосяк. Хотя... Джу Вон прислушался к себе. Не так уж все и плохо. Определённо, стало легче за последние полчаса, или сколько прошло с момента, как содержимое желудка покинуло его. Да и Дон Сик... Рядом был Дон Сик, согревая и утешая теплыми объятиями. Ему почти что хорошо, еще немного и точно станет хорошо. Размеренное сердцебиение у себя под ухом успокаивало. - Пойдем в кровать? - Джу Вон уже засыпал на глазах, обнимая его за руку. Взрослый, крепкий юноша, а ощущался в объятиях всегда таким хрупким, словно можно как пушинку подхватить и отнести в спальню. Тот что то промычал, крепче сжав за руку, но его этим не проймёшь. - Да, давай. Поднимайся, хватит на холодном полу рассиживаться. Еще простыть не хватало. Дон Сик подхватил Джу Вона подмышки, дав облокотиться на себя, а он обнял за шею. Его потряхивало и шатало, словно пьяного. - Аккуратно. *** Доковыляв до спальни в две с половиной пары ног, мужчина усадил юношу на кровать и склонился, заглядывая в мутные, сонные глаза. Джу Вон вяло моргал в ответ из под полуприкрытых век. Дон Сик осмотрел его лицо и заметил легкую испарину на лбу. Конечно же, у них сейчас нет жаропонижающего, но вряд ли температура настолько высокая. Молодой человек снова медленно моргнул, пристальнее посмотрев, и он расгладил нахмуренные брови, улыбнувшись ему. - Давай, милый, ложись в постель. Джу Вон послушно лег на спину, но по прежнему не отрывал от него взгляд. Даже если Дон Сик на секунду отвлекся, поправляя одеяло, младший продолжал смотреть на него, следя не за действиями, а за глазами, еле заметно улыбаясь. Словно не мог нарадоваться самому факту его наличия здесь. Мужчина аккуратно поправил ему одеяло на груди, а тот наоборот попытался подтянуть выше. - Нет-нет, Джу Вон-а, не кутайся. Ты температуришь. - он накрыл его руки своими, останавливая, взамен получив жалостливый взгляд, словно удар ножом в сердце. - Но мне холодно. Дон Сик вздохнул, поджав губы. - Сейчас вернусь. Джу Вон сощурился и уставился в темный проем, где скрылся мужчина, в ожидании. И через пару минут он вернулся с чашкой с водой, маленьким полотенцем и клетчатым пледом, который молодой человек первый раз видит. Где его откопали? - Снимай кофту. - Зачем? - он сжал пальцами мягкую ткань у себя на груди, не желая расставаться с ней. - Если хочешь укрыться по плечи, то надо раздеться, и я принес лёгкий плед, вместо одеяла. Тебе нельзя перегреваться. И давай-ка не капризничай, верни мне мою кофту. Юноша насупился, но все таки поднял руки вверх, когда Дон Сик начал стягивать ее с него и одеяло заодно. Ему тут же стало еще холоднее, мурашки пробежали по коже, но в его владения уже отдали плед, как и обещали. Странный, старый, но такой мягкий и легкий. Джу Вон укутался в него сразу же, как только мужчина расправил его, заодно подоткнув со всех сторон, и перевернулся на бок лицом к нему. Он ждал, что Дон Сик ляжет, но тот почему то не торопился этого делать, а положил руку ему на голову, поглаживая. - Все, маленький мой, закрывай глаза и засыпай. Услышав это, Джу Вон грустно и вопросительно заломил брови. - Ты что же, не ляжешь со мной? - он так сильно хотел прижаться к теплому боку. Что это все значит? - Я прослежу, чтобы твоя температура спала, а не поднялась еще выше. Юноше было сейчас плевать с высокой колокольни на эту температуру, слова проходили мимо логической части его сознания. Он просто хотел мужчину рядом с собой. Вот зачем так его расстраивать? Ему и так плохо. Дон Сик практически мог видеть, как в голове Джу Вона крутятся шестерёнки, и тот пытается придумать, что бы сказать такого упрямого в ответ. - Я же тут, с тобой. Совсем рядышком, солнце. - юношу этот ответ, очевидно, не устроил. - Можешь лечь ближе к краю и положить голову мне на плечо, обниму тебя, как в больнице. Больной, но явно повеселевший, Джу Вон охотно сполз ниже, отказавшись от подушки, и лег, как ему и сказали. Дон Сик обнял этот холодный, дрожащий комочек и почувствовал, как ему в шею расслабленно вздохнули. Тогда в больнице он сидел, согнувшись в три погибели, и долго бы так не высидел, однако на полу проще. А сейчас подтянул сползшее одеяло обратно на поджатые плечи и погладил по спине. Ночь будет долгой, но он проследит, чтобы Джу Вон спокойно уснул, хотя у самого глаза слипаются. - Доволен? Хитрюга. - если это не улыбка юнца, коснувшаяся его шеи, Дон Сик поспорит. *** Прошло какое то время, когда Джу Вон начал всерьёз засыпать, как резко дёрнулся и нахмурился от холодной ткани, коснувшейся лба. - Чш-ш-ш. Тише, все хорошо. Он не сразу понял, где, кого и что происходит, но в то же мгновение дошло, что это Дон Сик положил ему холодный компресс. Да и не такой уж холодный, в общем то, но в полудрёме показался ледяным. - Легче? Хочешь пить? Согрелся? - Ммм. Ничего не хочу, просто будь со мной. - мужчина и правда порой был хуже курицы-наседки, но юноша все равно хотел только, чтобы он был рядом. Пусть и дальше суетится и ворчит по пустякам. Один ворчит, другой капризничает. *** В конце концов, холодный компресс не помешал больному юноше уснуть. Дон Сик обтирал его на протяжении более получаса, пока температура хотя бы наощупь не начала приходить в норму. Он не собирался спать, правда. Хотел еще как минимум пару часов понаблюдать за его состоянием, просто... Чуть склонил голову. Не собирался спать. Хоть и так жутко устал. Джу Вон успокоился, но теперь его начало потряхивать. Дон Сик не спит, всего лишь опустит тяжёлую голову на матрац, поближе к кончикам пальцев молодого человека. Всего то. *** Джу Вон приоткрыл глаза, от чего то снова проснувшись. Не от тошноты или головной боли, просто в какой-то момент открыл глаза и увидел перед собой копну волос. Пару раз моргнул и понял, что это Дон Сик. Он все еще сидел на полу возле него, держа в одной руке влажное полотенце, а другую подложив под голову на матрас. Уснул прям так на коленях. Молодой человек захотел сначала разбудить его, чтобы он, в конце концов, перелег к нему на кровать, но передумал. Мужчина, наверняка, совсем недавно отключился от усталости, и разбудить его снова означало не дать ему поспать вообще. Казалось, он волновался о нем сильнее, чем нужно, которую ночь не смыкая глаз, как его выписали, и только сейчас смог уснуть. Джу Вон аккуратно выпутал руку из одеяла и положил ее ему на голову, медленно поглаживая. Дон Сик, кажется, пробормотал что то и даже чуть приподнялся, но он настойчиво заставил его обратно опуститься на кровать. - Спи уже хоть так. Юноша даже укрыл его одеялом, до куда смог дотянуться, не вставая. У него не было лишних сил, но если бы были, он бы улыбнулся, потому что в груди от такой картины потеплело. Даже как то полегчало сразу от знания, что о нем не только заботятся, буквально сдувая пылинки, но и стоят на страже его сна. Или сидят, как в данном случае. Джу Вон правда все еще привыкнуть к этому не мог. Воспоминания во время болезни за прошлые годы жизни не имели ничего, кроме ощущения грусти, боли и бессилия, когда даже принести стакан воды попросить некого. Но, несмотря на странность происходящего с его стороны, ему приятно, очень. А еще спокойно. В груди больше не было этой всепоглощающей пустоты, Дон Сик заполнил ее до краёв самим собой, своей чуткой заботой, нежеланием оставлять его одного без присмотра. Если бы Джу Вон попросил его провести с ним весь день в кровати, используя грудь вместо подушки и грелки, а объятья, вместо одеяла, мужчина бы без раздумий согласился, а перед этим принес бы завтрак в постель. Он и так уже делал это, принося и завтрак, и обед с ужином. Джу Вон мог бы поесть и за столом на кухне, даже настаивал на этом первый день, как они вернулись домой. Но долго держаться в вертикальном положении для него было ещё трудно, и ему пришлось это признать. Дон Сик продолжал манипулировать им, напоминая, как Джу Вон вел себя, когда ухаживал за ним, вынуждая его вспомнить, насколько сильно сам трясся над мужчиной. Сыграло на руку всем, что юноша уже прочувствовал на себе роль заботливого партнёра, стоило лишь напомнить, чтобы у него даже мысли не возникало выкобенивается и отрицать необходимость заботы о себе. Джу Вон сдался быстрее, чем оба ожидали, с наслаждением и спокойствием подставляя голову под нежную руку. Его внезапно одолел зевок, от чего слёзы проступили на глазах. Вяло протерев их костяшками пальцев, он все таки чуть улыбнулся, продолжая смотреть на спящего мужчину, чувствуя, как самого снова накрывает волна сонливости. В тишине комнаты раздавалось разве что тихое, сонное дыхание и долетали кое какие ночные звуки с улицы из приоткрытого окна. Джу Вон уже было закрыл глаза и снова начал засыпать, как матрац позади него прогнулся. И не понял, в какой момент Дон Сик перелег к нему, и как он этого не заметил, однако его это слабо заинтересовало. Больше внимания привлекла рука, перекинутая через него. Это мужчина обнял его, положив теплую ладонь на живот, но как то странно, словно держал ее навесу, боясь надавить чуть сильнее. Руки у Дон Сика тяжёлые, но ласковые, в этом и был весь смысл, Джу Вону нравилось ощущать их вес на себе. Поэтому и сейчас накрыл его тыльную сторону ладони, прижав к себе. Мужчина заодно просунул другую руку ему под шею, прижавшись грудью к его спине. Сразу стало в разы уютнее. Недолго думая, юноша перевернулся лицом к старшему и уткнулся носом ему в ключицы, все таки получив свои объятия.