Reputation

Юнхо проснулся, чувствуя во всем теле неприятную слабость. Плюс голова казалась тяжелой, словно отлитой из бетона. Ему совсем не хотелось шевелиться и он в полусне вспомнил свой план, согласно которому вообще не хотел вообще выбираться из кровати до обеда. Конечно, это было не очень уж здраво в его состоянии, но Юнхо надо было хотя бы немного провести время в полном одиночестве, занимаясь вещами, которые его немного взбодрят. Например, он мог бы, наконец, посмотреть трансляции или вернуться к книге, которую начал еще несколько месяцев назад, но из-за ситуации с Хонджуном Юнхо мог сосредотачиваться только на учебной литературе и это было плохо - писателю требовалась постоянная пища для ума и лучше всего было ее брать за пределами установленного курсом списка. К тому же Юнхо начинало уже казаться, что еще один день вне дома и его тело просто откажет - настолько сильно по нему проехался стресс последних недель, который словно решил нагнать ему психосоматику за эти два дня. Поэтому хотя в его состоянии лучше было наоборот не быть одному, Юнхо, вытянувшись на кровати, решил, что сегодня из квартиры он точно не выйдет. Он завернулся плотнее в одеяло, втянул в себя его запах...и остатки сна из него окончательно выветрились. Одеяло очень слабо пахло лавандой. У постели Юнхо был аромат хлопка и чистоты. Он был не дома. Это заставило Юнхо буквально выскочить из кровати и начать оглядываться по сторонам. Он не узнавал обстановку вокруг себя и точно здесь раньше никогда не был. Не в силах больше справляться с паникой, Юнхо тяжко упал обратно на кровать, ловя ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, также продолжая задыхаться. Но. На нем оставалась его, пусть и пропахшая потом и соджу, футболка. И еще на нем все еще оставалось нижнее белье. Юнхо не чувствовал никакого дискомфорта, кроме слабой головной боли и слабости. Чтобы и с кем не происходило у него этой ночью, Юнхо явно не занимался проникающим сексом. Вероятно. Про все остальное ему лучше было не думать, чтобы снова не соскользнуть. Чтобы успокоиться Юнхо влепил себе пощечину, и от удара и звука шлепка ему тут же стало немного лучше. По-крайней мере он вспомнил как правильно дышать. Его джинсы лежали аккуратно сложенные на стуле, и, судя по тому, как они были именно сложены, снял их с себя и положил на стул сам Юнхо. Он попытался найти телефон и тот оказался в их правом заднем кармане. Кроме того, Юнхо обнаружил, что сейчас два часа дня. А еще что последние вызовы у него были от Минги. Глядя на череду принятых и сброшенных звонков, Юнхо начал ощущать тошноту. О чем они говорили? Он ни черта не помнил. У Юнхо и раньше от стресса выключало память, что иногда было удобно. Но не сейчас. Сейчас это было весьма некстати. Значит эта комната где-то в квартире Минги? Или место, куда он ехал, а Минги пытался его отговорить? Или они приехали сюда вместе? Или... Или что? Оставался только один способ это выяснить, и Юнхо заставил себя влезть в джинсы. Он кое-как пригладил волосы, расчесав челку пальцами. Он понимал, что выглядит просто чудовищно, но невозможно эмпирическим путем выяснить где ты, пока не выйти из комнаты. Его немного качало, но Юнхо дошлепал до двери из спальни и вышел из нее в коридор. Кажется, это была все еще квартира, но он видел лестницу вниз и понял, что кажется сам с нее сейчас не спустится. К похмелью примешивалась отвратительная слабость, и теперь Юнхо и без пересчета своих таблеток был уверен на все сто процентов, что их прием он начал целенаправленно пропускать. Чувствуя себя невозможно глупо, Юнхо очень громко крикнул: - Минги? Минги, ты здесь? Минги, я у тебя в квартире? Ответом ему стала тишина, и вот теперь Юнхо почувствовал себя идиотом. Он тяжело сполз по стеночке, чтоб сесть на прохладный пол. Вот теперь у Юнхо вообще не было представления, где именно он находился и его память была абсолютно пуста. И хуже всего было то, что он кажется был в этой квартире совсем один, а значит никаких ответов на свои вопросы о том, что было с ним ночью, Юнхо не получит. Поэтому лучше прийти в себя побыстрее и выбираться отсюда. - Юнхо? - услышал он сонный голос снизу. Минги. Юнхо подполз к лестнице и столкнулся с его сонным взглядом. Минги стоял внизу, у лестницы, сильно щурясь. На нем была безразмерная мятая после сна темная футболка и пижамные штаны. Это внушало некоторые надежды на то, что они были все-таки у Минги в квартире. Но...второй этаж? - Мы ведь у тебя в квартире? - выдавил из себя Юнхо, и Минги очень медленно моргнул, словно пытаясь понять услышал ли он то, что услышал. - Ну да? - Минги, скажи честно, ты продаешь наркотики? - Я? Что? Нет! - Ты - сутенер? - Я? - Ну да? - видя, как с Минги спадают остатки сонливости, Юнхо продолжил свой опрос: - Может ты занимаешься нелегальными ставками? Или ты - криптоброкер? - Юнхо, - совершенно серьезно сказал Минги, - Я не занимаюсь такими вещами. - Тогда откуда у тебя столько денег? Это звучало совершенно грубо и бесцеремонно, потому что Юнхо воспитывали, что приличной омеге не стоит интересоваться деньгами других и особенно альф, но Юнхо понял, что другого подходящего момента получить ответ на вопрос, который съедал его каждый раз, когда он видел Минги мельком, может и не появится. Зачем? Ну, это уже другой вопрос, на которого у Юнхо ответа уж точно не было - просто еще одно иррациональное желание, которое в очень плохие дни начинало подъедать ему мозг. - Вообще, я работаю, - по глухому голосу Минги сложно было сказать - задело этого его или нет, - и говорю сразу, что люди, с которыми я работаю не продают наркотики, не сутенеры, не играют на ставках и если даже ведут дела в крипте, то абсолютно легальные. У меня есть дорогие вещи, которые купил не я сам, но которые подарили мне они, потому что они мне хены. - Прости... это меня не касается, но - Да нет, - перебил его Минги в очередной раз, - Юн, я понимаю. Хонджун постоянно диссит меня этим. Конечно тебе должно быть интересно, как оно все на самом деле. - Вообще я не слушал ни его, ни твои диссы, потому что мне не особенно волнует то, что между вами происходит. Прости, я старался держать нейтралитет , потому что Хонджун - мой...был моим парнем, а ты... - Был твоим другом, - кисло закончил за него Минги, - Значит ты ничего вообще не слушал из того, что делает твой парень? Мило. Он что, упрекает меня? - Я не люблю рэп. Мне нравятся поп-группы, вроде SNSD. - Конечно тебе нравятся SNSD. Ты ведь наряжался на Хэллоуин в Тэен из клипа Genie в выпускном классе и тебе было очень классно так. Помнишь? Юнхо выдавил из себя слабую улыбку, потому что если честно, то он очень хотел это все забыть. Конечно, одноклассники его не подкалывали за такой выбор наряда, а даже наоборот отнеслись с пониманием - Юнхо ведь был омегой. Но в остальном этот косплей не принес ему никакого удовольствия, хотя Тэен и была его биаской, и выглядел он по словам Минги очень похоже и хорошо и... - Да, помню, но мы не об этом говорим, - Юнхо прочистил горло, давая понять, что к этому разговору он больше не вернется. - Да. Именно. Так как тебе спалось? У тебя болит голова? Принести обезболивающее? - Минги, я в порядке, но я не понимаю, что я здесь делаю. - Ты позвонил мне. Ты был пьян. Ты звучал очень несчастно. Но не хотел, чтобы я приехал к тебе. Поэтом я вызвал тебе такси. Но, не волнуйся, - Минги снова сделался слишком серьезным, - Между нами ничего не было. Тебе не стоит волноваться на этот счет. - Я не волнуюсь, - соврал Юнхо, - я полностью тебе доверяю. Думаю, что даже если бы я вел себя провокационно, и ты бы захотел что-то, то из нас двоих ты бы удержал себя в руках, потому что ты - альфа и в позиции силы. - Вообще, - сказал Минги, - ты не вел себя провокационно, Юнхо. Ты плакал без остановки. - О чем мы говорили? У меня в истории вызовов столько звонков. - У тебя телефон разряжался постоянно. Поэтому мне пришлось перезванивать, - ответил очень ровно Минги и так Юнхо и понял, что он - врет. - Ладно, спасибо. Но теперь мне лучше уйти. - Куда? - Домой? - Юнхо, - Минги тяжело вздохнул, - тебе лучше не быть одному сейчас. Ты...ты был очень плох. Я тревожусь за тебя. Я могу позвонить твоему брату, чтобы он... - Нет, - оборвал его Юнхо, пытаясь не прийти в ужас от такого развития событий, потому что если Сынмин не был готов услышать все подробности и обстоятельства его разрыва с Хонджуном, то тем более не был готов столкнуться услышать о том, что его старший брат вероятно чуть не покончил с собой после того, как они отлично провели вместе вечер, прогулялись и, попрощавшись, разошлись по домам. - Юно, что ты предлагаешь мне сделать? Тебе нельзя оставаться одному. Хорошо, если не Сынмин, тогда я могу позвонить твоему хену? - Нет! И не пытайся спихнуть меня кому-то на руки. Со мной все в порядке. - Это не так, - мягко сказал Минги, - но хорошо. У меня есть кимбап на завтрак. Я сделал слишком много ночью, потому что проголодался, когда пришел домой, а потом приехал ты... Юнхо моргнул. Образ Минги, который после вечера с друзьями и с ним возвращается домой и посреди ночи готовит кимбап, вызывал у него смешанные эмоции. Так мог сделать только Минги и как же он оказывается по нему соскучился все эти почти три года. - Тогда надо в душ, если ты хочешь, чтобы я задержался у тебя на завтраке. - Я дам тебе свою одежду, потому что мне кажется, что после душа ты захочешь переодеться в чистое. - Минги... - Трусы я тебе не предлагаю, - тот вскинул руки в защищающемся жесте и Юнхо не удержался от смешка, - Я запомнил про это с первого раза. - Ты так хочешь, чтобы я носил твои вещи? - Я хочу чтобы после душа тебе было комфортно, - спокойно сказал Минги, - и сам знаешь, что свежая одежда это гарантирует на все сто процентов. Не волнуйся, я тебе дам чистые вещи и на сто процентов нет моего запаха и феромонов. Только кондиционер для белья. - Спасибо, - сказал Юнхо, решив, что упираться дальше было бы абсолютно бессмысленно. Минги не пытался подчинить его себе и заставить делать то, что хочет он. Он всегда был таким - излишне прямолинейным, говорившим в лоб все, что думает. Многие не понимали, почему Юнхо с ним вообще так долго дружит, но Юнхо любил его честность и прямоту. Потому что говоря прямо все, как есть, Минги не пытался причинить ему боль или унизить. Как и сейчас. - Я положу одежду возле ванной, хорошо? - Спасибо, - еще раз искренне поблагодарил его Юнхо. Ты не обязан этого всего делать, но ты - делаешь, и, конечно, я буду упрямо считать, что ты пытаешься исправить нанесенный мне ущерб, но мне хотелось бы думать, Сон Минги, что твоя забота обо мне - это забота о друге. В душе он пытался вспомнить о чем говорил с Минги по телефону, но в голове все еще царила пустота. Он ничего не помнил ровно с того момента, как вышел из туалета, смыв таблетки. Никаких даже жалких обрывков воспоминаний. Ничего. Такое уже было с ним, когда умерла мама. В памяти были не просто провалы, а огромные черные дыры. Иногда Юнхо открывал глаза и обнаруживал себя сидящим за столом с отцом и его новой женой и своим новым братом и не понимал, сколько времени прошло и что он здесь делает. Это было плохое время. Если бы не Минги, то Юнхо думал иногда, что вообще его бы не пережил. Даже сейчас при воспоминании о том периоде, ему захотелось разбить голову о кафельную стену. Каждый раз, когда Юнхо вспоминал про те дни, когда мама уже была мертва, а он - почему-то нет, ему хотелось сделать что-то с собой. Кажется, что его мозг до сих пор не принимал этого. Даже спустя столько лет, Юнхо не мог просто взять и смириться со всем, что произошло. Отец тогда был в рабочей командировке, а он - слишком занят учебой и бесконечными курсами, на которые родители его записали, чтобы он точно поступил в университет, ведь Юнхо был омегой, а значит его могло перемкнуть в любой момент и он бы загубил свое собственное будущее прогрессивной омеги. Поэтому внимание на то, что мамин кашель не проходит и сил у нее становится все меньше, Юнхо обратить не мог - его самого сжирало переутомление. К тому же в немногие свободные часы он удирал к Минги на другой конец города. Юнхо до сих пор считал, что во всем этом был виноват только он. Ему надо было быть внимательным и заботливым, а он слишком думал о себе в то время. Поэтому мама и ушла. Сейчас его снова начало душить изнутри от воспоминаний, и Юнхо пришлось выключать воду, потому что он начал бояться, что захлебнется водой. Грудную клетку начало жечь от боли и он заставил себя завернуться в полотенце, даже не промакивая влажную кожу. Если эти чертовы приступы вернулись, то ему надо будет записаться на прием к доктору Ким, и отец про это узнает, и у него возникнут вопросы, и... - Соберись, - пробормотал он, пытаясь вернуть контроль над своим собственным дыханием, - пожалуйста, соберись, Юнхо. Хватит. Пришлось снова дать себе пощечину и это снова сработало. Это всегда с ним срабатывало, хотя Юнхо сомневался, что пощечина от другого человека вызвала бы похожий эффект. Минги оставил сложенную одежду у двери, как и обещал. И пахла она очень слабо цветочной отдушкой. Никакого древесного дыма и горькой травы, и Юнхо от этого испытал разочарование. Может запах Минги сделал бы ему лучше, как раньше делал в школе. Сколько раз он утыкался носом ему в шею или в затылок, и они сидели так, пока Юнхо не успокаивался. Минги был поздним цветочком, как называли альф, которые проявлялись только после полового созревания. Поэтому Юнхо было с ним безопасно: он очень долго думал, что Минги вообще бета, как и большинство их одноклассников. Просто в отличие от остальных, Минги не пытался облапать Юнхо при каждом удобном случае, чтобы проверить - не притворяется ли он парнем, потому что на самом деле не омега, а девчонка, просто с плоской грудью. Минги никогда не пытался делать с ним ничего из того, что пытались делать остальные одноклассники. И перевелись в другую школу они вместе - Минги было не обязательно это делать, но он решил не оставлять Юнхо одного. Минги был его другом. Он мог бы быть больше, чем другом, если бы они остались вместе, если бы они не так много ссорились в последние полгода перед выпуском, если бы Юнхо не пошел на вечеринку и не встретил там Хонджуна. Запах Хонджуна никогда не нес ему успокоения. Он заставлял Юнхо чувствовать себя больным животным, он заставлял насаживаться почти всхухую на собственные пальцы, думая при этом, что это его член. Не смотря на то, что Хонджун ни разу не поднял на него голос и ни разу не сжал руку сильнее, чем надо, во время их споров, Юнхо всегда хотелось, чтобы он сделал с ним какие-то совсем ужасные вещи. Может поэтому Хонджун за все это время так и не познал его в библейском смысле - подсознательно чувствовал, что его миленькая и покладистая омега на самом деле просто насквозь прогнила изнутри. Может не так уж и сильно Ким Хонджун был в этом неправ. - Я хочу, чтобы ты остался. - Фто? - переспросил Юнхо, пытаясь прожевать хотток. - Я решил, что буду принимать блокаторы, пока мы типа встречаемся. Чтобы тебе было спокойнее. Ты можешь остаться здесь. То есть, второй этаж - это для мамы, она останавливается, когда навещает меня, поэтому ты можешь спокойно его занять. Юнхо чуть не закашлялся. Одно дело если Минги решил не спать ни с кем, пока у них были вроде как отношения. Другое дело, что Минги решил принимать блокаторы. Другое дело, что он хочет, чтобы Юнхо теперь жил с ним. Я этого не просил, подумал Юнхо, я не просил и я не хочу быть тебе в этом обязан. Зачем ты черт возьми это делаешь? Хороший вопрос. - Давай, - сказал он, делая осторожный глоток воды из стакана, - вернемся к первой части. Ты хочешь, чтобы я остался? - Потому что тебе небезопасно сейчас быть одному. - А у тебя есть какая-то докторская степень, чтобы так судить, Сон Минги? Минги громко вздохнул, а потом с силой потер лицо ладонями. - Слушай, в таком случае мне надо будет рассказать про это или твоему брату, или твоему хену. Выбирай. - Ты - шантажируешь меня или что? Ты уговорил меня позавтракать с тобой, чтобы шантажировать? Да? Типа решил усыпить мою бдительность хоттоками, а затем начать вот это, - Юнхо не смог подобрать слов для того чем "вот это вот" было, поэтому просто потыкал половиной хоттока в сторону Минги. - Ты торчишь один в квартире, которую снимал со своим парнем, который бросил тебя уже несколько месяцев назад. И вчера у тебя был нервный срыв, после того, как мы все весело провели вместе время. - И тебя это так сильно волнует? - Меня волнует то, - совершенно серьезно ответил Минги, - что ты не мог успокоиться почти час. Ты даже дышать толком не мог носом. И мне пришлось массировать твою железу, чтобы ты успокоился. - Что? - переспросил Юнхо, чувствуя, что его начинает тошнить, - Ты...ты что сделал? - Я ведь альфа. А ты - омега. Есть какие-то другие способы успокоить омегу, потому что я других не знаю, Юнхо. - Я не давал тебе разрешения. Себя. Трогать. Касаться моей железы. - Юнхо, я обязан был тебя успокоить. Было или это, или мне надо было вызвать скорую? Чтобы тебя забрали в лечебницу? В этот момент времени я нес за тебя полную ответственность. Пусть наши отношения - не настоящие, но кем бы я был, если бы оставил тебя в таком состоянии? Тебе не надо притворяться передо мной, потому что я знаю, когда тебе плохо. - Я не знаю, что мне плохо, а ты знаешь. Удивительно, Сон Минги. Знаешь, спасибо большое за завтрак. Уверен, что и кимпаб вышел просто замечательным, но я как-то утратил аппетит. С этими словами Юнхо встал из-за стола, чувствуя на себе цепкий и темный взгляд Минги. Он знал, что Минги сейчас больше всего на свете хотел сейчас схватить его за руку и усадить обратно. Заставить себя выслушать. Заставить принять Юнхо то, что он решил для него и за него. Юнхо бы очень этого хотелось. Чтобы впервые в его жизни что-то за него решили по-настоящему. Чтобы он мог, наконец, начать дышать без этого кольца, что сжимало ему легкие каждый чертов день, когда он открывал глаза. - Конечно, ты прав. Я не должен был всего этого говорить, - Минги отодвинул свою тарелку в сторону и откинулся на спинку стула, - В конце концов, это - твоя жизнь, Чон Юнхо. И меня в ней слишком давно не было. Мое волнение за тебя не исправит автоматически то, - его голос сильно дрогнул, - что я сделал. Но тем не менее, я не могу смотреть на то, как ты вредишь себе. Никогда не мог. В школе не мог и...тут тоже ничего не поменялось. Я не могу быть равнодушным к тебе. Не потому, что я хочу что-то от тебя. В глубине своего сердца я все еще считаю тебя своим другом, даже если ты так не считаешь. Мы сделали вместе слишком много вещей, которые эту дружбу напрочь испортили, но ты все равно мне... Мне не все равно, Юнхо, - вот что я хочу сказать. Но удерживать тебя силой здесь я тоже не могу. Права никакого не имею. Судя по тому как взвешенно и спокойно говорил сейчас с ним Минги, он готовился к этом разговору давно и тщательно. Его спокойствие слабо вязалось с тем, что происходило внутри самого Юнхо. Ему очень хотелось отмотать время назад. Не соглашаться пойти с Минги на вечеринку Джексона. Оставаться в своей стране страданий по Киму Хонджуну. Может в ней однажды бы проглянуло солнце, Юнхо огляделся по сторонам и понял, что надо двигаться дальше. Жить свою жизнь. Ему не хотелось быть здесь и сейчас, стоять за кухонным столом, где они с Минги завтракали, потому что все это казалось ему куском какой-то чертовой отвратительной по своей нелепости театральной постановки. И Минги приготовил ему завтрак, потому что помнил, что Юнхо обожал хоттоки. Когда и кто последний раз готовил ему завтрак? Юнхо не мог вспомнить, если честно. - Мне надо подумать. Хорошо? - сказал он Минги, - Я не могу принять такое решение вот так...просто. Даже для пару недель это слишком серьезно. Мне надо обязательно найти того, кто будет жить в наш...моей квартире, Минги. Госпожа Хан слишком хорошая, чтобы я сваливал на нее столько забот, хотя она отнеслась ко мне с большим пониманием, когда Хонджун съехал. - Без проблем. Давай я отдам тебе оставшийся завтрак? Думаю, что ты все равно не будешь ничего готовить себе сегодня. Это не было упреком - Минги все еще слишком хорошо его знал. Юнхо бы и не стал есть ничего сегодня, снова уходя на спираль отвращения к себе, как и обычно в похожие на этот день, но теперь Юнхо будет просто стыдно выкидывать еду, которую приготовили и отдали ему. Минги всегда так делал для него раньше в школе, когда Юнхо терпеливо сидел с ним во время обеда, а потом Минги покупал ему банановое молоко и приносил блинчики, который испек сам. Поэтому Юнхо, стараясь не поддаваться саднящей тоске от поразившей его ностальгии по тем временам, когда все еще между ними был - Спасибо за заботу, - совершенно искренне сказал он Минги Возвращаться в место, которое больше не считаешь домом, всегда было очень тяжело. Футболка и широкие серые штаны, которые дал ему Минги, оказались слишком комфортными и и удобными, и Юнхо решил, что не будет их снимать сразу, как окажется дома. Попозже он вместе со своими вещами отправит их в стирку, но сейчас ему хотелось провести немного времени наедине, чтобы собраться с мыслями, а в прачечной с этим будет сложно. Наверное, ему бы помогло сходить в церковь, чего он не делал с переезда в Сеул для учебы, но Юнхо не думал, что это такая уж хорошая идея идти к Богу, когда у тебя за душой ничего нет. Ему стыдно было просить утешения после всех тех лет, когда он поставил отношения с Ним на паузу. И пусть даже сейчас по памяти Юнхо мог найти десятки примеров того, как Бог принимал молитвы заблудших и отвернувшихся, с ним самим эти примеры никогда не работали. Все верно, другие заслуживали прощения и понимания, а ты... А ты - нет. Он набрал код на двери даже не с первого раза. А когда зашел в квартиру, то не сразу и узнал ее. Но ничего удивительного, правда? Когда Юнхо был счастлив здесь, то не замечал ничего вокруг себя. А последние месяцы он существовал словно на автомате и окружающее значило для него еще меньше. Глядя на ровные бежевые стены и нейтральную обстановку в небольшой гостиной, в которой не было ничего от них с Хонджуном, хотя они прожили здесь полтора года, Юнхо понял, что больше не хочет здесь находиться. Хотя.. его спальня? В конце концов, сколько времени он там провел, ведь должна же была она вызывать у него какие-то чувства вроде уюта и умиротворения? Ему не хотелось принимать правоту Минги, потому что это доказывало Юнхо в очередной раз, насколько мир вокруг него был искаженным. Но его комната все еще оставалась его - с плакатами по стенам, небольшим рабочим столом с ноутбуком, на котором он писал и иногда играл в "Валорант". С узкой кроватью, в которой Юнхо всегда спал один, но не чувствовал себя одиноким, потому что тут с ним были смешные плюшевые игрушки, пару которых для него выиграл Есан. Стыдно было в его возрасте, конечно, с ними спать, но Юнхо был омегой, так что ничего страшного - омеги любили окружать себя мягкими вещами. Его комната была только его комнатой, потому что все фото с Хонджуном Юнхо убрал сразу же, когда понял, что их расставание - это не какое-то недопонимание, что Ким Хонджун всерьез расстался с ним и больше у них ничего не будет. Все это время вы сосуществовали рядом как соседи, хотя были парой, так почему ты хочешь оставаться в этом месте, в котором у тебя не осталось никаких хороших воспоминаний? В комнате, которая была и есть и будет твоим убежищем? Твоей маленькой раковиной устрицы, в которой ты прячешься от мира? Конечно, ты захотел убить себя. Любой на твоем месте, оказавшись настолько раздавленным всем, что начало происходить с тобой, как только у тебя появился твой собственный запах и ты больше не мог делать вид, что ты - бета, покончил бы с собой. Ты еще, как видишь, неплохо справлялся. Тогда Юнхо заставил себя выдохнуть и сделал то, что он всегда делал, когда ему становилось максимально погано на душе, когда тьма, которая сочилась словно гнилая болотная вода из переломов где-то в его сердце, начинала проникать в мир, что его окружал. Он быстро привел в порядок волосы, чуть взлохматив их, затем занял лучшее место для селфи на кровати. Юнхо знал, что многим очень нравится, когда он подмигивал на камеру - такие его селфи лайкали даже незнакомцы. Ему это было нужно - получить доказательства от других людей, что он все еще существовал. Юнхо в этот раз даже не стал делать несколько селфи на выбор, как он делал это обычно, потому что знал - в этот раз нужное получится с первого раза. "Хороший день", подписал Юнхо пост с фото, прежде чем запостить, и даже не испытал разочарования от себя как случалось каждый раз, когда приходилось врать в социальных сетях. Когда он проснулся, то в первую очередь посмотрел количество уведомлений и оно Юнхо показалось не таким уж и значительным - могло бы быть и лучше, но чужое внимание все равно подняло ему настроение. Даже сокурсники с ним шутили и желали хорошего дня, и у Юнхо отлегло от сердца - после расставания с Хонджуном он чувствовал себя зачумленным, ему казалось, что даже они начали его избегать. Но видимо Юнхо настолько был не в себе, что видел мир исключительно в черных красках, потому что все было по прежнему. Это были все те же люди, с которыми он посещал лекции и семинары, с которыми они готовились вместе в библиотеке вечером и обсуждали разные темы на занятиях, ходили в кино и на лекции. Они не были его друзьями, просто окружением, но значило ли это то, что их внимание и поддержка должны стоить для него меньше? В конце концов, они видели в нем своего товарища, а не второй пол Юнхо. А еще его добавили в друзья с закрытого аккаунта и Юнхо заколебался. Он знал этого юзера - тот достаточно активно ставил лайки к его фото, но на этом их взаимодействия и ограничивались. К тому же теперь он сможет взглянуть на этого таинственного поклонника - Юнхо отправил ответный запрос. У него не было никаких обязательств перед Минги, ну и к тому же ему было просто любопытно, вот и все. После всего, что произошло, ему надо было как-то отвлечься, поэтому Юнхо подумал, что разговор с совершенно незнакомым ему до этого момента человека, может помочь ему немного развеяться. Ему надо было отвлечься и лучше всего с этим сейчас ему мог помочь ничего не значащий разговор в сети. Тем более что пользователь bunnypiggycute_ после принятия в друзья сам же и написал ему первым. "Добрый день, хен. Это - Чанбин. Нас познакомил Минги прошлым вечером" Хен? Юнхо сморгнул глядя в открывшееся с ним окно диалога. "Привет, но мне кажется, что переходить на формальное обращение обратно уже немного нам поздно? И честно говоря, по разговору Минги с тобой, мне казалось, что ты старше?" "А, это наша обычная шутка. Минги думал, что я старше, когда мы познакомились в кафетерии кампуса, а потом обнаружил, что мы вообще сокурсники. Он называет меня хеном, когда я плачу за него или угощаю. Прости, я не хотел сбивать тебя с толку, но по тому, как говорил о тебе Минги, мне казалось, что ты - младше его". "Там, откуда мы родом, к омегам редко обращаются как к старшим, даже если они старше. Так принято" "Честно говоря, это - грубо. Я должен был быть более внимательным, ведь в Сеуле все совсем иначе". "Да, - согласился Юнхо, добавляя растерянную эмоцию, - я заметил это сразу, как оказался в Сеуле. Мои сокурсники, что младше меня на несколько месяцев, обращались ко мне как хен, это было очень непривычно" "То есть, даже Минги к тебе не обращается хен?" Со Чанбин, подумал Юнхо, неловко улыбаясь, что же ты за милашка. "Нет, но в этом нет никакого злого умысла. Он проявляет уважение ко мне другими способами". От двусмысленности этой фразы Юнхо чуть скулы не свело. " Да, я понимаю. Просто я первый раз столкнулся с подобным. В любом случае, я хотел бы извиниться за то, что никак не проявлял себя кроме как лайками. Я не думал, что добавлять тебя в друзья было бы уместно" "Но теперь мы знакомы" " Не в этом дело. Дело в Минги. Я, наверное, проявляю излишнюю прямоту, и это может прозвучать даже грубо, но я очень рад, что вы начали встречаться, потому что все это время Минги думал, что у него нет никаких шансов. Столько сил ушло на то, чтобы убедить его просто поговорить с тобой. Я не думал, что вы сойдетесь. Но честно говоря, очень этому рад" Ах вот оно как, подумал Юнхо. То есть, Минги не случайно столкнулся с ним в кафе в тот день? И пригласил на вечеринку не спонтанно? Ну, то есть насчет этого он и не сомневался, но теперь перед Юнхо открывалась совсем другой взгляд на все, что происходило с ними. Было понятнее, почему Минги сделал то, что сделал. Ему важно было сунуть прямо в лицо Хонджуну то, что Юнхо больше ему не принадлежит никоим образом. И Минги выбрал для этого самый действенный и понятный вариант. Это было грубо и унизительно, но в этом были все альфы. Даже если они были вежливы и милы с тобой, то все равно общались на языке силы, если того требовали обстоятельства. "То есть, ты не хотел создать у него впечатление, что ты пытаешься приударить за мной? Ты такой милый, Чанбин-и" "Честно говоря, хен, если бы мне нравились омеги, и Минги не был бы моим другом, то я бы заставил тебя о нем забыть сразу же, как только бы оказался с тобой наедине" Щеки Юнхо обожгло жаром и он закусил нервно губу. Это не было флиртом. Но это было написано так, чтобы вознести его самооценку на самые вершины - Чанбин слишком хорошо знал, что он делает. "Вероятно, если бы мне не был знаком концепт верности, то так бы и вышло" "Думаю, - написал на это Чанбин, - что Минги с нами обоими очень повезло" "Да, определенно", ответил Юнхо, потому что тут Чанбин был еще как прав. "Но я правда надеюсь, что ты воспользуйтесь моим приглашением. Баттлы - это весело. Особенно когда мейнстримные шоу умерли" "Минги только был не в восторге от твоего приглашения почему-то " "Потому что я звал и тебя. Он щепетильно относится к таким вещам. Плюс все дело в твоем экс, потому что Минги - очень хороший андеграунд реппер и продюссер, но у рэпа в записи есть свои законы. А Хонджун хотел писать на него диссы и не выходить в круг из-за того, чем он занят в университете" "Я знаю, что у них были проблемы из-за хенов Минги и поэтому Хонджун не очень не любит его" "Не любит? Это мягко сказано. Но Минги нечего бояться - вы будете моими гостями. Тебе не о чем беспокоиться, Хо-я и Минги я тоже смогу защитить если что. Я всегда его защищаю." Юнхо почему-то это царапнуло. Что-то стояло за грубым комплиментом Чанбина. Омеги ему не нравились, но в этом не было ничего удивительного. Конечно нетрадиционной отношения, особенно между вторыми гендерами если не осуждались, то не очень тепло поддерживались. Может Чанбину тоже нравится Минги? - Да нет, - пробормотал Юнхо, - это - бред. Я должен перестать думать о других людях плохо, особенно если они подчеркнуто добры ко мне. У Минги, наконец, появились друзья, которые любят его и с которыми ему комфортно. Разве не этого я сам хотел все то время, что мы вместе учились? "Спасибо за приглашение еще раз, Чанбини. Мы обязательно придем. Тем более, что я никогда не бывал в таких местах раньше и мне любопытно" "Ты меня прости, но тут ничего удивительного. Ты выглядишь как принцесса. Как сладкий ванильный капкейк" "Ты уверен, что омеги тебе не нравятся? Потому что по твоим комплиментам я начинаю думать обратное" "Ну, я бы сделал для тебя исключение в другой своей жизни, хен" "Бу", написал Юнхо и поставил расстроенный смайлик. "Да даже если и нравились, Минги - мой друг. Я не смог бы поступить так с ним. Даже если бы вы расстались, я спросил бы разрешения. Это так делается, когда отношения с человеком для тебя важны" Юнхо медленно сморгнул. Конечно же, никто не спрашивал его разрешения. Его просто поставили перед фактом. "Спасибо, мне стало как-то лучше, после того, как я узнал, что Минги окружают такие друзья. Ты хорошо заботился о нем все это время, спасибо тебе." "Поэтому постарайся не обращать внимание на замечания Юнмин. Она и Минги подружились раньше, чем мы с ним. Она не особенно тебе доверяет. Вы - слишком разные во всем, чтобы быть вместе, вот что она говорит. Но я не мог ей рассказать про то, что происходило у Минги в голове все это время, потому что он доверился мне. И тебе я могу рассказать лишь немногое, чтобы ты знал - Минги ты действительно дорог." Во рту у Юнхо сделалось горько. Как эти слова Чанбина вязались с тем, что говорил ему Минги про то, что его не интересуют отношения с кем бы там ни было? Он ему дорог? Действительно дорог так, чтобы использовать в своей войне с Хонджуном? Или это случилось именно потому, что не смотря на всю важность для Минги, Юнхо все равно продолжал оставаться одним из тех, с кем можно провести пару ночей и разойтись? Для Юнхо никогда не существовало даже малой доли вероятности подобных отношений. Так что не удивительно, что никто не будет воспринимать его и Минги всерьез - Минги уже успел много раз доказать, что ему нужно от других людей. Но я все это могу это использовать себе на пользу, подумал Юнхо, и я даже знаю, как. Никто не будет больше даже сомневаться в том, что у нас с Минги что-то происходит. "Спасибо за футболку. Мне она нравится. Можно я ее себе оставлю?" В другое время Юнхо бы себя за это возненавидел, но после разговора с Чанбином словно что-то перещелкнуло в его голове. Никто не был виноват в том, что Минги все же был альфой. Если бы он оказался бетой, то все было иначе, может их дружба сама по себе стала бы со временем чем-то большим. А сейчас все было, как было. И может в итоге Юнхо себя действительно возненавидит. Потом. Но сейчас ему надо было ткнуть фактом своего существования в жизни Сона Минги, чтобы не происходило в ней раньше. Никто не тянул Минги за язык, когда он сказал, что не хочет ни с кем встречаться, пока они разыгрывают свои отношения. Придется тебе вступить в свои первые постоянные отношения, Минги. Теперь другого выбора у тебя нет. Юнхо снова сделал фото так, чтобы было ясно - под футболкой Минги, которую тот ему отдал, действительно ничего нет. Сел на кровати так, чтобы футболка максимально открыла бедра, прижав ее край между ладонями. Его волосы были растрепаны и Юнхо не стал пытаться с ними что-то сделать. На шее была темная лента, которую он иногда носил, когда они встречались с Хонджуном, но смысла в ней особого даже тогда не было - у Юнхо не было метки. Лента ему просто шла и он помнил, что фото с ней всегда собирали много реакций. Он чуть приоткрыл рот, показывая кончик языка и подмигнул, нажав Что же, хорошо. Ему надо было отправить это фото Минги, потому что это фото было сделано для Минги, но вместо этого Юнхо запостил фото в свой аккаунт. Может ему стоило сделать на нем отметку, но кажется и так было понятно для кого оно. Юнхо не сомневался в том, что фото и без отметки легко найдет адресата. @min1ver3e: хен?????? ты же в курсе, что отец на тебя подписан? может тебе стоит завести закрытки для таких фото...ну то есть, это не то зачем я ставил уведомления на твои посты. Сообщение от Сынмина прилетело сразу же ъи Юнхо нервно рассмеялся. Поздновато его младший брат забеспокоился о его благопристойности. Ах черт, точно. Ужин же. "Можешь рассказать ему, с кем я встречаюсь. Плюс это мой личный аккаунт. Люди на нем и не к такому привыкли" "Хен, если ты отмотаешь свои фото назад и посмотришь на них, а потом на это фото, то тогда ты поймешь, что люди к такому точно пока не привыкли". Юнхо закусил щеку изнутри, чтобы сдержать рвущийся из него смех. Это точно было нервное, но чужая реакция на это фото чертовски его сейчас забавляла, потому что судя по всему, сильно удивился (хотя это было не то слово, которое нужно было тут использовать) здесь не только Сынмини. "Концепт верности", написал ему Чанбин в своем комментарии, "Я вижу". Юнхо послал ему два эмоджи с поцелуями. "Теперь мне придется от тебя отписаться, моя девушка не поймет если я буду лайкать твои ноги, Юно", написала Дами и Юнхо, закусив губу, написал в ответ: "Просто познакомь меня с ней, нуна, и я уверен, что мы с ней поладим" Минги просто поставил три вопроса подряд и это был его первый комментарий под его фото, но Юнхо решил, что стоит поставить в ответ сердечко. Он знал, как это выглядит со стороны. И именно этого Юнхо и добивался. "Ты мог бы просто спросить у меня в личке, Юю" "Зачем? Так веселее. Мы встречаемся. Ты же не забыл?" "Не забыл, просто чувствую себя немного странно" "От того, что другие смотрят на то, чего можешь касаться только ты?" Юнхо был абсолютно трезв, когда писал это, и прекрасно понимал, что все происходящее же никак не вписывается в его концепт "мы притворяемся, что встречаемся, потому что это нужно нам обоим", но ему было уже абсолютно на это плевать. "Тебе лучше не писать такие вещи" "Почему? Потому что тебе сложно будет справляться с собой? Я прекрасно осознаю то, что пишу, Минги. Может, я решил, что не хочу больше от себя бегать? "И это после того, что я сделал?" "И если ты сделаешь это повторно, то я отправлю тебя в тюрьму" Наверное, не стоило такое писать, но Юнхо решил, что если уж и играть с Минги, то стоит делать это хотя бы по правилам. "И ты знаешь, что я не встречаюсь с другими людьми на постоянной основе, да?" "Но мы и не встречаемся" "Я просто не думал, что тебе нужны именно такие отношения, Юнхо. Все то время, что я тебя знал, даже то, что ты был с Хонджуном и только с ним эти два года, все это говорило, что тебе нужны стабильность и постоянство" "Значит больше не нужны. Минги, почему я упрашиваю забрать тебя то, что ты уже получил даром?" "Ты что...хочешь чтобы мы..." "Если тебе лень ехать, то можно сделать это по видео. Что делать, если ты настолько ленивый" "Ты настолько мне теперь доверяешь?" Юнхо заерзал, подняв, что его подначки, кажется, привели совсем не к тем результатам, на которые он рассчитывал. Во рту у него пересохло, но хуже всего было то, что по коже жаркой волной прошлись мурашки. Минги, наверное, был в студии. Конечно же, он работал, но... Медленно выдохнув, Юнхо нажал на иконку видеозвонка рядом с его номером. Минги на экране заметно нервничал. - Я ничего не записываю, - сказал Юнхо, нервно теребя воротник футболки, задевая кончиками пальцев ленту. Взгляд Минги тут же впился ему в шею и Юнхо закусил губу. Он мог бы стянуть с себя футболку Минги, остаться перед ним полностью обнаженным, но чутье подсказывало: Минги больше понравится смотреть на то, как он играет с собой, сидя в его одежде. Территориальность, подумал Юнхо словно невзначай проводя пальцами по ключице. - И надеюсь, что ты тоже ничего не пишешь, Минги. - Я думал, что ты спросишь один ли я в студии. - Я думаю, что ты не стал бы принимать звонок при своих хенах, после того, что я тебе написал. - Я не думал, что ты это серьезно, - Минги судорожно сглотнул, а потом кажется переложил телефон из одной руки в другую. Юнхо вдруг понял, что мысль о том, что вероятно Минги будет дрочить на него чуть позже, не вызывает у него возмущения. Честно говоря, она не вызывала у него ничего. Потому что заставляла мерно пульсировать жар под его кожей совсем совсем другое. То, насколько неверяще Минги на него смотрел. - Потому что никто для тебя этого не делал? Из всех, с кем у тебя были открытые отношения? Жаль, ты столько всего упустил- сказал Юнхо и очень медленно облизал свои пальцы. Вздох Минги был таким громким, словно он был здесь, с ним в комнате, и Юнхо мог в любой момент почувствовать его широкую ладонь на своем голом бедре. Он невольно сдвинул ноги, чувствуя, как по телу снова катится волна горячей дрожи. Вещей, которые он делал с Соном Минги первый раз в своей жизни, в его мысленном списке с каждым днем становилось все больше и больше, хотя Юнхо казалось, что он поставил в этом списке точку больше двух лет назад. Он положил телефон на кровать и наклонился над экраном, зная, что Минги так видит только его лицо и шею в вырезе футболки. Юнхо мог бы дать ему полный обзор на то, что собирался сделать, но он не хотел, потому что это не дало бы нужного эффекта. Минги прекрасно помнил, что он делал с ним, и если Юнхо начинало бросать в жар от одних только воспоминаний, то чтобы начал чувствовать Минги, когда понял, что он мог бы быть здесь и сейчас, с Юнхо в его комнате, в его постели, если бы не выбрал скучную взрослую жизнь и обязательства? - Знаешь, - озвучил Юнхо свои мысли, проводя влажными пальцами по внутренней стороне правого бедра, зная, что Минги это не видит, но прекрасно может себе это представить и судя по тому, как Минги заерзал на телефоне под ним, так оно и было, - ты мог бы быть здесь. - Ты просто хотел подумать над моим предложением, как мы, черт возьми, оказались здесь? - Я подумал, - сказал Юнхо и судорожно выдохнул, толкаясь внутрь себя пальцами. Глаза Минги широко распахнулись в этот момент и Юнхо прикусил губу, чтобы не рассмеяться. Наверное, Минги ждал каких-то порнушных вздохов и ахов, что Юнхо кончит почти сразу же, но в реальности все было совсем иначе. Юнхо не мог сосредоточиться на движениях пальцев внутри себя, потому что слюны было недостаточно и собственного возбуждения пока не хватало. Это было почти дискомфортно, но не жестоко, и Юнхо мог бы помочь себе, но ему хотелось кончить от своих пальцев и чтобы Минги это видел. Чтобы Минги все это время вспоминал, как тело Юнхо сжималось вокруг его языка, вокруг его пальцев, вокруг его члена. Чтобы сбившееся дыхание Юнхо заставило Минги вспомнить, то как Юнхо трахал себя об его пальцы и ему было этого недостаточно. В этой позе запястью было слишком неудобно, и Юнхо оперся свободной ладонью о кровать, приподнимая бедра. Два пальцы двигались в нем уже не с таким усилием: Юнхо заставил себя расслабиться и жадный внимательный взгляд Минги, с которым он отслеживал каждое изменение выражения на его лице, очень с этим помог, потому что Юнхо понял, что ему нравится, когда на него смотрят, пока он ласкает себя. - Черт, - выдохнул Минги, когда Юнхо не выдержал и низко застонал, потому что чуть согнул пальцы внутри и они надавили на точку, от которой по телу прошла первая сладкая и почти неприятная от этого судорога, - черт, да ты серьезно. - То есть, ты думал, что я притворяюсь? Боже, - Юнхо втянул воздух, закрывая глаза на несколько секунд, потому что его тело начинало двигаться словно само по себе и как бы ему не нравилось трахать сейчас собственную руку, Юнхо еще надо было сдавать проект в этом месяце, а с потянутым запястьем это можно было сделать, но на это потребовались бы дополнительные усилия и время, которых у него просто не был, - как я могу притворяться, когда я думаю, что это твои пальцы во мне? - Юн, - начал было Минги, а потом запнулся. Юнхо смял покрывало пальцами, чувствуя как окружающий его мир начинает размазываться перед оргазмом. Он накатывал на его изнутри очень медленно и дело было даже не в ритме пальцев, потому что Юнхо полностью сосредоточился на точке внутри, от давления на которую так сладко слабело в коленях и было очень сложно дышать. Вначале ему хотелось позлить Минги, сделать ему некомфортно, ткнуть носом в то, что как бы он не упирал на свободные отношения, его все равно к Юнхо тянет. Но в какой-то момент все это перестало иметь значение, потому что даже закрыв глаза Юнхо чувствовал на себе его взгляд. Никто и никогда на него не смотрел так, как Минги. Юнхо мог себе врать и вбивать в голову, что все это ему кажется, но он никогда не чувствовал себя настолько желанным ни для кого в своей жизни. И Юнхо больше не мог это выносить, потому что еще вчера правила были ясны и понятны для них обоих, а теперь правил словно и не существовало, потому что в этот момент он и Минги их кажется окончательно сломали. Юнхо зажал себе рот ладонью, чтобы не закричать, скорчившись на кровати, задыхаясь от болезненного удовольствия, которое почти невозможно было вынести бы, если бы оно продлилось хоть еще чуть-чуть (и поэтому Юнхо вытащил пальцы почти сразу же, отирая их от влаги о свою голую ногу), понимая, что теперь его не видно в экране, но ему казалось, что Минги это уже и не важно. Наверное, он сбросил звонок, потому что Юнхо мог представить насколько тяжело это все было бы ему выносить. Насколько тяжело было быть просто свидетелем, а не участником, помня каково это было позапрошлой ночью. Юнхо кое-как смахнул выступившие слезы, потер веки ладонью. Заставил себя выдохнуть и вдохнуть, успокаивая дыхание, потому что в груди все горело так, словно Юнхо серьезно задыхался последние пару минут. Внутри неприятно тянуло, а значит забыть об этом спектакле Юнхо получится не сразу. Он потянул руку к телефону и увидел, что на экране не заставка и что видеозвонок все еще идет. Он заглянул в экран и столкнулся с взглядом Минги. По его плывущему взгляду и тому, как он тяжело дышал, было ясно, чем Минги был занят последние пару минут. Юнхо должен был испытать от этого самодовольство, но глядя ему в глаза Юнхо вдруг понял, что еще никогда в жизни не ощущал себя настолько живым и настоящим в этом мире, как сейчас. И это сделал с ним Минги, но больше это Юнхо почему-то не пугало. - Увидимся на занятиях завтра, - сказал Юнхо, удивившись тому, как сильно дрожит его голос. И быстро прижался губами к экрану, прежде чем завершить вызов.