Не по плану

Посреди хвойного леса возле старой бревенчатой землянки горел костер. Огонь его был слабым и отдавал неестественным жухлым зелёным. Вряд ли такое пламя могло дать хотябы грамм тепла. Да и не было здесь желающих согреться. Налет увядания и беспросветного уныния покрывал близлежащие окрестности в радиусе пары десятков километров. Возле костра, прямо на холодной земле, сидел молодой парень. Весь его вид соответствовал гнетущей атмосфере этого забытого богом места. Осунувшееся лицо выглядело усталым и изможденным. Чёрные пряди волос, упавшие на лоб, слиплись от грязи и пота. Глаза ввалились так, что под ними залегли темные круги. Кожа, некогда смугловатая, как будто приняла сероватый оттенок, возможно из-за пробившейся щетины. Костюм на парне был изодран в нескольких местах чьими-то острыми когтями. Небольшие пятна крови и разводы грязи намертво въелись в белую ткань рубашки. Вряд ли её теперь можно будет привести в порядок. Хотя интересоваться чистотой его одежды было совершенно некому. Он вообще не понимал, зачем продолжает так выряжаться. Кому теперь какое дело, одет он с иголочки или ходит в рваных обносках? Глеб Бейбарсов - а это был именно он - уронив подбородок на грудь, сосредоточенно вырисовывал что-то кривоватой палкой на пыльной земле. Невозможно было разглядеть, что за линии он так старательно выводил. А любому, кто попытался бы это выяснить, наверняка прилетело бы парочку смертельных сглазов. Вечерело. Небо окрасилось в багряный. Такой режущий и яркий, будто желающий вступить в заведомо проигрышную борьбу с серостью этого места. В какой-то момент лучи закатного солнца перерезали две небольшие тени. Глеб не поднимал головы, но знал, что за гости к нему летят. Знал, потому что был до конца жизни связан с ними невидимой, но очень прочной нитью. Две ступы приземлились практически одновременно - одна аккуратно и тихо, вторая резким рывком, взметнув под собой клубы пыли. - Уф, ненавижу летать, - проворчала рыжеволосая, выпрыгивая из своего полетного инструмента. - Жан, и как ты ступу ещё не разбила с такими кульбитами? - без тени любопытства спросила её спутница, проделывая тот же маневр. Аббатикова оставила вопрос без ответа, очевидно расценив его как риторически-воспитательный. - Нет, Лен, ты только глянь - он даже голову поднять не соизволит! - воскликнула она негодующе, махнув рукой в сторону сидящего Бейбарсова. Свеколт на это только вздохнула и подошла поближе к Глебу. Он тут же растер носком ботинка с таким старанием выведенный рисунок. Но Лене не было дела до его художеств. Она со скепсисом осматривала окружающую обстановку. Свеколт понимала, что ему просто-напросто больше некуда было идти. Но ей все равно было сложно принять, что брат по дару проводит около заброшенной землянки так много времени. Да, они выросли здесь, но это определенно не то место, куда стоило возвращаться. Если ты психически здоров, разумеется. - И где ты спишь? - спросила Свеколт, рассчитывая, что может и не получить ответа на вопрос. Глеб уже давно закрылся в себе. Он и так, прямо скажем, не был восторженным экстравертом, но за последние полтора года Бейбарсов забрался настолько глубоко в свою бронированную раковину, что даже сестры не могли вывести его на откровенный разговор. - Здесь, - все-таки буркнул он и кивнул на землю у костра. - Геб, ы аже вутрь е заодишь, акой мысл... - начала взволнованно Жанна. Ее беспардонно прервал громкий звук. Сухая палка, которая служила некромагу импровизированной кистью, хрустнула между пальцев. Бейбарсов небрежно бросил её в костер, отчего тот заискрился и зашипел. - Зачем вы прилетели? Делать больше нечего, как со мной нянчиться? - Глеб поморщился. Заботливые увещевания и громкие причитания последнее, что ему хотелось бы сегодня выслушивать. Жанна от обиды плотно сжала губы и отвернулась. Она уже давно смирилась, что у них с Глебом нет шансов на совместное будущее. Единственное, чего она справедливо ждала от него - уважения. Бейбарсову, однако, было все равно до чужих ожиданий. Он не замечал ничего и никого вокруг. Сестры могли только догадываться, что происходит в этой черноволосой голове. - Чем планируешь заняться, когда все закончится? - скрестив руки на груди, спросила Лена. Она не собиралась поддаваться на бейбарсовские выходки. - Никак не могу выбрать: алкоголизм или наркотики. Ты бы вот, что предпочла? - ответил он и поднял издевательски-вопросительный взгляд на Лену. Один Лигул был в курсе, какое усилие Свеколт пришлось сделать над собой, чтобы не влепить ему звонкую пощёчину. - Хватит быть такой свиньёй, Бейбарсов! Сколько можно жалеть себя? - повысила голос она. - Сколько угодно, вас никто не заставляет это выслушивать, - равнодушно произнёс он и уставился на вяло извивающиеся языки пламени. - Осталось последнее поручение? - снова ровным тоном спросила Лена. Глеб коротко кивнул. Осталось последнее поручение. После того, как Магщество получило обратно своё бесценное Зеркало, дело на Глеба все равно осталось открыто. Франциск и Вацлав гонялись за ним по пятам еще где-то полгода. Но однажды Бейбарсову надоела бессмысленная игра в прятки. В конце концов он снял все маскирующие заклятья и сел дожидаться гостей кровопийц. По сути, Глеб ничем не рисковал – ни один разрыватель не возьмет Тантала, а уж эти двое и подавно ему не навредят. Похоже, что полу вампиры гонялись за беглым некромагом только из-за распоряжения сверху. Они наверняка и сами не надеялись, что их предприятие возымеет успех. Глеб же прятался от них то ли по инерции, то ли просто от нечего делать. А Франциск и Вацлав, надо отдать им должное, не были глупы. И уж точно не были настолько самонадеянны, чтобы явиться в логово к некромагу с намерением пленить. Однако они не собиралисб упустить возможность провернуть выгодное дельце и выслужиться перед начальством. Беглому некромагу предложили контракт. По нему все обвинения будут забыты, преследования закончатся, но Глеб должен будет выполнить с десяток заданий Магщества. Заданий, которые были либо слишком опасными, чтобы бросать туда своих людей, либо слишком сомнительными с точки зрения закона. Сначала Глеб со скепсисом отнесся к столь любезному предложению, но потом внезапно даже для себя самого дал согласие и поставил в контракте размашистую подпись. И вот уже год, как он мотался по всей стране то в поисках очередного потерянного артефакта, то в поисках очередного потерянного преступника. Получалось у Бейбарсова недурно. Он раз за разом возвращался к "начальству" с победой. Однажды Глеб даже признался себе, что был бы не прочь продолжить заниматься подобным по истечению контракта. Однако работать на Магщество он больше не собирался. Все же любой более менее трезво мыслящий человек понимал - сотрудничество с прохвостами рано или поздно выйдет тебе боком. Лена с Жанной переглянулись. Они поняли, что из Глеба больше ничего не вытянешь. Поэтому Аббатикова, снедаемая невысказанной обидой, даже не попрощавшись, направилась к своей ступе. А вот Лена задержалась. - Глеб, ничего не изменится, пока не поймёшь, кто ты без нее, - произнесла Свеколт и протянула Глебу сложенный вдвое небольшой листок. – И начать лучше с этого. Больше она ничего не сказала. Уже через минуту две ступы стремительно взмыли в воздух. На этот раз Бейбарсов все же поднял голову и проводил взглядом своих сестёр. То ли из-за связи, то ли по тону Свеколт, он понял - это был последний раз, когда они навестили его. Глеб развернул бумажку и увидел надпись черной шариковый ручкой: "Нижний Новгород, ул. Лазурная, д. 34, кв. 52". - Это ещё что? - Бейбарсов пару раз пробежался глазами по буквам и цифрам, но так и не смог понять, как мог бы быть связан с этим местом. Солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Лес погрузился в печальный пыльный сумрак. - Да плевать, - тихо процедил он себе под нос и с раздражением отправил листок в костер. Пламя с шипением пожрало свою новую жертву, осветив зеленоватым светом искривленное страданием лицо парня. При Свеколт Глеб не подал виду, но её слова зацепили, разозлили. Что уж поделать, так бывает, когда говорят правду, которую совсем не хочешь слышать. "Кто ты без нее". Бейбарсов и правда не знал. С тех пор, как он оставил Таню на том драконбольном поле, Глеб чувствовал пустоту, которую, казалось, ничто и никогда не сможет заполнить. Все эти годы он жил одной лишь рыжеволосой ведьмой. Точнее надеждой, что рано или поздно, он добьётся своего, добьётся её. А теперь он гнал от себя её образ, что было сил. Они больше никогда не увидятся. За всю свою жизнь он сделал лишь одну правильную вещь - убрался от неё подальше. И пусть у него ничего больше не осталось, это он сохранит. Свою безусловную жертву. Но Свеколт, Лигул бы её побрал, разворошила старую рану какой-то короткой фразой. Разворошила так, что стало невыносимо. Глеб почувствовал, как ноющая тоска и усталость, копошащиеся в нем долгие-долгие месяцы, сменились обжигающим гневом. Бейбарсов попытался впиться ногтями в твердую землю. Он царапал, и царапал, и царапал. Пока кожа на подушечках пальцев не стёрлась до крови. Но и это не помогло. Идиотская регенерация восстанавливаю израненую плоть в мгновение ока. Глеб даже не успел толком прочувствовать физическую боль. Не успел пустить кровь в землю. Почему-то ему казалось, что так почва сможет впитать вспыхнувший ураган из злобы и боли. Но нет, даже это было ему недоступно. Тогда некромаг не выдержал. Впервые за многие месяцы он не выдержал. Вскочил с места и с остервенением начал топтать костер. Угли брызгами разлетались в стороны. Последние пламенные искры из возмездия тянулись к ботинками своего уничтожителя, но затухали не нанося ему вреда. Некромаг пытался не просто разрушить, он пытался сровнять с землёй, стереть ни в чем неповинный источник огня. Последний здесь источник света. Топтать. Топтать. Топтать. Уничтожить. Он опрокидывал сокрушительные удары один за другим, пока чернота бывшего костра окончательно не смешалась с грунтом. А когда Глеб осознал, что разрушать больше нечего, вдруг издал резкий гортанный звук. Он был пугающе похож на рев раненого взбешенного зверя. Лес ответил некромагу шелестящим порывом ветра и взметнувшейся стаей сизо-чёрных ворон. Бейбарсов невольно проследил за птицами взглядом. А про себя подумал, что был бы не прочь отправиться вслед за ними. И неважно куда, лишь бы подальше от всего этого. Подальше от своей паршивой жизни. Недвижно простояв ещё пару минут, Глеб шумно выдохнул и лёг. Прислонился щекой к пыльной земле, которую только что одарил шквалом гневных ударов. И перед тем как забыться сном, он все для себя решил. Наконец, он знает, что нужно сделать. *** Небольшая приемная с новеньким евроремонтом как всегда встретила Глеба неприятной свербящей свежестью. Стерильная комнатка была обставлена дорогой светло-бежевой мебелью и пыталась расположить гостей обманчивой теплотой. - Что за видок у тебя, некромаг? - деловито изогнув тонкую бровь, спросила секретарша. Это была низенькая полноватая ведьма с немигающими глазками бусинами, чей возраст давно перевалил за отметку "средний" даже по колдовским меркам. Её звали Агнесса Вениаминовна - эта строгая во всех отношениях женщина одним своим суровым взглядом держала в страхе всех местных бюрократов. Поговаривают, что даже начальник не задавал своей подчинённой лишних вопросов, опасаясь показаться глупцом. Она сидела за столом и с жутко важным видом раскладывала по стопкам вероятно жутко важные бумажки. - Приведи себя в порядок, - тоном строгого школьного завуча распорядилась Агнесса Вениаминовна. - А то в кабинет не запущу. Господин Кощеев, между прочим, микробов на дух не переносит. - Мне нет дела до его ипохондрии, - пожал плечами Бейбарсов и направился прямиком в сторону двери в кабинет. Но некромаг не успел преодолеть последние полтора метра, как перед ним выросла фигура непреклонной секретарши. Агнесса Вениаминовна была на добрых две, а то и три головы ниже Бейбарсова, но это обстоятельство ничуть не убавляло ей уверенности. Она уперла руки в боки и с брезгливостью осмотрела Глеба с ног до головы. - Ты что в канаве с бездомными псами валялся? - Нет, псы от меня шарахаются, - буркнул Глеб и устремил безразличный взгляд прямо перед собой. Он уже понял, что пройти просто так не удастся. Секретарша начала отрывисто выговаривать чистящие заклятья. Некоторые из них даже Глебу были незнакомы. Бейбарсов был одним из немногих, кто Агнессу совершенно не боялся. За год работы и он и она прониклись друг к другу симпатией такой, какой обычно проникаются два равных по силе духа противника. Однако Агнесса имела перед Глебом одно преимущество - почтенный возраст. И хоть Бейбарсов жил сейчас в состоянии полной душевной анархии, чувство субординации, привитое ещё Эльвирой, диктовало ему поведение на уровне инстинкта. Именно поэтому сейчас Бейбарсов стоял смирно вместо того, чтобы попросту оттолкнуть ведьму с дороги. Наконец, некромаг был приведён в более-менее человеческий вид. Агнесса отступила на шаг назад и придирчиво оглядела результаты своих трудов. Рубашка сияла белизной, брюки и пиджак выглядели так, будто их только-только отутюжили. Единственное с чем даже Агнесса Вениаминовна была справиться не в силах, так это с впалыми щеками, побледневшей кожей и потухшим безразличным взглядом. - Сойдёт, - снисходительно подвела итог она. - Я предупрежу, что ты пришёл. Жди, пока не позову. На этом секретарша скрылась за дверью, ведущей к человеку, который, как казалось Глебу, поможет положить конец его мучениям. - Заходи, - разрешила секретарша, вернувшись через полминуты. - Господин Кощеев сегодня в отличном расположении духа. Попытайся не заразить его своей всепоглощающей апатией, некромаг. - Ничего не обещаю, - честно ответил Глеб и шагнул в кабинет начальства. Комната, где заседал господин Бессмертник Кощеев больше напоминала тронный зал. Что называется, варварская роскошь во всей свое вульгарной красе. Пол помещения был уложен черным мрамором, поверх которого стелились ковровые дорожки. Этим же камнем в сочетании с кроваво-бордовыми обоями были оформлены стены. Дальний край комнаты был заставлен витринами с артефактами и доспехами, инкрустированными таким количеством драгоценных камней, что не всегда удавалось понять, какой же объект скрывался под сверкающим великолепием. По стенам висели здоровенные картины в золотых рамах, главным героем которых, разумеется, был сам хозяин кабинета. На одной он сражался с шестиглавым красным драконом размером с десятиэтажный дом, на второй победоносно вонзал меч в сердце поверженному, но без сомнения свирепейшему и яростнейшему божеству, а на третьей держал в руках отрубленную голову подозрительно похожую на голову Медузы Горгоны. Кстати, увидь такое непотребство совершенно невредимая героиня сего шедевра, не сносить головы было бы самому Бессмертинку. А прямо посередине зала стоял гигантский дубовый стол на массивных резных ножках. Подле стола возвышался стул-трон с вытянутой спинкой, обитой красным бархатом и венчаной золотыми навершиями, отлитыми в форме наконечников копий. На троне ссутулившись восседал господин Бессмертник и слегка нервозно постукивал пальцами по столешнице. Его лицо-черепушка, обтянутое бледной, практически белой кожей, выражало легкую степень озабоченности. Глеб неоднократно посещал это место, но всякий раз его слегка передергивало от вычурности интерьера. Стоило ему только переступить порог, как Бессмертник тотчас вышел из раздумий. Он вскочил со своего места и направился навстречу гостю чуть ли не с распростертыми объятиями. От нарочито теплого приема Глеб невольно застыл и удивленно вздернул бровь. В прошлые рабочие визиты Кощеев не удостаивал некромага даже беглым взглядом. - А вот и ты, Глеб! – заулыбался, обнажая маленькие острые зубки, Кощеев. – Уже наслышан – вчера вернулся с очередной победой. Да и, что против тебя могла сделать жалкая кучка вурдалаков? Я в тебе ни секунды не сомневался. Бейбарсов ничего не ответил и пристально взглянул на Бессмертника. От этого приступа невиданного дружелюбия несло подвохом за версту. Впрочем Глеб быстро одернул себя. Какая ему разница, что задумал лицемерный мешок с костями? Бейбарсов явился сюда с вполне конкретной целью. - Я пришел за новым заданием, - холодно ответил некромаг. - Из огня да в полымя? Похвальная работоспособность, если ты, конечно, вызвался не для того, чтобы побыстрее от меня отделаться, - Кощеев натянуто засмеялся своей шуточке. – Для начала давай присядем. И он махнул рукой в сторону стола, рядом с которым уже материализовался менее помпезный, но все такой же вычурный стул для гостя. Глеб принял приглашение и сел, расслабленно закинув ногу на ногу. - По контракту это последнее задание, верно? – уточнил Бессмертник, присаживаясь на свое место. - Верно, и уйти, - тут Глеб позволил себе легкую ухмылку. – Я хочу красиво. Наверняка у вас найдется проблемка с чем-то неуправляемо-смертоносным, с чем еще никому не удавалось совладать. - Еще год назад такой проблемкой был ты, - хмыкнул Кощеев, сложив руки на груди. – Я бы и рад помочь, некромаг. Но, думаю, ты и сам знаешь, что я не уполномочен самостоятельно отправлять тебя на новое поручение. Когда ты вернулся со второго задания, которое на самом деле планировалось как особо жестокая казнь, Совет Магщества счел тебя слишком ценным ресурсом. И распоряжаться таким ресурсом самостоятельно я не могу. - И что, Совет никак не обойти? Неужели для человека вашего положения, - Глеб выразительно обвел взглядом роскошный зал. – Может стать преградой какая-то кучка бюрократов? Бейбарсов рассчитывал сыграть на самолюбии Кощеева, но тот был не так уж прост и в социальных играх за годы службы поднаторел достаточно. - Видишь ли, я уважаю своих коллег и предпочитаю сохранять с ними хорошие отношения. А к чему такая спешка, если не секрет? - Причины весьма личные, и я не хотел бы о них распространяться, - не стал отвечать некромаг. - К сожалению, ничем не могу помочь, Глеб. Разве что… - он поджал губы и сцепил пальцы в замок. - Что? Господин Кощеев, давайте не будем разыгрывать спектакль, - вздохнул Бейбарсов. - У вас кажется есть, что мне предложить. - Ох, Глеб, Глеб, Глеб, тебе повезло, что я не могу не пойти навстречу такому ценному сотруднику, - Кощеев выдержал драматичную паузу, призывающую слушателя осознать, на какой риск он подписывается. – Ладно, я рискну своей головой и выдам тебе последнее задание... с парочкой условий. Ну, разумеется. Здесь-то наверняка и кроется подвох. Похоже по счастливому совпадению Кощеев и сам готовил для него поручение в обход Совета, вот только насколько оно будет соответствовать запросам самого некромага? - Перед тем, как мы перейдем к условиям, расскажите про задание, - настоял Бейбарсов. – Что мне нужно будет сделать? - Ты вскроешь кое-какой подвал. - Подвал? – криво усмехнулся Глеб. – Я же сказал, мне нужно самое опасное, что у вас есть. - Поверь, некромаг, - напускное радушие уступило место неподдельной серьезности. - В попытках взломать его за последние тридцать лет полег не один по-настоящему умелый колдун. И я предупрежу твой скепсис: среди них были выдающиеся профессора нескольких магических академий с разных концов света. Все они мертвы. Маги же середнячки, которые только приближались к этому месту либо сходили с ума, либо… - Оказывались мертвы. При всем уважении… - не слишком впечатлился Глеб. - Я в курсе, что в тебе бушуют силы Тантала и половина дара Эльвиры, - жестко перебил его Кощеев. - Вот только дело совсем не в силе. Не будь столь самонадеян. Клубок из смертоносных заклятий, наложенных на проход в подвал, столь изощренно запутан, что поможет там только тонкий ум и самоубийственная храбрость. Хм, а ведь, если подумать, не так уж и плохо. Найти противника превосходящего Бейбарсова по силе было практически невозможно. Быть может убийственная головоломка будет эффективнее? Остается только понадеяться, что Бессмертник не преувеличил степень ее смертоносности. - И что за Ящик Пандоры там так надёжно укрыт? – все же не смог удержать любопытства Глеб. - А вот этого, некромаг, тебе знать не положено. Информация засекречена. О местонахождении подвала во всем свете знают только высокопоставленные члены Магщества, я в их числе. Координаты - максимум данных, которые ты получишь. И если согласен, то обговорим условия сделки. Глеб кивнул, дав знак, чтобы Кощеев продолжал. Хотя Бейбарсову это уже было неинтересно. Он добился своего. - Как ты понимаешь, одобрение задания такого плана требует не одного совещания кучки бюрократов, как ты выразился. Однако, если ты принесёшь нам настолько масштабную победу, даже они заткнутся в тряпочку. И конечно, ты понимаешь, что во всем этом есть несколько решительных «но». Первое – ни один человек не должен узнать о том, что я тебе поручил. Второе – ты ни в коем случае не должен заходить в подвал. Как только вскроешь его, должен будешь дождаться меня. Нарушишь хоть одно из условий, пойдешь под суд. В бега ты не пустишься. Просто не сможешь в своем нынешнем сломленном состоянии. Бейбарсов кинул в сторону Кощеева раздраженный колючий взгляд. Ему не понравилось, что так называемый начальник считал его слабость. - А разве в таком случае вы не пойдете под суд вместе со мной? – резонно заметил Глеб. - Уж поверь, я смогу вывернуться, а вот ты… - Кощеев покачал головой. – Однако, если все пройдет по плану, я обрету достаточно авторитета, чтобы встать во главу Совета, ходатайствовать за твою полную амнистию, уничтожение позорного личного дела, и ещё, - Кощеев самодовольно улыбнулся. - Без проблем возьму тебя на постоянную работу. Сейчас ты не получаешь ни гроша, но я подготовлю тебе хорошее местечко. Будешь моим помощником, правой рукой. Можешь не претворяться, знаю, что тебе понравилось работать на меня. С такой должностью тебе, некромаг, до конца жизни не надо будет волноваться о деньгах, статусе и прочих пороках и прелестях мирской жизни. Что скажешь? Конечно, господин Бессмертник о чем-то не договаривал. Озвученная мотивация - заработать побольше авторитета в Совете - крайне сомнительна. Здесь что-то иное, личная выгода, куда более весомая, чем он заявляет. С большой долей вероятности он просто хочет заграбастать содержимое подвала в единоличное пользование, а потом... Возможно даже подставить Глеба. - О, звучит просто чудесно. Особенно мне понравилась часть про пороки, - ответил некромаг, изо всех сил стараясь подавить саркастичные нотки в голосе. Сейчас ему стоит сделать вид, что кнут и пряник сработали. Как уже было упомянуто, Бейбарсову было плевать на подлые планы Кощеева, ведь заглядывать так далеко в будущее ему не было надобеости. Ему бы просто побыстрее отделаться от старого прохвоста. - Я согласен разворошить ваш темномагический погреб, - заключил некромаг. - Только назовите адрес. Кощеев взял листок бумаги, обмакнул перо гарпии в чернильницу и размашистыми движениями начеркал адрес неведомого жуткого подвала. - Вот, - протянул он листок Глебу. – И помни, если все же получится, тут же свяжись со мной. Господин Бессмертник затеял опасную игру. Реальных рычагов воздействия на Глеба у него не было. Письменный контракт, заверяющий сделку, он создать не мог - в случае чего это может стать уликой против него, а брать устный Разрази Громус с некромага уровня Тантала было бы просто смешно. Глеб взял бумажку и сунул в карман пиджака. А затем, даже не сказав "до свидания", вышел за дверь. - Как прошло? - безразлично спросила секретарша, когда Бейбарсов вновь оказался в приёмной. - Как и было запланировано. Прощайте, Агнесса Вениаминовна. С вами было приятно иметь дело, - на этом некромаг чуть склонил голову и поспешил покинуть осточертевшую лысегорскую контору. Старая ведьма проводила некромага долгим задумчивым взглядом, а затем как ни в чем не бывало принялась перебирать бесконечные запросы, отчеты и письменные жалобы.