Под стать

      Гости покинули зал «импровизационной» галереи и спустились обратно в холл. В приглашениях был заявлен ужин, которого и ожидали притёкшие сливки общества. Некоторые из них оглядывали Хокори младшую, из-за чего она чувствовала себя чрезвычайно неуютно. «Какого, интересно, чёрта? А, вероятно из-за картины матери. Неужели так похожа? Ничего общего. Ребёнок, которого она изобразила ничуть не похож на меня. Ничем.» — Закончила? — поинтересовался Сейджуро, глядя на то, как Аризу сминает в руках приглашение взятое со стола.       Девушка поспешила избавиться от своего «творения» и отошла от молодого человека, убирающего телефон. Когда Риз вернулась, Акаши уже разговаривал с миссис Хокори. Она была безмерно воодушевлена реакцией гостей, на её работы. По лицу женщины можно было понять, что она хочет как можно скорее вернуться к всеобщему вниманию и воспеванию в свою честь.       Аризу поняла, что состояние матери может сыграть им на руку. Осталось только дать ей повод забыть о подростках и о величии одно из них в глазах хозяйки. — Мадам, — Акаши поклонился головой и состроил несколько виноватые глаза, — могу ли я просить вас, подождать до послезавтра, дабы показать мне ваши работы, — брюнетка слегка нахмурилась, — и моему отцу, конечно, — добавил он. Вдова едва удержалась от того, чтобы сломать себе шею часто кивая. Вместо этого она слегка улыбнулась, сдерживая ехидную лыбу. — Конечно, думаю так будет удобнее для всех, — Миссис Хокори взглянула на дочь и сказала ей проводить гостя.       Попрощавшись с Акаши, вдова скрылась за дверью залы и подогнала официантов приступить к подаче еды.       Стоя на крыльце, Риз держалась за пояс кимоно и перебирала его тонкими пальцами. Сейджуро не мог этого не заметить. «Ухода моего не желаешь? Ну, ещё бы! Жду не дождусь, когда ты падёшь предо мной!» — Что-то гнетёт тебя сегодня? — максимально заботливо произнёс Акаши и девушка так подивилась его интонации, что даже замерла. — Ничего нового, — обманула она, — я хочу наказать убийцу самого дорого мне существа… — Аризу поникла головой. Парень взглянул на неё, почти готовую заплакать не смог удержаться…       Брюнетка вылупилась на баскетболиста с мыслью «Да что это с нм? Сам на себя не похож… Не помню, когда люди вели бы себя так со мной…». Красные глаза уставились на руки баскетболиста держащие руки фехтовальщицы. — Прошу прощения за мою не сдержанность, Риз, но я не могу… Мне больно видеть тебя такой печальной… Такой разбитой… — признался Сейджуро, — Я уже жалею о том, что рассказал тебе о Макаду.       Глаза Аризу продолжали округляться до этого момента. Но эта фраза из уст Сейджуро звучала так честно, будто он считал себя виноватым во всех её печалях. — Ну что ты… Сейджуро… если бы не ты, я бы до конца своей жизни могла винить мать… Эта мысль отравляла мне жизнь… Ты помог мне наладить с ней отношения, ты изменил всё… — благодарно залепетала брюнетка. Глаза Акаши заблестели, а на лице растянулась искренняя улыбка. — Я рад знать это. Правда рад. Но ты всё ещё опечалена тем, что он безнаказанно ходит по земле. Я хочу помочь тебе и с этим. Умоляю, позволь помочь тебе, как можно скорее…       Аризу приподняла брови. Сейджуро взялся за её руки ещё крепче. Она посмотрела в сторону входной двери. Брюнетка нахмурив брови принялась думать, будто бы просчитывая все риски. — Моя мама завтра утром уедет в центр. Что-то по работе. Обычно она возвращается к полудню, так что, думаю, ты можешь прийти пока её нет… — рассуждала школьница. — Зачем так сложно? Разве она против моего присутствия в доме? — Акаши задал этот вопрос лишь для того, чтобы утвердиться во мнении, что… — Она настолько не против, что не упустит тебя из виду. Сегодня ей есть куда сместить вектор внимания, но завтра ты просто не спрячешься от неё…       Сейджуро понимающе кивнул и начал мысленно ликовать открывшейся возможности. — В семь утра подойдёт? — Если тебе будет удобно, то лучше в шесть. — Договорились. Тогда, до завтра, Риз, — Акаши поклонился. — До завтра, — Хокори поклонилась ему в ответ и проводив парня взглядом до машины, скрылась за дверью дома.