Под напряжением: Штормовое предупреждение

Поздним вечером штаб почти опустел. Корешков уехал проверять камеры. Мальцев допрашивал свидетеля. Олеся сидела в соседнем кабинете над отчётами. Шумская осталась одна. Почти. - Вы опять не ели. Она даже не подняла головы. - Высоков, если хотите меня раздражать, выберите менее очевидный способ. Он поставил рядом бумажный стаканчик кофе. - Вы становитесь агрессивнее, когда голодны. - А вы становитесь невыносимым всегда. - Это стабильность. Несколько секунд Ирина молчала. Потом всё-таки взяла кофе. - Спасибо. - Не за что. Он сел, напротив. - Вы слишком вовлечены. - Удивительно слышать это от человека, который читает маньяков как книги. - Именно поэтому и говорю. Шумская устало потерла переносицу. - Третья жертва жила в соседнем районе с моей сестрой. Высоков внимательно посмотрел на неё. - Вы не говорили. - А должна была? - Нет. Он редко видел, чтобы Шумская говорила о семье. Почти никогда. - Вы начали принимать это дело слишком лично. - А вы нет? Высоков ответил не сразу. - Я научился отделять. - Врёте. Это прозвучало спокойно. Без вызова. Просто факт. И именно поэтому Андрей Ильич ничего не ответил. Потому что она была права.