После восьмой серии

Если честно, я не знаю, почему мы так единогласно решили, что это Помни. Хотя, сложно было бы это отрицать. – Пульс есть, живая... – говорю я, присев перед Моникой и начиная развязывать верёвки, сковывающие ноги. Зарина уже развязывала «кляп» из платка, Агнес распутывала руки. – Эй, Моника, очнись, прошу тебя... Открыв глаза, она вдруг дёргается и замирает. Потом медленно протирает лицо. – Ты... – она пока что никого не заметила, кроме Регины. – Рагата? – кажется, когда она сбежала... Или когда её вытащили оттуда... Не знаю, но мне показалось, что она не видела бумажки с именами над кроватями, поскольку назвала меня по имени из цирка. – Регина... – неловко исправила я, – Как ты себя чувствуешь? – Порядок, – Мона встаёт со стула, я тоже встала с коленок. Она наконец оглядывается и замечает Зарину, Грэга и Агнес. Я вдруг поворачиваюсь на Феликса. – Ты всё это время просто стоял?! – возмутилась я, сжав руки в кулаки. – А что мне надо было делать? Вы и сами неплохо справляетесь, – он издаёт смешок и вновь прячет лицо под ухмылкой. – Подождите, – прерывает Моника, оглядывая всех присутствующих, – назовите свои имена... – стыдливо попросила она, невольно сжав длинные рукава голубой толстовки, которые оставляли видимыми только кончики пальцев. – Зарина, – ровно отвечает бывшая Зубл. – Агнесса, – тихо произносит рядом с Зариной девушка. – Я Регина, – повторяюсь я. – Грэг, – отстранённо говорит самый старший на вид мужчина. – Феликс, – с ухмылкой отвечает парень, что стоит в дверном проёме. – Я Моника... Не знаю, когда я об этом вспомнила... Как же странно... – задумчиво протягивает она, скрещивая ладони в замок и хрустя пальцами. Некоторое время мы просто молча стоим. Я бросаю на Феликса гневные взгляды за его бездействие. Он и в жизни та ещё сволочь. – Нужно выбираться. Потом расскажешь, что случилось, и почему ты здесь, а не на одной из тех коек, – неожиданно собранно сказала Зарина, адресуя просьбу Монике. – Да, нужно... Я пыталась выбраться и в ответ получила платок, смоченный хлороформом. Нужно быть внимательнее... Предельно внимательнее, – тихо сказала Мона. Никто не ответил. И не планировал. Мы переглядываемся и идём к выходу из комнаты. Феликс отошёл в сторону и теперь идёт сзади всех нас. Моника идёт впереди вместе с Грэгом, Агнес с Зариной шагают следом. Я иду за ними и возле меня идёт Феликс. Я тихо произношу: – Что с тобой не так? – чувствую, в моём голосе был неподдельный интерес. Да и это правда. Почему он просто стоял? И что, что мы справились и без его помощи? Не знаю, какая-то странная злоба и интерес в его сторону окутала меня. – Со мной? – усмехается он и перехватывает меня за запястье. Я замираю от шока. – Успокойся, лакричноволоска, я в достаточно нормальном состоянии после того, что было со всеми нами. Феликс выпускает из руки моё запястье и продолжает идти, как ни в чём не бывало, надев свою фирменную ухмылку. – Ну да, конечно, – сквозь зубы произношу я и иду за ним, глядя куда-то в сторону. Нет, по сути это вполне отличное оправдание. Я не знаю, почему я так себя веду. Может, дело во мне, и успокоиться нужно мне, верно? Грэг открывает заветную дверь. Ещё до выхода на улицу можно было понять, что там светает. Мы выходим из этого здания. Если честно, мне интересно посмотреть, как оно выглядит снаружи. Я оборачиваюсь назад, чтобы прикинуть, где мы вообще были. Оказалось, что обернулись все, правда, я сначала этого не заметила. Здание выглядит заброшенным. Если судить по интерьеру внутри, я бы никогда не сказала, что то, что я вижу сейчас внутри может дать такое... Даже приятное впечатление. Хотя, строгость этого места не даёт ни намёка на уют. Да ещё и то, что мы знаем об этом месте, и то, что мы в нём прожили... – Так где мы находимся? – вдруг спрашивает Моника, складывая руки в замок внизу живота. – Думаю, недалеко от наших домов. Посмотреть бы дату... У вас ведь тоже нет телефона? – говорит Зарина, оглядывая взгляды каждого, словно ища там ответ. Я на всякий случай проверяю карман, в котором пусто. Ещё и телефона лишили, и что теперь делать? – О боже, нет! Я должна найти телефон! Там ведь столько всего! – едва ли не вскрикивает Моника. Не думала, что она настолько может быть зависимой от телефона. – Но мы же не будем возвращаться... Т-туда?.. – спрашивает Агнес, намекая на то, что она явно не хочет (и, возможно, и не будет) идти снова в это здание. Да и я не горю желанием... И вообще не думаю, что кто-то ещё хочет туда. – Нет, мне очень нужно найти свой телефон! Если вы не пойдёте, ничего страшного, – говорит Моника, получая в ответ отрицательные качания головой ото всех, кроме Феликса. Тот, будто, вообще ничего не услышал и просто поднял одну бровь. – Хорошо, тогда я... – Нет, Мона, ты не пойдёшь туда снова, – отрезала Зарина, прерывая Монику, – Мы не позволим тебе туда идти за чёртовым телефоном. Я не позволю. – Нет, ты не понимаешь! – продолжает возмущаться Моника. Через мгновение её передёрнуло от собственной ярости, и она, сжимая рукава кофты пальцами, куда тише произносит: – Простите. Я... Не пойду, ты права, Зарин... Прости, – она опускает взгляд и замолкает. Повисла какая-то нелепая тишина. – Давайте пойдём отсюда, – говорю я и направляюсь по асфальтовой дороге, даже не представляя, куда она ведёт. Я слышу шаги за мной, значит, мы всё-таки уходим. Наконец-то!