взломать твой код

Минхо ненавидел громкие звуки, арбузную жвачку, полицию и Хан Джисона. Последнего, кстати, с того самого момента, как Чан, широко улыбаясь, не привел его в «нору», гордо выставляя напоказ, будто тот был редким экспонатом. Одетый в белую майку, абсолютно не скрывающую ни одного рельефного изгиба, и безразмерные джинсы с россыпью красочных пятен, он привлекал неприлично много внимания. Звеня набедренной цепью, он с поразительной уверенностью, читай напыщенностью, предстал перед присутствующими. - Хан Джисон, ребята, – хлопая парня по плечу, оглашает Чан, переводя взгляд с одного члена команды на другого, – наш новый специалист по взлому. Лучший в своем деле. - Всем привет, – поднимая руку в приветственном жесте, говорит Хан, скалясь самодовольной улыбкой. Воцаряется неловкая тишина, первым нарушить которую вызывается Чанбин, делая пару шагов в сторону новобранца и протягивает тому руку. – Со Чанбин. – с искренней улыбкой представляется тот, – я здесь вроде как за механика. – Вроде как? – выгибает бровь в удивлении Джисон. – Вроде как, потому что официально я автомеханик, – невозмутимо отвечает Чанбин, пожимая протянутую руку Джисона, – Но на деле чиню все, что попадает в лапы к этим растяпам. Он тыкает большим пальцем в остальных под всеобщие недовольные возгласы. – Не надо примазываться, – с напускной важностью вклинивается Сынмин, – починкой здесь занимаешься не ты один. – О, правда? – вскидывает бровь Со, – тогда почему мне каждый раз приходится чинить то, что ты называешь «небольшими модификациями»? – Потому что некоторые превращают обычный выезд в сцену из боевика. – невозмутимо парирует Сынмин. – Это называется профессиональным вождением, вообще-то. – Если под «профессиональным» ты имеешь в виду прыжок через бетонное ограждение, то да, – лениво замечает Минхо. – Мы тогда уходили от погони! – оправдывается Со, возмущенно всплескивая руками. – Мы тогда ехали за кофе, – сухо напоминает Сынмин. Чанбин возмущенно щелкает языком. – Детали. По помещению прокатывается смешок. Минхо обреченно вздыхает – ну цирк да и только. – Ладно, раз уж начали знакомиться, – Чан отталкивается от стены и кивает в сторону команды. – Минхо — наш стратег. Если операция не разваливается в первые десять минут, это его заслуга. – А если разваливается? – интересуется Джисон, заставляя Минхо возмущенно вскинуть брови. – Тогда тоже его, – идя на опережение, отвечает Хёнджин. Минхо бросает в его сторону яростный взгляд. – Продолжай, и я поменяю твое место в плане на «живой щит». Хёнджин театрально прижимает ладонь к груди так, будто он невероятно польщен сказанным. – Вот, новичок, учись, – объявляет он, гордо вскинув подбородок, – Минхо доверяет мне самые ответственные позиции — лицо команды должно страдать первым. Джисон не успевает ответить — его прерывает все еще выполняющий свои лидерские функции Чан. – Хёнджин у нас отвечает за то, что мы называем «социальной инженерией», – невозмутимо продолжает Чан, будто не замечает чужого самодовольства. – Если нужно вытянуть из кого-то информацию — это к нему. – А если нужно заткнуться хоть на пять минут — это уже не к нему, – спешит отыграться на нахальном младшем Минхо. – Хён, – сохраняя завидное самообладание, отвечает Хёнджин, – ты такой милый, когда завидуешь. Чан машет руками в попытке пресечь уже начавшуюся перепалку. – Вы мне так всех новичков распугаете, – качает он головой, наконец сумев привлечь внимание младших. – Слишком поздно, – многозначительно оглядывая присутствующих, говорит Хан, хитренько улыбаясь. – Теперь я просто обязан остаться. Уж слишком интересное тут у вас шоу. Под всеобщее улюлюканье Чанбин похвально хлопает Джисона по плечу, очевидно довольный его результатами в этой гонке на самый остроумный ответ. – Ну, хоть у кого-то, кроме этих двоих, здесь язык подвешен, – вздыхает Феликс, поднимаясь с насиженного места и двигаясь в сторону Джисона. Лучезарно улыбаясь, он протягивает новичку руку. Джисон пожимает её, и Феликс с искренним энтузиазмом трясет ее чуть дольше, чем того требуют рамки приличного. – Ли Феликс, – просто говорит он, обнажая белоснежные зубы в приветливой улыбке. – Работаю с компьютерами. – Хакер, значит? – уточняет Джисон, также приветливо улыбаясь в ответ. – Ну, можно и так сказать, – посмеивается парень, откидывая со лба непослушную прядь светлых волос. Он поворачивает голову, кивая в сторону рыжеволосого паренька, увлеченного прокручиванием ленты в своем смартфоне, – а это Чонин. Он у нас младшенький. – Это должность такая? – интересуется Хан, переводя взгляд на того, о ком говорит Ли. – Несмешно, – опережая ответ Феликса, говорит тот, все еще не отрывая взгляда от экрана, – я здесь по логистике. – То есть? – Просчитываю маршруты, – отвечает тоном «как будто это не очевидно». – Самая недооценённая должность в команде, – констатирует Феликс с искренним разочарованием. – Потому что самая скучная, – помахивая рукой, вставляет свое ценное мнение Хёнджин. – Потому что без меня вас бы уже давно запаковали, — спокойно парирует Чонин, все еще не отрывая взгляда от экрана, – и это я ещё не учитываю ваши гениальные идеи по импровизации. Минхо лишь качает головой, привычно наблюдая за этим балаганом. Ничего нового: Чанбин огрызается, Сынмин язвит, Хёнджин в каждой бочке затычка, а остальные только подливают масла в огонь. — О, не переживай, — отзывается Чанбин, оправляя край футболки, плотно облегающей его рельефный торс. — Если нас всё-таки запакуют, ты профессионально проложишь нам маршрут до полицейского участка. — Ага, — отзывается Джисон, чуть приподнимая бровь. — И, судя по тому, что я здесь услышал, мне ещё и придётся объяснять вам, как там дверь открывается. Минхо в очередной раз едва сдерживается, чтобы не закатить глаза. Остальные взрываются смехом, сигнализируя о том, что такой ответ приходится им по душе. Джисон, абсолютно довольный собой и произведенным им впечатлением, улыбается во все тридцать два. – Откуда мы знаем, что он — профессионал? – скрещивает руки на груди Минхо, прерывая всеобщее веселье. – Клоуном он уже заделался, а вот взломщиком пока не очень. Чан тяжело вздыхает. Если в команде и есть кто-то, кому стоило бы вручить титул «первоклассный душнила», это, вне всякого сомнения, был бы Ли Минхо. – Ладно, – наконец говорит он, проводя рукой по лицу. – Раз уж ты заговорил о “профессионализме”. Он переводит взгляд с Минхо на Джисона. – Помните дом того миллиардера на южном побережье? Четыре года назад, – Чан обращается к старшим, переводя взгляд с Минхо на Чанбина и обратно, – три уровня защиты, отдельная система на сейфах, сигнализация, которая орёт ещё до того, как ты подумаешь о взломе. Феликс тихо присвистывает, представляя себе весь ужас ситуации. Очевидно, ни он, ни другие младшие еще не были частью команды в те времена — и, судя по интонации Чана, им очень сильно повезло. – О, так это та самая история, где вы по-крупному облажались! – восторженно восклицает Хёнджин, хлопая ладонью по спинке дивана. Минхо бросает в его сторону испепеляющий взгляд, заставляя того прикусить язык. – И как только мы добрались до сейфа, оказалось, что того, что мы искали, там уже нет, – завершает историю Чан, игнорируя слова Хвана. Сынмин часто моргает. – В смысле? – В том, что кто-то забрал его, – спокойно говорит Чан. – До нас. Тишина становится плотнее. – И угадайте, у кого он оказался. Все взгляды медленно, но верно смещаются к Джисону. – Джисон вышел оттуда раньше, чем мы вообще поняли, что кто-то кроме нас там есть, – поясняет Чан, разводя руки в стороны. – И как вы все можете догадаться, все это он провернул в одиночку. Тишина оседает тяжким грузом. Напряжение нарастает, и Минхо чувствует, что вот-вот взорвется. Он посвятил этой работе всю свою жизнь и, без преувеличения, считал себя в своем деле одним из лучших. Его стратегии не просто работали — они предугадывали чужие решения на несколько ходов вперёд, оставляя пространство только для контролируемого риска. И именно поэтому тот случай был чернильным пятном на его белоснежной репутации. переводит взгляд на Джисона — тот слушает молча, позволяя Чану закончить. И только когда все взгляды оказываются на нём, слегка улыбается. Его выражение лица — не самодовольное, не удовлетворённое, а такое, которое появляется у человека, довольного качеством проделанной работы и абсолютно уверенного в себе. – Я просто оказался быстрее, – непринуждённо пожимает плечами, не снимая улыбку с лица. Феликс открыл рот в немом удивлении. Сынмин нервно перебрасывает взгляд от Минхо к Джисону и обратно, очевидно ощущая нарастающее напряжение. Даже Чонин отрывается от своего телефона. – Просто замечательно, Чан, – нарушая тишину, чеканит Минхо. – Ты взял в команду человека, который в одиночку подорвал всю нашу работу. Он делает паузу, не отводя взгляда от Чана, но каждое слово звучит так, будто предназначено для непрошеного новичка. – Не это ли лучшее подтверждение моего профессионализма? Джисон решителен. Воздух между ними электризуется — казалось, ещё немного, и полетят молнии. – Профессионализма? — тихо повторяет Минхо. Уголок его губ дёргается в чём-то, отдалённо напоминающем усмешку, но искренности в ней нет ни грамма. – Тебе просто повезло оказаться там раньше нас. Не переоценивай себя. Джисон не отступает, но, наоборот, выглядит так, словно чужая злость его только забавляет. – О, похоже, кто-то здесь боится признать свой провал, – замечает Джисон, чуть склоняя голову на бок. Чан, как и полагается лидеру, бьёт тревогу раньше, чем кто-либо ещё успевает открыть рот. – Так, нет, — резко вклинивается он, вставая между ними. — Что за детский сад вы тут устроили? Чан на взводе. Не меньше, чем сам Минхо. Желваки на его крупной шее ходят ходуном. – У нас есть клиент и работа. Здесь нет места ссорам. Вы не хуже меня знаете, к чему они приводят, – наставляет Чан. – У каждого из вас своя задача. Будьте добры выполнить её как следует. И без попыток перегрызть друг другу глотки и доказать, кто здесь самый умный. Младшие, в том числе и те, кто к перепалке не имел никакого отношения, словно нашкодившие дети, затихают. Каждый из присутствующих, включая новичка, понимает — Чан перешел в режим «машина–убийца», и испытывать его терпение не стоит. – Вы двое, – переводя взгляд с Минхо на Джисона, приказывает Чан. – Пожмите друг другу руки. Минхо до скрипа сжимает челюсти. Хан напрягается, сжимая кулаки до посиневших на запястьях вен. – Я жду. Несколько секунд никто не двигается. Минхо с таким видом смотрит на растянувшуюся между ними дистанцию, будто Чан приказал ему сунуть руку в пасть хищнику. Воздух в помещении становится густым, тяжёлым, будто перед грозой. Даже Хёнджин, обычно не затыкающийся дольше чем на минуту, молчит, наблюдая за происходящим с плохо скрываемым напряжением. Джисон первым срывается с места — его ладонь с силой врезается в ладонь Ли. Рукопожатие выходит коротким, жёстким и настолько напряжённым, что больше напоминает попытку сломать друг другу пальцы. – Доволен? – сквозь зубы бросает Минхо, тут же отдёргивая руку. Джисон медленно растирает покрасневшие костяшки и поднимает на него взгляд. – Вообще-то нет, – честно отвечает он. – Но для первого знакомства сойдёт. Феликс, зажав переносицу между пальцами, шепчет себе под нос: – О боже, они реально друг друга убьют.