Крыши Остина

— Энни, прости, сегодня тебя в архив отправляем. У нас громкое дело. Не против? — обратился к Аннабет Кимболл Чо. — Не против. А что за дело? — Извини, но мы не разглашаем информацию стажёрам. — Могу приступать, сэр! В чьё распоряжение я поступаю? Где находится архив? — Спускайся на минус первый этаж. Подойди к агенту Джокерсу. Скажи, что тебя направил агент Чо на помощь архивариусу Джуни Вайлдхопсу. Он тебя проводит. Запомнила? — Да, сэр. — И ещё, — Чо на секунду задержал её взглядом, кивнув в сторону парковки. — В служебных джипах под рулевой колонкой есть аварийный разъём. Если когда-нибудь понадобится отключить трекер без ведома диспетчера — дёргай за пластиковый язычок. Но это между нами. — Запомнила, сэр, — кивнула Аннабет, хотя пока не понимала, зачем ей это может пригодиться. — Исполняй! Вызвав лифт, Аннабет размышляла: какое дело расследуют дядя и тётя? Как быстро они его раскроют? Ей не терпелось поскорее начать работу — время пролетит быстро, и она сможет сбежать на обед к подруге. Оказавшись в архиве и найдя агента Джокерса — накаченного мужчину средних лет в классическом костюме и с военной выправкой, — она передала ему сообщение от Чо. Тот проводил её к молодому парню, который выглядел экстравагантно: Взъерошенная стрижка, волосы морковно-рыжего цвета, светло-серые глаза, красные очки, фиолетовые штаны-клёш, кожаная коричневая футболка с леопардовым принтом, ярко-красная куртка, жёлтые ботинки. На шее — огромные наушники серебристого металлика, на руках — самодельные перчатки-митенки. — Эй, клоун. Тебе пополнение. Принимай, — позвал парня Джокерс. — Фу, месье, какие выражения? Тем более при даме, — ответил архивариус и, подойдя к Аннабет, поцеловал её руку. — Рад такой прелестной помощнице. — Мне тоже приятно, — слабо улыбнувшись, ответила Аннабет и убрала руку. — Вы можете идти, месье. Я сам с удовольствием покажу всё этой миледи, — махнул рукой Вайлдхопс Джокерсу. — Клоун! — подумал про себя Джокерс и покинул архив. — Так как Вас величать, миледи? — Энни. Энни Лисбон. — Лисбон… Лисбон… Ты часом не… — Да. Родственница агента Лисбон. Только она теперь Джейн. — Да ладно? Эта валькирия-зайчиха смогла приручить лисёнка-чертёнка? — Что смогла? Какая валькирия? Какая зайчиха? Какой лисёнок? Какой ещё чертёнок? — Оооо, миледи, Вы много не знаете. В архиве так прозвали. Валькирия — потому что несётся, как танк. Зайчиха — потому что прыгает по делам. А лисёнок-чертёнок… думаю, тут всё понятно. — Никто не знал об этом? — Возможно знал. Я не в курсе. Меня интересует лишь моя архивная берлога. Не более. А истории внешнего мира — не для меня. — Вы тут живёте? — Фи, красавица. Нет, конечно. Я Вам не призрак крыш Остина. У меня есть комната. Я там ночую. Я просто люблю это место за его тишину и интровертность. Никто не беспокоит своими нравоучениями и не критикует мой образ жизни. — Вы сказали о призраке крыш Остина. А что это за призрак? — Это он обо мне, — раздался знакомый женский голос позади. Аннабет повернулась — и потеряла дар речи. Перед ней стояла её подруга Рафаэлла. Дверь архива была приоткрыта — Джуни, как обычно, проигнорировал пропускной режим. Рафаэлла скользнула внутрь, пользуясь слепой зоной камеры над стеллажом B-7. — Ну привет, подруга, — улыбнулась та.