Bizarre, mais pas terrible.

Монктон, небольшой городок Канады, совсем не радует жителей в середине весны тёплой погодой: всё сыро и мокро, небо уже который день затянуто тучами, не пропускающими и лучика солнца. Ветер не сильный, но холодный; прохожие плотнее кутаются в куртки, желая оказаться в тепле. Одному только парню, выходящему из чёрного порше, кажется, плевать на всё, если судить по чёрной толстовке под лёгкой курткой, таких же тёмных джоггерах и кроссовках. Его сейчас действительно волнует только одно — встреча с владельцами дома, который он собирается покупать. Договор был составлен и нотариально заверен ещё неделю назад, сейчас ему нужно только забрать ключи и дождаться грузовой машины со своей мебелью. В доме помимо теперь бывших владельцев присутствует шериф для не особо понятно чего. Законы тут такие, которыми Чонгук поинтересуется чуть позже, ибо пока ему хватает суетливой семейной пары, передающей две пары ключей (парень делает заметку сменить замок), и странного взгляда мужчины в шляпе. Тоже кореец? Наверное, это огромный плюс для того, кто в Канаде оказался впервые в жизни, только вот Чон не спешит знакомиться. Он всегда молчалив, не любит новых людей и вообще предпочитает одиночество — не надо его трогать. И не важно, что приехал он сюда с желанием познать нормальную жизнь. Возможно, скучную, без каких-то особых событий и реально сложных проблем, а ещё без знакомств, ведь ни в одном законе нет подобного пункта. Поэтому Чонгук молчит на предложение Тэхёна, шерифа то есть, помочь перенести сумки из машины — даёт свободу выбора. Он и сам прекрасно справится, но если тому так хочется, то причины для отказа нет. Помощь вообще дело хорошее, особенно безвозмездная. — Если что, обращайся, я живу через дом от тебя, — Ким указывает вправо, стоя уже за порогом. — Надеюсь, тебе здесь понравится. Добро пожаловать к нам. Мужчина не думает обижаться, когда перед его носом молча захлопывается дверь; главное, что работа на сегодня окончена, можно со спокойной душой идти домой. Ну или не совсем спокойной, если заметить, что из головы не вылезает образ парня: проколотые бровь и губа, чуть влажные волосы, зачёсанные вперёд, безразличный взгляд огромных глаз и поджатые губы. Загадочный какой-то, от того и интересный — очень уж любит Тэхён загадки. Дома его ждёт неожиданный сюрприз в виде хмурого Намджуна — лучшего друга. Раньше они жили здесь вместе после переезда из Кореи, а потом тот нашёл себе парня, с которым они купили себе «семейное гнёздышко», как любит подшучивать шериф, и начали жить вместе. Но бывают моменты, как, вероятно, сегодняшний, когда они ссорятся — по мелочи или серьёзно, и его друг на пару часов приходит к нему погрустить и немного поныть о причине его подавленного состояния. — Что ты уже натворил? — хмыкает Тэхён. — Почему если что, то сразу я? — обречёно спрашивает другой Ким, устало падая головой на сложенные на столе руки. — Кажется, мы расстались. — Ты так уже в тринадцатый раз говоришь. — На этот раз повод серьёзный! — вмиг поднимается, стуча по столу кулаком. Шериф дёргает бровью, мол, просвяти, и уходит мыть руки. — Он ушёл на работу без поцелуя. Мужчина прыскает в кулак, пытаясь не засмеяться в голос. Эта причина по своей необоснованности превзошла предыдущие. — Ох, сир, простому плебею вроде меня не понять весь масштаб проблемы. — Вот когда ты найдёшь себе кого-то, я посмотрю на тебя, шутник, — закатывает глаза Намджун. — Ещё он ушёл спать в свою комнату, хотя мы уже больше года спим вместе. Это достаточно серьёзно? — Оу, ну тут да... а он ничего не говорил? — Когда вернулся с работы – нет. — А до? Намджун дёргается, ударяя себя по лбу, и шёпотом начинает себя материть. Тэхён сразу понимает, что тот реально делов наделал. — Попросил убраться перед тем, как уйти в ночную смену, — вздыхает. — А до этого он пришёл тоже с ночной, ещё и днём половину смены за другого отработал. Только шериф хочет выразить своё мнение на счёт всей ситуации, как Джун подскакивает на месте, уносясь в прихожую. Слышится хлопок двери. Ким лишь понимающе кивает и смотрит в окно, в котором видно дом его нового прелестного соседа. Чонгук возится на кухне, что-то усердно пытается приготовить, но из духовки достаёт горелое нечто. Пытался испечь пирог? С такого расстояния Тэхён умудряется разглядеть лишь опущенные плечи, а лицо парня всё такое же бесстрастное. Внезапно он поворачивает голову, теперь смотря на него. Взгляд как сканер создаёт ощущение беззащитности, словно одного этого хватило для открытия всех тайн. Шериф неловко тянет уголок губ, махая рукой, а Чон в ответ лишь опускает жалюзи, полностью скрывая кухню от постороннего взора. Ким чувствует удар под дых. Наверное, стоило давно купить шторы, чтобы сейчас не попасться на такой мелкой шалости и не сделать расстояние между собой и Чонгуком ещё больше. Может, тот не подумает ничего такого на его счёт и всё обойдётся? Хотелось бы верить. Окончательно в нелюдимости парня Тэхён убеждается всю следующую неделю: из дома тот выходит только ради почты, а еду ему привозят доставкой; стучащему соседу из дома напротив он не открывает, решая сделать вид, что его нет, но шериф-то всё знает — видел своими глазами, как Чон отодвигал те самые ненавистные жалюзи, смотря вслед уходящему. Ким целые сутки размышлял, что же ему такого сделать, чтобы хоть немного в глазах Чонгука подняться, и вспомнил про тот сгоревший пирог. Сначала думал купить, чтобы уж наверняка вкусно было, но потом решил, что своими руками как-то более... правильно? Если хорошо получится, то это будет приятным бонусом, который Чон точно оценит. Тэхён в это почему-то отчётливо верит. Сначала ему приходится сходить в магазин за всеми необходимыми продуктами и поискать рецепты на просторах интернета, но, искренне сомневаясь в своих способностях и не желая отравить Чона, шериф решает созвониться с мамой по видеозвонку и под её чётким контролем приготовить этот несчастный пирог. Женщина его порыв хвалит, а после слов о загадочном милом парнишке много любопытствует, параллельно рассказывая алгоритм готовки. После того, как он ставит тесто в духовку, госпожа Сохён желает ему успехов и просит если что знакомить — она только рада будет. Так уж вышло, что Тэхён рос под надзором двух матерей. Он никогда этого не стыдился, ведь чувствовал их любовь. В те времена это считалось чем-то грязным: взрослые осуждали одними взглядами, а дети спешили засмеять, мол, растёшь без отца. Пятилетний ребёнок не видел в этом проблемы, ибо ему давали всё, что должны (или нет) давать родители: должное воспитание, много счастливых совместных моментов. Он не чувствовал себя обделённым, возможно даже наоборот, поэтому на глупые высказывания других детей внимания не обращал. Потом, правда, его мамы разошлись (тогда ещё пятнадцатилетний парень мало что понимал в причинах расставания). Ему не пришлось выбирать, ведь Даён уехала на родину. С Сохён они тоже хорошо жили, но Тэхён видел эту боль и тоску, удивляясь силе чужих чувств, даже сам захотел так однажды влюбиться. Ким не перестал общаться с Даён, надеясь, что его родители вновь будут счастливы, пусть и порознь. Но, на удивление, спустя ещё пять лет мамы сошлись и даже поженились (закон теперь разрешал). Тэхён тогда от души погулял, поздравил обеих женщин и отбился от их крыла прямо во взрослую жизнь. Теперь вот пироги всяким нелюдимым незнакомцам печёт, лелея надежду на нормальное знакомство. Мужчина идёт к нему вечером, когда солнце уже наполовину скрывается за горизонтом. Удивительно, но ему сразу открывают дверь. Парень запах что ли учуял? Впрочем, не суть. Ким здоровается, получая в ответ кивок, и думает, как правильно теперь преподнести этот съедобный презент. — Я тут пирог приготовил, — и, собравшись с силами, договаривает: — для тебя. Почти прямо говорит, мол, я проявил небольшую заботу о тебе, потому что симпатия есть. А кто ещё будет что-то готовить, так заморачиваясь со звонком матери, для едва знакомого соседа? Либо дурак, либо один шериф с зарождающимися чувствами. Одно другому не мешает. Тэхён готов хоть десять таких пирогов каждый день готовить, если это будет радовать парня. А у того ведь глаза блестеть начинают, хоть и в целом выражение лица особо не меняется. — Зачем? — Чтобы порадовать, — протягивает свой супер шедевр, вручая в руки Чонгука. — Неделю назад ты выглядел грустно. Надеюсь, тебе понравится. Чон кивает, закрывая дверь. Прям как в их первую встречу, но сейчас Тэхён не настолько опечален, ведь сумел хоть немного порадовать своего милого соседа. Буквально на следующий день он находит в своём почтовом ящике небольшой лист бумаги, на середине которого напечатано "спасибо, это было вкусно" и подпись в уголке "Чон Чонгук". Ким был готов мини-письмо в рамочку повесить, знаменовав это первым шагом к чему-то (рано делать громкие заявления), если бы его с небес на землю не опустили Юнги с Намджуном, завалившиеся без приглашения в обед. — Если хочешь проявиться к нему как-то, то пригласи на прогулку для начала, — советует Мин, пальцами зарываясь в волосы своего бойфренда, лежащего у него на коленях. — Так вы хоть что-то друг о друге узнаете. — Скучно как-то, — морщится Тэхён. Его тянет на что-то грандиозное, хотя по сути его друг прав, ведь общение — это решение любой проблемы. — А ты собрался сразу в любви признаваться? — цокает Юнги. — До неё ещё далеко. Просто почему-то хочется что-то особо впечатляющее сделать для Чонгука. — Хочешь как павлин свой хвост распустить и самку завлечь? — Эй, я серьёзно вообще-то. — Вы с ним ещё ни разу не говорили нормально, — Мин пожимает плечами. — Начни хотя бы с этого. Ким всерьёз задумывается. Друг ведь прав, они всё ещё незнакомцы, а он сам в лице Чона какой-то приставучий бездельник шериф. Ужас. Возможно, прогулка и разговоры и вправду не помешают. — Если хочешь что-то грандиозное, то спаси его от нападения, — внезапно выдаёт до этого притихший Намджун. — Что... На него с шоком смотрят две пары глаз, пытаясь понять, шутит он или реально додумался до такой глупости. — Ты ещё скажи, что уже все детали продумал, — хмурится Юнги, пробивая лоб ладонью после кивка. — Тэхён, даже не думай об этом. — Но вообще... — Не будь дураком, пожалуйста. Я надеюсь на твою благоразумность.

***

Ким думает, что, вероятно, и вправду дурак, раз серьёзно рассматривает предложение Намджуна. Но в завоевании чьего-то сердца все средства хороши! В рамках разумного, конечно. Возможно, идея с нападением немного выходит за эти самые рамки, но и Ким ещё не соглашался, ибо решил пригласить на прогулку для начала. Так как он не знал номера Чонгука, то написал от руки записку с вопросом о том, не хочет ли парень провести с ним вечер в парке, и оставил её в чужом почтовом ящике ещё рано утром, а уже в обед получил ответ — младший согласился. Новость приятно шокировала, только времени радоваться не было, ведь надо было ещё помыться, побриться, подобрать удобную, но красивую одежду, сделать укладку и подумать, что они будут делать. Сначала можно было бы пойти в парк, там вечером обычно открываются лавочки из-за притока людей, потом пройтись до набережной и посмотреть на закат. Романтично. А о чём им говорить? Спросить про переезд? О погоде? А если Чонгук не захочет с ним болтать? Но сейчас поздно об думать. Посмотрев последний раз в зеркало, Тэхён поправляет волосы и выходит. Парня ещё нет. Он выходит через пять минут, отвечает на приветствие и... Воцаряется неловкое (только для шерифа) молчание. Чон же хлопает глазами, рассматривая лицо старшего. — Что ж, прогуляемся в центр? Там сегодня ярмарка, — указывает в нужную сторону. — Да. Сегодня какой-то праздник? — спрашивает младший, следуя за Кимом. На самом деле Чонгук в этом городе ничего не знает, кроме их района (если маршрут от его дома до магазина можно так назвать), поэтому ему не помешает узнать, что и где находится. — Для веселья не нужен повод, — Тэхён поднимает взгляд на небо. — Жители тут достаточно свободные, чтобы устраивать каждые выходные гуляния просто так. Они далеки от мирской суеты. — Ого. — Что-то я... — мужчина одёргивает себя. — К слову, я немного удивлён, что ты согласился. — Почему? — При нашей первой встрече ты на меня не обратил внимание. — Да? Я и не заметил, — задумчиво произносит Чон. — Согласился, потому что ты шериф и наверняка всё знаешь об этом городе, тогда как я тут впервые. Мне не помешает узнать о нём побольше. — Вот как. На этом попытки узнать парня получше не заканчиваются, но все оказываются провальными. Чонгук все вопросы, касающиеся его самого, игнорирует, зато сам с любопытством интересуется моментами насчёт Монктона. Тэхён же старается не подавать виду, что немного расстроен из-за невозможности узнать даже какие-то, казалось бы, поверхностные факты про своего соседа, довольствуясь тем, что дают. Но он человек жадный, ему нужно всё и в ближайшее время. Поэтому когда они подходят к домам, то старший решает предложить встретиться на следующих выходных. — Зачем? — Да так... Забудь. Чон пожимает плечами, прощается и уходит, а Ким смотрит ему в след и лишь после того, как закрывается входная дверь, идёт к себе. Пора подходить к делу более серьёзно.

***

— Дебилы. Юнги уже перебрал все более менее мягкие и самые жёсткие обзывательства для парочки "гениев", которые уже обсудили момент "нападения", а сейчас просто подготавливают всё необходимое, и пошёл по второму кругу. — Идиоты. — Юнги, тебе его не понять, — Намджун смотрит в зеркало. — Я всегда тебе прямо говорил, чего хочу от общения, и ты отвечал взаимностью, пусть и не сразу. Я чувствовал твоё неравнодушие, а Чонгук его уже почти вторую неделю игнорирует. — И даже на пирог не ведётся... — грустно выдаёт Тэхён. — А он их обожает! — Ты не подумал, что у него личность такая скрытная? Может, он не любит настолько повышенное внимание, а ты его уже месяц докапываешь, — недовольно причитает Мин, хрустя чипсами. — Сейчас оттолкнёшь его, а потом будешь ныть. — Не нагнетай, умник, — вздыхает Ким. — Если всё провалится, то я буду вымаливать прощение на коленях. — И чего ты так к нему прицепился? — Любовь с первого взгляда? Тэхён особо об этом не думал — тянет и тянет, чего бубнить-то? У него нет никаких детских травм с обделением внимания, нет желания добиться признания только потому что Чонгук не такой, как все. Точнее, в начале может и так и было, но сейчас, когда они уже провели рядом больше пяти минут, ещё и поговорили, шериф конкретно запал. Без чувств он бы не обратил внимания на то, с каким любопытством парень рассматривал лавочки на ярмарке, как блестели его глаза во время кушанья доселе неизвестных блюд, как он с тоской смотрел на брошенного котёнка, которого не мог взять себе из-за безответственности (позже его забрал Ким, но это секрет). Иногда казалось, что Чон вот-вот выльет на него поток слов, но в итоге упрямо молчал, кусая губу. Что он чувствовал в тот момент — Тэхён понять не мог, а давить не собирался, поэтому они просто разошлись. С того дня младший из дома не выходил, но, если судить по свету в окнах, то точно там находился. Казалось, что он от кого-то скрывается, и Ким правда не хотел думать о своей первой влюблённости как о преступнике. — Её не существует, — лениво отзывается Юнги. — Тебе-то откуда знать? — фыркает шериф. — Ладно, молчу. Если что я вас не знаю. План был безупречен в глазах обоих Кимов: Намджун заходит якобы что-то узнать, Чонгук каким-то чудом его впускает, а потом случается нападение. Тэхён же в это время "случайно" проходит рядом с домом, бежит на крики о помощи и быстро утихомиривает разбушевавшегося "незнакомца". Всё идеально с первого взгляда, но, будучи наивными простаками, они не учли того, что Чон будет отбиваться, что он какими-то суперприёмчиками поставит Джуна на колени, а к его горлу приставит нож, что шериф сорвётся в дом от крика друга, а не соседского парнишки. Кто бы мог подумать, что он с ужасом поднимет вверх руки, усиленно пытаясь хоть что-то придумать? — Прости, мой знакомый он... странный моментами. Выкидывает подобное, а мне потом разгребать, — громко сглатывая, оправдывается Тэхён. Видит обиженный взгляд Намджуна, обещая себе после всего угостить его выпивкой в баре. — Осторожнее в следующий раз, — с подозрением отвечает Чонгук, убирая нож. Знает, что ему сейчас нагло врут, но решает не обращать на это внимания, ибо есть проблемы и посерьёзнее. А оба Кима в тот вечер напиваются в баре, где работает Юнги. Один просто за компанию и в качестве извинений, а второй, потому что только после сделанного осознал весь масштаб своей ошибки. — Я идиот, — сокрушённо стонет шериф, падая лбом на барную стойку. В нём около четырёх банок пива и две рюмки соджу. — Да неужели? — подстёгивает его Мин, протирая бокал. — Он меня теперь ненавидит. Все шансы на завоевание сердца убиты почти на корню. — Так и сказал? — Ну... — хмурится Тэхён, поднимаясь. — Я образно. Но после такого равнодушным точно не останешься! Он явно понял, что это не случайность. — Он как раз-таки может остаться равнодушным, — рассуждает Юнги. — А может немного всё в голове устаканить и потом прийти, чтобы разобраться с ситуацей, если действительно понял, что это было подстроено. Так что собери сопли и иди домой, хватит пить. — Если бы всё решалось так просто. Ким больше не пьёт, но сидит в баре до утра, присматривая за спящим другом, которого хрен разбудишь. Благо, у Мина заканчивается смена, и они вместе ведут полусонного Намджуна к ним домой. До себя Тэхён доходит только к полудню, сразу заваливаясь спать. Неделя проходит спокойно, скучно, в бесконечном ожидании какого-то чуда, которое имеет имя "Чонгук" и заявляется в воскресенье вечером (Юнги явно что-то скрывает). Старший его молча пропускает, не зная, что говорить и делать, поэтому решает в итоге пустить всё на самотёк. К удивлению, парень заговаривает первым, но вместо хотя бы какого-то вступления обыденно звучит: — Я киллер. Ким явно такого не ожидал, поэтому смотрит на младшего с шоком, открывает рот в попытке что-то сказать, но получается только шевелить губами. Звуки не выходят. Зато мозг быстро переваривает информацию, напоминая, как Чон не так давно смог скрутить Намджуна, который больше его, плюс мысли подкидывают его нелюдимость и недоверие к людям, делая итог вполне логичным. — Точнее, бывший киллер, — поясняет Чонгук, в упор смотря на мужчину. Пытается заметить каждую эмоцию. — Приехал сюда, чтобы спрятаться от другого киллера, которого наняли на меня. Сейчас с ним разобрались родители. — И стрелять умеешь, получается? — Ну да? — А меня научишь? — Тэхён присаживается на диван, закидывая руки за голову. — И пару приёмчиков покажешь? Буду самым классным шерифом в Монктоне. Парень вздёргивает проколотую бровь, не понимая, почему его сосед остаётся таким спокойным. — Не боишься? — Хотел бы меня убить — давно бы это сделал, — вслух думает Ким. — К тому же, ты сам сказал, что это в прошлом. — Ладно, допустим, — сдаётся Чонгук. — Что вы со своим знакомым хотели со мной сделать? Тут уже таким расслабленым старший оставаться не может, резко подскакивая и краснея щеками. Пятна даже по шее расходятся, ведь ему правда стыдно вспоминать этот позор. — Можешь считать меня глупцом, — стараясь держать голос ровным, говорит Тэхён. — Это был план, который должен был мне помочь влюбить тебя в себя. — Что? — впервые Чон показывает что-то помимо безразличия, а именно — растерянность. — Начало этому положил мой друг, тот самый, что напал на тебя, а я отчаялся, и мы вместе продумали всё. Он плохиш, который бросился на тебя с кулаками, а я доблестный рыцарь, должен был спасти тебя от него, внезапно оказавшись в нужном месте в нужное время. — И вправду глупо, — Чонгук, не жалея, бьёт прямо в сердце. — Можно же было просто сказать прямо? — В моих глазах это выглядело слишком скучно, а ещё я не мог элементарно узнать про тебя хоть что-то. Теперь хоть понимаю почему, — поясняет Тэхён. — Ты весь такой неземной, классный, хотелось тебя впечатлить. — Это мило, — отвечает парень. — Но не менее странно. Просто позови меня на свидание в следующий раз. — Так просто? — неверяще спрашивает Ким. — Конечно, — Чонгук даже немного тянет уголки губ вверх, улыбаясь, но, честно, Тэхёну видится хищный оскал. — Иначе я сам это сделаю.