«Кровь древних и сердце человека»

Слова Элайджи повисли между ними тяжелее дождя. «Я боюсь, что ты станешь моей слабостью». Любой другой сказал бы это как признание. Но в его голосе это прозвучало почти как приговор. Холли смотрела на него молча, пытаясь понять, почему сердце начинает биться быстрее именно сейчас. Это было неправильно. Абсолютно неправильно. Она должна была уйти. После всего, что увидела. После крови. После этих нечеловеческих глаз. Но вместо этого она всё ещё стояла рядом. И это пугало её не меньше самого Элайджи. — Ты всегда так говоришь девушкам? — попыталась пошутить она, чтобы скрыть дрожь в голосе. И неожиданно уголки его губ едва заметно дрогнули. — Обычно после этого разговора люди убегают. — Я ещё думаю над этим вариантом. — Разумное решение. И снова эта странная тишина. Только теперь в ней было что-то другое. Не страх. Притяжение. Опасное. Неправильное. Но слишком сильное. Элайджа медленно подошёл ближе. — Холли… Она подняла на него глаза. Слишком близко. Теперь она чувствовала запах дождя, дорогого виски и чего-то холодного, почти неуловимого — запаха самой вечности. — Ты должна понять одну вещь, — тихо сказал он. — Люди рядом со мной не живут долго. Сердце Холли болезненно сжалось. — Ты пытаешься меня напугать или предупредить? — И то и другое. Он говорил спокойно, но его взгляд выдавал больше, чем слова. Элайджа действительно боялся. Не врагов. Не смерти. А того, что снова начнёт кого-то любить. Потому что любовь для Майклсонов всегда превращалась в катастрофу. — Тогда почему ты просто не уйдёшь? — спросила Холли почти шёпотом. Он замер. Этот вопрос был слишком сложным для существа, которое столетиями контролировало всё вокруг. Почему он не уходит? Почему снова приходит к ней? Почему сейчас смотрит так, будто пытается запомнить каждую черту её лица? — Я не знаю, — честно ответил он. И это была самая опасная правда из всех. Холли медленно выдохнула. — Знаешь, что самое ужасное? — Что? — Мне стоило бы ненавидеть тебя. На секунду в глазах Элайджи мелькнула боль. Но Холли продолжила: — Но вместо этого… я пытаюсь понять тебя. Он резко отвёл взгляд, будто эти слова ударили слишком сильно. Тысячу лет никто не пытался его понять. Боялись — да. Ненавидели — постоянно. Но понять? Никогда. — Не делай этого, Холли, — тихо произнёс он. — Почему? Элайджа снова посмотрел на неё. И в этот раз маска спокойствия треснула окончательно. — Потому что если ты начнёшь видеть во мне человека… я забуду, что я монстр. В этот момент где-то неподалёку раздался звон разбитого стекла. Элайджа мгновенно напрягся. Его взгляд стал холодным. Хищным. — Что случилось? — испуганно спросила Холли. Он не ответил сразу. Прислушивался. А потом тихо произнёс: — Нас нашли.