Chamelion

— Ты тоже могла бы поехать, — Рене сидела на кровати, держа в руках спицы и не переставая вязать. Лишь на секунду подняла глаза, оценивая действия парня, и снова вернулась к своей работе. — Брось, Стюарт сейчас мой опекун, да и Мэри ты нравишься. Я уверен, они будут рады. Увидишь Элоди, познакомишься с Оливией. — Я бы с радостью, но мне нужно присматривать за остальными. Ты сам сказал, что Лина сейчас здесь. Это не к добру, — её голос звучал ровно, однако в глазах на мгновение мелькает тревога. Жан откладывает портфель с вещами и садится рядом. — К тому же, у вас семейное собрание, а Оливия вряд-ли расстроится, если меня не будет. Ей всего пару недель. Я буду лишняя. — Я тоже не член их семьи, Рене. — Это не так, — она откладывает спицы в сторону и аккуратно касается его лица. — Стюарт взял за вас ответственность. Он относится к тебе и Элоди как к своим детям, дай ему шанс. — Мне достаточно того, что она в безопасности, — он прикрыл глаза и прижался щекой к её ладони, позволяя минуту ласки. — Будь осторожна, пожалуйста. — Эндрю будет здесь, Рико тоже. Мы сможем позаботиться о лисах, — он кивает ей, доверяя. — К тому же, я знаю где находится пистолет Натаниэля. — Ты не любишь оружие. — Ещё больше я не люблю, когда моим близким угрожает опасность. Стрелять я умею прекрасно, — она нежно коснулась губами его носа и улыбнулась. — Собирайся, они сейчас приедут. — Я собран, — девушка кивнула в ответ, собирая нити, спицы и набросок небольшой игрушки, затем встала и потянулась, разминая мышцы. — Рико и Кевин уже на улице, Ники и Аарон тоже. — Нам стоит беспокоиться, что началась драка? — аккуратно уточняет она, бросая взгляд на окно. — Кажется, Сэт и Элисон тоже должны были уже выйти. — Как думаешь, они дружно пинают Рико или Ники? — Вчера они выглядели дружными, когда Ники вернулся в комнату. — Ага. А Кевин послал нас и решил остаться в тусовке монстров, — девушка хмыкнула, догадываясь, что Натаниэль насильно притащит его обратно. Он привык держать свиту рядом, желательно целую, а не частями. Скандала, конечно не будет, но вероятно одного «домой» будет достаточно, чтобы Кевин забыл почему вообще решил переехать. — Я знаю о чем ты думаешь. Нат с него три шкуры спустит, если он действительно вернётся после приказа. Он столько сил отдал на то, чтобы он вырастил позвоночник, что чистое послушание будет как плевок в лицо. — Тогда нам не стоит говорить ему, что Кевин встал на сторону Абрама, верно? — Жан тихо засмеялся, прежде чем кивнуть ей в ответ и удобнее перехватить свою сумку. — Идём? Думаю, Малкольм должна была уже приехать. — Да, пошли, — они выходят из комнаты, по дороге зайдя в комнату девушек, чтобы Рене могла убрать спицы и клубки, а так же предупредить Дэн и Мэтта. На улице, ожидаемо, собралась вся команда, разве что фейерверков и плакатов не хватало. Ники стоял рядом с Аароном и Кевином, видимо, они все же смогли помириться, Рико стоял в стороне, разговаривая по телефону и бросая на остальных краткие взгляды, просто чтобы контролировать ситуацию. Элисон стояла около Сэта, разговаривала с ним и иногда морщилась от сигаретного дыма, который он старался выдыхать в противоположную от нее сторону. Дэн и Мэтт сразу же направились к ним, и Рене, кивнув своему парню, пошла следом за своими подопечными. Жан на всякий случай осмотрел лицо Аарона и Ники, просто чтобы убедиться, что те не ввязались за ночь в драку, и удовлетворенно кивнул. — Так чего нам ждать? Он без маниакальной фазы типа адекватный будет? — Употреблять Веснински и адекватность в одном предложении — преступление, Миньярд, — коротко отрезал Моро, бросая взгляд на Кевина, который выглядит бледнее обычного. — Ты вернёшься или продолжишь дурака валять? — Ты постоянно у Рене. Я не хочу оставаться с этими психами наедине, — Кевин слегка поморщился и до Жана дошёл крепкий запах алкоголя. Не долго думая, он треснул ему подзатыльник. — Да за что? — Утро, придурок. А ты уже пьёшь. — Сегодня суббота, у нас выходной, а ты зануда, — только и произнёс он, но на безопасное расстояние все же отошёл, чтобы не получить ещё раз. Жан в раздражение закатил глаза, когда обернулся и уставился на короля этого балагана. Тот, к счастью, хотя-бы трезвый и диалог уже закончил, лишь озадаченно рассматривал телефон в своей руке. — С кем болтал? — Ичиро звонил, — Рико поджал губы и подошёл ближе. — Говорит, что хочет встретиться со мной и Натаниэлем. — Знакомство с родственниками? Неужели у вас новая ступень в отношениях? — Кевин ядовито оскалился, заставляя Морияма скрипнуть зубами от злости. Эти двое так и не нашли общий язык, хотя вроде как стали более терпеливыми. Как минимум, все свои скандалы они решали на корте и на том спасибо. — Дэй, закрой пасть. — Иначе что? — Я вам двоим сейчас врежу, — Жан невольно встаёт между ними, бросая на обоих злобный взгляд. — Какого черта я должен возиться, словно я ваша мать? Нам с Натом нужно будет сидеть и беспокоиться, чтобы вы к нашему приезду не прибили друг друга? — Тише, мы просто болтаем, картавый, — Рико поднимает руки вверх, показывая, что в конфликтах участвовать не намерен. Конечно, сейчас он будет самым ласковым и нежным, чтобы искупить свое чувство вины и расположить к себе Веснински, значит никаких драк он точно не планирует. — Расслабься. — Если вы не хотите ехать с нами в Балтимор в багажнике на корм псарне, то лучше вам действительно прекратить свою чёртову войну, — на японском рычит он, обводя их взглядом, просто чтобы убедиться, что оба поняли. Кевин закатывает глаза и отворачивается, переключаясь на Аарона, а Рико продолжает прожигать его презрительным взглядом, в ярости от того, что ему угрожают. — Хватит. Ваша ссора ничего не даст. У нас действительно есть дела поважнее. — Как на счёт того, откуда Нат знает о том, что испанская мафия взяла эти чёртовы банды в Мэриленде под крыло? Насколько вообще можно доверять этому источнику? — на японском рычит он в ответ. Аарон отвлекается от разговора с Кевином, чтобы бросить на них краткий изучающий взгляд, прежде чем повернуться обратно и слегка вопросительно вздёрнуть подбородком, в просьбе перевода. Тот отрицательно качает головой и отводит взгляд, намекая о том, что лучше не поднимать эту тему сейчас. Миньярд кивнул в ответ. — Как на счёт того, чтобы сидеть на жопе ровно и не влезать в дела других мафиозных кланов? Ты член семьи Морияма и чем больше ты знаешь, тем больше рисков довести все до войны. Мы и так рискуем, впутывая Стюарта, и поверь, Натаниэль будет не в восторге, если его разборки приведут к новому кровавому побоищу, на этот раз между чертовыми кланами. — О, ну я думаю ему вполне пора повышать планку. Сначала группировки, теперь мафия, дальше нацелится на правительство, — Кевин пьяно ухмыльнулся, тут же собирая на себе три презрительных взгляда: Аарон был недоволен чёртовому японскому, который не понимал, а Жан и Рико не оценили шутку. — Кевин, просто заткнись, у меня с каждым новым словом всё больше поводов запихнуть тебя в багажник. И тем более, блять, не подавай ему идей, когда он приедет, — Жан укоризненно ткнул ему пальцем в лоб, после чего закатил глаза и обернулся. Чёрный тонированный джип подъехал и осторожно припарковался рядом с грузовиком Мэтта и машиной Рико. Женщина вышла с водительского места, облокотилась на дверь и закурила, окинув их ленивым взглядом и зевнув. Следом сзади почти одновременно вышли Натаниэль и Эндрю: с одинаковым безразличием в глазах оглядели своих людей, прошлись взглядом по всем лисам и – первое отличие в мимике: Натаниэль презрительно скривился, на секунду обнажив зубы. Лола, увидев это шоу, звонко захохотала, когда Веснински прошёл мимо неё и без слов направился к своим людям. Эндрю пошёл следом, с отсутствием интереса рассматривая реакцию лис на появление Натаниэля. Во взгляде Рене застыло что-то тёмное, смешанное с уважением и кровью, та самая стойкая решимость. Она была готова вмешаться, если кто-то из её людей попробует нарушить его границы и явно не теряла бдительность, за что Эндрю невольно зауважал её чуть сильнее. Элисон выглядела серьёзной, изучающей, затем просто кивнула в знак приветствия. На ней он задержал свой взгляд чуть дольше, полностью изучая её тело, с ног до головы, на что она скривилась и показала средний палец, лишь после этого он кивнул ей в ответ. Сэт, стоящий рядом, слегка склонил голову на бок и отсалютовал двумя пальцами от виска. Пожалуй, он был первым, кто что-то сказал. — Ебанько спит и нам больше не придётся выслушивать драму с Рико? — Я мог бы повредить твой слух, чтобы ты не слышал вообще ничего, — мрачно произносит Натаниэль, на что Сэт тихо смеётся. Затем переводит взгляд на Дэн и Мэтта, которые явно шокированы и не совсем понимают, как всего лишь за месяц из радиоактивного мальчика появилось и приехало это. В любом случае, сейчас он действительно выглядит адекватнее, словно это не он в прошлый раз упрашивал Рико вырезать на себе имя, нес всякую херню и бегал как в жопу ужаленный. Возможно, наконец весь пиздец в команде закончится, сезон ещё даже не начался, а все уже на взводе. Пауза необходима. Эндрю остановился около брата и кузена, даже не посмотрев на них, вместо этого запрыгнул на перила и достал сигареты. За период в клинике было очень мало возможностей выйти покурить, особенно с учётом того, что эту чёртову проблему нельзя было оставлять одну. Пожалуй, первое что он заявил, когда уселся в машину к Малкольм, это то, что им необходимо заехать в ближайший магазин. Женщина, благо, отнеслась с пониманием: сначала бросила взгляд на Ната, затем без слов протянула им две сигареты из своей пачки и зажигалку, после чего действительно заехала в магазин. Эндрю размышлял о том, что возможно она не такая конченая сука, как он предположил изначально. Натаниэль уже закончил здороваться со старшими, хотя правильнее будет сказать, унижать их взглядами, после чего обернулся к свите. Жан просто кивнул в знак приветствия и ушёл к машине, как бы говоря, что роль мамочки он выполнил и больше его трогать не надо, лишь на последок бросил ласковую улыбку в сторону Рене, черты лица которой сразу же смягчились. Эндрю подумал что то, что он видел ранее похоже на её боевую стойку, или что-то в этом роде, и ему это точно не нравится. Вероятно, в банде она была примерно с таким же лицом, раздражает то, что из-за Натаниэля она вернулась к этому облику. Самое забавное, что Натаниэля это, кажется, тоже раздражает. Он пару раз бросал на неё краткие взгляды и демонстративно закатывал глаза. Честно говоря, его иногда очень активно переключало на ребячество и детское поведение, так что Эндрю буквально последние дни чувствовал себя няней очень капризной детины. Или, скорее, наглого самоуверенно кота, который игнорирует тебя большую часть времени, а затем приходит и пакостит без причины. Смотрит прямо в глаза и толкает со стола на пол вазу, очень даже подходит между прочим. — Рад тебя видеть, — Натаниэль бросил взгляд в сторону, снова на Рене, замечая как она уводит старшекурсников во внутрь общаги и что-то им объясняет. Миньярд фыркнул: то, как эти двое пытаются контролировать друг друга и не выпускать из поле зрения выглядит достаточно забавно. Рико, однако, проследил за ним взглядом, слегка сощурившись на Сэта, с которым они обменялись средними пальцами, что так же не осталось незамеченным, прежде чем продолжить говорить: — Расскажешь мне что-то новое? — Сходи нахер, Морияма. Сам факт твоего существования бесконечно действует мне на нервы, — словно на автомате, произнёс он, хватая парня за подбородок пальцами в перчатках и внимательно смотря на синяк на скуле. Затем перевёл внимание на Кевина, у которого была рассечена бровь. Эндрю невольно обернулся, видя, как лице Жана мелькает ехидное выражение лица, и задумался, почему в их горе-компашке вообще признали лидером Рико. Очевидно, следил за всем Жан, Натаниэль контролировал, а Абрам создавал неприятности. Кевин просто пил, ну и мучал всех на своих тренировках. Он пришёл к выводу, что про Рико по сути ничего и неизвестно, хотя не то чтобы у него в принципе было время или желание разобраться в их взаимоотношениям. Может быть, этому было какое-то адекватное объяснение, которое он узнает позднее? — Нат, — Кевин кивнул в знак приветствия, на что лицо рыжего снова скривилось в презрении. — Мы скучали. Привет. — Ты тоже нахер вали, — мрачно огрызнулся парень и кивнул головой в сторону общаги, намекая на то, в каком именно направление им стоит идти. Лишь после этого устремил взгляд на Ники и Аарона, от чего Эндрю невольно напрягся, внимательно наблюдая за каждым жестом и движением. — Давайте, смелее, не хочу видеть ваши разбитые рожи. Поговорим потом. — Что ты с ним сделал за этот месяц? Он был таким очаровательным! — Ники тут же захныкал, оборачиваясь на кузена. — А теперь вас таких здесь двое! — Смею предположить, что это сделал ты и Рико. Ведь именно после чудесной истории о том, как два идиота не способны держать член в штанах, этот придурок свалился с депрессией и мы получили это, — Аарон оскорблено фыркнул, чувствуя камень в свой огород, ведь именно из-за него вся эта херня всплыла. Ники тут же сменил выражение лица на виноватое и уставился на Натаниэля, словно пытаясь найти подтверждения этому и найти способ что-то исправить. Эндрю невольно хмыкнул. Его кузен действительно всегда думает членом, стоило привыкнуть. Натаниэль, однако, смотрел только на Миньярда, прожигая его безразличным пустым взглядом, на что Аарон снова поморщился, озадаченный тем, стоит ли ему вмешиваться на защиту близнеца. Напряжение ощущалось почти физически. — Мне стоит беспокоиться за Кевина и Рико? Кажется, они проводят много времени с твоими родственниками, — кажется, в глазах Веснински можно легко прочитать, что ему глубоко плевать на дальнейшую судьбу своих друзей. Эндрю старается не терять бдительность, но бросает взгляд на своего брата и кузена, пытаясь подтвердить или опровергнуть. — А мне стоит беспокоиться за них? Кажется мои родственники проводят много времени с твоими друзьями, — в тон ему произносит Миньярд. Ники закрывает лицо рукой, не решаясь вмешиваться, но отчётливо чувствуя угрозу и напряжение в воздухе. Аарон пытается сделать шаг вперёд и встать перед Ники, как Эндрю опережает его, срыгивая с перил и не позволяя приблизиться. И если Хэммик действительно не понимал в чем заключается причина этих перемен, Аарон прекрасно знал, что это далеко не Абрам. — Мне нет дела до твоих людей, Миньярд. Хотя, я, признаться, почти искренне расстроен: мало мне было твоего лица в больнице, как здесь вас таких двое, — в его тоне была откровенная скука, однако чёртов Аарон решил все же влезть в диалог, видимо в попытке улучшить ситуацию, или ухудшить, черт его знает. — Ну, не думаю что для тебя в новинку иметь дело с кем-то, кто настолько похож. Хотя, если наше лицо тебя настолько пугает, то мы можем позаботиться о том, чтобы сходить с тобой в зеркальный лабиринт. Ну знаешь, надеюсь что тебя хватит инфаркт, или что-то в этом роде, — Натаниэль медленно перевёл внимание на Аарона, просто чтобы убедиться, что верно все услышал, а затем хмыкнул. Никак не прокомментировал, просто развернулся и ушёл в сторону машины. — Чёртов высокомерный засранец! Как ты его не убил ещё в клинике? Я думал, хуже Абрама ничего быть не может. — Он правда в депрессии? — аккуратно интересуется Ники, все ещё выглядящий сожалеющим. Он явно мучается виной за то что сделал, явно не думал что Абраму будет больно, и явно не знает как это всё исправить. Эндрю абсолютно не горит желанием его успокоить или что-то менять, и почему-то он уверен, что Аарон или Натаниэль с этими мыслями более чем согласны. — Боже, я не думал что из-за меня, из-за нас... Это просто была разовая интрижка, ничего серьёзного, они же даже... — Ники, закрой рот, — вяло огрызается Аарон, на что ловит предупреждающий взгляд близнеца. — Я не собираюсь слушать его сожалеющую херню. Он знал, что у этих двоих какая-то херня происходит. К тому же, ты предупреждал нас не соваться к ним. — Но ты все равно сунулся к Кевину. — Кевина ты не упоминал, – он выставил руку вперёд, вытягивая указательный палец. — Это раз. Два: мы с Кевином просто друзья, мы не трахались, стоило его парню уехать в психушку, — тут Ники съёжился и всхлипнул. Аарон тем временем выставил средний палец, показывая цифру два, а затем и три. — В третьих: я не фанат одиночества, компания Жана или Рене слишком дотошная, поэтому я был не против того, что он скрасит серые будни. Хотя он чёртов экси дрочер, который в перерывах залипает на книжки по истории и бурчит на французском. — Вы два идиота, которые сейчас идут в нашу комнату, выясняют отношения, и чтобы без шума и ссор. Когда я вернусь, вы должны сидеть в обнимку, и петь песенки о дружбе, а не раздражать меня своим существованием, — голос Эндрю прозвучал безучастно и все ещё холодно, если бы не отчетливо слышимая угроза, можно было бы подумать, что ему действительно нет дела. — Дэй может остаться у нас? — интереса ради спрашивает Аарон. — Боюсь, они с Рико убьют друг друга раньше, чем твой сосед по больничке вернётся. — В таком случае он останется, только если принесёт мне голову Рико, — огрызается тот. На телефон приходит уведомление, заставляя потерять весь свой запал и желание придушить этих идиотов, хотя Жана за хуевое выполнение сделки он ещё вздёрнет. Вместо этого он открывает переписку, на мгновение чувствуя волну злости и оборачиваясь на машину Лолы, которая выезжала с парковки. Проблемный: твой близнец забавный. Миньярд1: Тебе не стоит к нему приближаться. Я не люблю делиться. Проблемный: увидим. Он с трудом давит желание отшвырнуть от себя телефон. Он не уверен в том, является это провокацией или прямой угрозой, он обговорит это с Рене позднее, как и многое другое, что он успел узнать за прошедший месяц. Вместо того, чтобы портить технику, он оборачивается на родственников, испепеляя их взглядом. — Не смейте приближаться к Веснински, вы оба. Я уже убедился в том, что мозгов и инстинкта самосохранения я в вас не найду, однако все же сделаю последнюю попытку: увижу вас рядом с этим ублюдком, переломаю ноги и запру в доме в Колумбии. Я ясно выразился, или повторить на немецком? — он окинул их внимательным взглядом, стараясь найти в глазах хоть искру понимания или, ещё лучше, страха. Ники нервно кивает головой, а Аарон, очевидно без тормозов, ехидно ухмыляется. — Сэт и Элисон были уверены в том, что вы потрахаетесь в больничке. Чисто интереса ради, они были правы? — Ники тихо ойкает, делая шаг назад и почти насильно утаскивая кузена за плечо, пока Эндрю слишком занят тем, как медленно и с особым удовольствием расчленяет брата глазами. *** Ночь была спокойной, пленительной, намного тише, чем бешеный день ранее. Сейчас все спали, кроме охраны на первом этаже и патруля поблизости, просто в попытке убедиться, что маленькая Оливия действительно в безопасности. Родители не говорили, но каждый раз, когда они замечали шрамы, их взгляд становится пустым, словно они уходили далеко-далеко, по тропке вины, потому что уже не могли исправить. Они боялись повторения истории. Сейчас Лола всеми силами старается защитить свою подругу и ее дочь, в то время как Натан вновь занимается делами с Кенго Морияма, чтобы уничтожить последние возможные угрозы. Забавно, что с рождением первого ребёнка Мясник ушёл с должности, а после рождения второго решил вернуться. Натаниэль почти уверен, что все же займёт место отца в скором будущем. Оливия была на удивление тихим ребёнком, хотя и страшным — серьёзно, младенцы отвратительно выглядят, Мэл дважды предлагал вернуть ее обратно или обменять на что-то получше — а потом, словно скандала между Мэлом и Абрамом было мало для головной боли, Стюарт решил поговорить со своим любимым племянником, пока Элоди сидела между Жаном и Натом и весело болтала ногами. Чёртов Натан все же пожаловался. Буквально позвонил в Лондон со словами: «ваши чертовы гены у меня поперёк глотки, эти две катастрофы опять сошлись, а я не готов к японско-английской войне, иди разберись». И Стюарт решил разобраться, как единственный, к кому прислушиваются (просто Нат его уважает чуть больше, чем землю под ногами, и то из-за помощи с Элоди и Жаном, ничего личного), выпалив это за обеденным столом. Моро старший побледнел, Мэри поперхнулась, Элоди возмущено пнула сводного (благо не родного) кузена, ничуть не гордая такими выходками. К слову, именно присутствие Элоди и гневный взгляд матери заставил его тщательно подбирать выражение и не послать дядюшку в далёкое пешее эротическое. Хотя хотелось. Факт того, что он с Рико не сошёлся, и точно не планирует, ведь у них все кончено, встретили ещё лучше: Лола захохотала, Мэри подавилась ещё раз, Натан и Стюарт переглянулись с видом вселенского отчаяния, Оливия заплакала, Жан демонстративно и громко фыркнул, а Элоди ещё раз пнула Натаниэля по ноге. У него, конечно, были подозрения, что любимая семейка ему не доверяет, и объективно он даже понимал, почему так, но всё же надеялся на обратное. И почему за каждый косяки Абрама должен отвечать он? Это раздражает. Он вышел из душевой кабины, кутаясь в полотенце: кожа вся покраснела после горячей воды и того, насколько сильно он царапал ее мочалкой. На мгновение этого было достаточно, чтобы успокоить собственные мысли и ощущение мерзкой плоти, вот только вместо прошлого презрения вернулось ещё и чувство гноя, бесконечно бегущего по венам, вместо крови. В отвращение фыркнув, Натаниэль вышел из ванной комнаты, обернутый в полотенце вокруг бёдер и сразу же оказался в своей комнате. Достал таблетки, которые забыл выпить вечером, закинул в рот, проглотил даже без воды и поморщился. Телефон противно завибрировал, сразу же привлекая презрительный взгляд, но так и остался проигнорированным. Веснински предпочел потратить время на то, чтобы одеться, а не на бессмысленные разговоры. Все раздражало, с каждой секундой только больше. То, что таблетки влияют на эмоции и заставляют что-то чувствовать, то что с ними он теряет себя, они даже не оставляют выбора, переписывая его от начала и до конца. То что без таблеток ему всё ещё плохо так же входило в категорию неприятных вещей, как и чёртово желание взять в руки что-то острое, чтобы себя вспороть и убедиться, что под кожей нет никакой херни. Сейчас для этого попросту нет времени: он все еще нужен людям вокруг, и всё ещё должен разобраться с прошлым. Очередной звонок заставляет злобно рыкнуть и, уже в одежде, направиться на балкон, по дороге подбирая телефон. Таблетки должны сейчас подействовать, значит ему станет спокойнее и он сможет уснуть, а завтра будут и другие дела. — Жан сказал, что твой брат хочет со мной познакомиться, — вместо приветствия произносит он, почти искренне надеясь побыстрее завершить диалог. По ту сторону молчат, но нервно дышат. Просто чудесно. Ему ведь только дыхания по телефону не хватало. — Ты взял трубку.., — голос Рико рассеянный и, черт побери, пьяный. Видимо, он очень серьёзно принял просьбу вернуть Кевина в их комнату и устроил мирное чаепитие, очевидно без чая. По крайней мере, лучше бы именно это было причиной пьянки. — А мы вот... С монстрами в Колумбии. — Какого? — он понижает голос до угрожающего рычания, прикидывая в голове сколько уйдёт на дорогу. Два часа. Он абсолютно не хочет ехать и забирать их пьяных, особенно под таблетками, как и будить кого-то для этого. Безнадёжно вздохнув, он уселся на перила, прикидывая в голове, что лучше сделать. — Кто из вас самый трезвый? — Эндрю, — это вообще не радует. Чёртов Миньярд опасен, и у него есть поводы и возможности разобраться со свитой. Как минимум, оба этих придурка умудрились коснуться его семьи. — Дай ему трубку. — Почему ты не хочешь говорить со мной? — вяло возразил Рико, язык слегка заплетался. Натаниэль сжал губы, чувствуя, что терпение заканчивается. — Морияма, — его голос прозвучал презрительно, явно угрожающе. По ту сторону раздались шорохи, прежде чем трубку передали и послышалось насмешливое «слушаю» от Эндрю Миньярда. Натаниэль стиснул зубы сильнее, стараясь не реагировать на препараты, злость и ненависть. — Рад слышать. Если так сильно хотел привлечь моё внимание, то мог бы позвонить. Понимаю, что за месяц больницы ты настолько привык к моему присутствию, что одному уже тяжко, но не припомню каким образом это касается Кевина и Рико. — Ты всегда такой болтливый, или только под таблетками, Нил? — он на мгновение прикрыл глаза, стараясь подавить очередную вспышку слепой ярости. — Не смей меня так называть, — Натаниэль перешёл на немецкий язык, зная, что собеседник последует за ним. Он не беспокоился, что его разговоры здесь услышат, однако он не был уверен в том, насколько Эндрю сейчас болтлив и что он может рассказать остальным. Не то чтобы это была большая проблема, но факт остаётся фактом — про Лину должно знать как можно меньше людей, особенно точно про нее не должен знать ревнивый и опекающий Морияма. — Прерогатива Ангела? — Хочешь игру в правду? — Знаешь, да, — он всё ещё чувствует опасность, но едва ли Эндрю действительно планирует что-то делать. Как минимум, пока его не провоцировать. Немецкая речь звучит ничуть не грубо, скорее подозрительно мягко, словно издевательски. — Хочу знать, что это за имя. Расскажешь? — Это фальшивое имя, которое я приобрёл на случай глупостей. Там, где Натаниэль Веснински не мог светиться, вполне мог появиться неизвестный неудачник из Аризоны. Позднее это имя ушло, чтобы замять скандал после выходки Абрама, когда он решится сняться в порно. С тех пор Нил Джостен мёртв, — он позволил тишине повиснуть, давая Эндрю зафиксировать новую информацию и сложить на полочку в мозгах. — Теперь ты. Какого хера ты от них хочешь? У меня нет желания разбираться с вашей хернёй и бежать вытаскивать их из неприятностей, мне легче пустить тебе пулю в лоб. — Ого, камикадзе, я думал у нас в порядке вещей забирать людей друг друга и уводить в клуб? Кажется, я предупреждал, но в прошлый раз Абрам все равно забрал Кейтлин и Аарона, — Натаниэль едва заметно скрипнул зубами от злости. — Чего ты хочешь? — с нажимом повторил он, уже теряя терпение. Хотелось бы сказать, что он просчитался, но проблема с самого начала была в другом: ему изначально было всё равно. Он слишком зациклился на своём состоянии, чтобы побеспокоиться о чужой защите. И вот, пожалуйста, результат: теперь они точно влезут в дерьмо. — Сделку. — Что на этот раз? — Я верну их в целости и сохранности, а ты научишь меня русскому языку. Как тебе идейка? — он нахмурился, вспоминая ситуацию с Линой в клинике, где Эндрю так же стал свидетелем этого разговора. Значит, ещё в тот момент он задумался о том, чтобы учить новый язык. Честно говоря, Натаниэлю было абсолютно наплевать на то, для чего и как это вообще появилось в голове Миньярда. У него, к слову, были и поважнее дела, чем подрабатывать учителем. Однако и сдаваться он бы не намерен. — Если откажусь, то что? — Оставлю их здесь, пьяных и под крекерами. — Ты не сделаешь этого. — Почему? — Ну я предполагаю, что из-за твоих действий пострадало уже достаточно людей, — легко возражает он. — Или, скорее, из-за твоего бездействия? Твоё молчание привело к тому, что после тебя у Кэсс было еще шесть приёмный детей, представляешь? Дрейк, должно быть, повеселился на славу. По ту сторону телефона была тишина, но Натаниэль прекрасно знал, насколько сильно он ударил этим. Просто небольшая проверка, попытка утопить его в вине, пусть он и не знал Эндрю достаточно хорошо, чтобы делать выводы. Даже если Рико и Кевин безумно пьяны, Морияма всё еще из мафиозного клана и он способен за себя постоять. Хотя Натаниэль уже думает о том, чтобы выкупить этот чёртов бар себе и не беспокоиться больше. Одно дело, то что они о себе позаботятся, и совсем другое, что придётся их утром из полиции забирать, в чем он даже не удивится. — Так значит ты продолжаешь копать под моё прошлое? — голос Эндрю прозвучал хрипло и невозмутимо, но Натаниэль в это не поверил. Он кожей чувствовал, что у него ушло какое-то время, чтобы вернуть самообладание. —Ты отказался давать имена, а я слишком ответственно отношусь к обещаниями, — равнодушно произносит Веснински. Этого было достаточно, чтобы вывести Миньярда из зоны контроля, поэтому он продолжает. — Новая сделка, Эндрю. Я помогу тебе с русским языком, но взамен ты будешь там, когда я найду Дрейка. Может быть, даже убьёшь его сам? — он позволяет тихому смешку соскользнуть с губ. Он никогда не был хорошим эмпатом или, тем более, ясновидящим, но он прекрасно знал, насколько Эндрю сейчас в бешенстве. Вероятно, сжимает телефон в руки и из последних сил отговаривает себя от того, чтобы не вышвырнуть его. — Значит, их безопасность уже не интересна? — оттенки недовольства едва заметны, хотя он и говорит сквозь зубы. — Я жду ответа, Эндрю, — он позволяет своему голосу стать мягче, почти копируя манеру речи Мэла, когда тот играется. — Да или нет? Готов покончить со своим кошмаром? — Не задавай вопросы, на которые уже знаешь ответ, — только и произносит он. Натаниэль невольно хмыкнул, принимая это за согласие. Эндрю был бойцом и уже убивал ранее, он был тем, кто готов на всё ради семьи и Натаниэль уважал это. Но одно дело — спровоцировать аварию, чтобы твоего брата не трогали, и совершенно другое — осознанно убить того, кто превратил твою жизнь в ад, своими руками. Он хотел проверить, убедиться, что его рука не дрогнет. Мало уметь пользоваться оружием и угрожать им, чертовски мало — не каждый решится пырнуть ножом, а тем более убить им, на смерть. — Вы закончили? Верни мне моего мужика! — голос Рико прозвучал действительно возмущено и, вероятно, ещё более пьяно. Миньярд фыркнул, послышались шорохи и, очевидно, телефон вернули владельцу. — Натаниэль, я скучал по тебе. — Сколько ты выпил? — парень облокотился на перила бедрами, когда соскользул ими вниз, задумчиво прожигая стеклянную дверь своей комнаты. — Ты не понимаешь, — оскорбленно, практически задыхаясь, возразил Морияма, прежде чем принципиально переключиться на японский, очевидно, на зло Эндрю с его немецким. Это выглядело забавно, словно Рико решил внезапно посоревноваться. — Ты мне нужен! Я много думал об этом, и скучал, в том числе именно по тебе, Нат. Не только по Абраму. — Скучал? — Натаниэль скептически выгнул бровь, прежде чем произнести вопрос, которым задался Мэл, самым ехидным тоном, на который только мог быть способен. — Может быть, и Ники на ухо стонал моё имя? — Это было всего один раз, он ничего не значит, клянусь! Я хотел попробовать, убедиться, что я смогу идти дальше, чтобы не тянуть тебя, — он говорил сбивчиво, иногда путаясь и останавливаясь, чтобы убедиться, что говорит верно. — В любом случае, знаешь что? Пошёл нахер. — Предложи Хэммику, — подсказал Нат, чувствуя странное удовлетворение от этого разговора. Это было забавно: раздражать его и провоцировать. — Мне, увы, это не интересно, как и ты в принципе. — Нет, уебок! — он переключился на английский, с явным японским акцентом. — Ты не будешь этого делать! Нечего пиздеть, что тебе на меня поебать: я единственный, кого ты сегодня коснулся, хоть и в перчатках, понятно? Ты не любишь меня, и хуй с тобой, но не смей делать вид, словно тебе плевать. — Ты всё ещё жалок, Рико Морияма, — наконец, произносит он, собираясь с мыслями. — А ты все ещё блядский трус, понятно? — возмущено шикнул тот. Натаниэль не ответил, лишь сбросил звонок. На сегодня ему хватило.