Душа Грома

Оказывается что проводить вечер в компании Дубина и чашкой чая с ромашкой может быть самым лучшим вечером за ближайшие дни или недели. Напарник шутил, всякие истории рассказывал, а у Гром будто в глаза поставили спички чтоб веки не закрывались. Слушать такую болтовню она была готова вечно. От анекдотов и сплетен они перебрались на Чумного доктора и странности Разумовского – это не сравнится с тем что было пару минут назад. Ирина была готова поклясться что таким энергичным и общительным она его никогда не видела. За таким парнем было интересно наблюдать: то чашку со стола чуть не уронит, то очки поправит, то отвернётся или руками замахает. Всё это сопровождалось взглядом Иры изредка жмурящимся от смеха, точнее как смеха, усмешки. В квартире стало тихо. Дубину будто заклеили рот скотчем. Он переспросил у хозяйки дома свою возможность отлучиться и справить нужду и тут же покраснел. — Глупо звучит, не находишь? – Гром подняла взгляд исподлобья на блондина пока тот нервно оглядывался в сторону старого санузла без двери в комнатушку, — Я же тебя не держу, как бы я... Это... А теперь она забыла все слова на свете. Поправив волосы она схватила кружку со стола и побрела к кухонному уголку чтобы промыть кружку. — Ну если хочешь иди я тут постою. Дубин как по команде встал с места и казалось сбросил все базовые настройки. Лицо немного помутнело, руки тряслись. — Я пойду наверное, да и Игорь скоро придёт... Наверное... — Он придёт только ночью — Э... Почему так поздно? Он сам тебе это сказал? — Это предсказуемо, – развернувшись на сто восемьдесят градусов девушка вытерла руки об потрёпанное полотенце и оперлась ладонями о столешницу позади себя, – Он всегда приходит ближе к одиннадцати. Дима помялся и всё же подошёл к кухне складывая руки перед собой. — А.. Давно у вас.. Двери тут нет? – вздернув брови он невольно хмыкнул — Пф, нашел что спросить, года три или четыре уже, скоро драться с ним за эту дверь буду честное слово.. – она подняла взгляд и укусила губу, в открытую позорит и себя и брата при коллеге, ужасно — Ты извини если я что-то сказала неправильно... В секунду Ира почувствовала себя несознательным ребенком. Гнать надо этого Дубина пока что-то еще не ляпнула. Но с другой стороны это прекрасный шанс спросить Диму о кое о чем. Или терпит? — Эй? Нормально всё? А, блин, точно, у тебя же голова болит, прости Нет, не надо ничего говорить.

***

— Сестра! Добытчик вернулся, принимай казенные харчи! Дубин давно ушёл, а Ире не спалось. Просто не хотелось. Она прокручивала у себя в голове возможный разговор с ним о том, что произошло пару недель назад. Устала держать это в голове. Хотелось это кому-то рассказать и поделиться, а рассказать напарнику казалось настолько паршивой идеей, будто на кону стоит её репутация на работе. Дима не дурак и не обидчивый, он поймет эту шутку и посмеется также. Но Гром предпочитает молчать – это у них семейное. — Че валяемся? Давай вставай я тоже спать хочу, – старший возвысился над кожаным диваном времен распада союза смотря на фигуру младшей с недовольным личиком, – что кислая такая? Ирина не отвечала и лишь моргала смотря в одну точку, в сторону телевизора с включенным радио передачи про зоологию. — Эй? Ты точно в порядке? Гром опустился на корточки перед диваном и взял из пакета подле ног бутылку химозного напитка. — Будешь? Тебе с завода Игната взял специально, – тон с шутливого перешёл на волны переживания. "Заводские" бредни Игната в виде продукции являлись обычными товарами только по более низкой цене, так часто Громам Шпунько делал скидку по старой дружбе. На самом деле никакой скидки не было хоть они это и понимали, да и магазина никакого у Бустера нет. — Спасибо, я не буду, – пробурчала она и моргнула снова подкладывая под голову ладони. — Пугаешь меня Ир, температуры нет? Или тебя задели в казино все-таки?... Ответа не последовало, был виден лишь тугой кивок головой через силу. — Может устала просто, – Игорь поднялся на ноги и отнес бутылку на стол, – доброй ночи, я на твоей кровати лягу... И завтра к Федору Ивановичу поедем... Окей?, – мужчина обернулся чтобы увидеть хоть какую-нибудь реакцию, но сестра уже заснула.