Бесов заебался/Семя бесковов

После очередного проеба Семёна, я перестал чувствовать к нему жалость. Он заметил, как этот подонок слишком самоуверенно себя ведёт после своего провала. «Я могу больше!», «Я справился неплохо», «Я знал больше, просто не сказал» — да сходи ты на хуй. Я давно поймал его на лжи. Он мне тоже пообещал поебаться на прошлой неделе. Так что вы думаете? Этот сучонок куда-то тиканул, мне он сказал:«Да моей маме надо с огородом помочь, вот я и уехал с ней на дачу». От пидорёнок, на выходные выпали сильные ливни, он там в грязи купался и картошку сажал? Меня это уже слишком заебало. Я сидел на съёмочной площадке, читал сценарий с остальными, съёмочная группа бегала и устанавливала оборудование для съёмок. Сегодня должны выпереть Семёна. Очень жаль. Теперь я не буду видеть его проёбы на испытаниях, его жалкие попытки оправдаться, когда он снова оказался в черном конверте. Мне очень грустно от этого. Надо его выебать на прощание. Наконец-то главный опаздун пришёл к нам. Он уже знает, что сегодня его попрут, поэтому он читал текст со своим прощанием. Мдам, ну и суматоха. До начала съёмок ещё минут двадцать. Время есть. — Хэй, Семён, что думаешь насчёт своего ухода? — спросил его я. — Да а что мне думать? Ну грустно, конечно, я будто достоин лучшего, — с уверенностью ответил он. Такой тон всегда выводил меня из себя. Уж больно противно звучит. Заебал. — Пойдём за мной, — сказал я, направляясь в подсобку. — Куда? У нас съёмки вот-вот начнутся. — Пойдём, говорю. Закатив глаза, Семён всё же последовал за мной. Мы зашли в грязную и тесную подсобку. Здесь валяется какое-то сломанное оборудование, декорации и прочие безделушки. — Ой фу, блять, тут грязно! — тут же воскликнул Семён. — Что ты хочешь? Ничего не ответив, я затолкнул его и запер дверь. — Артём? — Снимай штаны. — Что нахуй?! — Ну снимай. — Не буду, блять! — На камеру с голым торсом бегаешь, а штанишки снять не можешь? — Ты ёбнулся?! Голый торс и голый низ, наверное, разные вещи! Как же он заебал с этими разговорами. Быстро сделаем дело и будем гулять смело. Уже не слушая его лепет, я стянул с него штаны вместе с трусами. — Ты конченный?! Сука, что ты делаешь?!! — Семён как ошпаренный нагнулся вниз, но я наступил ногой на его вещи. — Что... Ты хочешь? Уже не отвечая, я повернул его к стене и расстегнул свою ширинку. — Да ты ахуел?! Я не буду с тобой трахаться прямо сейчас и здесь! Я же обещал тебе попозже, — Семён старается вырваться из моей хватки, но у него не особо получается. — Да ты заебал со своим "попозже", ты на этих выходных где был? — Дом.... На даче, я же тебе говорил. — Ага, пиздабол! Я шлёпнул Семёна по его прищавой заднице, да так, что тот аж охнул. — Блять, ладно, но только быстро! — смирился Семён. Ну наконец-то. Я уже собрался вставлять, но во мне проснулась жалость, и я спросил Семёна: — У тебя смазка есть? — Смазка? — Ну да. — Ну, у меня в кармане должно быть подсолнечное масло. ... — Откуда у тебя, нахуй, подсолнечное масло в кармане?! — Да я ролтон ел, и там в пачке есть подсолнечное масло. В маленьком пакетике таком. С подсолнухом. — А нахуй ты его себе в карман положил? — А вдруг пригодится. Сука, какой же он всё-таки бесячий. Не буду я себе член маслом мазать. Я харкнул на пенис и, не предупреждая, грубо вошёл в Семёна. Тот заорал как сучка. Ну, он и есть моя сучка. Я грубо трахаю Семёна в сратакен, пока тот хрипит и тяжело дышит. Вдруг к нам в подсобку кто-то постучал. — Кто там?! А ну живо выходите оттуда! — какой-то уборщик орёт что ли? Боже ж ты мой. — Да подожди, блять, немного! — крикнул ему я. За дверью стало тихо. Похоже, он ушёл. Но мигом случилось то, что я предвидеть не мой. Семён... Блять, он пернул мне на член! — Ты что творишь нахуй?! — заорал я и со своей силы шлёпнул его по сраке. — Да я испугался! — плаксивым голосом выдавил он. — И вообще-то мне больно! — Терпи блять, после такого проёба одного шлепка будет мало! Я продолжал его трахать. По Семёну было видно, что он вот-вот кончит. Во мне опять проснулась жалость, я схватил его член и стал надрачивать ему. — Пожалуйста, не останавливайся! — молил меня Семён. Но кто я такой, чтобы не идти до конца? Семён кончил мне в руку, на стену, и даже на него самого попало. Ну он и грязнуля! — А теперь, — сказал я, перевернув Семёна и поставив его на колени, — ты поможешь кончить мне. Я знал, что он великолепен в минетах! От скольких парней я слышал, что Семён просто сногсшибательный сосун. Недавно Анзор мне рассказывал... — А может, не надо? – с щенячьими глазами умоляет меня Семён. — Ещё чего? Ты значит всю стену обкончал, а мне облизывайся? Нет уж, дорогуша, так дела не делаются. Всему району отсосал, а мне не хочешь? — Но я... — начинает пиздюк. — Но я не отсасываю парням, которых люблю... .... .... .... .... .... .... Я дал ему по еблу, сказав:«Соси». Милое личико Семёна тут же пропало, и он начал делать омлетик. После славного минета, кончив Семёну на лицо, мы вышли из подсобки и встретили Анзора. — Ой, а ты тут что делаешь? — неловко спросил Семён. Анзор посмотрел на них немного, а затем сказал: — Пойдём теперь мне подрочим. — Пойдём. — Пойдём.