Забытый запах

Каменный пол подземелья был просто ледяным, но Тэхен сидел на нем с таким достоинством, словно это был не иначе как трон. В тусклом свете факелов его пепельные волосы казались седыми, лицо – осунувшимся, а взгляд – бесконечно усталым. Парень просидел тут целый день. Он уже знатно промерз, очень хотел есть и не отказался бы от похода в туалет. Вдруг сверху послышались тяжелые шаги. Чонгук вошел в камеру один, без сопровождения своих подчиненных. Альфа резким рывком сорвал с себя кожаную куртку, оставаясь в одной черной футболке, и Тэхен невольно проследил взглядом за тем, как перекатываются татуировки на его руках. - Мои люди тщательно обыскали лес в радиусе десяти километров, - резко начал Чонгук. – Ни следов твоей стаи, ни оружия. Ты пришел один, безоружный, мстить своему врагу? Ты либо безумен, либо создал очень хреновый план. - А ты не думал, что я и есть самое опасное оружие? – Тэхен поднял голову, и их лица оказались в сантиметрах друг от друга. Чонгук резко схватил парня за подбородок, заставляя омегу смотреть прямо в свои глаза. - Мой зверь хочет вырвать из тебя правду, - прорычал Чонгук. – Почему, когда я смотрю на тебя, у меня болят старые шрамы? - Может, потому что в той битве, которую ты так благополучно забыл, ты пытался содрать с меня кожу? – Тэхен выдавил из себя ядовитую усмешку, хотя его пальцы мелко дрожали. – Или потому что мы слишком долго топтали одну и ту же землю, ненавидя друг друга? - Ты лжешь, - выдохнул Чонгук, не отпуская его. – Я знаю это, хоть и доказать не могу. В твоем запахе нет ненависти, омега. Там только пепел и тоска. В этот момент дверь в подземелье резко распахнулась. На пороге стоял Джин, его лицо было бледным. Омега заметно нервничал. - Чонгук, прости что перебиваю, но это срочно. Совет стаи требует своего допроса. Они хотят видеть чужака наверху. Сейчас же. Чонгук медленно отстранился, но его взгляд еще долго оставался прикованным к пухлым губам Тэхена. - Идем. Посмотрим, как ты запоешь перед всеми.

***

Здание Совета внутри напоминало офис крупной корпорации – много полированного гранита и дорогая кожаная мебель. Даже не верилось, что в самой гуще леса возможны настолько современные постройки. Но запах в помещении был приторным – густым и тяжелым от феромонов старых альф, которые помнили еще деда Чонгука. Когда вожак ввел Тэхена в зал, разговоры мгновенно стихли. Члены Совета сидели за массивным столом из цельного куска черного дуба. В центре, как всегда, возвышался Сонджун – их главный стратег, чей взгляд пробирал до самих костей. - Ты привел его в город, Чонгук? – голос Сонджуна эхом отразился от высоких потолков и осел внизу. – Мы  советовали устранить угрозу прямо на границе. Этот омега – из клана Серых. А ты ведь помнишь, чем закончилась ваша последняя встреча? Тэхен во все глаза уставился на этого альфу. В его зрачках плесакалась застарелая боль, но Сонджун, казалось, не обращал на парня никакого внимания. Чонгук почувствовал, как в висках уже знакомо и привычно начинает пульсировать. - В том то и дело. Я ничего не помню о той встрече, Сонджун. Вы все твердите мне о битве, о том, как я оказался на грани смерти, но я этого так и не вспомнил. Тэхен, стоящий рядом с Чонгуком, едва заметно вздрогнул. Его руки были скованы, но он держался прямо, глядя на членов Совета с нескрываемым презрением. - Последняя схватка - начал один из старейшин, потирая седую бороду. – Это была великая битва. Чонгук прекрасно помнил рассказы членов Совета и Сонджуна про тяжелый бой у Золотых шахт. О том, как Серые попытались перехватить контроль над поставками их поселения. Ему рассказывали, как он лично включился в бой, но враги обезвредили его, нанеся непоправимые для здоровья травмы. - Когда мы нашли тебя, ты был залит кровью, и своей, и чужой. Мы не раз это обговаривали, Чонгук. Но этот - Сонджун вдруг указал пальцем на Тэхена, - скрылся. Именно после его удара по голове ты впал в кому. А потом очнулся без каких-либо воспоминаний. Чонгук перевел взгляд на Тэхена. В памяти вспышками всплыли обрывки воспоминаний – темнота, запах гари, крик… и чьи-то теплые руки, прижимающие его голову к груди. Боже, как же хотелось ясных мыслей и чистой головы, а не этих бесполезных кусков воспоминаний, которые никак не могли сложиться в одну цельную картинку. - Значит, это ты ударил меня? – Чонгук подошел к Тэхену вплотную. – Ты был там, в шахтах? Тэхен поднял голову. В блеске его глаз было что-то, что альфа никак не мог расшифровать. - Да, Чонгук, я был там, - тихо ответил омега. – Но ты не помнишь главного, альфа. Ты не помнишь, почему мы оказались там без твоих драгоценных охранников. И почему твой отец в тот день так сильно кричал от ярости. - Довольно! – Сонджун резко поднялся, прерывая Тэхена. – Мы не будем слушать эти бредни. Чонгук, ты прекрасно знаешь, наш закон прост – если этот чужак пришел за местью, он должен быть казнен или изгнан с позором и навсегда оставаться изнанником. Взвесь все и прими правильное решение. Последнее слово за тобой. Ты – наш лидер. Чонгук молчал. Его зверь внутри сжался в комок, а фантомная боль в затылке стала невыносимой. В голове роились мысли - кусали, жалили, но никак не складывались в ясные воспоминания. - Он останется в моем доме, - вдруг произнес Чонгук. По залу пронесся гул возмущения. Джин, стоящий у двери, прикрыл глаза, словно ожидал этого. - В твоем доме? – Сонджун нахмурился. – Это опасно, Чонгук. Чужак грозился тебя убить. Он сам это сказал. - Он сказал, что пришел за долгом, - Чонгук обернулся к Совету, и в его глазах вспыхнула та самая тьма вожака. – Я хочу знать, что именно я ему задолжал. Если он попытается убить меня, не пережвайте, я прекрасно справлюсь и сам его прикончу. Но пока я не вспомню то, что было, этот омега – моя личная собственность. Тэхен сглотнул, и на мгновение его безэмоциональная маска треснула, обнажая чистый, первобытный ужас. Или это было облегчение?