half a secret (we don’t name yet)

минхо вытягивает кашляющего джисона на свежий воздух и кладёт чужой пиджак на капот чёрной машины. свободной рукой он похлопывает по сгорбившейся спине, постепенно сменяя хлопки на лёгкие поглаживания. он не может сказать, что злится на джисона — как минимум по двум причинам. во‑первых, он привык к тщеславию и похоти лучшего друга, к этим двум отвратительным (в его положение), но странно воздействующим вместе чувствам, которые овладели чужим мозгом в последнее время. а во‑вторых, минхо просто ужасно устал. он действует молча, усаживая непослушное, покачивающееся тело на капот рядом с пиджаком, и доставая из бардачка влажные салфетки, чтобы вытереть красную помаду с губ. — ты целовался с парнем, блять. откуда на тебе красная помада? — шипит он больше из‑за того, насколько стойкая помада, чем от злости. джисон неразборчиво возмущается. до минхо доходят только обрывки фраз. — … с девушкой. а потом… она ушла к подругам. за мной ухаживал парень. ли хмурит брови и не верит, что человек перед ним — этот самый джисон, которого он по‑истине знал, но смахивает половину его действий на алкоголь. а ещё затрудняется назвать то, чем они занимались «ухаживал», ведь тот парень даже отказался просто провести джисона наружу после того, как они поцеловались, и не заметил, что тот оставил пиджак на спинке своего стула. — блевать будешь? — мужчина наклоняется, чтобы быть с ним на одном уровне. джисон пожимает плечами, но это больно похоже на передергивание. — не хочу сейчас. ты будешь ехать быстро? — он пьяно наблюдает, как минхо обходит несколько раз машину, чтобы вернуть салфетки на место и взять бумажный пакет, ровно сложенный после вчерашней еды на вынос. — нет, конечно. минхо отдаёт ему пакет и за локоть ведёт в сторону, чтобы усадить на пассажирское. заняв своё место, он сдержанно сглотнул и открыл окна со своей стороны тоже, чтобы запах алкоголя от джисона выветрился из машины. — мой телефон, он… — я всё забрал. и твой пиджак. он здесь, — джисон благодарно кивнул и принял из рук ли небольшую бутылку воды, несколько раз уткнувшись в отверстие носом. волосы лезли в глаза, мешая дышать. мужчина покачал головой и сдержал насмешливую улыбку. минхо взглядом пробежался по внутренностям машины, стукая пальцами в серебряных кольцах по рулю, и вдруг его взгляд зацепился за что‑то нелепое и маленькое — розовые заколки для волос, которые племянница случайно оставила в машине пару дней назад. они лежали на коврике заднего пассажирского сиденья, почти незаметно среди других мелочей. недолго думая он потянулся за ними и отряхнул от накопившейся пыли. — погляди на меня. джисон послушно повернулся. минхо аккуратно зацепил заколки пальцами, держа их между большим и указательным. — ну что, тебе идут, — сказал он тихо, но с едва заметным лукавством в голосе, и прикрепил одну заколку к торчащей пряди джисоновых волос, осторожно, чтобы не зацепить кожу. со второй также. джисон моргнул, сонно глядя на себя в отражение стекла, и на его лице появилась смешанная реакция. — о боги, они что, пушистые? минхо буквально «копирует и вставляет» его выражение лица. — ты ещё возмущаешься? его тон вызывает у джисона детский смех. на этом милом лице никогда не держалась каменная гримаса слишком долго. даже когда он был сосредоточен, на лице обязательно дёргался какой-то нерв: джисону нравилось показательно прикусывать губу, когда он думал, надувать и сдувать щёки так, чтобы не мешать студентам в аудитории, или морщить нос, если что-то казалось особенно глупым. будто тело отказывалось поддерживать серьёзность дольше пары минут. минхо иногда казалось, что джисон в принципе не умеет молчать по-настоящему. даже сейчас, пьяный, помятый, с размазанной у рта помадой и пушистыми розовыми заколками в волосах, он выглядел слишком живым для человека, которого пятнадцать минут назад едва не вывернуло прямо у входа в клуб. джисон снова потрогал заколку кончиками пальцев и тихо прыснул себе под нос. — я похож на ребёнка, которого мать собирала в садик. — ты похож на идиота, — беззлобно поправил минхо, заводя машину. двигатель мягко завибрировал под ладонями. за окнами всё ещё шумела ночь — редкие машины проносились по мокрому асфальту, где-то дальше мигала вывеска круглосуточного магазина, а клуб позади продолжал жить своей душной, липкой жизнью. джисон привалился виском к холодному стеклу. — ты меня осуждаешь? — вопрос прозвучал неожиданно тихо. без привычного кривляния. минхо недолго молчал, переключая передачу. — за что именно? у тебя сегодня был насыщенный вечер. джисон сонно усмехнулся. — ну… за всё. ли бросил на него короткий взгляд. волосы опять полезли тому в лицо, одна заколка держалась из последних сил, съехав почти к самому виску. — я слишком хочу спать, чтобы читать тебе мораль. — это не ответ. — это единственный ответ, который ты сегодня получишь. джисон недовольно промычал и сильнее съехал вниз по сиденью, поджимая ноги. бумажный пакет зашуршал у него в руках. минхо украдкой наблюдал за ним на светофоре. за тем, как джисон пытается сфокусировать взгляд на мелькающих огнях за окном, как периодически хмурится без причины, как упрямо борется со сном, будто если уснёт — обязательно пропустит что-то важное. джисон замолкает и не двигается всего на несколько минут. минхо успевает подумать, что тот наконец вырубился, но стоит машине остановиться на особенно длинном красном, как с пассажирского сиденья раздаётся тихое: — мне жарко. — окно открыто. — надо ещё. — ты потом сдохнешь от простуды. — зато красиво как. мне нравится, как размыто в моих глазах выглядит красный светофор. минхо косится на него с нечитаемым выражением лица, но всё-таки нажимает кнопку. холодный ночной воздух тут же врывается в салон, треплет чужие волосы и почти моментально превращает джисона в довольного кота. тот высовывает ладонь наружу, ловя ветер между пальцами. заколки держатся из последних сил. — если они улетят, я не виноват, — сухо предупреждает минхо, мельком проверяя боковое зеркало. — ты подарил — ты и отвечаешь. — я ничего тебе не дарил. — поздно. джисон сонно улыбается, а потом резко щурится куда-то вперёд. — о, заправка. — поздравляю. — нет, стой. стой-стой-стой. ли тяжело выдыхает, пальцами перестукивая по рулю, но всё же сворачивает. джисон выбирается из машины с таким видом, будто идёт как минимум спасать человечество, а не покупать воду посреди ночи. у входа в круглосуточный магазин он зависает почти сразу. — минхо. — м-м. — ли недовольно, но скорее просто устало разворачивается в его сторону двумя короткими стуками подошв. в его руках уже две бутылки воды, а пальцы остановились на прилавке со снеками. — смотри. мужчина прослеживает за его взглядом и видит автомат с дешёвыми игрушками. внутри вперемешку лежат резиновые брелоки, какие-то липкие монстры и маленькие пушистые шарики с глазами. джисон выглядит так, будто увидел смысл жизни. — нет, — моментально говорит минхо, даже не подходя ближе. — ты даже не знаешь, что я хотел. — знаю. — ну минхо. тот молча проходит мимо него к холодильникам с водой. джисон тащится следом, шаркая ногами и периодически задевая чужую руку плечом. — ты злой. минхо переводит на него взгляд чуть быстрее, чем стоило бы. в чужом голосе нет ни обиды, ни претензии, только пьяная констатация, от которой внутри почему-то неприятно царапает. — ты пьяный. — это временно. — к моему счастью. джисон прыскает себе под нос и, пока минхо расплачивается, всё-таки суёт в автомат пару монет. игрушка застревает. они оба несколько секунд смотрят на неё. джисон медленно поворачивается. — это был мой последний шанс стать счастливым. — господи. минхо всё-таки подходит и пару раз несильно толкает автомат ладонью сбоку. пушистый шарик с глазами срывается вниз. джисон смотрит на него так, будто только что увидел чудо. — это так романтично, вау. ли закатывает глаза так медленно и устало, что это уже больше похоже на смирение. — садись в машину. обратно джисон идёт уже с игрушкой в руках. пушистый сиреневый комок болтается между пальцев рядом с бумажным пакетом и бутылкой воды. в машине становится тише. по-настоящему тише. джисон сначала что-то бормочет себе под нос, потом всё реже реагирует на происходящее за окном, а потом и вовсе медленно сползает набок, утыкаясь виском в ремень безопасности. минхо замечает это не сразу, ведь вместо концентрации на болтовне и дороге теперь он цепляется взглядом только за знакомые дворы, и только на очередном светофоре он косится вправо. джисон спит с приоткрытым ртом, неловко согнув шею. сиреневый шарик всё ещё зажат в его ладони. ремень безопасности впивается ему в щёку. он оглядывается по сторонам так, будто следующее его действие находится под чётким присмотром кого-то сверху. двумя пальцами минхо осторожно поворачивает чужую голову вправо, проверяя, не остались ли на щеке красные полосы от ремня безопасности. убедиться, что джисон хотя бы сейчас находится в удобном положении для сна и шея не затечёт к утру. изо рта спящего вырывается короткий выдох, и он будто даже расслабляется сильнее, когда тёплые пальцы минхо касаются его лица. ресницы едва заметно дёргаются, а голова послушно укладывается в чужой ладони тяжелее.

₊˚ ✧ ‿︵‿୨୧‿︵‿ ✧ ₊˚

джисон просыпается только когда минхо негромко зовёт его по имени уже возле дома. сначала тот хмурится, потом медленно открывает глаза и несколько секунд просто смотрит перед собой с абсолютно пустым выражением лица. волосы торчат в разные стороны, одна заколка держится буквально на честном слове. — мы умерли? — хрипло спрашивает он. минхо глушит двигатель и только потом поворачивается к нему. — если бы. джисон тихо мычит, потирая лицо ладонью, и пытается выбраться из машины. получается не с первого раза: он цепляется рукавом за ручку двери, потом едва не роняет бутылку воды себе под ноги. минхо молча перехватывает её раньше. ночной воздух у подъезда кажется холоднее, чем был полчаса назад на заправке. джисон щурится от света лампы над дверью и стоит слишком близко, пока минхо ставит машину на сигнализацию. — стой. джисон послушно останавливается, сонно поднимая на него взгляд, складывая руки на груди. минхо тянется к чужим волосам, собираясь снять хотя бы одну заколку, но джисон тут же вяло перехватывает его запястье. — не трогай. — они сейчас сами отвалятся. — ну и пусть, — голос у него тихий и помятый со сна. — они красивые. минхо несколько секунд смотрит на его лицо, всё ещё хранящее следы усталости и алкоголя. на размазанную у губ помаду. на этот нелепый розовый пушок в волосах. а потом почему-то сдаётся. — ладно, ходи так. джисон довольно мычит и первым заходит в подъезд. поднимаются они медленно. не потому что джисон совсем не может идти — может. просто постоянно отвлекается. то останавливается у почтовых ящиков, читая чужие фамилии так внимательно, будто учитель, который боится случайно придумать новое клеймо для ученика среди одноклассников, то вдруг начинает рассказывать что-то про девушку из клуба, имя которой сам уже не помнит, но у неё была зачётная татуировка на груди с именем нё бывшей девушки. минхо внимательно слушает, придерживая его за локоть скорее по привычке. на третьем этаже джисон вообще останавливается посреди лестницы и серьёзно спрашивает: — а ты бы смог встречаться с человеком, который слишком часто моргает? — он делает акцент на слове «слишком» и пялится на себя в отражении экрана телефона. ли даже не сразу находится с ответом. — чё? — ну моргает. вот так. — джисон несколько раз быстро хлопает глазами, демонстрируя. — это раздражает или нет? минхо устало прикрывает глаза ладонью. — раздражает, когда это делаешь ты. поднимайся. джисон начинает тихо смеяться себе под нос и всё-таки идёт дальше. в квартиру они заходят почти в полной тишине. слышно только, как ключи звенят в чужих пальцах и как джисон тяжело приваливается плечом к стене, пока разувается. точнее, пытается. в какой-то момент он просто бросает это дело и идёт в комнату прямо так — в расстёгнутом пиджаке, а потом падает на кровать поверх покрывала, будто тело само решило за него, где заканчивается сегодняшний день. — спасибо большое, что не оставил в беде, мой любимый, — тянет он последнее слово и улыбается в подушку. — лучший друг. минхо заходит в комнату за ним и несколько раз кивает, держа в руках чужие вещи, которые джисон оставил валяться на пороге. видя это тот неловко произносит «ой» и уже хочет подняться, но минхо останавливает его одним вытянутым пальцем, который означает лежать на месте. — лежи. я сам. ты сейчас уронишь. джисон замирает и снова опускается на кровать, уже без попыток спорить, только следит глазами. ли сразу раскладывает вещи: ключи остаются лежать в сумке, бутылка ближе к краю, на уровне вытянутой руки, остальные мелочи, которые валялись в сумке и могли пригодиться, он откладывает дальше — в керамическую миску на тумбочке, где уже лежат кольца и цепочки, оставленные там раньше. — мне уйти в другую комнату? — это я должен уйти. это твоя постель. ты говорил, что не любишь спать с кем-то. минхо качает головой. — я говорил это в контексте одноразовых встреч, которые проводились в моей постели, — он делает лицо, как будто сам от своих слов становится несчастнее, — я не брезглив, могу поспать с другом. джисон спокойно кивает и чуть сдвигается, освобождая ему большую половину кровати. — я могу сходить в душ, если тебе неприятен запах, — теперь джисон говорит уже более собранно, почти ответственно. — не поверишь, но на это мне тоже всё равно. минхо устало улыбается и с лёгким выдохом садится на кровать. — отоспись пару часиков. потом сам проснёшься и захочешь в душ. ли буквально за несколько секунд меняет свою лёгкую уличную одежду на ту, в которой обычно спит. он знал, что вернётся домой поздно и не захочется лезть в шкаф из-за необходимости спать в комфорте, поэтому заранее положил всё под подушку, а грязную одежду с точным попаданием закинул в длинную корзину с бельём. — спасибо ещё раз, — шепчет джисон, когда минхо оказывается лицом к нему, и протягивает мизинец. тот без лишних вопросов скрещивает его со своим. кажется, с этого момента это их новый жест. только пока они сами не знают, что он означает. но оба чувствуют, что это секретный ключик к новым чувствам. осталось только научиться применять его.