Ржавый рыцарь

У Янг Сяо Лонг была тяжёлая жизнь. И началась она задолго до того, как она сама успела это понять. Её биологическая мать, Рейвен, исчезла почти сразу после её рождения, оставив дочь и мужа без объяснений. Для маленькой Янг это была пустота, смысл которой она тогда ещё не могла осознать. А потом появилась Саммер. Тёплая, добрая, сильная женщина, которая вошла в их дом так естественно, словно всегда была частью семьи. Янг без колебаний начала называть её мамой — и это слово звучало искренне. С Саммер дом снова стал домом. А вскоре появилась и Руби — её маленькая, смешная, невероятно милая младшая сестра. Янг сразу решила, что будет её защищать. Но счастье оказалось недолгим. Саммер исчезла почти так же внезапно, как когда-то Рейвен. Только на этот раз всё было ещё хуже. Она не просто ушла — она погибла на задании. И в один момент всё рухнуло. Остались только трое: Янг, Руби и их отец, Таянг. Смерть Саммер сломала его. Человек, который когда-то был сильным охотником, постепенно замкнулся в себе. Дом стал тихим и тяжёлым, а бутылка — его постоянным спутником. Так что Янг пришлось повзрослеть раньше времени. Она готовила, присматривала за Руби, старалась быть для неё и сестрой, и почти матерью. Но она всё ещё была ребёнком. И однажды в её упрямую, детскую голову пришла идея: найти ответы. Она решила отправиться к старому дому семьи — туда, где когда-то жили Таянг и Рейвен. Возможно, там она смогла бы найти мать. Это решение едва не стоило им жизни. На дороге на них напал Гримм — Беовульф. Огромная тварь выскочила из леса, рыча и скаля клыки. Маленькая Руби лежала в коляске, беспомощная, а Янг могла лишь закрыть её собой. Если бы не Кроу. Их дядя появился вовремя. Его меч вспыхнул в воздухе, и через мгновение Гримм уже лежал мёртвым. Этот день стал переломным. Потому что именно тогда Таянг, увидев, как близко был к тому, чтобы потерять и своих дочерей, наконец вышел из запоя и снова начал быть отцом. Позже она и Руби поступили в академию Сигнал — место, где юные охотники делали свои первые шаги на пути к настоящей битве с Гримм. Именно там они создали своё оружие. Янг выковала Эмбер Селику — тяжёлые наручи-дробовики, идеально подходившие её прямому и взрывному стилю боя. Руби же создала Кресент Роуз — огромную механическую косу, столь же безумную и необычную, как и её владелица. Три года обучения пролетели почти незаметно. И когда пришло время двигаться дальше, Янг поступила в академию Бикон. Как и Руби. Хотя для Руби это было исключением. Директор академии, Озпин, решил принять её на два года раньше положенного — редкое решение, которое говорило о многом. В Биконе началась новая глава их жизни. Именно там Янг встретила множество друзей. Именно там она стала частью команды RWBY — команды, лидером которой, к её собственному удивлению и гордости, стала её младшая сестра, Руби Роуз. Там же они познакомились с другой командой — JNPR. Их лидером был парень по имени Жон Арк. Жон… Когда-то Янг воспринимала его как обычного блондинистого идиота. Немного неловкого, иногда смешного, но всё же хорошего друга. Только теперь, оглядываясь назад, она понимала: уже тогда он стал для них чем-то большим. Частью семьи. И именно в Биконе она познакомилась со своей напарницей — Блейк Белладонна. Сначала между ними была просто странная, осторожная дружба. Блейк была тихой, закрытой и полной собственных тайн. Но чем больше времени они проводили вместе, тем сильнее Янг привязывалась к ней. Настолько, что во время падения Бикона она без колебаний бросилась защищать её. И заплатила за это рукой. Адам Таурус — человек, которого Янг до сих пор ненавидела — отнял её в один жестокий миг. После этого был долгий месяц тьмы. Месяц злости, боли и бессилия, когда казалось, что мир окончательно сломался. Но она справилась. И со временем Янг поняла, что чувства, которые она испытывала к ней, уже давно перестали быть просто дружбой. Это была любовь. Правда, признать её они смогли лишь намного позже — в странном, сказочном мире под названием Эвер Афтер А затем начались долгие приготовления к финальной битве с Салем, её Гримм и Синдер, у которой к тому времени уже были силы двух Дев. В итоге им удалось победить — но цена оказалась огромной. Потери были страшными, однако они справились. А потом… потом случился Жон. Он спрыгнул в озеро Гримм — и погиб. Было много слёз, криков и отчаяния. Самое страшное заключалось в том, что никто не понимал, почему он это сделал. До тех пор, пока они не нашли его дневник. Оказалось, он вёл его ещё со времён Эвер Афтер. Там он писал обо всём: о своих чувствах, переживаниях, о том, как устал от бесконечной борьбы. И о том, что идёт в последний бой, уже не надеясь выжить — скорее рассчитывая на смерть. И тогда плотина прорвалась. Нора — обычно весёлая и энергичная девушка — сорвалась. Она в ярости послала всю команду RWBY к чёрту. Сказала, что именно они виноваты в случившемся, и особенно Вайсс, которая, по её словам, ранила Жона сильнее всех. Нора прямо заявила: именно из-за них он решился на такой отчаянный шаг. Никто ей не возразил. Во многом потому, что все понимали: для Норы и Рена команда JNPR была семьёй — той семьёй, которую они когда-то обрели и теперь окончательно потеряли. Потеряв ещё одного её члена, Нора больше не могла сдерживаться. Если бы не Рен, который увёл её, всё могло закончиться дракой. В итоге команда RWBY частично распалась, и каждый пошёл своей дорогой. Блейк стала новой правительницей Менаджери и предложила Янг стать её «правой рукой». Однако Янг отказалась, сказав, что такая ответственность не для неё. Тогда Блейк предложила другой вариант. Она сказала, что Янг может стать для неё тем, кем когда-то был Кроу для Озпина. Проще говоря, Янг должна была собирать сведения о сторонниках Белого Клыка и о тех немногих, кто всё ещё поддерживал идеологию уже мёртвого Адама. И Янг согласилась. Ей даже было немного забавно: прошёл целый год, а она и правда превратилась в женскую версию Кроу — только такую, которая не напивается до беспамятства. Сейчас Янг лежала на диване в своём доме на Патче, который она построила — не без помощи Таянга и самого Кроу. Почему она не живёт с Блейк? Всё просто: Янг жила и здесь, и там. Во время перерывов между заданиями она чаще всего оставалась на Патче, а когда брала отпуск — жила у Блейк. Янг подняла бутылку виски и сделала глоток. С Руби и Вайсс она всё ещё поддерживала связь, а вот с Норой и Реном всё было плохо: никто не знал, где они. Последний раз их видели направляющимися в сторону их старой деревни, той самой, которую когда-то уничтожили Гримм. Что касается Вайсс и Руби — Вайсс стала новой главой компании Шни и теперь руководила всем. Рабского труда больше не было: теперь использовались только роботы, которых поставлял новый генерал Атласа — Винтер Шни. Кроме того, Вайсс и Блейк смогли наладить отношения между Мистралем и Атласом. Точнее, уже новым Атласом: старый был уничтожен, и буквально на его руинах построили новый. То же самое произошло и с Вейлом. Руби же смерть Жона подкосила сильнее, чем всех остальных. Жон был её первым другом, её напарником. Да, в Эвер Афтер они поссорились, но позже всё-таки помирились. И всё же… Янг даже иногда думала, что Руби была в него влюблена, хотя он так и не ответил ей взаимностью. Руби время от времени заходила к Янг домой и помогала по хозяйству. Чаще всего, когда Янг не было дома, Руби приходила и убиралась. Кроме того, Руби занималась тем, что охотилась на особенно сильных и древних Гримм. И именно здесь проявилась проблема её серебряных глаз. Зрение Руби становилось всё хуже: теперь она носила с собой очки, чтобы читать. И чем чаще и дольше она использовала силу своих глаз, тем сильнее ухудшалось её зрение. И никто не мог это исправить. — «Какой бред… Сижу здесь одна, как дура, и выпиваю… Позвонить Руби?… Нет, она занята. Точно так же, как и Блейк с Вайсс… Эх…» Янг поставила бутылку на пол и повернулась набок. Иногда всё произошедшее казалось ей каким-то странным сном: магия, боги, бессмертные существа. Настоящая сказка, иначе и не скажешь. Иногда Янг даже задумывалась: что было бы, если бы она могла вернуться в прошлое? Ну, первым делом она бы не допустила потери своей руки. Металлические пальцы сжались сами собой. Во-вторых, она бы не позволила Блейк страдать в одиночку… И в-третьих… она бы спасла Жона. Сказала бы ему, что он им всем дорог. Что он их семья. Что он не бесполезный… что он не «ржавый рыцарь». Он просто Жон. Жон Арк. С этими мыслями Янг и не заметила, как её пьяный мозг решил, что пора спать. ----------- Ты̇ дͅу̓маеш̅ь͛, ӵ͆т̚о всё͊ эт͊о́ —̅ лишь с̄тͅр͐анны́й,̔ б̿ес̒п̃око̊й̓н̀ый с̾о̊нͅ? Ч͗т̚о͌ ж… мͅоͅж͊е͂шь и дал̏ьͅше уб̚ежд͊ать͋ с̆еͅбя́ в э̆тͅо̿мͅ.̆ Прͅо̇сн̊и̾с̓ьͅ вн̆утр́ѝ этоͅг͂о с̚на́ и п͋о̊п͒ытайс̏я͐ п̅о́ня̎т͒ь̿: р́еалӗн л͑и̎ онͅ на сӑм̌оͅм дͅе̏ле и͌ли̚ л̊иш̋ь и̚гр̄а̽ твоего раͅзума̓.́ Ноͅ п̌оͅка т̿ы ѝщё̿шь͌ от̀вет, не тѐр̌я̏й̚ в̚рем͊ен́и зря̚. ͅСп͂а͑си̓ тͅех́, ктͅо д̉о̉ро̅г т̐во̚е̒му̅ сͅер̚дц̿ӱ. Тѐ̚х̚, чьи с̅уͅдͅьбͅӹ од̚на̒жд̈ы был̓и с͛лͅӧм͐ан͂ы бӧл̽ь̎ю̑, поте̍р̌ямͅй и̚ ошибͅк̅ами. В́о̀змо̚жͅн̂о,ͅ в этом с̑неͅ т͒ебе̓ д͒ан ш́а̉нс всё измени̚т́ь —̋ иͅс̔прав̚итьͅ тͅо,̀ ӵтͅоͅ когͅд̌аͅ-̚тͅо к͆аза̏л̚ос̂ь̊ н̚е̉из̊б̿е́жн̋ым.̀ ̍ ͅИ самое гл̄а̾вн̔ое…̆ най͐ди Ржа̚в͊ого̚ Р͑ыц̇аря̚.̚ Т̓ог̀о,͛ к̔то д̚авн͒о̄ з̍аͅб̚ы̚л̑ сво͒ё им͒яͅ поͅдͅ тяжест̚ь̀ю в͊ины͑ и п̐р̋ӧͅӝиͅт̌ых ле̚т̄.̆ Найд̃и е̚г̐о сре̄дѝ ту̎м͒ӓна пр͒о̿ш̏лͅо͊го, с̓реди дор̚оͅг̇, по̊ к̓о͌тор͌ым он́ бͅр̅ӧͅдит в́ одͅинͅо̀чес̽т́в͛е́.ͅ По́смотͅри̚ е̽м͌у вͅ г̚лͅаз̽а̒ иͅ н̚апͅом̈ни тӧ,ͅ о̏ чё̍м о̍н̃ сͅам уже͑ п͂о̄чти з̃абыͅл̆.̏ ̆ Наͅпͅомнѝͅ е̿мͅу̑,̚ чт̓о́ о̚н н̚е͐ пр̑о͋сͅтоͅ т̀е̂ньͅ в ржав̅ыхͅ досп͛ех̃а͛х.̃ ͅНе легенда и̚ не п̌риз̚рак. ͅОн̓ —̔ Ж́оͅнͅ Аͅрк. ͒ ----------- Янг резко проснулась, словно вынырнув из глубокой воды. Её тело было покрыто холодным потом, а дыхание срывалось на частые, неровные вдохи. Некоторое время она просто лежала, широко раскрытыми глазами глядя в потолок своей комнаты, пытаясь понять, где заканчивается сон и начинается реальность. Маленькие дрожащие ладони медленно поднялись к лицу. Коснувшись щёк, Янг почувствовала влагу и машинально стёрла слёзы. Сон был слишком настоящим. Настолько, что сердце всё ещё болезненно сжималось, словно она действительно прожила все те годы, пережила все те потери и битвы. Будто вся её жизнь — длинная, тяжёлая и полная боли — только что пронеслась перед глазами. Тихо выдохнув, Янг свесила ноги с края кровати. Деревянный пол оказался холодным, и это ощущение помогло ей немного прийти в себя. Девочка осторожно поднялась, но ноги предательски задрожали, словно тело всё ещё не до конца слушалось её. Она медленно вышла из своей комнаты. Дом был тихим и тёмным. Лишь слабый свет луны, пробивавшийся через окна, рисовал на стенах бледные полосы. Янг, придерживаясь рукой за перила, осторожно начала спускаться по лестнице. На середине ступеней она чуть не оступилась, но в последний момент удержала равновесие. — «Тьфу…» — едва слышно пробормотала она, нервно усмехнувшись. Спустившись вниз, Янг направилась к небольшой кузне у кухни — месту, где её отец иногда работал по утрам. На столе стоял глиняный кувшин с водой. Девочка налила себе стакан и почти сразу осушила его до дна, жадно глотая прохладную воду. Поставив стакан обратно, она тихо рассмеялась. Смех вышел нервным и немного истеричным. — «Просто сон…» — прошептала она. Но в ту же секунду в окно постучали. Звук был негромким, но в ночной тишине он прозвучал неожиданно резко. Янг вздрогнула и повернула голову. За стеклом, освещённая бледным лунным светом, сидела чёрная ворона. Птица смотрела прямо на неё. И её глаза были кроваво-красными. По спине Янг пробежал холодок. Она медленно выдохнула и несколько секунд просто смотрела на птицу, не моргая. В голове всплывали обрывки воспоминаний — не детских, а тех, что принадлежали тому странному, пугающе реальному сну. Затем девочка развернулась и направилась к двери, ведущей на задний двор. Шаги её были осторожными, почти бесшумными. Когда она взялась за ручку двери, пальцы предательски дрогнули. Дверь тихо скрипнула, открываясь. Ночной воздух оказался прохладным и свежим. Где-то вдали стрекотали насекомые, а над двором висела тёмная предрассветная тишина. Ворона уже сидела на земле, в нескольких шагах от двери. Она не двигалась. Просто смотрела на Янг. Девочка сделала несколько осторожных шагов вперёд, остановилась и неуверенно произнесла: — «Д… дядя Кроу?..» На мгновение всё замерло. Затем ворона резко раскрыла крылья и громко каркнула, будто возмущённо протестуя. Она замахала крыльями и раздражённо закаркала, словно говоря: «Ты серьёзно?» Янг сглотнула. В груди неприятно кольнуло странное, почти забытое чувство. Она сделала ещё один шаг вперёд и тихо, почти шёпотом произнесла: — «М… мама?..» Едва слова сорвались с её губ, как мир словно вздрогнул. Тело вороны начало быстро меняться. Перья взметнулись чёрной тенью, крылья вытянулись, силуэт стал расти и искажаться. Через несколько секунд птица уже не была птицей. Перед Янг стояла высокая женщина. Длинные чёрные волосы спадали ей на плечи, а алые глаза холодно и внимательно смотрели на девочку. Ночной ветер слегка колыхал её плащ. Женщина медленно прищурилась, изучая ребёнка перед собой. Несколько секунд она просто молчала. А затем тихо, с лёгкой насмешкой в голосе произнесла: — «Интересно…» Её взгляд стал острее. Тайянг проснулся от того, что кто-то настойчиво дёргал его за ногу. Кое-как разлепив глаза, он почти сразу пожалел об этом: яркий утренний свет ударил прямо в лицо. Поморщившись, он прищурился и посмотрел на того, кто его разбудил. Перед кроватью стояла маленькая Руби. Её глаза были красными и опухшими от слёз. — «Руби? Что… что случилось? Тебе приснился плохой сон?» — обеспокоенно спросил Тайянг, сразу же садясь на кровати. Девочка поспешно покачала головой, всхлипывая. — «Нет!.. П-папа!.. Янг… она… она пропала!» — выпалила Руби дрожащим голосом.