Гонки насмерть

– Ну что вы от меня хотите, я не понимаю? – раздражённо воскликнул Лиам, взмахнув рукой и откинул голову немного назад. – Чтобы ты ответил на мой вопрос, – спокойно отвечает Чонгук, смотря на молодого стажёра перед ним. Ему нравилось помучить новеньких, завалить их всякими неважными делишками, задавать кучу вопросов. Особенно Лиама, который с первого же дня стажировки патологоанатомом в участке боится Чона, как огня. Любопытно наблюдать за его реакцией. – Да не знаю я, чем были отрезаны пальцы, детектив, – уже более спокойно сказал тот. – А чего тогда пришёл? – Чон откинулся в кресле и довольно улыбнулся. – Так вы сами же и вызвали, – стажёр удивлённо взглянул на Чонгука. – Вызвал. Потому что кое-кто по имени Лиам сказал, что всё знает, – тихо посмеялся детектив. – Я не это имел ввиду, – глаза стажёра недовольно закатились с уже привычным цоканьем. – А «всё» как раз подразумевает всё, Лиам. Чонгук зажмурился и пальцами нервно потёр переносицу. Голова сегодня болит очень сильно, сна нет уже больше суток. Раньше тому причиной были проблемы на работе, а сейчас к ним добавился ещё и Тэхён, который всё никак не хочет уходить из мыслей. Думать о нём было одновременно и грустно, и очень приятно. – Время и причину смерти выяснили? – прозвучал тихий, слегка охрипший голос за спиной детектива, на что Чон обернулся, вопросительно смотря на напарника. – У тебя что с голосом, Джихан? – Хорошо сходил в караоке, – Джихан усмехнулся, обращаясь обратно к растерянному стажёру. – Ну, что там? – Ну, вчера приблизительно в три часа ночи, – глаза Лиама метались от детектива к его напарнику и обратно, будто ожидая смертный приговор. Забавно видеть резкую смену эмоций у этого паренька. – Главная причина – удушение. Но все ссадины и переломы были получены до смерти, судя по всему, её сбила машина, и… – Понятно, жду отчёт, – недовольно перебил его детектив, понимая уже, к чему всё ведёт. Стажёр удивлённо уставился на детектива, а тот в свою очередь только кивнул в сторону двери. Лиам сразу всё понял и поспешил убраться из этого душного помещения. Кабинет и правда был душным, и совсем не из-за отсутствия в нём свежего воздуха. Пахло кофе, зелёным чаем и чем-то карамельно-сладким, что, казалось, уже напрочь въелось в стены и мебель. Думать не получалось, да и не сильно хотелось, любые мысли не засиживались в голове долго и сразу улетучивались куда подальше. Чонгук пытался сосредоточиться, но ничего не выходило. Джихан это заметил и обошёл детектива так, чтобы они друг друга хотя бы видели. – Выглядишь так себе, случилось что? – Да не случилось. Голова просто раскалывается, – спокойно ответил Чон, не поднимая на него глаз и откинулся на спинку стула, та противно скрипнула. – Тебе не кажется это убийство подозрительным? – будто невзначай спросил Джихан. – Оно кажется мне продолжением предыдущих таких же убийств. Что тут подозрительного? Сбивают, избивают, после чего душат и оставляют на обочине где-то за пределами города, – детектив нахмурился. Не нравились ему подобные дела. Жертвы никак не связаны, кроме способа убийства. Улик пока что никаких не было, поэтому и шансов найти преступника не так много. – Мы ищем всё того же убийцу, Хан. – Но сейчас у жертвы отсутствуют пальцы, думаешь это просто уничтожение улик? Чонгук только ухмыльнулся. Джихан сам после своего вопроса понял, что спросил слишком очевидную вещь, подтверждение от детектива и не требовалось. Вряд ли это был подражатель, слишком всё аккуратно сделано, подражатели почти всегда где-то да оставляют зацепки. Подражатель не смог бы действовать по определённой, уже устоявшейся схеме, оставляя тела. Стало понятно, что «дорожные ублюдки», как их называет детектив, вернулись. Вернулись спустя полгода. _____ «Неон» встречает ярким мерцанием огней и шумной толпой молодёжи на входе. Чонгук и сам молодой, для детектива уж точно, но его чутьё и профессионализм сразу дали понять – в душе он куда старше, чем выглядит. Но всё же даже его полицейская и крепкая оболочка иногда не выдерживает, внутри что-то так нагло рвётся, даёт трещину. Вот точно, как сейчас. Руки пробивает лёгкой дрожью, ноги словно не хотят заходить в клуб, спотыкаясь о каждую выступающую деталь. А сердце стучит так бешено, что, кажется, перебивает весь окружающий шум. Всё то время, что Чонгук пытался уснуть, ехал на работу, обедал – думал о том, как можно быстрей попасть сюда, в этот клуб, куда его теперь так тянет. Увидеть этого милого бармена, который сейчас покажется совсем другим. Не таким манящим и привлекательным. Убедить себя, что это всё ошибка, ему показалось. Что детектива вовсе к нему и не тянет. Перестанет наконец думать о нём, представлять его улыбку, нежное прикосновение рук, губ, и тел. Зачем он обманывает себя? Зачем пытается думать, что ему наплевать на Тэхёна, если это не так? Но его не видно, глаза судорожно забегали по всему залу, так как не нашли свою цель за барной стойкой. Под рёбрами всё сжалось, скулы напряглись. Чонгук ищет, прямо как ищейка ищет улики, в самых дальних углах, на стульях, даже под столами, но желанного силуэта так и не было. – О, детектив, кого-то ищите? – прозвучал весёлый голос Хосока над ухом, отчего детектив слегка дёрнулся и обернулся. Лицо брата было довольным, взглядом он пытался проследить траекторию поисков Чонгука, после чего внимательно посмотрел в глаза. – Просто зал осматриваю, в прошлый раз даже не взглянул же, – спокойно ответил он, снова метнувшись по залу. Брат тихо посмеялся и кивнул, не было смысла спорить с самым упёртым и влиятельным членом семьи. Легко подхватил его под локоть и со словами «Пойдём» повёл в сторону своего кабинета. В этот раз кабинет ощущался иначе. Запах свежести и сладких ягод добавлял теплоты, спокойствия. И Хосок, так спокойно сидевший перед ним за своим столом и лучезарно улыбался, располагал к себе, вызывая неконтролируемое доверие. Чонгук же выглядел, как совсем инородный объект в этой системе, весь напряжённый и хмурый. – Ты выглядишь как маньяк, Хоби, хватит лыбиться, – сказал детектив, в попытке хоть немного расслабиться. – Настроение просто хорошее. Не то что у некоторых, – директор клуба лишь шире улыбнулся. – Нормальное у меня настроение, не спал просто всю ночь. – Заметно. Думал о ком-то? – с неприкрытым любопытством поинтересовался Хосок. – Ага. О тебе, милый мой братец, и о том, что скоро тебя задушу, – прошипел Чонгук, всё же немного улыбаясь и сел на диван, поправив волосы рукой. – Гуки, ты всю нашу совместную жизнь так говоришь. Плохо же ты идёшь в своей цели, раз я всё ещё жив. Младший довольно хмыкнул, а глаза невольно метнулись по стеллажу с цветами и быстро нашли нужную фотографию. Стояла она не там, где в прошлый раз. Но всё равно сердце умудрилось пропустить удар, а всё тело расслабилось. Хоби чему-то усмехнулся и опустил голову, пряча улыбку. Чонгук это заметил и вопросительно посмотрел на брата. – Что ж ты за детектив, раз сам себя понять не можешь, Чон Чонгук? – Хосок снова поднял голову и локтями упёрся на стол, кладя подбородок на ладони. Он вглядывался в Чонгука так, что тому стало не по себе. Всегда старший брат знал, видел и чувствовал его лучше него самого. Детектив сделал вид, что его заинтересовали кольца на его руках, лишь бы не смотреть в глаза. – Ты говорил, что у вас тусуются подозрительные компании и тебе кажется, что они связаны с моим делом, – прозвучало больше, как вопрос, на что директор уверенно кивнул. – Мне нужно поговорить с работниками, знают они что-то или нет. В участок вызывать их не имеет смысла, только если что-то подтвердится, - чётко говорит Чонгук, не обращая внимания на всё ещё напряжённые скулы, которые вот-вот сведёт. – С кем я могу поговорить сейчас? Мне ещё нужен список всех работников. – Со всеми, кого поймаешь. Я провожу тебя в вип-комнату, там музыки почти не слышно, можно комфортно поговорить… Хосок, казалось, хотел сказать что-то ещё, поэтому детектив остался молча наблюдать, как тот роется в ящике, перебирая бумагу. Он достал какой-то лист, прочитал содержимое, внёс кое-какие правки, после чего подошёл к Чонгуку, протягивая его. Как и ожидалось, там были имена и фамилии работников, с указанием их должности и даты рождения. Взгляд мгновенно нашёл Тэхёна и остановился на дате рождения. Этот миловидный мальчишка с бархатным голосом, нежной кожей и глубоким взглядом младше него. Не на много, но младше. Директор дальше начал рассказывать, одновременно помечая на бумаге, кто сегодня на смене, чтобы Чон мог легче сориентироваться. Он сказал, что только Тэ отсутствует. Из-за плохого самочувствия тот попросил отлежаться дома. В этот момент на душе стало как-то противно. Ещё прошлой ночью он был более чем здоров, а сейчас с ним уже что-то не так. Это не давало покоя, только нагоняло неприятные мыли. Он что, переживает? Чонгук уверен, что Тэхён о нём даже не вспоминает, просто выкинул из памяти как самого обычного гостя, каких у него ежедневно бывает сотня, если не больше. Детектив же думает о Тэ постоянно. Это бесит, отвлекает, раздражает, не даёт сосредоточиться. Даже сейчас, разговаривая с одной из официанток в его мыслях пролетает надоедливое: «А ведь она каждый день его видит». Опрос всех работников, работающих на смене, занял не так много времени, как планировалось. И прошёл очень даже эффективно – подозрения Хосока подтверждались. Почти каждый замечал подозрительных людей, которые всегда говорили только о машинах и были максимально холодными и невежливыми. Бармен Джин, которого Чон видел в прошлый раз, упомянул, что напитки они всегда заказывали только у Тэхёна и были с ним весьма вежливыми, что не сильно, но бросалось в глаза. Внутри всё неприятно сжималось. Не хотелось верить в то, что Тэхён с ними как-то связан, а что ещё хуже – замешан в убийствах. – И как всё прошло? – поспешил поинтересоваться Хосок, когда детектив вошёл в кабинет, тот аккуратно поливал цветы. Да так сосредоточенно, что могло показаться, что это его основная задача, а не управление клубом. – Пока точно ничего не ясно, нужно пообщаться с Тэхёном, – устало ответил младший, поправляя волосы, которые за всё это время достаточно сильно растрепались. Краем глаза он заметил ухмылку на лице брата и решил продолжить речь, пока тот снова не завёл свою шарманку, кто кому нравится и тому подобное. – Есть вероятность, что он как-то связан с этой компашкой. Поэтому без его слов выводы делать рано. Выражение лица Хосока стало менее радостным, смешалось с недоумением и искренним удивлением. – Сомневаюсь, что он в этом как-то замешан, но проверить стоит, ты прав, – директор перестал поливать цветы и поставил небольшой ковшик под стеллаж. – Я тоже надеюсь, что это не так, – резко вырвалось у Чонгука, не успев даже осознать, что говорит это вслух. Директор снова расцвёл в улыбке, сел за стол и начал что-то писать на чистом листе бумаги. – Улыбаешься как придурок. Хоби молча дописал, сложил лист в небольшой прямоугольник и подошёл к брату, всё также улыбаясь. Запихнул бумажку во внутренний карман куртки и дружелюбно похлопал по плечу. – А ты ведёшь себя как влюблённый придурок, который пытается вовсю это отрицать. _____ Чонгук всю дорогу до дома думал только о том, как Тэхён может быть со всем этим связан. Да, убийцы выглядят по-разному, но он не похож ни на одного из них. По крайней мере, Чон убеждал себя в этом каждую грёбанную минуту, пока его пальцы сильно сжимались на руле новенького мотоцикла. Дома детектив кинул на стол шлем и не раздеваясь свалился на диван. Сна не было, но усталость давила, с силой сжимала все мышцы, мешала нормально дышать. Полежав пару минут, он всё же снял ботинки и кинул их в сторону входной двери, куда вскоре полетела и кожаная куртка. Чонгук глубоко вздохнул, как только вспомнил, что Хосок что-то засунул ему в карман, а он так и не удосужился посмотреть. Подняться и добраться до куртки было не так легко, тело уже наполовину отключилось, начало ныть, потому что ему снова не дали отдохнуть. Чон сел на пол, опираясь спиной на холодную дверь и достал бумажку. Просто какой-то номер, какой-то адрес. И зачем только Хосок ему это дал? В голове начали всплывать последние слова брата. Всё понятно, это адрес и номер Тэхёна. Хоби, чёрт его подери. Специально толкает к нему. Чонгук всё же мягко улыбнулся и прикрыл глаза, а губы произнесли тихое: «Спасибо».