Планета сокровищ капитана Флинта

Дверь в сарай, скрывавшая за собой фактически всю жизнь юного Джима, неловко завалилась вперёд, шкрябая по полу, и отворила мне немного запылившееся внутреннее убранство детской мечты каждого, кто хоть раз допускал в своей голове мысли о космосе. Личная мастерская... Даже до того, как я сделал первый шаг внутрь и теоретически смог бы разглядеть всё в красках, я уже прекрасно понимал где и что расположено, хоть никогда здесь и не бывал. Для памяти Джима ценность этого места была равноценна имени собственной матери. Каждую из стен подпирали разнообразные ящики, стащенные с помойки, уже ни на что негодные детали от обычных кораблей, не являющихся звездолётами, и ещё куча разнообразного хлама, который мог бы пригодиться местному изобретателю, но уже навряд ли заинтересовал бы более привередливого и избирательного механика. Целый стол с несколькими полками над ним был завален разнообразными инструментами, вплоть до настоящего лазерного резака, который в какой-то промежуток времени был мечтой многих... к сожалению, «ВАУ!» эффекта в этом мире он не произвёл, ведь отрезать себе руку подобным обоюдоострым оружием было гораздо проще, чем поразить неприятеля. К счастью, молодой Джим осознал это быстрее, чем его настиг горький опыт сотен других чудаков, по неосторожности оттяпавших себе пальцы на руках и ногах, игнорируя любые предостережения техники безопасности. Я, впрочем, собираюсь оставаться верным себе, не планируя переходить в касту одноглазых, одноногих и одноруких пиратов. Пол под ногами слегка похрустывал из-за различной стружки после резки конструкционных материалов, а воздух чувствовался максимально затхлым из-за лужи какой-то выпаренной жидкости, разлитой прямо под столом и въевшейся в пол ещё несколько лет назад. Тут только один вариант, полностью устранять причину этого дурного запаха... или терпеть. Мой самодельный сёрфер, гордость инженерной мысли юного Джима Хокинса, заботливо стоял на подставке в разобранном виде прямо посреди комнаты. Ничего общего с скольжением по волнам данная доска не имела, ибо вместо воды она буквально летела по воздуху за счёт саккумулированной энергии, которую набирал парус, работавший за счёт солнечной энергии. Выглядело это для меня, жителя более приземлённого мира, весьма диковато, хоть я и понимал принцип работы данной чудо-машины. Какая-то доска, крепящая к себе твою обувь, должна была позволить взмыть тебе в небо... да я же навернусь на ней, как только попытаюсь сделать хоть что-либо! Первым, что я сделал перед полётом, который и был моей целью, были крепко перебранные шнурки, чтобы уж точно удержаться «в седле». Ведь последняя смерть, которую я бы хотел себе пожелать в данной ситуации, была бы глупым падением с высоты, а также улетевшая с моими ботинками доска. Крепление на сёрфере чем-то напоминало таковое же на лыжах, старых-престарых, которые в прошлом частенько выкидывали меня лицом с нег из-за любой неровности на трассе, когда ты хоть на миллиметр отклонялся от маршрута, запинаясь этой хлипкой дощечкой на ноге о препятствие. Доверия не внушает. Совершенно. Сзади на доске располагалась главная движущая сила этого монстра, снятая с поломанного звездолёта. Урезанная и достаточно жалкая поделка, чем-то напоминающая мотор на лодку с парой турбин, присобаченных на авось, но это был максимум, на который способен солнечный парус. Больших запасов энергии взять попросту негде, ввиду того, что сёрфер и так не отличался хорошим запасом батареи. Из элементов управления был только сам парус, который одновременно служил и некоторым «рулём», предполагая, что за него будут держаться во время полёта. Регулировка производилась по принципу обычной моторной лодки, влево или вправо, подразумевая и возможность сложить парус прямо на ходу, фактически лишая себя возможности управлять сёрфером. Конечно, если вы не знали принципа работы его водного собрата, чтобы как следует поработать ногами. Это в целом считалось детским развлечение ввиду никакущей реальной пользы, так что людей, ещё помнящих и понимающих подобные допотопные технологии, было немного. Легче было купить нормальный семейный корабль, чем заниматься подобным баловством, если уж позволяли средства... да и кто захочет во взрослом возрасте гнуть спину, рассекая воздушные просторы на неудобной доске? За «газ» здесь отвечала одна единственная педалька, как на каком-нибудь мопеде, где для того, чтобы пользоваться подобным транспортом, требовалась лишь одна извилина, и то только на то, чтобы не вписаться в столб или не улететь в кювет. В воздухе этого сделать физически невозможно, так что это даже проще?.. правда, педали «тормоза» здесь тоже нет. А садить самолёты я ещё никогда не пробовал, так что всё бывает в первый раз. Скоба, держащая педаль зажатой в качестве предохранителя, была довольно неочевидным решением для большинства, так что это по праву можно назвать доработкой самого Джима. Логичнее ведь, что для того, чтобы резко затормозить, проще вдавить пятку в пол, чем наоборот пытаться оттянуть ногу, в перевёрнутом состоянии пытаясь поймать равновесие. Умно... В глубине мастерской, достаточной для того, чтобы спугнуть непрошенного гостя в лице Сары Хокинс из-за ужасающего мальчишеского смрада, прятались куда более тривиальные вещи, вполне подходящие молодому парню. А уж судя по тому, что я не помнил об этом ровно до того момента, пока не увидел это безобразие, Джим и сам не сильно любил афишировать свои увлечения, оставляя маму в некотором неведении. Постеры явно взрослой направленности демонстрировали во всей красе женских представительниц различных рас, которых даже я, достаточно толерантный человек, счёл бы по меньшей мере странными. Да и лежащие рядом книги, толстые журналы и просто обыденные зарисовки собственных фантазий были ничуть не менее разнообразными. Но кто я такой, чтобы осуждать растущий организм?.. да и выглядит вполне ничего, что уж тут скрывать. Видимо Джимми увлекался не только науками, но и женщинами, в чём я не вижу ничего зазорного. Должна же быть у парня мечта?.. Ноги привычно заняли свои места, надёжно фиксируя носок в маленьком пазу, и я занял выжидательную позицию. Стоя на выходе из сарая, который вёл к обрыву, я нервничал. Стоит только отжать педаль, как меня унесёт прямо к небесам... не хотел бы я быть тем механиком, что будет нарезать круги со своей техникой до победного. Джим делал это множество раз. Специально сконструировал себе миниатюрную посадочную и разгонную полосу, всю свою сознательную жизнь набивая себе шишки в любимом деле... это рабочий аппарат, я зря переживаю и всё что мне требуе... — А-а-а!!! — испуганно вырвалось из меня, когда я от волнения приподнял вспотевшую пятку, ознаменовав начало своего обучения полётам на сёрфере, не сумев быстро принять решение и хоть как-то затормозить, на полной скорости вылетая из мастерской. Руки, чуть не оставшиеся позади, мёртвым хватом вцепились в парус, и я резко дёрнул носик доски вверх, устремляясь в небеса своим дубовым телом, неспособным ни на что более. Свист в ушах и бьющий по лицу ветер, заставляющий меня щуриться словно в первый день, на мгновение парализовали меня... а затем тело, словно без моего ведома, резко накренилось назад, инстинктивно делая мёртвую петлю и выравнивая сёрф по горизонту, что демонстрировало далёкое светило за облаками, наверняка не являющееся Солнцем в привычном понимании. Лишь когда я сумел унять бешено бьющееся в груди сердце и слегка надавил на педаль, сбавляя обороты, мне открылась истинная красота этого места. Теперь, когда я видел мир словно на ладони, я по-настоящему прочувствовал романтику Джима. Это было действительно нечто. Маленькие домики нашего селения прекратились в невидимые точки, огромные скалы, обычно не виднеющиеся из-за перепада высот, начали казаться пиками, устремляющимися прямиком в небеса, разрезая облака вместе со мной. — Юху-у-у!!! — вновь выкрикнул я во всё горло, но теперь не от страха, а от наполнившей меня эйфории. Адреналин накрывал меня с головой и всё, чего мне сейчас хотелось, так это ощутить это чувство свободы, напрочь игнорируя нехватку кислорода из-за превышения высоты. Скрыв парус, я позволил себе спокойно парить в воздухе, рассекая на самодельной доске невидимые волны, представляя себя заправским сёрфером. Если до этого мне и требовалась какая-то мотивация, то теперь... чёрт, я в деле! Несите сюда свои сокровища! Если это минимум, что может предложить мне этот мир, то я готов претерпеть небольшие лишения хотя бы ради того, чтобы вновь ощутить схожее чувство. Чувство полной вседозволенности... *** — Вот и всё. Работа на сегодня окончена, Джим, как на счёт выпить? — Мистер Нотч, владелец местной мастерской по ремонту кораблей и звездолётов, ознаменовал конец рабочего дня. Хотя, вероятнее всего, разумнее было бы называть его хозяином верфи?.. Это был такой же худощавый мужчина, как и я, видом давно за сорок. Лёгкая помесь собаки и человека, если попытаться выражаться простым языком, не зная название каждой расы. Отличие было только в голове, где виднелись продолговатые уши и слегка взбалмошный нос, живущий своей жизнью, что не переставая двигался каждые несколько секунд. Мужчина, если верить его россказням, попал в опалу к крупному чиновнику большого города, в котором он когда-то трудился, а затем оказался здесь. Всё-таки даже так, людей с руками достаточно мало, а потому его определили на нашу захудалую планету, где жили бедняки и представители низших рас. Из грязи в князи... Впрочем, его жизнь не так уж и плоха, как могло показаться на первый взгляд. Почёт и уважение от местных жителей, проезжих гостей и просто близлежащих мастерских, периодически обращающихся за помощью в ремонте, обеспечивали ему достойную старость. Эдакая жизнь простенькой ведьмы среди толпы кривозубых крестьян, которым только корову от поноса вылечить, да чтоб зубы не болели... Правда, с подмастерьями, что вполне логично, была беда, а потому всю грязную работу мистер Нотч выполнял сам, ибо доверять кому попало было смерти подобно. Тут некоторым бы перестать еду с пола подбирать, а вы им про космические суда и прочее... — Вы предлагаете это, зная, что моя мама хозяйка трактира? — с улыбкой спросил я, насмехаясь над абсурдностью ситуации в которой взрослый мужчина тащил молодого оболтуса в бар. — Она не посмотрит, что вы сделали ей одолжение и тотчас прогонит вас взашей. — Имеем право, разве не так? — наигранно-возмущённо провозгласил мужчина, словно действительно намереваясь как следует напиться после тяжёлого рабочего дня. График работы ненормированный, да и спешка в таком деле неприемлема, а потому... — Я готов хоть прямо сейчас отдать тебе оговорённую сумму. Ты заслужил. — Я проработал у вас всего две недели, мистер Нотч... я не могу взять эти деньги, — неловко начал отнекиваться я, за всё это время успев починить только два летающих судна, да помочь с протечкой топлива на звездолёте. Работа мечты для бездельников, лишь бы голова на плечах была... — А я говорю бери, Джим! — улыбаясь, вторил мне механик, намереваясь обнять меня за плечо, выкидывая липкую перчатку в стену. — Мне эти деньги уже ни к чему. Я всё равно отсюда не уеду, ни-ког-да! — Ну же, не говорите так мистер, всё ещё впереди! — попытался поддержать мужчину я, прекрасно понимая, как порой тяжело жить одному, так ещё и в подобной клоаке... — Вот увидите, жизнь наладится! — Верно, — согласился со мной мужчина, провожая меня в комнату отдыха, заваливаясь на диван и начиная постепенно скидывать с себя рабочую форму, отставляя башмаки в сторону. — Поэтому я и помогаю тебе. Я-то ещё заработаю, а вам с матерью нужнее. Ты парень умный, быстро соберёшь денег и переедешь отсюда... — За прошлый год я попал к фараонам порядка десяти раз, — перебил я мужчину, вызывая у того лишь насмешливую улыбку, проступившую на его морщинистом лице. Седина, тронувшая его голову, уже постепенно перебиралась и на лицо, понемногу закрашивая угловые участки бороды. В лучшем случае лет двадцать?.. сколько проживёт пожилой мужчина без медицинской помощи? — И мы почти что в долгах, это не для кого не секрет. Я – местное посмешище, которое ни во что не ставят... — О, мальчик... вот увидишь, тебя ждёт множество сказочных возможностей. Отсутствие ограничений и свобода мышления - вот что такое настоящий дар. Люди не видят дальше собственного носа, а ты уже способен на такое, на что у учеников лучших планетарных академий уходят годы скрупулёзной зубрёжки учебников, — старательно подбодрил меня мистер Нотч, и сам когда-то побывав в амплуа ученика, понимая, какой это труд. — Лишь единицы способны достичь того, что ты познал без учителей. Да, тебе не достаёт основ, и ты не знаешь всего на свете, но ты способен действовать самостоятельно. Храни в себе эту искру, и когда-нибудь она обязательно раскроется, устроив настоящий пожар, явив миру твой талант. — Спасибо, мистер Нотч, — с благодарностью кивнул я мужчине, что в старческой полудрёме откинул голову на спинку дивана, уже успев прикрыть глаза, посматривая на меня лишь из маленькой щёлочки. — Не за что, Джимми. Только мы, настоящие мастера, и можем понять друг друга, — воодушевлённо пробормотал мужчина, крепя кулачки своими дрожащими руками. — Не обижайся на свою маму... миссис Хокинс не желает тебе зла. А теперь иди, уже позднее время и ты наверняка пропустил ужин. — Ещё раз благодарю, мастер, — расслабленно ответил я собеседнику, чувствуя лёгкость на душе. Есть в жизни в глуши что-то особенное... люди другие, добрые, что ли. Да и нелюди тоже. — Эх, шутник... передавай привет матери! — вслед бросил мне мужчина, как только я потянулся за дверной ручкой. — Обязательно! — теперь уже окончательно крикнул я в ответ, оказываясь за порогом. Путь до дома занимал всего пять минут, ведь в поселении, где всего одна улица, да и то номинальная, было негде разгуляться. Хилые лачуги из всякого строительного мусора, контейнерные будки и редкие дома, которые хоть что-то из себя представляли... у кого на что хватило денег, в общем-то. Светило, чем бы оно не являлось, давно ушло за горизонт. Порядка девяти вечера... хотя, как можно судить о времени, если не учитывать времена года, которых тут отродясь не было? Планета хрен пойми чего, как и подобает такой забытой территории. — Я дома! — прокомментировал я своё возвращение, но громкий и противный стук двери о колокольчик, висящий на входе, сделал всё за меня, предупредив о вторжении. — Надеюсь, на этот раз своим ходом? — уточнила мама из-за угла, ещё не успев увидеть меня. — Обижаешь, мам... — отшутился я, впредь надеясь больше не допускать ситуаций, при которых бы меня под ручки приводили стражи порядка. — Ну-ну, Джим, иди сюда! — лучась счастьем произнесла Сара, как только мы встретились после дневной разлуки. Уж не знаю, что конкретно на неё так повлияло, мой оптимизм или исправление сына в целом, но сейчас эта женщина буквально сияла, в отличие от нашей первой встречи, когда на ней не было лица. А как мало для счастья надо, лишь бы сын не угодил в каталажку... Да и сама Сара была женщиной весьма недурной, даже если не брать в расчёт скидку на то, что ей уже минимум тридцать пять... а ведь каждодневная каторжная работа в подобном трактире отнюдь не правит её здоровье. — Я уже не маленький... — пропищал я, заключённый в объятья матери, что с силой сдавила меня в плечах. — Я знаю, — задорно произнесла женщина, довольно утягивая меня за собой на кухню. — Ты опять вернулся поздно, проблемы на работе? — Нет, просто помогаю мистеру Нотчу в его проектах. — О, и как он там? — с интересом спросила мама, ставя чайник и звеня тарелками в шкафу. — Небось опять что-то мастерит? — Передаёт привет, и... — неловко завис я, не зная, стоит ли передавать маме слова мужчины... — Он предлагал оплатить весь долг. Говорит, что я уже отработал своё. — Ох, я так и знала!.. — запричитала Сара, подходя к спинке стула и беря мою голову в захват, начиная с силой натирать мне волосы, стараясь проучить несносного мальчишку. Меня, то есть... — Ты же отказался, верно?! Нотч слишком добр к тебе, Джимми, а я ведь просила быть с тобой построже! — Ну хватит, мам!.. конечно же я отказался, — обидчиво начал отталкивать женщину я, что совершенно не верила в меня. — Вот и умница. Научишься чему, возьмёшься за голову и... — Я не настолько туп, мам... — с придыханием произнёс я, получив подзатыльник. — И мне уже не десять. — О тебе волнуюсь, между прочим, а тебе хоть бы хны! — выпучив глаза на меня, произнесла мать, пихая тарелку с едой прямо под нос. Ультиматум... — Ешь. Дальнейшее действо происходило в тишине, мама готовилась к завтрашнему рабочему дню, скидывая продукты в холодильник и нарезая заготовки, а я сидел напряжённый. Непонятно, то ли шутит она так, попросту переживая, или действительно думает, что мне окончательно отбили голову... Ладно, это дело завтрашнего дня. Остынет, поговорим с ней касательно мистера Нотча и решим, что делать дальше... деньги нам так и так нужны, да и со словами мужчины я был согласен. Бери пока дают, и беги, когда въебут... или как-то так, я не слишком хорош в философии.