Сцена без света

Сеул просыпался медленно. Серое небо окутало его, словно плотное ватное одеяло. Воздух октября пах мокрым асфальтом и кофе, его аромат витал повсюду: на улицах, у автоматов. Хаын любила это время года. Не холодно, не жарко — идеальный момент, чтобы выйти в лёгкой куртке, надеть наушники и забыть обо всём хотя бы на полчаса. Она вышла из уютной двухкомнатной квартиры на пятом этаже старого дома. Мама уехала в больницу, у кардиологов нет выходных, особенно если пациенты с больными сердцами не хотят ждать понедельника. Хаын порой думала, что это ирония: мама лечит чужие сердца, а своё скрывает так глубоко, что никто не видит её боли по отцу, который умер двенадцать лет назад. Но сегодня суббота, значит, никаких пар. Завтрак в любимой кофейне, встреча с Арым и бесцельное блуждание по городу. У студентов третьего курса тоже есть право на такие выходные. Хаын поправила каштановые волосы, собранные в низкий хвост, и включила музыку на телефоне. Зазвучал её любимый плейлист. Она почти дошла до перекрёстка, когда заметила что-то странное. У входа в кофейню «Лабиринт» стояла чёрная машина. Не простая, а дорогая, с затемнёнными стёклами. Такие машины здесь не видели. В этом районе жили обычные люди: студенты, пенсионеры и молодые семьи. Хаын замедлила шаг, но не остановилась. Она не из тех, кто разглядывает чужие машины или смотрит, кто из них выходит. Какая разница? Богатые тоже пьют кофе. Но тут дверца открылась. Первым она увидела белые кеды — очень чистые, как у тех, кто их только что купил или никогда не ходит пешком. Затем — длинное чёрное пальто дороже, чем её одежда, что была на ней. И лицо. Хаын замерла. Она узнала его сразу. Не потому, что следила за айдолами или была фанаткой. Просто несколько недель в метро висели огромные постеры: «ДЖИСОН — NEW ALBUM COMING SOON». Чёрные волосы, острый взгляд, гитара на плече — его невозможно было не заметить. Но здесь, в реальности, он выглядел иначе. Без софитов, камер и глянцевой обёртки. Уставший. Тени под глазами на бледной коже. Опущенные плечи. В его позе было что-то, что Хаын не могла описать: тяжесть, которую никто не видит. Он не смотрел на неё. Джисон поправил воротник пальто и вошёл в кофейню. Хаын стояла на тротуаре в трёх метрах от него с открытым ртом. Её первый порыв — развернуться и уйти. Не потому, что она боялась знаменитостей. А потому, что это выглядело неловко. Она не хотела выглядеть фанаткой, случайно оказавшейся рядом с кумиром. Но это её кофейня. Она ходила сюда два года. Если какой-то айдол испортил ей субботнее утро, то это его проблема. — Чёрт с ним, — пробормотала Хаын и толкнула дверь. Колокольчик звякнул. Внутри пахло свежесмолотым кофе, корицей и ванилью. Хотя Хаын была уверена, что ванилью здесь не пользуются, она решила, что ей показалось. За стойкой стоял Чонхун — бариста с родинкой над губой. Он помнил её заказ лучше, чем она сама. — Хаын! — он уже тянулся за стаканчиком. — Латте как обычно? — Да, спасибо. Она подошла к стойке, стараясь не смотреть в сторону углового стола у окна, где сидел Джисон. Он был один: без охраны, без менеджера. Просто сидел, уткнувшись в телефон, явно не в духе. Пальцы нервно барабанили по столу, пальто он не снял. — Странный сегодня клиент, — тихо сказал Чонхун, кивая в сторону угла. — Полчаса назад его водитель спросил, можно ли снять кофейню для частного визита. Хозяин отказал. Тогда этот… ну, который в пальто… просто зашёл сам. Как обычный человек. — Серьёзно? — Хаын скрестила руки на груди. — Хочет, чтобы всех выгнали? — Похоже на то. Хаын хмыкнула. — Звёздная болезнь? — спросила Хаын. Чонхун пожал плечами и продолжил готовить кофе. — Не похоже. Он не выглядит, как человек, ждущий фанатов. Скорее, устал или зол. Хаын снова взглянула в угол. Джисон сидел, уткнувшись в телефон. Тусклый свет экрана подчёркивал тени под его глазами, делая его лицо ещё более усталым. Казалось, он не спал несколько дней. И вдруг случилось неожиданное. Джисон поднял голову и посмотрел прямо на Хаын. Она замерла, как в замедленной съёмке. Время будто остановилось, но это была не дорама, а реальность. Его взгляд был пустым, безразличным, почти усталым. Он смотрел на неё так, словно она была предметом мебели. Джисон моргнул, затем снова уткнулся в телефон. Хаын выдохнула, не заметив, что задержала дыхание. — Ваш латте, — сказал Чонхун, ставя перед ней стаканчик. — Спасибо, — ответила она, взяла кофе, заплатила и направилась к выходу. Но у двери остановилась. Не потому, что хотела ещё раз взглянуть на него. Просто услышала голос: — Извините. Хаын обернулась. Джисон стоял у своего столика, слегка наклонившись, с телефоном в руке. Он смотрел на пол, его лицо выражало смесь усталости и растерянности. — Вы… — начал он, запнувшись. — У вас есть зарядка для айфона? Хаын вытаращила глаза, словно увидела пришельца. — Что? — переспросила она. — Зарядка, — повторил он, в его голосе проскользнуло раздражение. — У меня телефон разрядится, а я… Просто ответьте: есть или нет? Хаын могла бы уйти, не ответив. Какое ей дело до телефона этого айдола, заглянувшего в её кофейню? Но она всё же полезла в рюкзак. — Есть, — ответила она спокойно. — Но она короткая. Метр. — Подойдёт. Она направилась к его столику и положила зарядку на стол. Их пальцы не соприкоснулись. Джисон молча взял провод, не глядя на неё. — Спасибо, — сказал он равнодушно. — Верну через пять минут. — Оставьте. У меня дома ещё три. — Тогда верну, когда закончите? — он впервые посмотрел ей в глаза. Взгляд оставался безразличным, но в нём мелькнуло удивление. Вероятно, он не привык к таким подаркам. Без просьб, без суеты. — Как хотите, — она пожала плечами и взяла свой латте. — Меня не будет долго. Может, через час. Джисон кивнул, ничего не ответив. Она вышла на улицу, вдохнула свежий осенний воздух и позволила себе улыбнуться. Не потому, что разговаривала с айдолом. А потому, что ситуация была до абсурда нелепой. Зарядка в обычной кофейне. Для парня, который, вероятно, мог купить тысячу таких, даже не заметив потери. — Ну и утро, — сказала она сама себе и сделала глоток латте. Через час, когда Хаын вернулась, его уже не было. На столике у окна лежала её зарядка, аккуратно свёрнутая. Рядом — визитка. Чёрная. Глянцевая. С одной лишь надписью белыми буквами: «МЕНЕДЖЕР ПАК » и номер телефона. Хаын взяла визитку, повертела её в пальцах и сунула в карман куртки. Она не знала тогда, что это утро станет тем самым неловким моментом, который изменит всё. Что чёрная машина у кофейни, уставший айдол с кругами под глазами и глупая просьба о зарядке запустят череду событий, которые перевернут её жизнь. Но всё это будет потом. Пока Хаын допила латте и отправилась на встречу с Арым, которая ждала её у входа в торговый центр с большим стаканом сладкого кофе. — Ты чего улыбаешься? — спросила Арым. — Да так, ерунда, — ответила Хаын. — Просто утро какое-то странное. Джисон закрыл глаза и откинулся на сиденье. — Всё хорошо? — спросил менеджер Пак. — Всё, — глухо ответил Джисон. — Поехали домой. Он не знал её имени. Не запомнил лицо. Она была одной из многих. Просто случайная незнакомка, которая не оказалась фанаткой и не попросила автограф. Но засыпая через час в пустой квартире, он вдруг вспомнил её взгляд. Спокойный. Почти равнодушный. Это было странно. Потому что равнодушных к нему людей почти не оставалось. Сон снова накрыл его. Машина. Руки на шее. Воздух, который не хотел заполнять лёгкие. Джисон проснулся в поту, жадно хватая воздух, и долго сидел на кровати, уставившись в одну точку. Таблетки. Надо выпить таблетки. Он не помнил, как добрался до ванной. Не помнил, сколько воды выпил. Помнил только, что в ту ночь больше не уснул.