Эхо утраты: Откровения из прошлого

— Коля… посмотри на меня, — мягко попросил Руслан, — Я просто схожу в магазин и аптеку, — выдохнул он, когда его внимательные глаза встретились с карими радужками. Коля нехотя кивнул в ответ, явно с нежеланием соглашаясь. Руслан настороженно изучал профиль друга. Тёмные, будто очерченные тушью синяки под глазами, вечно легкомысленные, задорно-смеющиеся глаза сейчас казались мёртвыми и потускневшими, а уголки губ по-старчески опали. Он механично жевал глазунью, казалось, даже не ощущая вкуса, просто по привычке… Даже ни слова не сказал о исполнении завтрака, хотя взаимные стёбные комментарии были для них неизменной традицией. Всегда темпераментные и выразительные густые брови — застыли в напряжённом состоянии, будто он и вовсе забыл, что хмурится. А ведь он был одним из немногих знакомых Руслана, кто имел настолько экспрессивную мимику, что был способен изогнуть одну бровь независимо от другой. А сейчас… И цвет лица такой… непривычно бледный. Будто он не спал нормально месяц. Неужели ему так хреново после вчерашнего? Или дело всё же в другом? Казалось, Руслан имел непосредственное отношение к такому состоянию друга, но кроме догадки о ночном кошмаре не мог и предполагать, что же случилось… Он знал, что при всей своей прямолинейности и невосприимчивости к намёкам Коля был довольно эмоциональным человеком, не обделённым, как это ни парадоксально, богатой фантазией. И так же прекрасно помнил его красочные рассказы о некоторых снах — господи, да по их диким сюжетам можно снимать экшн-фильмы! Однако в этот раз друг очень напугал его своим видом, настолько он казался разбитым и истощённым морально… незыблемо грустным, почти с траурной маской скорби застывшей на лице, словно похоронил кого-то буквально вчера. Что же могло ему такого присниться, что он на утро выглядел настолько побито? — Кажется, ты не в восторге от моей щедрой гостеприимности? — насмешливо хмыкнул Руслан, пытаясь развеять атмосферу, а Коля только недоумённо и заторможено поднял на него вопросительный взгляд, не в силах переварить вопрос, будто всё ещё сознанием был не до конца здесь. Почему-то собрать мысли в кучу было очень… сложно. Голова гудела, ощущение реальности смешивалось с недоверчивым скептицизмом и… принять то, что видел и чувствовал он, может, и принял, но в полной мере осознать происходящее было куда тяжелее. Ведь по сути — чертовщина какая-то! Он попал в аварию вчера ночью и… и что? Умер? Поэтому он видит Руслана? Но вряд ли у матери был безлимит на звонки в рай… Тогда что с ним произошло? — Слушай… А что… ну, было вчера? — неуютно поёжился Коля, решившись-таки задать вопрос. — Хах, твоя вчерашняя мечта напиться до потери памяти сбылась? Правду говорят — бойтесь своих желаний, — тихо хихикнул Руслан. — Тогда может я не должен тебе напоминать? — Нет, ну всё-таки… как я у тебя оказался? — растерянно потирая шею уточнил мужчина. — Полагаю, на такси, потому как пришёл ты ко мне уже в знатно нетрезвом состоянии. Удивительно, как сильно тебя может подкосить хрупкая девушка. А говорят девиз боксёров «береги челюсть с молоду», хах. Тут явно не челюсть беречь надо, а сердце… Обрывок информации от Руслана ещё сильнее сбил Колю с курса… Он добрался к нему вчера сам? На такси? Уже пьяный? Всё это совпадало с его реальным опытом, но тогда при чём тут девушки? — Я… сильно тебе надоедал вчера? — решил задать утоняющий вопрос Коля. Как же сложно было сочинять что-либо без конкретики… Но будет очень странно, если он вдруг начнёт расспрашивать Руса о вчерашнем так, будто и понятия не имеет, что было. — Н-да, Карина сильно тебя подкосила… Весь вчерашний вечер ты напивался и жаловался, а я даже не знал, как тебя успокоить — ты впервые на моей памяти был в таком состоянии из-за девушки. Уверен, что… всё в порядке? Если не хочешь об этом говорить, то… — Не-нет, я в норме, правда. Уже забыл, ха-ха, — неловко выдал Коля. Какая к чёрту Карина? ...Истерично метнулась в голове мысль. Как бы ему так ненавязчиво выяснить детали… — А… я ж рассказал тебе вчера, ну… что у нас случилось? — взгляд напряжённо сканировал лицо друга. — О том, что она предала тебя, изменив с твоим соперником? Да, ты рассказал, — сочувственно выдохнул Рус. — Это наверное худшее, что вообще можно сделать в отношениях… — с горечью выдохнул он, явно примешивая к своему утверждению личные самоощущения. — Да нет, — поспешно бросил Коля и, спохватившись, попытался придумать оправдание своим слова. — В смысле… есть вещи и похуже. Я только сегодня это считай понял. — Неужели хочешь снова с ней сойтись? После всего, что она сделала? — шокировано выдохнул Руслан. Кажется, у него внутри всё рухнуло от этой мысли. — Что? Не-ет, ты чего? Любовь и дружба не терпят предательства, но… ситуации бывают разные и, ну, как бы это сказать…я не приверженец прощения реального предательства, но порой это слишком громкое слово. — подбирая слова, осторожно выдохнул Коля, ощущая себя так, будто пытался пройтись по зыбучим пескам. — Хах, какой ты всё-таки у нас добрячок, — мягко улыбнулся парень напротив. — Но, конечно же, к ней я возвращаться не собираюсь. Похоже, у Николая всё же получилось немного успокоить друга. Зная и помня всю подоплёку его поступка, теперь Коля ощущал вес каждого своего легкомысленного слова в прошлом. Ведь если бы он сейчас, к примеру, сказал что-то мерзкое в порыве чувств относительно бывшей девушки, Рус вполне себе мог спроецировать это на себя, и… развивать эту мысль не хотелось. Но сама идея о том, что в диалоге с Русланом ему нужно осознавать силу своих бездумных утверждений, отрезвляла. Казалось, что теперь он чётче видит ситуацию, и отчаяннее понимает, что был одним из тех, кто такими вот импульсивными, ничего не стоящими, как ему казалось, словами, загнал Руслана в эту безысходность. Ведь если он так яро порицает предательство девушки, логично предположить, что и на предательство друга он отреагирует соответственно… И плевать, что ситуации совершенно разные: эта бесформенная мысль уже укоренилась бы в сердце Руса, оставила бы незаметный глазу маленький шрам. А потом ещё и ещё… и в конце концов он не выдержит. Никто бы не выдержал. Если когда-то для Коли фраза «ты мой единственный друг и неоценимо важный в жизни человек» означала выражение благодарности и преданности, то теперь она же выглядела как возможное давление. Будто кричала: «Ты мой единственный друг и обязан быть идеальным, ни за что не бросай меня, кроме тебя у меня никого нет!». Почему раньше он не понимал, как важно доходчиво объяснить свои чувства, как важно разделять общее и частное, как сложно со стороны разграничивать его отношение к обществу в целом и отношение к конкретным случаям?.. Сейчас он понял свою ошибку. С кем-то настолько восприимчивым, как Рус, надо было говорить максимально прецизионно и аккуратно. Только теперь для него это стало очевидным. То, что Коля воспринимал легко, ранило его друга. Незаметно, перманентно, заигрывая с его внутренними демонами, постепенно впиваясь в беззащитную душу. Возможно даже без осознания со стороны Руслана. И это было самое страшное. Все эти оговорки культивировали и взращивали в нём чувство вины… Люди всегда говорят трафаретную фразу «будь проще». Но вот он, Коля в прошлом, с этим же девизом на губах, увидел последствия своей простоты и недалёкости… Да. Он был прямолинейным, да, у него нет той природной чувствительности и тонкого понимания людей, как у того же Руслана. Но это не означало, что он не должен учиться этому. Почему кто-то считает, что незаметно ранить близких своей прямолинейной тугоумностью — нормально? Почему кто-то должен учится быть «проще»? Почему бы не начать с тех, кто своей «простотой» оправдывает грубость? Руслан всегда о нём заботился… Теперь настала очередь Николая ответить ему тем же. И если уж Коле выдался неоправданный второй шанс в жизни, то Руслан этого заслуживает больше кого бы то ни было ещё! Вязкие, слегка самоуничижительные мысли поглотили Николая на несколько тихих минут. А друг не торопился одёргивать его и возвращать в диалог, видимо расценив его молчание как желание взять перерыв из-за поднятой темы вчерашнего. Маленькая, но уютная кухня улыбалась пастельно-жёлтым заполняющим светом. Силуэт Руслана омывался мягким контурным освещением из высокого окна и казалось, что он слегка светится изнутри. Коля никак не мог поверить, что сидит рядом с живым человеком, а не с мраморным изваянием. Гладко зашлифованные мастером пальцы с выразительно очерченными костяшками обвивали ручку чашки с горячим кофе — завтрак с тостами уже был съеден. Коля с мгновение следил за тем, как каёмка серой керамики в минималистичном дизайне касалась тонких, подчас остроумных и саркастичных, губ, которые с завидным постоянством отражали солнце в мягкой улыбке в компании Николая. Футболка довольно свободно сидела на острых плечах, заставляя оценочно задумываться, а не слишком ли он худой? Из свободного ворота застенчиво выглядывала острая ключица. Нет, с этим определённо нужно что-то делать! Чем этот парень питается вообще? Святым духом? Коля недовольно нахмурился, слабо контролируя эмоционирование в потоке мыслей из-за давящей на виски мигрени. — Чего? — стушевался Рус, всё ещё такой реальный. — Думаю, что ты совсем отощал со своей этой дурацкой работой, — фыркнул Коля преувеличенно недовольно, чем вызвал появление ямочек на щеках Руслана. — Ха-хах, вижу, тебе уже лучше? — вскинул тонкие брови он. — Оживился! — Да на тебя смотреть больно — того и гляди порежусь! — подстегнул Коля. — Ну, не всем же быть спортсменами. Тем более так кажется из-за домашней одежды. А так у меня тоже мяско имеется. Парень встал из-за стола, подхватив посуду, и Николай поторопился его остановить: — Эй-эй, оставь это мне, — бросил он, отнимая у хозяина дома чашки. — Ты меня накормил, так что посуда за мной. — Ладно, спасибо, тогда я пойду переоденусь, — с благодарностью отозвался Рус и ушёл из кухни, оставляя Колю в одиночестве. Ничто так не наставляет на размышления, как мытьё посуды. Хоть это и весьма нудный процесс, но в чём-то он действительно был необходим для Коли. Тем более сейчас. Он не впервые замечал, что становится спокойнее и собраннее из-за этого. Хотя казалось бы, отчего? Но было в этом действии что-то медитативное. Глаза ощутимо жгло от недавних слёз, череп будто сдавливал височные доли, но мысли вдруг стали резче и отчётливее, в память просочились обрывки полученной от Руслана информации. Он пришёл к нему вчера уже поддатый, и полночи бухал и ныл о своих проблемах на личном фронте — в целом, ничего удивительного… Но это ничуть не упрощало понимание ситуации. Он всё ещё был совершенно без понятия, что с ним случилось, а мозг только и делал, что генерировал какие-то конспирологические теории, нелепые даже для научно-фантастических фильмов, и быстро сориентироваться, довольно флегматичный по уровню тормознутости в жизни, Коля никак не мог. В целом… Руслан был жив, по-настоящему. Разве ж этого не достаточно? Для Николая большего не надо. А остальное… остальное подождёт. — Коль! — позвал голос из коридора и мужчина, наскоро обтерев руки, выглянул за косяк. — Извини, можешь принести мой павэр? Хочу зайти за посылкой, а у меня телефон почти сдох… — окликнул его обутый Руслан. Отпускать его в аптеку или куда бы то ни было не хотелось… Но и объяснить свой порыв Коля внятно не сможет, посему и удержать друга рядом не получится. Пришлось кивнуть и прошлёпать в его комнату. — Где он лежит? — Где-то в тумбочке, глянь, — бросил тот, одевая сумку через плечо. — Окей, дай мне секунду, — кивнул Коля и единым движением дёрнул рандомное отделение. — О нет… — вдруг испуганно охнул Руслан. — Стой, не открывай, я сам! — закричал он, вваливаясь в комнату прям в обуви, но было поздно… Коля шокированно разглядывал разного рода формы и цвета девайсы… явно специфического и более чем интимного назначения. Краски сошли с лица Руслана…