Тьма переулка

Вокруг звонко хлопали в ладоши под угасающую мелодию гитары. Голос давно утих, создавая умиротворёную атмосферу под почти ночным куполом. Фонари по очереди загорались, затмевая появляющиеся звёзды. Инк сыграла последние аккорды, отпустила гитару и радостно захлопала с толпой. Девушка театрально кланялась, благодаря каждого в микрофон о том, что присутствующие выделили время и пришли на очередной уличный концерт. Инструменты не спеша были собраны, как и остальная аппаратура. Удостоверившись, что она ничего не забыла Инк направилась к тропинке. Она любила этот маршрут всей своей душой. Музыкантка любила прогуляться вечером, особенно под заход солнца. Длинная дорога, фонари, свежий воздух. Инк вдыхала полную грудь и с наслаждением выдыхала. Она помнила каждый миллиметр. Особенно тот, где несколько фонарей постоянно не горели и там томилась вечная тьма сквозь которую трудно было что-либо разглядеть. Инк помнила, что она даже зарисовывала этот переулок в блокнот днём и вечером, словно сравнивая насколько он меняется в разное освещение. За столько прохождений мимо этот фрагмент дороги перестал её смущать и она воспринимала его, как очередную приятную рутину. Пройдя место, Инк поставила на асфальт вещи, решив передохнуть. “Столько всего! Я точно заумоляю Дрим купить мне тележку на одиночные похождения…”. По ноге что-то поползло вверх. Инк машинально напряглась и дёрнула ногой, опустив охуевший взгляд. На миг перед падением она увидела голубое щупальце, связывающее Инк ноги сразу же, поняв, что его оппонент молниеносно реагирует. Ещё несколько щупалец вынырнули из темноты связав девушку за талию с руками, спася её от встречи с асфальтом, и закрыв рот. Инк вложила всю силу сжав челюсти, на что щупальца только сжали её и притянули прямо к стене. Зажмурившись, Инк отвернула голову, готовясь к удару, но на удивление его не произошло. По рукам и ногам щупальца передвигались медленно и обвивали сильнее, как питон свою жертву. Рот был освобождён и Инк сжала зубы, ощущая странное послевкусие. Оно не было мерзким, но и приятным его явно не назовёшь. “Что это такое?.. Блять…”. – Блять! – Одно из тонких щупалец заползло под клёш, оставляя свою слиз на голени и одновременно снимая кроссовок. – Не смей трогать! – вскрикнула она, пытаясь дёргать ногами. Но щупальца вдруг сжали Инк, от чего та зашипела, затем вздрогнула ощутив как рубашка ослабевает с конца. Певица опустила голову завидев, как щупальца самостоятельно расстёгивают вверх, параллельно касаясь живота, талии, рёбер… Инк постаралась вжаться, когда тонкие тентакли сжали соски несколько раз. Её запястья связали развели в разные стороны, ловко блуждая по рук, снимая рубашку. Удивительно, что они решили не рвать, а просто бросить на пол. Инк не была уверена, что под ней пол. Она не хотела знать, что там. – Не сквернословь. Твои речи могут быть гораздо слаще, чем то, что ты молчишь сейчас. Инк вдохнула полной грудью, оглядываясь по сторонам. Женский голос мягко захохотал и из тени вышла хозяйка, судя по всему, этого места. Она двигала пальцами, растягивая улыбку от молчания со стороны Инк. Глаза щурились, спускаясь к груди девушки, то к слабо раскрытым губам. Инк же покрылась мурашками от поставленного тона и этой незваной дамы. Виляя бёдрами, госпожа подошла к Инк, кладя палец на ключицы, начиная медленно вести вниз по солнечному сплетению, охватывая одну грудь и примыкая к ореолу губами. Женщина подняла взгляд в смущённые и расстрелянные глаза Инк, облизывая и всасывая грудь. Последняя тихо охает, но тут же сжимает зубы и закрывает глаза. Тентакли тем временем отстёгивают пуговицу на джинсах, застёжку и не церемонясь, как с рубашкой, вместе с нижним бельём оголяют ноги девушки. Госпожа прикусывает сосок, после позволяя тентаклям охватить их оба. – Что происходит? – выдавливает голос Инк, не чувствуя внутренней тревоги, что должна была уже долбить во всю силу. Она выгнулась в спине, тихо мыча. – Не глупая, сама понимаешь, – ответила незнакомка. Щупальца обвили колени Инк, переворачивая её в полулежачее состояние и раздвигая её бёдра. – Эррор, – представилась хозяйка места. – Ты должна запомнить это имя, Инк. – сделав намёк на часть своих знаний, Эррор провела ладонями по дрожащим коленям, заглядывая прямо на открывшиеся ей вид. – Что я вижу? Неужели ты уже начинаешь течь? Что способствовало этому? Мои тентакли…, – Инк напряглась всем телом, ощутив на клиторе лёгкое трение. – …Я…, – певица набрала тихо вдохнула воздух, ощутив тентакли на пояснице и шее. – …Твои сны о сексе или всё вместе? – Говорила так, словно они сейчас обсуждают новости за день, а не занимаются прелюдиями! Эррор хмыкает, видя снимающиеся колени. Пресекает, наказав тентаклям держать крепче. Инк с трудом выгибается, когда её клитор охватывает маленькая пасть, но не с целью укусить. Она примыкает к бугорку полностью, излучая вибрацию и начиная делать кодовые движения. Инк тяжело вздыхает, стараясь отстраниться от непривычных ощущений, в то же время напирает бёдрами прямо к этой пасти. Эррор водит пальцам на бедре, наблюдая снизу за грудью, терзающую тонкие щупальца. Соски скручивают, оттягивают, как пружины. Маленькие бугорки под властью вибрирующих тентаклей из-за чего у Инк размывается взгляд. – Много..! – стонет Инк, ощущая влагу на глазах. Её сердце быстро колотиться, наровясь вырваться из груди прямо сейчас. Тентакли щекочат спину, заставляя хотеть встать, но не получается. Голова кружится и Инк вертит головой, словно в протесте. Горло быстро пересохло от не закрывающегося рта и томных вздохов. Инк никогда не слышала такой свой голос. Не зная, как обращаться, Инк прохныкала. – Г-госпожа..! Много! – Много? Ты прекрасно справляешься. Мне даже кажется, что тебе мало, – смыкуя каждое слово, Эррор обходит Инк и встаёт прямо перед её лицом. Инк перестала крутить лицом, открыла глаза на сколько смогла и всмотрелась в алые глаза. Щёки покрывались румянцем от внимательного взгляда и осознания, что сейчас она стонет прямо в лицо этой женщины. Инк бегает взглядом и в итоге отводит голову в другую сторону, жмурясь и не скрывая получаемого удовольствия. Эррор нависла и провела ладонью по шее, поглаживая невидимый кадык и наблюдая, как гетерохромные глаза расширяются, кончики ух пылают. Губы раскрываются и смыкаются, стараясь брать больше воздуха. Эррор прикусила мочку, вызвав мурашки. – Инк Этэнсэ́ль… Ты чувствуешь все тентакли, – начала шептать Эррор и Инк закивала, хотя это был не вопрос. – Как думаешь, сможешь выдержать пять оргазмов? И Инк передёрнуло всем телом. Пять? – Я… Мой первый раз… – смущённо промолвила Инк. – Он запомнится надолго, – будто приказ отдала и облизнула губы, – По твоим бёдрам течёт. Ох, так разговоры заводят тебя сильнее? – Эррор вплела фаланги в рыжие кучерявые волосы и оттянула назад, касаясь шеи грубыми поцелуями. Вибрация от стоном отдалась прямо в губы, чему Эррор самодовольно улыбнулась. – Тебе нравится? Инк уже не слышала. Горячая волна поднялась по всему телу прямо от клитора, заставляя её выгибаться и на этот раз тентакли позволили ей шевелится, но держали её ноги в раздвинутом виде. Перед глазами потемнело, а внутри настоящий пожар. Она сжала пальцы на ногах и казалось закричала настолько, что можно было услышать на другом конце города. Липкая смазка обильно стекала по бёдрам и ягодицам. Спазмы то и дело выбивали из лёгкий последний воздух. Руки и ноги повисли не в силах пошевелится. Они лишь мелко дрожали. Инк прикрыла глаза, чувствуя, как к лону движется ещё одно щупальце. “Пять…” – пронеслось в пустой голове. Это был всего лишь один, а она уже была никакая. – Госпожа, – голос охрип окончательно и остались лишь тихие вздохи. Вибрации от тентаклей не заканчивались. Они стали лишь слабее, продлевая удовольствие, заставляя клитор набухнуть ещё раз, намекая, что следующий оргазм не далеко. – А ты долго держалась, – лукавила Эррор, бережно убирая пряди с потного лица. – Я удивлена, что ты без лифчика… Так доверяешь своей рубашке? Своей груди? – Эррор спустилась к груди, оставляя укус на коже. Инк вздрогнула. – Такая интересная, хах, – Эррор опустила взгляд на ладонь девушки. Тентакли согнуло руку и хозяйка, положила свою грудь на раскрывшуюся ладонь. Эррор вздохнула. Её тут же сжали. Через ткань ощущалось не так остро. – Я делаю тебе сейчас огромное одолжение. Это моя награда, считай. За такую выдержку и хороший голосок. Жаль, что охрип мой ангел… – хихикнула Эррор. Инк вновь напряглась. – Уже второй? Ты не перестаёшь удивлять! Инк давно отключилась от этого мира, пребывая где-то между сном и реальностью. Её тело чувствовало всё. Как щупальце входило в неё. Дразнила глубиной, проверяя и осторожничая, не желая порвать или сделать больно. Инк простонала, когда тентакли скрутили её талию и начали насаживать на себе подобных, не забывая и о других ласках. Эррор сидела напротив на тех же щупальцах, развалившись на них. Она двинула пальцем и руки Инк связали, подняв к верху. Грудь подпрыгивала интенсивней, чему госпожа была только рада. Она сама жадно облизывала губы и с наслаждением разглядывала появляющиеся синяки и багровые пятна. Инк выливалась, когда щупальца на талии сжимали её, а кончик скользил ниже и сжимал ягодицу со всей силы. Третий раз. После этого у Инк словно открылось второе дыхание. Взгляд прояснился, а её нагнули. Бёдра к верху, грудь свисала, а Эррор стояла сзади и поглаживая упругие ягодицы. – Твои глаза так и нравятся закрыться и впасть в мир жалкого Морфея. Но я не позволю тебе сейчас блуждать по его царству, – тело Инк было связано на линии талии, а руки завязаны за спиной. Эррор наигранно вздохнула. – Как жаль, – кожа потеряла тепло, которое дарила господа своими ладонями, как вдруг разнёсся сильный шлепок. Инк ахнула, поддавшись вперёд. – Ты не уснула? Я удивлена… – ещё один шлепок. Эррор гладила покрасневшую ягодицу. – А ты пребываешь в наслаждении? Это должно быть наказание за твой временный дрём! Неужели мне оставить тебя так? – Нет! – вдруг крикнула Инк и развернулась к госпоже. – Не нужно! Умоляю! – Инк нагнулась ниже от волнения, но щупальца её подхватили. Сложно было на высоте. – Госпожа, сделайте то, что хотели! И Эррор смеётся, нанося очередной шлепок. – Ты даёшь столько энергии… Но мы так были голодны, что тебе придётся ещё немного отработать, – по пещере эхом раздался звон от шлепка. Инк с пребыванием ахнула, ощутив, что госпожа вложила всю силу. – Сильно? – тентакля подкралась к клитору, обвивая его. Инк вздёрнула бёдра, сразу же получив несколько слепков подряд. – Нравится подчинение, Инк? – Эррор хмыкнула. По пещере что и дело разбивались разной громкости шлепки и стоны. Инк забыла, как попала сюда. Всё было похоже на сон. Певица подставляла зад, расслаблялась, чтобы ощутить ещё более острые ощущения. И даже, когда оргазм накрыл её, госпожа продолжала размахиваться ладонью. Силы ей было не занимать. До последнего оргазма, клитор вновь накрыло пульсацией. Грудь осталась одна болтаться в неведомой пустоте. Глаза закрывались от желания спать, от желания отдохнуть после стольких пыток. Инк читала, что женский секс может быть долгим и чувствительным. Она не верила, что такое может быть, но женский организм удивителен. С пятым оргазмом Инк всё-таки провалилась в сон. Казалось бы. Открыв глаза, Инк поняла, что перед глазами её обои. Рядом с зеркалом аппаратура. А она укрыта одеялом и всё выглядело так, будто это был реально сон. Инк уткнулась в свою мягкую подушку. На ней были капли засохших акриловых красок, пропитанная их запахом. Это точно была её комната. Инк нахмурилась. “Это был сон?..” – Инк простонала и не успев поднять в голову, заворчала в подушку. – “Это был гребанный сон! Ну чёрт!” Инк скинула одеяло и вскочила, но ноги подкосились не дав шанса сделать хоть шаг. Бёдра заболели так, словно в них тыкали иглами! – Ай! Ай… – Инк упала на пол, не в силах держаться. Посмотрев на запястья, девушка застыла. На них были отпечатки чего-то толстого и тонкого вместе. Инк с трудом подползла к зеркалу. – Что за… Кха! Инк схватилась за горло. Её голос охрип полностью. В разуме начало что-то прояснится. Не смотря на боль, Инк дёрнула лонгслив вверх. В отражении она увидела, как грудь была покрыта пятнами разного цвета, талия несла на себе те же отпечатки, что и на запястьях, но больше и сильнее. Опустив, Инк опустила штаны. Зад горел и краснота не сходила. Бёдра были более менее чистыми, но тянущуюся боль от интимного места исходила адская! Инк вздрогнула, услышав топот за дверью. Девушка скорчилась, радуясь, что на ней сейчас пижама с длинным всем! Дрим забежала в комнату и сразу бросилась к подруге. – Инк! Что с тобой? Ой, звёзды, глянь на меня! – Дрим. – Что с голосом? Ты заболела? – Дрим сгребла Инк к себе в объятия. – Хей… Ты горишь! Я принесу сейчас всё, а ты ляжь, хорошо? Всё хорошо будет! Инк улыбнулась. Она подняла руку и пальцем ткнула подругу в нос. – Я живая, Дрим… Но принеси обезбол. Хорошо! У меня месячные вот-вот начнутся. Я плохо с ними уживаюсь, ха-ха… – Дрим с облегчением вздохнула от услышанного. Она помогла Инк лечь на кровать, а сама убежала за таблеткой. А Инк легла в кровать. Тело трясло от медленного осознания. Девушка провела подушечками пальцев по шее, вспоминая горячие поцелуи и тёплую ладонь госпожи. “Госпожа…”. “Я ЕЁ НАЗЫВАЛА ГОСПОЖА?! ЗВЁЗДЫ!”. Она прижала ладонь ко рту, покрываясь мурашками. Теперь она точно вспомнила половины от того, что происходило с ней и её телом. «Г-госпожа..! Много!» «Госпожа…» – охрипшим голосом после первого раза. «Нет! Не нужно! Умоляю!» – когда испугалась, что хозяйка места прекратит наказание. «Госпожа, сделайте то, что хотели!» – когда хозяйка сказала, что это наказание не подходит ей. Инк провела рукой по телу, чувствуя, как вновь закипает. Те тентакли были взаправду. Эта женщина, говорящая таким манящим, спокойным и властным голосом. Инк затаила дыхание.

«Нравится подчинение, Инк?»

Девушка уткнулись в подушку, не сдерживая писка, страдательского стона или визга. Инк не понимала, как ей реагировать. И не понимала, как будет продолжать ходить мимо той темноты. Хуже всего, что Инк осознала в этот момент. “Мне понравилось всё”.