Почему именно ты?

      Проснулись мы в полной тишине, нарушаемой лишь отдаленными криками птиц. Был уже полдень, но мы не боялись, что не успеваем — впереди у нас было все время мира. Да, разумеется, зима следовала за нами по шагам, но это было не так срочно, как могло показаться. Вместо того, чтобы на полной скорости гнать до моря (было решено осесть именно на черноморском побережье), мы хотели, быть может, в последний раз насладиться миром людей, что уже погиб.       Сколько бы мне не казалось, что я полностью обдумал эту мысль, я всё равно к ней каждый день возвращался. Мы последние люди на планете… И осознание этого факта, в каком-то роде, сводило с ума. На всей нашей бескрайней планете, посетить каждое место которой просто не хватит сил одного человека, больше нет никого.       Мы с Юлей, что сейчас дремает на пассажирском сидении, остались одни в мире. И, вероятно, будем последними людьми вообще. Разумеется, у меня иногда закрадывались мысли о продолжении рода. И, несмотря на то, что они в первую пору полностью отризались тем, что сама мысль о связи с ней была мне неприятно, сейчас же… Я всё равно не хотел этого делать.       Потому как вот родится у нас ребёнок. Может быть даже несколько. Но что дальше? Мало того, что без нормальной медицины роды процесс очень опасный, так ещё и что будет с нашими детьми после нашей смерти? Просто так оставить их на произвол жестокого мира? Этого бы я не хотел.       Да и рановато нам об этом задумываться… Интересно, почему мне вообще такие мысли приходят в голову? Я снова посмотрел на девушку рядом. Она, кажется, сквозь сон почувствовала мой взгляд, нахмурилась, но всё же открыла глаза и, широко зевнув, потянулась.       — Доброе утро — улыбнулся я.       — Добрый день — хмыкнула она — Мы сейчас где?       — Сейчас поворачивать будем на платную трассу до Уфы — покачал головой я, смотря на дорогу — Не знаешь, как оплата проходит? Я ни разу на подобных дорогах не ездил…       — Сомневаюсь, что её будут с нас брать — хихикнула девушка.       — Это почему ещё? — в моём вопросе всколыхнулось недоумение. Но стоило мне посмотреть на Юлю, что смотрела на меня как на идиота, я тут же всё понял — А, да, точно… Иногда совсем забываю о нашей ситуации…       — Просто поражаюсь, как ты можешь это делать — на этот раз головой качала она — Типа, как?       — Наверное, мой мозг просто не хочет каждый раз снова обдумывать неприятные воспоминания о том, что все исчезли — пожал плечами я — И поэтому он просто выкидывает их в бессознательную часть разума. Или что-то такое.       — Да уж… — кивнула Юля — Когда до Уфы доберёмся?       — Думаю, уже завтра будем там — прикинул я наш путь по карте и запасы топлива — Правда, придётся по дороге где-нибудь на заправке остановиться, у нас бак уже наполовину пустой.       — Поняла — кивнула она и снова уставилась в окно на проносящиеся мимо деревья.       А я же, стоило нам выехать на абсолютно пустую платную трассу, что, словно ровная линия, уносилась за горизонт, не отказал себе в удовольствии, вдавив педаль газа и разогнавшись до сначала семидесяти, а затем и до всей сотни километров в час. Дорога была идеально ровной, без каких-либо дефектов, так что можно было подобным занятием насладиться.       Правда, долго делать мне этим не дали. Не прошло и минуты, как в мою ногу вцепилась рука Юли, да так сильно, что ногти вонзились в кожу. Я было хотел возмутиться, но стоило мне посмотреть на девушку, как я тут же всё понял и начал тормозить. Потому как она была вся бледная и второй рукой со всех сил, до побелевших костяшек, вцепилась в ручку над дверью.       — В следующий раз говори, если что-то не так — выдохнул я — Откуда же я мог знать, что ты скорости боишься. Извини.       — Всё в порядке — успокоившись, сказала она — Сама об этом не думала. Никогда так не ездила, если честно.       — На поездах? — уточнил я.       — Ага — кивнула она.       — Понял — усмехнулся я, смотря вперёд — Далее буду осторожен.       Именно так наша поездка и продолжалась. За окнами мелькали деревья, километровые указатели и таблички с поворотами к разным деревням, сёлам, городам и посёлкам. Вполне вероятно, что в большей части из них больше никогда не побывают люди. Не побываем мы… А значит, они так и останутся лишь надписью на указателях и группой странных построек, о назначении которых никто не знал.       Постепенно, чем дальше мы двигались, тем менее густыми становились вокруг леса, да и деревья в них менялись, от твёрдых хвойных стволов к раскидистым ветвям дубов и клёнов. Мы несколько раз играли в города, чтобы хоть как-то отвлечься, потому что обычные разговоры вообще не шли, а это было хоть какое-то развлечение.       Там, среди кучи всего, что мы взяли, была колода карт, но чтобы в них сыграть, надо было останавливаться. Что ни я, ни она делать не хотели. Так или иначе, но даже здесь зима была достаточно холодным временем года. Так что лучше уйти от неё как можно дальше. При этом не гоня на полной скорости, чтобы вдоволь насытиться окрестностями.       И вот день подходил к концу. Солнце склонялось над горизонтом, окрашивая небо в огненные цвета, а фары разгоняли сумерки над дорогой. Учитывая тот факт, что проснулись мы достаточно поздно, решили, что сначала доберёмся до заправки, зальём бензин в газельку, наберём канистр и только после можно будет отправляться спать.       Спустя полчаса ночь сгустилась ещё сильнее, а через лобовое стекло, даже несмотря на яркий свет фар, было прекрасно видно небо и сотни звёзд. Я слегка нервно поглядывал на индикатор количества топлива, который уверенно упирался в красную зону. Я буквально мог чувствовать, как двигатель работал из последних сил.       Я уже начал представлять, как нам в темноте придётся толкать нашу газельку до заправки, но, благо, этого не пришлось делать. Вскоре свет фар выхватил из окружающего, бесконечного и будто бы осязаемого, густого мрака небольшой съезд к одинокому зданию. Вывеска, когда-то бывшая неоновой, не горела, а двери уже давно снесены ветром или дикими животными.       Припарковавшись, я ткнул в плечо Юлю, которая дремала, и мотнул головой, мол, жди здесь. Я понимал, что подобные места легко могут стать убежищем для диких животных, так что дополнительная предосторожность была бы не лишней. Верный пистолет, который уже однажды спас моей подруги жизнь, был рядом со мной всё время, хоть и патронов в нём было немного.       Одной рукой сжимая рукоять в одной руке и фонарик в другой, я зашёл внутрь и принялся осматриваться. Старые полки, некоторые из которых опрокинуты, немного насекомых (почти всё уже пожрано, так что что им тут делать) да и много пыли. На этом всё. Отлично, значит, можно будет здесь переночевать. Ну, в машине, разумеется.       После чего мы, всё так же молча, принялись вытаскивать генератор с газельки. Я смог подвести её к задней части здания и теперь, под светом фонарика, пытался разобраться с тем, как нормально подключить генератор так, чтобы это место заработало. Не обошлось и без крепкого русского слова, которое вместе с чей-то матерью всегда помогали запустить практически любой прибор.       Хотя происходило это под неодобрительный взгляд моей спутницы. Но в итоге, спустя полчаса или час, нарушаемый лишь звуками леса и далёким пением ночных птиц, мы всё-таки смогли запустить генератор. Несколько канистр, найденных внутри здания, были тут же залиты в него, дабы он смог проработать до утра. Газельку мы заправим также уже утром, потому как мне крайне лень разбираться в том, как это делается, тем более в темноте.       — Итак, что бы вы хотели? — встав за кассу, спросил я Юлю, что рассматривала полки с консервами.       Самым значимым звуком здесь было жужжание флуоресцентных ламп, что каким-то чудом работали. Где-то над ухом жужжал комар, и всё это вместе создавало ту самую атмосферу ночной заправки, которую я иногда себе представлял, когда мимо них с предками ездил. Размышлял о том, какого здесь по ночам работать, и видел почти идентичную тому, что происходит сейчас, картину.       — Можно мне немного консерв и полный бак на Газель? — подхватив мою игру, ответила Юля, облокотившись локтями на прилавок — А ещё и жвачку с шоколадкой.       — Конечно, с вас… — повернувшись к кассе, я в случайном порядке потыкал на кнопки, будто действительно что-то ввожу, после чего добавил — Один поцелуй.       За что тут же получил по макушке от моей спутницы. Кажется, это её смутило. Один вид её покрасневшего лица веселил меня, так что я, искренне смеясь, чуть ли не лёжа под столом от того, что не могу сдержать свой ржач, сказал.       — Ладно, и этого достаточно.       — Дурак — хмыкнула она, но на её лице также всплыла улыбка.       — Неплохое место, знаешь? — спустя некоторое время, пока девушка осматривала тут всё и думала над тем, что можно будет с собой взять, сказал я.       — Думаешь? — переспросила Юля.       — Ну да, — кивнул я — Я иногда представлял себе, что работаю в таком месте. Сижу целыми днями, практически никого не вижу, кроме редких автомобилистов, которые заезжают подзаправиться, смотрю фильмы на старом видаке, подтыриваю шоколадки с прилавка и глотаю кофе литрами, потому что другого способа не спать на ночных сменах у меня нет.       — Никогда об этом не размышляла… — протянула девушка, встав спиной к прилавку — Для меня подобные места часто были… Функциональными, да, вот подходящее слово.       — То бишь ты просто не задумывалась над тем, что тут тоже кто-то работает и у этого человека тоже есть свои мысли, желания и так далее — уточнил я с ухмылкой на лице.       — Несмотря на то, что это звучит так, будто я какая-то бесчувственная сучка, которую не заботят работники обслуживающего персонала — отлично поняв шпильку в её сторону, ответила она. — Но это так.       — Ну, справедливости ради, я такой же — кивнул я — Например, думал, что тебя собрали на фабрике, чтобы бесить меня.       И, спустя секундное молчание, мы оба расхохотались. Кто бы мог подумать ещё той весной, что мы сможем вот так веселиться в компании друг друга? Если бы мне кто-то такое сказал, то я бы тут же послал его далеко и надолго. Да и Юлька наверняка тоже. А вот сейчас, здесь, на этой затерянной где-то в лесах Башкирии заправке, мы спокойно себе веселимся.       Иногда я задумываюсь о наших отношениях. Всё-таки больше отношений у меня сейчас ни с кем нет. И самый главный вопрос не в том, что сейчас с ними, а в том, почему мы вообще в своё время ненавидели друг друга? Крайне странным мне казалось всё это. Если мы так ненавидели друг друга, что были готовы драться, то почему сейчас так мило общаемся?       А если же, наоборот, причина нашего конфликта была какой-то незначительной, то почему мы не могли просто помириться? Хотя… Может, потому, что мы не могли нормально поговорить? Ну там, в мире, где были другие люди. Кстати, хорошая мысль… Каждый раз, когда мы могли обсудить наши разногласия, мы выбирали разговоры с другими. И из-за этого так и не смогли прийти к примирению.       А в этом пустом мире, где нет других собеседников (если, конечно, с ума не сходить и не общаться с неодушевлёнными предметами) кроме неё, мы смогли нормально поговорить просто для того, чтобы не сойти с ума. И то, произошло это не сразу, пришлось несколько по-конфликтовать.       Только непосредственная угроза жизни заставила нас отринуть прежние споры. И вот сейчас мы здесь, устроили настоящее путешествие на юг, как в старых роуд-муви. И это… Чувствуется таким правильным, наверное. Не то, что мы едем на юг, а то, как мы сейчас общаемся, то, какие у нас отношения.       — О чём задумался? — заметив моё выражение лица, спросила Юля.       — Да так… — отмахнулся я — О том, как я рад, что остался здесь с тобой.       — Действительно? — скептично уточнила она, подняв бровь — Я думала, что ты бы предпочёл остаться с кем-то из семьи или из друзей.       — Наверное — просто пожал плечами я — Но справедливости ради, если бы меня спросили, с кем я хочу жить в абсолютно пустом мире… То я бы выбрал красотку.       — Ну, значит, тебе не свезло — усмехнулась девушка.а.       — Это почему? — с наигранным недоумением спросил я — Куда делась та гордая Юля, которую я знал? Она бы никогда не назвала себя некрасивой, а гордилась тем, что кто-то считает её красоткой.       — Всё просто — выдохнула она, будто бы погрустнев — Той Юли никогда не было.       — Что? — на этот раз моё недоумение было искренним.       — Всё просто — пожала плечами она, будто стараясь сбросить напряжение — Отличница, красавица, спортсменка, гордость школы… Ненавижу всё это…       — Заставляли? — примерно понимая, о чём она говорит, предположил я.       — В том числе — кивнула она, всё ещё не поворачиваясь ко мне. Возможно, не хотела, чтобы я видел её лицо в этот момент — Но скорее я сама себя убедила в том, что я такая и должна соответствовать. А потом ночами меня сжирал свой собственный мозг, который говорил, что я не такая, какой все меня представляют. И из-за этого чувствовала себя ничтожеством.       — Синдром самозванца — немного подумав, сказал я, облокотившись на прилавок — Знаем, плавали…       — У тебя тоже? — слегка наклонив голову, спросила она — Даже не верится…       — А это так — безрадостно хмыкнул я — Не такой, разумеется, как у тебя, но всё же. Начался примерно тогда же, когда я начал пытаться с тобой соревноваться. Разум постоянно твердил, что я только стараюсь казаться тем, кто взялся за голову, а на самом деле я всё тот же ленивый отброс.       — Когда я называла тебя самозванцем… — мою собеседницу посетило осознание.       — Да, это тоже било по мне — усмехнулся я, тем самым избавляясь от той старой боли.       — Прости… — выдохнула она, обернувшись ко мне. Как я и предполагал, в её глазах блестели слёзы.       — Проехали, забыли — махнул я рукой — Ты тоже прости. Наверняка мои попытки тоже делали тебе больно.       — Есть такое — постаралась усмехнуться девушка.       — Мир? — спросил я, протягивая ей мизинчик.       — Мир — подтвердила Юля, приняв его. После чего я, недолго думая, вышел из-за прилавка, подошёл к ней и обнял, уткнувшись ей в плечо. Всегда забавляла эта наша разница в росте, особенно когда мы спорили. Сейчас же казалось, что именно из-за неё я могу помогать ей, вот так обнимая.       — Пошли спать? — спросила она, после того как мы несколько минут вот так стояли в тишине.       — Пошли — выдохнул я, взяв её за руку, и мы вместе двинулись в сторону нашей газельки. Это всё было так… Правильно…

Продолжение следует…