Почему именно ты?

      Следующие пару недель нашей спокойной жизни были омрачены лишь одним фактом: то, что мы всё ещё были единственными людьми в городе. Я несколько раз на велосипеде проезжал по главным улицам города и никого не встречал. Причём я специально ездил и кричал через громкоговоритель, однако закончилось это побегом от очередной стаи собак. Благо на велике я катался очень быстро.       Главным поводом для волнения же у нас было состояние Юли. Мы с нескрываемой тревогой ожидали окончания инкубационного срока бешенства. Около недели мы вместе прожили в школе, дабы я мог следить за её здоровьем. К нашему огромному счастью, всё обошлось, и Савчук была полностью здорова.       Эта новость нас просто неописуемо обрадовала. Юля даже бросилась мне на шею, смеясь и обнимая меня. Правда, спустя пару секунд тут же отстранилась и ударила меня в плечо, отчаянно при этом краснея. Видно, стеснялась такого проявления радости. Однако стукнула она меня совсем не сильно, будто просто по привычке.       Покончив с этой проблемой и отпраздновав счастливое избавление путём поедания сгущёнки, мы приступили к более серьёзной проблеме. А именно обеспечения нас едой. И сейчас единственным способом сделать это было выращивание разных овощей. Со злаками намного больше проблем, да и их количество должно быть значительно больше, чем мы можем себе позволить. Однако задумываться об этом всё же надо…       В общем, когда мы внимательно изучили нашу Библию — толстую книгу, посвящённую земледелию, мы приступили к работе. Первым делом мы устроили очередной набег на сельскохозяйственный магазин, набрав там семян и хозяйственный инвентарь, необходимый для работ.       После недолгого обсуждения, не обошедшегося без споров, уже привычных для нас, мы всё-таки решили, что местом для выращивания овощей будет именно задний двор нашей школы. В общем, собравшись утром очередного понедельника в середине лета, мы принялись перекапывать землю, выкапывая грядки.       На это у нас ушёл весь день, и очень сильно нас вымотало. Так что, не сговариваясь, мы направились не по домам, а в школу. Это место уже использовалось нами в качестве места для сна, так что никаких проблем с этим не было. Разместились мы в учительской, благо там были диваны. От усталости рухнув на них, у нас не хватало сил ни на что. Только пожелать друг другу спокойной ночи и практически сразу вырубиться.       Утро встретило меня пинком со стороны Савчук. Выругавшись и упав с дивана, я недовольно посмотрел на девушку сверху вниз, будто спрашивая, что за хрень?       — Вставай давай, самозванец. Нам надо работать — коротко сказала она и пошла в сторону выхода. Видно, умылась уже. Я же, ругнувшись себе под нос, поднялся, умылся с помощью полторашки воды и также вышел на улицу. Погода была пасмурной. Что, кстати, весьма удивительно, ведь все последние дни на небе было ни облачка. Но зато, если дождь пойдёт, то меньше воды на полив понадобится.       Сегодня мы занимались посадкой растений. В качестве овощей мы решили взять обычную картошку, помидоры, морковь и свёклу. Судя по книге, эти овощи, во-первых, не требуют каких-либо серьёзных усилий для выращивания, а во-вторых, должны были крайне быстро вырасти. Так что при удачном исходе овощи могут нас ожидать через пару месяцев.       Мысли о том, что прямо сейчас мы вместе с Юлей делаем нечто, что породит новую жизнь… Ну, это вдохновляло. Как там говорилось? Мужчина должен вырастить сына, построить дом и посадить дерево, да? В этой фразе есть определённый смысл, ведь создать нечто, что останется после тебя, — это нечто прекрасное.       Такие странные мысли посещали меня, пока я садил семена в землю и прикапывал их. Честно, сильно удивлён, что я о таком задумался. Наверное, я постепенно осознавал то, что мы остались с Савчук тут одни и после нас ничего не останется, если мы ничего не будем делать.       — Как думаешь, комсомолка, в чём вообще смысл наших действий? — как-то отстранённо спросил я её, когда мы оказались рядом.       — Ты о чём? — бросила она, даже не пригрозив мне смертью за то, что назвал её по прозвищу.       — Ну зачем мы сейчас занимаемся этим? — попытался я выразить свои мысли, но, похоже, не смог.       — Что бы не умереть с голоду, это очевидно, самозванец — пожала она плечами, посмотрев на меня как на последнего идиота.       — Я не в том смысле… Я скорее в общем плане. Рано или поздно мы умрём. И ничего не останется после нас. Тем более мы последние люди на земле. Так зачем бороться…       Не успел я договорить свою фразу, как Юля треснула меня кулаком по лицу. От внезапности данного действия я не успел что-то сделать и шмякнулся в распаханную землю. И с шоком смотрел на девушку, в глазах которой сейчас плескалась сильнейшая злость.       — Не знаю, как ты, идиот, но я не собираюсь просто так сдаваться только из-за того, что после нас ничего не будет. Я всё ещё жива и поэтому буду делать всё, чтобы моя жизнь продолжалась как можно дольше — после небольшой паузы она буквально выплюнула последнюю фразу — А если ты такой слабак, то можешь найти высокое здание и спрыгнуть оттуда. Мне-то что.       Закончив с этой отповедью, она взяла в руки пакет с семенами и отошла в дальнюю часть поля. А я всё ещё шокировано смотрел на девушку, постепенно осознавая, что сказал сам и почему Юля на это так отреагировала. И вместе с этим осознанием на меня накатило сильнейшее чувство стыда.       Я был правда виноват перед Савчук. Своими необдуманными словами я напомнил о главном страхе и меня, и самой девушки — остаться полностью одной в этом пустом и жестоком мире. Самообвинения, как это у меня обычно бывает, переросли в злость к самому себе. И, желая выплеснуть их, ещё активнее принялся за работу. Труд всегда помогал мне успокоиться и собрать свои мысли в кучу.       Вскоре, после осознания такой простой мысли, я решил подойти к Юле и извиниться перед ней. Всё-таки я действительно испытывал вину перед ней. Так что, закончив с очередной грядкой, я обтряхнул руки от земли и направился в сторону девушки. Она же смотрела вниз, и по её движениям было понятно, что она всё ещё зла.       Я осторожно подошёл к ней сзади и некоторое время просто стоял, не зная, как начать разговор. Понятное дело, что Юля не могла этого не заметить, но молчала, не обращая на меня внимания. Или же давала мне возможность собраться с мыслями и самому начать этот разговор.       — Слушай, Юль… — решил назвать её по имени, чем точно обратил её внимание на себя. Хоть и не повернулась, но остановилась и сейчас внимательно слушает — Ты прости меня за те слова. Я не подумал, что они так тебя обидеть могут…       — Ты сейчас извиняешься, потому что понял глупость своих слов или потому что они меня расстроили? — внезапно прервала мои слова девушка холодным тоном.       — Второе, я полагаю… — спустя секунд десять раздумий ответил я.       — Эх… — громко выдохнула Савчук, вставая и поворачиваясь ко мне. К моему удивлению, в её глазах был не гнев, который я ожидал, а сочувствие — Ты, видно, не понял, почему я разозлилась — увидев на моём лице незаданный, но очевидный вопрос, она продолжила — Я разозлилась из-за того, что ты достаточно быстро сдался. Просто я очень люблю жить. И те люди, которые в трудных ситуациях сдаются… Нет, они не слабые, просто я их не понимаю. Так что твои слова о том, что нужно перестать бороться, меня сильно выбесили. Тем более, учитывая, что мы тут последние.       — Понял — кивнул я, обдумывая её слова. После чего, совершенно по-детски, протянул ей мизинчик — Мир?       — Мир — улыбнулась девушка, точно также вытянув свой палец и взявшись им за мой. Немного так постояв, вскоре мы вернулись к работе. А я же всё это время, включая и то, когда лежал в темноте, пытаясь уснуть, обдумывал её слова и вообще произошедшую ситуацию.       Во-первых, Юля была полностью права. Вообще это частое свойство наших споров, что до события, что после. Даже если я неправ, то всё равно до упорного буду настаивать на своих позициях. Раньше это чуть ли не доводило нас до драки.       Во-вторых, меня сильно удивило в этот раз, что Савчук не стала разжигать данный спор. Более того, она спокойно объяснила, почему мои слова её разозлили. И в её аргументах был определённый смысл. Особенно последняя фраза. Как по мне, в ней сокрыт смысл того, что она меня не хочет терять, ведь мы остались одни, как минимум в городе.       Мысли о том, что я могу потерять её так или иначе, холодными когтями сжали моё сердце, не давая ему биться, но я постарался их отбросить. Пока у нас всё нормально, и даже несмотря на споры, подобные сегодняшнему, мы остаёмся… Товарищами? Да, подходящее слово. Для того, чтобы быть друзьями, ещё слишком рано…       Правда, если быть честным, мне очень приятно, что мы с Юлей так сблизились. Просто не думаю, что если бы люди не исчезли, такое произошло. А сейчас я постоянно открываю её с новых, неожиданных для меня сторон. Она не просто отличница, которая всегда ведёт со мной себя грубо. Она ещё и очень заботливая. И сильно волнуется из-за того, что может оказаться одной. Её слёзы в больнице выбили меня из привычной колеи. Надеюсь, мы сможем продолжать общение и далее. Интересно, что ещё она скрывает в своей душе?

Продолжение следует…