Докажи, что я не виновен

Утром я застала Тэхёна и Юнги в глубоких раздумьях на кухне. Тэ задумчиво потягивал чай, пока Юнги бодрился ароматным кофе. Мужчины без моего участия справились с завтраком, расставив на столе тарелки с супом из кимчи и свинины. Возле каждого из них стояла маленькая пиала с рисом , а на почетном месте, в центре стола, красовался мой яблочный пирог.  Юнги, сосредоточено изучал документы, расслабленно усевшись на стуле, закинув ногу на ногу, а Тэхён, уперев ногу в сидение, облокотился о колено в миллионный раз рассматривая фотографии.  Завидев меня, Юнги, считая, что сделал это незаметно, пнул детектива ногой под столом. Тэ сначала обескуражено посмотрел на друга, а как только уловил его мотив, вместе с ним натянул беспечную улыбку на свое лицо. Научила на свою голову.  — Выспалась? — спросил Юнги, потягивая меня за руку и усаживая рядом с собой. — Поешь.  — Спасибо — благодарно улыбнулась я — Не хочется что-то… — Это было не предложение. Ешь давай. Со вчерашнего дня толком не ела.  Через силу впихивая в себя рис,  пыталась узнать у них, удалось ли ещё что-нибудь нащупать. Но мужчины лишь супили брови и говорили, что это не мое дело. Юнги велел не забивать мою мышиную голову и заняться лучше учебой. Но какая могла быть учеба, когда он не выходил у меня из головы. Я уже передумала кучу версий, начиная от бегства Юнги, куда-нибудь заграницу, заканчивая инсценировкой его гибели. Больше я не знала, что предпринять для его спасения. Как можно доказать причастность к убийству, если человек агент национальной разведки? Может я мыслю не в том направлении? Возможно стоит проанализировать , кто из членов моей семьи обладает всеми качествами, присущими сотруднику спецслужб? Какой он должен быть? Сильный, ловкий, продуманный, находчивый, уверенный? Казалось что все эти качества, по чуть-чуть есть в каждом из них. Но четкого представления их в роли агентов у меня не было.  Помимо прочего меня мучал вопрос, почему именно меня планируют пытать, в попытках узнать местонахождения Юнги? Потому что самая слабая из всех? Они навели обо мне справки? С чего они вообще взяли, что я могу знать? Мы с Тэ были предельно осторожны. Что если Алекс все таки и есть убийца? Что если он рассказал о моей осведомленности о месте пребывания Юнги? Но тогда его давно бы накрыли и арестовали. Зачем было бы приплетать меня? По всей видимости Тэхёна, как заправского полицейского, расколоть они не рассчитывают, а меня проще пареной репы. А Наён? К ней они не обращались с подобным предложением. Она не выглядит крепким Орешком. Почему не выведать у нее? Я не боялась того, что меня могут схватить. Я боялась не стерпеть физического давления. Боялась предать его и ,не желая  того, поспособствовать аресту.  Продолжая терзать себя мыслями, я приподнялась на стуле, но тут же была усажена Юнги на место.  — Поешь ещё. Мало съела. — Кот, не лезет больше… не хочу. Пойду в душ схожу.  — Мм, пойдем, реабилитируешься за вчерашнее — игриво шепнул он на ухо, кусая меня за мочку — Хочу чувствовать, как ты кончишь.  Стыдливо краснея, я указала взглядом на Тэхёна. Он точно поймёт зачем мы вдвоем в ванной уединились. Ответом на это мне послужил лишь его мягкий, звучный поцелуй, с нежным поглаживанием бедра, которым он словно пытался дать понять другу о наших взаимоотношениях.  — Да уйдите вы со своими нежностями. С мысли сбиваете. — сухо буркнул Тэхён.

***

Пока мы с Юнги  придавались…страсти? Нет, это была не просто страсть. Предавались любви. Наверно так правильнее сказать. Пока мы пытались утолить этого голод, обуреваемый нас двоих, мне в голову пришла одна единственная идея, которая, как мне казалось, в этих реалиях была единственной верной. Я настолько преисполнилась ей, что возбуждение обуревало мной с двойной силой. Не сдержав громкого стона, я, как и хотел того Юнги, кончила, упав грудью на раковину.  — Ты чего сегодня голодная такая? — аккуратно смывая с меня следы своего оргазма, с интересом спросил Юнги. Он был прав. Сама того не замечая, я ускоряла темп, подталкивала его, подыгрывала мужчине бедрами, вонзалась в него своими губами. — Не понравилось? — Мышка, ты прекрасна — заботливо сказал он, целуя мою поясницу — Просто не привычно. Или ты хотела от меня побыстрее избавиться? Всей, имеющейся внутри меня, нежностью я пыталась убедить его в том, насколько не хочу выпускать из своих рук и на минуту. Вот, ещё один план. Вцеплюсь ему в ногу и если его куда-то и заберут, то только вместе со мной. Мертвой хваткой ухвачусь.  Обласканный и довольный Юнги убедился в своей важности и нужности, задорно смеясь. Вот бы он всегда так улыбался. Ещё больше похож на кота, со своей широкой улыбкой и прикрытыми миндалевидными глазами. Интересно, он видит что-нибудь когда смеется?  Вытолкав его из ванной и убедившись, что он ушел на кухню, я включила воду и вынырнула из ванной. Наспех одевшись, юркнула в коридор, обшаривая пальто детектива. Его кобура висела на том же месте. Я схватила ее и спрятав себе под свитер, тихо сбежала из квартиры, осторожно прикрывая за собой дверь. Где-то внутри меня даже мелькала мысль, что могу обратно уже не вернуться. Не знаю почему. Возможно потому, что сама не была уверена в собственном решении, а может быть просто уже не знала чего ожидать. Каких поворотов судьбы. Никогда в жизни я не была более решительна, чем сейчас. Что мною двигало? Жажда справедливости? Желание покончить со всем этим? Любовь? Можно ли вообще сказать, что между нами именно она? Мне казалось, что происходящее со мной прямо сейчас больше похоже на инстинкт. Животный, необузданный инстинкт, который движет мной. Управляет мыслями, поступками, обостряя зрение, нюх, выносливость, до абсолютно нечеловеческих масштабов.  Подобно вихрю я неслась по улицам города, сметая все вокруг, и не заметила, как столкнулась с мимо проходящим человеком. Только после того, как окликнул меня по имени, я смогла прийти в себя, замечая Донхёна. — Джени? — с несвойственной ему робостью почесал он затылок — Ты похорошела…расцвела. — Конечно. От тебя мудилы избавилась, вот и расцвела. Некогда мне с тобой. Давай, не кашляй.  Неуверенно схватив меня за руку Донхён просил оказать ему одну услугу. Я изумляясь выгнула бровь, погружаясь в шок, от того, что этот идиот смеет ещё о чем-то меня просить. Только вот то, что он сказал, повергло в шок еще сильнее. Экс «возлюбленный» попросил его больше «не кошмарить». Якобы он и так все понял и сделал соответствующие выводы. Он то может быть и понял, только вот я ни черта не поняла. И тогда он пояснил, что в тот день, когда он отправил мне то самое сообщение, к нему пришел некий представительный мужчина, заявляя, что другой господин, крайне не доволен тем, как Донхён со мной обошелся. Прежде, чем обвиняемый отправил сообщение, ему все популярно объяснили парой ударов в челюсть. После этого он и отправил мне ту смску. А господин, внесший средства на мой счет, теперь трясет Донхёна, которому аж пришлось устроиться на работу, чтобы выплачивать долг тому господину. — А имя то есть у господина? Или у господина господина или у господина от господина? Тьфу! Хуйня какая-то! — Не знаю я как их зовут…мне с поклоном не представлялись. Джен, ради всего что между нами было…— Он взял меня за руку елейно заглядывая в глаза— Ну скажи ты этому господину господинов, чтобы отцепился от меня. Я выплачу ему все… только время надо. И ради всего, что между нами было, я послала его на хуй. Не повезло бедняге, застав меня именно сегодня. Будь я в своем обычном настроении, не объятая этими новыми, неопознанными эмоциями, я конечно же пообещала бы все уладить, прощая дураку все на свете. Ну а пока, ничего кроме большего раздражения он у меня не вызвал. Хотя, возникло любопытство. Что это за господин и кто его господин? И с какого перепуга они решают за меня мои финансовые и любовные проблемы? Ещё одна загадка. Это уже слишком. Как только ноги принесли меня к пункту назначения, я рывком открыла дверь и прошла в кухню. Там, за обеденным столом, сидела беззаботная мама, ошеломленно застывшая при виде моей растрепанной фигуры. Я смерила ее твердым взглядом и громко позвала Алекса. Первым на шум прибежал отец, за ним уже и брат. Три пары обескураженных глаз смотрели на меня, не понимая действий дочери. Как бы они не пытались выспросить у меня что произошло, я стойко молчала. А затем, достав пистолет, я звучно сняла предохранитель, удивляясь сама себе откуда умею это делать, и велела всем сесть. Теперь в их лицах читался испуг.  — Родная, что ты творишь? — тихо спросил Алекс, усаживаясь на стул с поднятыми руками.  А действительно, что я творю? Пришла в отчий дом с пистолетом, которого никогда в руках не держала,в попытках защитить человека, которого знаю без году неделя? Почему я даже предположить не могла, что Юнги может оказаться действительно виновным? Почему так быстро отмела эту версию? Они с Тэ вполне могли все подстроить. Но тогда, Павел не сказал бы о том, что необходимо посадить именно Юнги. Тем не менее как я могу предавать семью, которая дорожит мной, которая любит меня? Почему не пытаюсь их защитить? Почему мной движет этот инстинкт? Я чувствую себя преданной. Преданной теми, кто был дороже всех в этой жизни. Тот, кто заварил всю эту кашу, заставил меня чувствовать себя пятым колесом. Женька «не пришей к пизде рукав». Заставили постоянно чувствовать  эту прожигающую вину, с которой больше невозможно жить. Они знают все друг о друге. Отец, ровным счётом как и Алекс, сто процентов знали, что мать таскалась с Оливером, мать знает, что Алекс никакой на хрен не веб-дизайнер. Они все в этом порочном круговороте лжи и фарса. Мне казалось, что все это заговор. Заговор против меня. Если бы они были со мной откровенны, если пускали в свою жизнь, я вместе с ними бы прятала нож и закапывала тело Оливера Гранта. — Родная, отдай пистолет…— самым смелым был Алекс, пытающийся сделать ко мне шаг, пока родители смиренно сидели. — Леша, не подходи! — крикнула по-русски я, приставляя дуло к своей челюсти.  — Боже, Алексей! Сделай что-нибудь! Она совершенно не знает как обращаться с револьвером! — кричала мама. — А ты откуда знаешь, что это револьвер?! — я метнула в мать гневный взгляд. — Женек, опусти пистолет…Этот же Тэхёна? Представь, какие у него неприятности будут на работе, если ты сделаешь хоть единственный выстрел.  Об это я не подумала. Чертова идиотка. Не хватало ещё создать неприятности детективу. Надо было следовать семейным традициям и прийти с ножом.  — Родная…Давай поговорим спокойно. Отец прав. В Корее очень строгие законы, касающиеся оружия. Ты же себе не простишь, если Тэхёна посадят из-за этого. — Заткнись и сядь! — истерично крикнула я, сильнее прижимая дуло пистолета к челюсти — Кто?! Кто из вас?! Кто работает на корейскую разведку? Кто Гранта угандошил?!  Все бегло переглядывались, но ничего не говорили, доводя тем самым меня до крайней точки гнева. — Вы правы. Тэхёна подставлять мы не будем. —вернув предохранитель на место, я убрала револьвер за пояс, обошла смирно сидящих отца, мать и брата, забирая со столешницы нож. Встав перед их глазами, я приложи острие к своей руке — А вот теперь проверим, что для вас важнее- дочь или служба.  Острое лезвие разорвало кожу руки, оставляя на ней обжигающую рану, вмиг заполняющуюся кровью. Отец пытался вскочить из-за стола, в попытках остановить меня, но я скользнула ножом вверх по руке, запрещая ему это делать.  Мать вновь хваталась за сердце, в то время как Алекс дрожащим взглядом наблюдал за мной.  — Итак, родные мои. Давайте строить теории,исходя из того, что нам известно. Будучи ещё в России, Елена крутит роман с Оливером Грантом. Что Англичанин,по происхождению, делал в России? Путешествовал? Судя по фото, что хранится до сих пор, у вас был долгий роман, оставляющий следы в памяти. Если бы он был туристом, на подобное времени у вас не хватило. Значит он был по работе. Уже тогда промышлял шпионажем? Рискну предположить, этот самый агент, что крысой прячется у нас в семье, уже тогда, будучи на родине, был причастен к разведке. Алекса ещё не было, значит это была либо ты, мама, либо ты, папа.  Но, предполагаю, что отношений с Владимиром у Елены ещё не было. Возможно были знакомы, но явно не в отношениях. Можно предположить, что Оливер либо завербовал, либо пытал свою возлюбленную. Неужели он столько лет отдал корейской разведке? Затем, видимо, в ваших отношениях что-то пошло не так. Не хотела вербоваться? Измена? Разошлись в шпионских взглядах? Или, возможно, он был двойным агентом и ты не знала, что он работает на Южную Корею. — тут я задумалась пытаясь вспомнить в каком году было разделение Кореи на КНДР и Республику Корея — Да, тогда это уже была Южная Корея. Далее Елена нашла утешение в объятиях Владимира Загорского… — Евгения, достаточно! Что ты тут устраиваешь! Мы твои родители, а не дружки черт тебя побери! — вспыхнул отец от моей фамильярности подскакивая на месте. — Сядь! — скомандовала оставляя ещё один порез на руке под оживленные вздохи. — Володь, не трогай ее! — простонала мама.   — Настало время всем отвечать за свои поступки. Итак. Елена и Владимир встречаются, женятся и все такое. Знал ли мужчина — я указала на отца кончиком ножа — О причастности Елены, косвенно или на прямую, к агентуре? — Нет! Я вообще не понимаю что ты плетешь! — сильнее пылил он. — Ну тогда мне, наверно тебя жаль. Что же происходят потом?  Они женятся, у них появляются дети, если мы вообще ваши дети, я уже ничему не удивлюсь… — Женя…что ты говоришь такое? — всхлипывала мать. — Ну от вас чего угодно можно ожидать. Значит растут эти дети, растут и тут вдруг, появляется резкая необходимость переезда в Корею. Хм, как странно— я потерла задумчиво лоб, пачкая кровью лицо — Видимо возникла необходимость в политическом убежище, так? Заваленная миссия? Утечка информации? Что-то явно крайне страшное, раз в такой спешке семья решается покинуть страну. И главное куда? Ни США, ни Италия, ни Турция, ни Франция, ни Германия, куда зачастую так стремятся русские, а Корея. Туда, где доблестно служил тот самый Оливер Грант. Какое страааное совпадение! Не знаю пап, жил ли ты с рогами все эти годы, но то, что-то мне подсказывает, что да. И тут вдруг, Оливера убивают, пытаются подставить его сына, оставляя улики на месте преступления, хотя все ниточки ведут в нашу семью. И, как оказалось не зря. Только вот что бедняга вытворил? Кто убийца? Пылающий от злости обманутый муж? Бывшая возлюбленная Оливера? А может быть сын той самой возлюбленной, желающий мести за родителя? Но что-то мне подсказывает, что это далеко не личное. Тут ваши агентские разборки.  — Достаточно! Общение с этим детективом тебе уже совсем крышу снесло!  Отец подорвался с места кинувшись в мою сторону. Ловко отпрыгивая от него,  я бросилась бежать к заднему двору, блокируя дверь. Резко обернувшись, ноги запнулись о стоявший на крыльце гриль, опрокидывая его вместе со мной на залитое бетоном покрытие. Хаотично осмотрев выпавшее содержимое гриля, до меня доходит осознание, что в нем мы ничего не готовили уже больше пары месяцев и я точно помню, как после барбекю сама лично вычищала золу. Однако сейчас он был полон пепла. Глазами осматривая свою находку, я интуитивно понимала, что наткнулась на кладезь. Стянув с себя рюкзак, я стала судорожно копошиться в нем, ища во что бы уложить находку. Заботливо подсунутые Тэхёном грипперы, в которые нужно было собрать ДНК, приветливо выглядывали из кармана. Как же они пришлись кстати. Пакетами я судорожно зачерпывала золу наполняя их дополна. Я боялась коснуться его рукой, даже одеждой, опасаясь оставить свои следы . Сердце бешено колотилось от страха. Кровоточащие руки нещадно дрожали, укладывая пакеты в рюкзак. Сзади послышались спешные шаги, приближающиеся все ближе и ближе, я резко обернулась и увидев брата, испуганно взвизгнула  — Лёша, не подходи! Нож все ещё у меня! Зарежу себя к чертой матери!  — Родная, успокойся, это же я…— поднимая руки вверх он тихо наступал на меня. — Не подходи! — я показательно полоснула себя по бедру, демонстрируя свою решительность.  Я не чувствовала боли, лишь обжигающую сталь, в то время как Алекс болезненно морщился смотря на меня.   — Алекс, отойди! — послышался голос Тэхёна сбоку. Мужчина стоял возле меня, крепко удерживая револьвер.  — Ой, детектив! Пистолет новый нашел, да? — Убью заразу! — грозно зашипел он на меня. — Почему ты в крови?  — Не сейчас! — кричала я, продолжая раскладывать пепел по пакетам, пока Тэ держал Алекса на мушке. — Ты же понимаешь, что выстрелив, тебя посадят? — буркнул брат. — А это у меня не табельное оружие. Иди докажи, что я стрелял. Захочешь разбирательств, всю свою семью ко дну потянешь. Джени, уходим.  Не спуская Алекса с прицела, детектив пятился назад, пока я бежала к машине, крепко обхватив рюкзак руками.  Судорожно забираясь в машину, мы одновременно хлопнули дверьми и Тэхён вдавил гашетку газа в пол. В голове метались мысли, создавая своим бешеным движением несмолкаемый гул. Я никак не могла отдышаться, прокручивая в памяти все произошедшее. Мысленно я молилась, чтобы моя находка хоть как-то помогла в деле.  — Мин сначала мне голову открутит, а потом тебе! — разъяренно рычал  Тэхён.— Какого черта ты вообще одна туда поперлась?! — Тэ…самое страшное, что никто из них не признался. Им важнее все это дерьмо. Важнее дочери и сестры. — я подняла на него полные слез глаза. Он только лишь открыл рот, чтобы ответить мне, как требовательный писк телефона содрогнул нас обоих. На экране высветилось имя Наён. Сквозь трубку до меня доносился ее панический голос. Глаза Тэхёна шокировано расширялись с каждой минутой разговора. Толкнув меня в бедро, он велел найти в интернете трансляцию девятого канала. Не понимая, что происходит, я зашла на сайт канала, включая эфир. С экрана на меня смотрел Юнги. — Тэхён? Что это? Запись? — Нет. Это прямой эфир.