Три сердца осьминога

      В феврале этого года Гарри отправился вместе с парочкой однокурсников в Италию, путешествуя по городам страны с одним рюкзаком. В конце месяца в Риме оказалось настолько тепло, что Стайлс ходил днём у Колизея в одной футболке и кожаной куртке, а в один из солнечных дней ребята ездили к берегу моря и умудрились немного поплескаться в воде, сняв лёгкие ботинки и наслаждаясь ярким огненным шаром.       А вот апрель в Лидсе был холодным и неуютным, заставляя прятать руки в карманы пальто, ведь перчатки благополучно были забыты в прихожей. Гарри с тоской вспоминал освещенные улицы Вероны и Милана, по которым он прогуливался, не застёгивая лёгкую куртку. Теперь же парню приходилось усерднее укутываться, чтобы холодный вечерний ветер не забирался под его одежду.       Сегодня Лидс выглядел по всем канонам британской литературы и кинематографа: серый туман будто сошёл с картинок знаменитых художников. Улицы хранили секреты местных жителей, а темноту узких улочек не могли рассеять даже фонари. Гарри взглянул на сизое небо и угрюмо шмыгнул носом. Ни одной звезды на небе: всё было затянуто тучами. Парню даже почудилось, что капельки воды стали падать на его лицо, поэтому Стайлс только посильнее укутался в своё пальто и направился к бару McMurphy.       В последний раз кудрявый видел свою сестру на Рождество. Гарри тогда приезжал на несколько дней домой в Холмс-Чапел и чувствовал себя максимально неуютно. Джемма пыталась, она действительно всеми силами старалась вдохнуть в брата дух рождества, но как бы Стайлс ни пытался играть воодушевлённого и счастливого человека, он был скорее похож на мученика.       Джемма, сестра Гарри, жила в Чешире и владела небольшой пекарней. Она принадлежала их покойной матери Энн. После ее кончины семейным бизнесом решила заняться старшая сестра, давая возможность младшему брату учиться в университете. Джемма любила эту небольшую пекарню и планировала превратить ее в настоящую кофейню с Камю на полках, цветущими орхидеями и стаканчиками на вынос с логотипом заведения. Пока что девушка всеми силами пыталась освоить азы работы кофемашины, в чем ей помогал бойфренд Стивен, вселяя в старшую Стайлс уверенность в планах.       Гарри, будучи подростком, помогал своей матери после уроков в пекарне, а после того как она тяжело заболела, сам, меняясь с Джеммой, работал. Теперь же булочная, которая некогда ассоциировалась у парня с запахом свежего хлеба и корицы, стала навевать воспоминания о нехватке денег, недосыпе, пропуске лекций в университете и подавленном состоянии. Гарри хотелось сжечь к чертям собачьим эту пекарню и не слушать разговоры Джеммы о закупке столиков в лаунж-зону, которую ее парень собирался построить.

KALEO — Hot Blood

Взмахнув кудрями и пятерней, пытаясь зачесать запутанные волосы назад, Гарри потянул на себя входную дверь бара, замечая, как тяжело она поддается. Оглядев знакомое заведение в попытках найти свою сестру, зеленоглазый заметил счастливое лицо Джеммы. Притворствовать Стайлсу сейчас не приходилось — он действительно соскучился по сестре. Гарри уже примерно прикинул, спустя какое время ему придется дежурно улыбаться и кивать головой.       — Ха-а-а-азза! — протянула Джемма, увлекая холодного брата в объятия и сразу покрываясь мурашками от холода, — Почему в таком лёгком пальто?       — Занятия поздно закончились, я не успел дома переодеться.       — О, тогда сейчас Стивен закажет тебе глинтвейн, — услышав знакомое имя, Стайлс покрутил головой, пытаясь разыскать парня сестры. Неспешно Гарри повесил пальто на спинку стула и кивнул головой в знак приветствия Стивену, который стоял у бара и делал заказ.       Стивен и Джемма уже больше трех лет состояли в отношениях. Все соседи и родственники семьи находились в постоянном ожидании от девушки известия о помолвке, но сама Джемма не хотела торопиться, объясняя это тем, что со дня смерти матери прошло слишком мало времени.       После небольшого типичного разговора о занятиях, пока они обменивались новостями об отце, проживающем в Лондоне, и медленно потягивали горячее вино, беседа перешла в спокойное и нужное русло. И даже диалоги о проектировании лаунж-зоны не приносили Гарри головной боли. Возможно, дело было в глинтвейне, так приятно пахнущем гвоздикой.       — Хей, а это не Шарлотта? — спросила Джемма, кидая взгляд на только что пришедшую небольшую компанию подвыпивших студентов. Не ожидая подтверждения от Гарри, девушка выкрикнула: — Шарлотта!       Мигом развернувшись на небольших каблучках, знакомая девушка глянула на столик у окна. Улыбка расцвела на её губах, и она двинулась к Стайлс, что-то напоследок сказав своим друзьям. — Джемма, Стивен! — Шарлотта подошла к знакомым и начала всех расцеловывать, попутно давая понять по запаху, что она уже немного под градусом. — А я думала, увижу вас дома только завтра утром.       — Мы решили поужинать здесь, не думали, что встретим тебя! — недовольно ответил Гарри.       — Я с друзьями решила забежать сюда за пинтой пива. Клянусь, здесь лучшее крафтовое во всём Лидсе.       — Пожалуйста, постарайся не шуметь, когда вернёшься домой, — напомнил ей условия проживания Гарри, недовольно фыркая, реагируя на запах Шарлотты — сигареты Lucky Strike упорно въедались в её одежду.       — О, не переживай, дорогой. Я могу к вам присесть ненадолго?       Шарлотта села на свободное место рядом со Стайлсом, одаряя весь столик своей яркой улыбкой и энергией. Шарлотта была соседкой Гарри по съемной квартире, а также, по совместительству, его бывшей девушкой, которую Джемма невероятно любила и втайне надеялась, что однажды они с Гарри снова сойдутся. Шарлотта была возлюбленной Стайлса в старших классах, но незадолго до окончания парень поделился с ней сомнениями касательно своей гетероориентации. Несмотря на то что Шарлотта искренне любила Гарри и не понимала, каким образом ее парень резко перешел на мужской пол, она приняла Стайлса. Однако общаться они практически перестали.       Уже после того как Гарри поступил в Лидс, жил в общежитии и мечтал о карьере журналиста, он вновь повстречал Шарлотту, которая также училась в Лидском университете, но на факультете экономики. Спустя какое-то время они решили жить вместе, и девушка была уверена, что все это было устроено с возможностью возобновления отношений.       Первое время Шарлотта ужасно злилась на парня и считала, что его «увлечение парнями» не по-настоящему искреннее, и даже когда они жили вместе, старалась лишний раз продефилировать перед ним топлес. После того как однажды Шарлотта увидела, с каким рвением и отчаянием Стайлс заводил в свою комнату незнакомого парня, все желание возобновить отношения с бывшим мигом вылетело из ее головы. Со временем Шарлотта и Гарри стали хорошими друзьями, давая друг другу советы в отношениях и ругаясь только тогда, когда посуда оказывалась немытой, а ужин не был приготовлен по расписанию.       — Хазза, ты собираешься подавать заявку на участие в той классной школе? — слегка заплетающимся языком спросила девушка у своего соседа. Гарри мгновенно напрягся.       — А должен? — безразлично ответил тот.       — Что за классная школа? — спросил Стивен, поглядывая то на Шарлотту, то на Гарри, и отставил свой бокал пива в сторону.       — Откуда ты вообще узнала? — спросил Гарри, обращаясь к своей подруге. — Ты вроде учишься на экономическом, а не на моём факультете, — раздражённо продолжил он, ругая про себя подругу. Если той и было интересно, она могла поговорить об этом наедине с Гарри, а не начинать беседу перед его родными.       — Не учусь. Зато я общаюсь с Карлом, который, к твоему сведению, собрался подавать заявку. И я знаю, что у тебя намного больше шансов пройти, чем у какого-то Карла, — закатывая глаза, произнесла девушка.       — Не тот ли это Карл, который на днях рано утром пытался незаметно смыться из нашей квартиры? — спросил Стайлс, ухмыляясь.       — Не пытайся сменить тему, Хазза. О чём речь? — строго вмешалась в разговор Джемма.       — О, это очень крутой шанс для Гарри! — проворковала Шарлотта, потягивая пиво и игнорируя недовольный взгляд бывшего парня, — Как я поняла, какие-то крутые журналисты устраивают что-то вроде спецкурсов. Нужно отправить заявку со своими снятыми и смонтированными видео. В случае прохождения Гарри ждут две недели проживания в Америке за чей-то счет... — скомкано пыталась объяснить Шарлотта. — Это не просто какие-то курсы. Это медиа-школа для журналистов, ее организует команда The Guardian, британского леволиберального СМИ. Сами, блин, The Guardian! Чтобы подать заявку, нужно прислать свои репортажи и другие видео. Туда могут попасть настоящие журналисты, а не студенты, подрабатывающие журналистами. Процент того, что я смогу пройти, минимальный, — закончил свою небольшую речь Гарри.       — Процент минимальный, но он же есть! Что плохого, если ты подашь заявку? Даже если не пройдёшь, ты хотя бы попытался, — предположил Стивен.       Отличное настроение Гарри резко стало ухудшаться. Парню хотелось напомнить Стивену, что у того нет никакого права воспитывать кудрявого или давать ему непрошеные советы. Стивен не был частью их семьи.       — Почему ты такой пассивный, Хазза? — пробормотала Джемма, виня себя в том, что брат недостаточно старательный.       — Я не хочу зря расстраиваться. Не хочу сидеть в ожидании ответа от самого, мать его, The Guardian. Тем более, я не хочу связывать свою работу с видео или монтажом, а это именно то, чему журналистов и будут обучать.       — Вот что я скажу тебе, Хазза, родной, — по-свойски объявила Шарлотта, закидывая одну руку на плечо своего бывшего молодого человека. — Вон там, за барной стойкой, стоит Карл. Этот парень старается изо всех сил преуспеть в вашей сфере. У него отличные оценки и, насколько я знаю, лучше, чем у тебя. Но при этом ты не представляешь, как этому парню нужно постараться, чтобы у него получилось что-то действительно крутое. Карлу приходится неделями думать над одним-единственным проектом, спрашивать советов у студентов экономики, которые не врубаются в это ваше журналистское дерьмо. Более того, когда у него формируется идея, он в лепешку расшибается, чтобы сделать что-то стоящее. А тебе хватает пары часов размышлений, просиживания задницы за ноутбуком — и вуаля: шедевр, от которого будут в восторге все преподаватели, готов. И тебе не нужно напрягаться так, как долбанному Карлу.       — Наш милый Карл, учитывая, что ему придётся, как ты сказала, расшибаться в лепёшку, работает в Yorkshire Evening Post, пишет статьи и зарабатывает. В то время как я не смог нигде пристроиться, — язвительно заметил Стайлс.       — Гарри, мы уже обсуждали это. Возможно, ты просто не нашёл то, что подходит тебе, — начал Стивен.       — Да и причём тут работа Карла и твоя? Это всего лишь медиашкола. Ничего страшного не будет, если твоя заявка не пройдёт отборочный тур.       — А если заявка Карла пройдёт, Чарли? — улыбаясь, хитро спросил Стайлс. Шарлотта дико не любила, когда её называли кратким именем.       — Мы ему отомстим. Проткнём шины, разобьём окна его машины. Просто отправь долбанную заявку, — допивая своё пиво, закончила девушка, с грохотом возвращая бокал на стол и взмахивая своими слегка волнистыми волосами персикового оттенка.       Ненадолго тишина завладела их столиком. Кудрявый надеялся как можно скорее прекратить ненужные разговоры и двинуться в сторону их дома. Сегодня Стивен и Джемма должны были заночевать у Гарри и Шарлотты.       — Почему бы нам всем не доехать до дома и не помочь Гарри отправить заявку? — вновь начала Шарлотта, продолжая гнуть свою линию.       — Да вы издеваетесь! — воскликнул тот.       — Я очень хорошо знаю тебя, Хазза. Ты подавлен, расстроен, и я не знаю, каким образом тебе помочь. По каким-то причинам ты не веришь в себя и не хочешь даже начать двигаться дальше, — раздражённо произнесла, как на одном дыхании, Джемма. Шарлотта и Стивен рядом стали поддакивать. Гарри буравил сестру взглядом, буквально впиваясь в её лицо, пытаясь мысленно послать ей сигнал заткнуться.       Брат каждый раз стойко переживал встречи с сестрой, но чем дальше от себя он держал её и Холмс Чапел, тем легче ему было. Каждый раз, когда взгляд Гарри падал на руки сестры, он видел давно зажившие раны, оставившие после себя небольшие рубцы. Именно по этой причине, как бы Гарри ни пытался настраиваться на положительный настрой перед встречей с сестрой, воспоминания о его нахождении дома в Чешире всплывали перед глазами. Гарри взглянул в глаза Джемме, стараясь отогнать непрошеные мысли.       — Мы не собираемся давить на тебя. Мы просто будем сидеть рядом и поможем тебе заполнить заявку, — добавила Чарли.       — А как же Карл и твои друзья? — кивнув в сторону шумной компании, спросил Стайлс, сдаваясь.       — К чёрту их. Тут решается судьба моего бывшего! — улыбнулась Чарли, чувствуя, как убеждения Гарри рассыпаются по столику бара.       — Хорошо, мы идём домой, я заполняю заявку и отправляю её. Никто из вас не будет лезть.       Остальные энергично закивали, пытаясь скрыть победоносные улыбки. Стивен двинулся к бару, попутно открывая бумажник и как можно скорее отсчитывая нужную сумму за их заказ. Остальные поднялись со своих мест и потянулись к пальто и курткам, аналогично собираясь в ускоренном режиме. Шарлотта отошла к своей компании, чтобы попрощаться с друзьями и на прощание шепнуть что-то Карлу, от чего тот чуть хищно улыбнулся и, обнимая Чарли за талию, крепко прижал ее к себе перед уходом.

***

      Балаган продолжался какое-то время в квартире Гарри и Чарли. Проблема заключалась в том, что каждый старался вставить свое слово, внести лепту или объяснить, что нужно делать, а что нежелательно. Шарлотта протрезвела и принялась вспоминать снятые Гарри репортажи, разыскивая их на YouTube.       Стайлсу нужно было отправить заявку, которая включала резюме и ссылки на снятые и смонтированные видео. Помимо этого, парень должен был заполнить небольшой вопросник, отвечая в необычной форме на вопросы вроде «Почему мы должны выбрать именно тебя?».       The Guardian, как оказалось, каждый год, на протяжении нескольких лет, проводили медиашколу для журналистов. В ней принимали участие специалисты со всей Британии. Повестка последних лет не изменялась — кэпшн-видео, которым обучали молодых журналистов. Именно поэтому Гарри должен был выбрать свои лучшие видео-работы. В случае принятия заявки, участнику оплачивали перелет до США (несколько изданий Америки также спонсировали медиашколу) и выдавали деньги на время нахождения в стране. Всё это действо происходило на протяжении почти двух недель и включало в себя несколько занятий, небольшое путешествие по стране для записи ролика, финальный монтаж и показ видео-работ. В конце обучения ребята должны были представить свои видео на финальном показе и получить сертификаты об участии.       Чарли была права, сравнивая мастерство Стайлса с Карлом. Парню было нетрудно что-то придумать: Гарри был настоящим генератором идей, и все его работы, сдаваемые в университете, получали наивысший балл. Как-то, работая на одном городском интернет-портале, парень снимал на видео открытие небольшой недели моды, устроенной студентами факультета дизайна. После того как его работу выложили в сеть, местное телевидение связалось с Гарри и выкупило у него право на трансляцию его видеоматериалов с показов. Шарлотта утверждала, что этот факт обязательно нужно указать в заявке, чтобы показать: Гарри не просто увлеченный парнишка, а настоящий мастер своего дела, пусть и студент, находящийся в поиске работы. Гарри был внештатным сотрудником нескольких СМИ. Он не был привязан ни к одному виду медиа и соглашался на работу только в том случае, если она ему действительно интересовала. Оплата была невысокой, и Гарри находился в ожидании официального приглашения, но отлично понимал, почему не может преуспеть в этом так же легко, как, например, его сокурсники.       Стайлс чаще всего находился не в лучшем расположении духа, либо же мог очень долго выполнять свою работу, а иногда и вовсе пропадал на какое-то время. Так что зеленоглазый знал, что в своих малых успехах виноват именно он, но старался гнать прочь от себя подобные мысли.       Сейчас, заполняя заявку и пытаясь верно внести все данные, Гарри надеялся, что в случае отказа (лишь маленький процент он отдавал в сторону прохождения), он не будет надолго запираться в комнате своей квартиры, выпивая алкоголь и прокуривая каждый угол своей комнаты. В таких случаях Шарлотте приходилось очень тяжко.       Стивен отправился в комнату Гарри. Обычно, когда Джемма приезжала со своим парнем, младший предоставлял им свою комнату, а сам располагался на диване в гостиной. Сейчас Шарлотта и Джемма сидели по обе стороны от Стайлса и уже молча прокручивали заполненные им блоки, перечитывая текст снова и снова, стараясь понять, достаточно ли хороша заявка. Время перевалило за четыре часа ночи, и Шарлотта листала web-страницы, читая информацию об организациях и СМИ, которые спонсировали потенциальную поездку Гарри. Через какое-то время анкета была полностью заполнена, и Гарри, под обеспокоенные, но удовлетворенные взгляды, отправил письмо.       — Если я не пройду, сучки, с вас пиво. А ещё — оплачиваемый психолог.       — Всё будет хорошо, Гарри. Даже если не пройдёшь, ты попытался, — улыбнулась ему Джемма, сонно потирая глаза.       Перекинувшись ещё парочкой слов на прощание перед сном, Шарлотта с чувством выполненного долга, покинула гостиную и направилась в свою комнату, по дороге стягивая свитер, оставаясь в одной чёрной майке. Джемма взглянула на Гарри, ожидая, что Стайлс, захлопнув ноутбук и отложив его в сторону, двинется ночевать в комнату к Чарли.       — Не надейся, Джемма! — ухмыльнулся парень, будто читая мысли старшей сестры.

***

      Обычно Гарри просыпался раньше Шарлотты. Чаще всего он не будил девушку, зная, как важен для нее сон, особенно на выходных. В этот раз он тоже не стал никого тормошить, давая каждому в квартире возможность отдохнуть. Тем более прошлой ночью их небольшая команда сидела практически до рассвета, отправляя его заявку. По утрам кудрявый шел на кухню, соединенную с гостиной, и заваривал кофе (обязательно с молоком и сахаром). Иногда он добавлял корицу. На кухне он открывал окна, чтобы свежий ветер забирался в каждый уголок комнаты. Гарри плотно завтракал, веря, что продуктивный день зависит от того, как ты поешь после пробуждения. До или после завтрака — в зависимости от того, сколько времени оставалось до начала пар — Гарри шел на свой небольшой потертый балкончик, куда вела дверь из его спальни.       Если бы это была личная квартира Гарри, он бы наверняка решил облагородить балкон, но Стайлс четко осознавал, что не собирается задерживаться в этом городе надолго, а значит, устраивать ремонт на балконе необязательно и бессмысленно. Однако он все же поставил на своем обшарпанном балкончике один несчастный стульчик (зато со спинкой, чтобы удобнее было сидеть), брал с собой плед или старую куртку, вытаскивал свежезаваренный кофе и выпивал напиток, поглядывая на спящий город.       Обычно утро встречало его отсутствием солнечных бликов, всё той же серостью и туманом. Многоэтажки района, в котором проживал Гарри, были из коричневого кирпича, поэтому город казался ему тёмного кофейного цвета. Впрочем, Гарри видел это место, а может, и не только его, исключительно в серых и тусклых тонах.       В любом случае Стайлс всегда просыпался первым и пытался найти на своей улице хоть что-то примечательное. Например, он мог заметить, как знакомый продавец-иранец открывает свой магазин и встречает подрядчиков, а на другом конце улицы милая пожилая женщина Марта владела небольшим цветочным магазинчиком, в который приходила рано утром — как раз когда Гарри выходил на балкон выпить кофе и побаловать себя сигаретой.       Утренняя сигарета для Гарри была особенным ритуалом. Он обязательно должен был где-нибудь сидеть, желательно на своем балконе, попивать вкусный чай или кофе, глядеть вдаль, рассматривать людей, вдыхать и выдыхать никотин, расслабляться и набирать силы перед тяжёлым днём. По обыкновению, от первой сигареты у парня кружилась голова, поэтому он старался сидеть, а не стоять или идти, чтобы, не дай бог, не запутаться в собственных ногах и не упасть.       Пока он курил на своем балконе и думал о тщетности бытия, жители ближайших домов или продавцы магазинчиков замечали его долговязую и тощую фигуру. Они махали ему ладонями, и Гарри лениво, но вежливо махал в ответ. Несмотря на всю свою угрюмость, он нравился местным продавцам: со всеми Гарри разговаривал спокойно и почтительно, никогда не хамил и не торопил людей. После коротких утренних приветствий он возвращался в комнату, чтобы начать собираться в университет.       В отличие от Гарри, Чарли терпеть не могла просыпаться рано утром. Она не понимала всей прелести созданной парнем атмосферы, а на балкончике появлялась исключительно затем, чтобы выкурить косяк. По утрам Чарли трогать было нельзя: она не завтракала, только выпивала стакан воды, после определённых процедур отправлялась на учёбу и почти всегда опаздывала. Завтракала Шарлотта уже спустя пару занятий — в университетском кафетерии или сандвичами, которые специально для Чарли иногда готовил Стайлс.       Гарри любил готовить. Будучи маленьким, он наблюдал, как его мама делала в своей булочной ароматную выпечку, а по вечерам, стоя у плиты в их квартире, — вкусный ужин. Сначала маленький Гарри только смотрел на её работу, а с возрастом стал полноценным фанатом кухонной плиты и сам научился готовить вкусные и интересные блюда.       Сегодня Гарри приготовил панкейки по рецепту мамы, зная, как любит выпечку сестра. Щёки Джеммы были измазаны джемом. Она уплетала завтрак, не переставая восхвалять кулинарные способности Гарри и надеяться, что когда-нибудь её младший брат решится вернуться в родной дом и заняться вместе с ней семейным бизнесом. После того как Шарлотта попрощалась с Джеммой, она пообещала, что обязательно в скором времени приедет вместе с Гарри и навестит уже почти-кофейню Стайлсов.       Как только дверь закрылась, кудрявый недовольно плюхнулся на диван. Он вспомнил, как сестра напоследок отметила, какая замечательная девушка с ним живёт. Гарри был уверен, что Чарли и Джемма успели пообщаться за завтраком, пока его не было в комнате. О чём именно шла речь, он не знал, но вполне мог представить.       — Она никогда от нас не отстанет… — засмеялась Шарлотта, глядя в свой телефон и листая ленту Instagram, намекая на сестру парня. — Я никогда не спрашивал, но… твои родные не против, что мы живём вместе? Не кажется ли им это странным? Или когда ты приводишь сюда парней? Они вообще знают, что ты живёшь со своим бывшим? — Гарри закидал девушку вопросами. После завтрака он по обыкновению мыл посуду.       — О, Гарри, не переживай. Мои родители слишком любят тебя. Конечно, мама всё ещё надеется, что однажды мы поженимся. Она же знает тебя с младших классов, — Чарли на долю секунды замолчала, стараясь уловить реакцию зеленоглазого. Она знала, как сложно Гарри говорить о семье и как одно слово «мама» могло менять его лицо — с дружелюбного и светлого на отстранённое, уходящее глубоко в себя. Решив, что в этот раз буря миновала, Чарли продолжила, будто и не делала паузы: — А парням, которые появляются в моей комнате, необязательно знать, с кем я делю квартиру. Ну, если только однажды я не решу завязать с кем-то серьёзные отношения и не скажу, что живу с бывшим парнем, оказавшимся геем.       Гарри принял этот ответ, хотя ему казалось, что Чарли могла объяснить и больше. Первое время, когда Чарли и Гарри стали снимать квартиру и жить вместе, их родные заметно обрадовались, а услышав, что ребята живут вместе исключительно потому, что так финансово удобнее, — напряглись. Стайлс всё ещё не был уверен, что Чарли полностью пережила их разрыв. Это чувствовалось в касаниях девушки, в её периодических взглядах и в разговорах с Джеммой. Шарлотта же, в свою очередь, не понимала, почему Гарри не заводит парня или почему за все годы их совместного проживания всего два незнакомца покидали комнату Стайлса. Но Чарли старалась не париться по этому поводу и просто ждала момента, когда её друг сможет полностью объясниться с подругой и рассказать, что его гложет.

***

      Ближайшие недели в университете велись беседы исключительно на тему заявок в медиашколу. Студенты обсуждали высланные работы и даже ставили ставки на тех, кто потенциально мог бы отправиться в США. Гарри старательно обходил эти разговоры, не желая отвечать на вопросы или интересоваться тем, кто и какие видео отправил с факультета. Писем на почту не приходило, и с каждым днём становилось всё сложнее открывать входящие.       Небольшое потепление всё равно не радовало: удручающее серое небо стабильно встречало Гарри. Он продолжал заниматься фотографиями и видеосъёмкой, Чарли вытаскивала его в город вместе с камерой, заставляя парня сделать фотографии для Instagram или выпить ирландский кофе.       Однажды Чарли услышала разговор кудрявого с Джеммой по телефону. Сестра напоминала брату, что он обязательно должен приехать в Чешир на годовщину смерти матери. Шарлотта вспомнила, как болела Энн. Ей всегда казалось, что в тот период она упустила что-то важное в жизни Гарри. Стайлс никогда не рассказывал Чарли подробностей болезни Энн, даже когда был безбожно пьян. Тогда ему пришлось на полгода взять академический отпуск в университете и уехать из Лидса обратно в Чешир, чтобы помогать сестре и отцу ухаживать за больной матерью. Шарлотта в тот момент лишь возмущалась, что теперь ей придётся оплачивать квартиру самой, но, к счастью, девушка вовремя нашла студентку по обмену, которая с радостью заселилась в комнату Стайлса.       Чарли не подозревала, насколько тяжёлой оказалась ситуация в семье её бывшего молодого человека, пока спустя несколько месяцев Джемма не позвонила ей и не рассказала, что их мать умерла прошлой ночью. Уже через час Шарлотта была на вокзале и направлялась в родной город. Чарли была уверена, что семья Стайлс разбита и им понадобится поддержка. Гарри тогда заметно похудел, волосы отросли, под глазами лежали синяки от недосыпа. Шарлотта знала, что юноша сам расскажет о том, что его гложет, но понимала и другое: подобных историй в нём копилось всё больше и больше, однако начать задавать вопросы самой Чарли было страшно. Она помнила, как тяжело было Гарри, хотя тот всеми силами старался этого не показывать. Спустя несколько дней после похорон Стайлс вернулся в квартиру в Лидсе — молчаливый и сухой. Только иногда, по ночам, Чарли слышала тихие всхлипы из его комнаты.       Ей было страшно, но она оставалась в своей комнате.

***

      Гарри открыл свою почту лишь затем, чтобы убедиться, насколько люди ошибаются в оценке его мнимого таланта. Стайлс обновлял почту, но именно сегодня интернет едва тянул. Он заметил взгляд Карла и нескольких других ребят, которые тоже уставились в телефоны. В аудитории раздавались обрывки разговоров — студенты сообщали друг другу, что не прошли в медиашколу. У вас одно непрочитанное сообщение: theguardianfund@gmail.com «Гарри Стайлс, спешим уведомить вас о том, что вы прошли отборочный тур в Медиашколу The Guardian Video Cooperation. Просим уведомить нас о получении сообщения. В ближайшее время с вами свяжутся наши координаторы».       Гарри не мог вздохнуть, не мог моргнуть, не мог оторвать взгляд от телефона. Заблокировав экран, будто ничего не произошло, и засунув мобильный в задний карман брюк, он направился в уборную. Добежав туда, надеясь, что его не преследует этот проклятый Карл, Гарри судорожно открыл кран и начал плескать холодную воду на лицо. Он боялся. Он гордился. Он не хотел лишнего внимания к себе.       Стайлс ещё раз плеснул водой на лицо и вышел из корпуса здания, направляясь в сторону курилки. Дрожащими руками он вытянул сигарету из полупустой пачки, подкурил, достал телефон и позвонил Шарлотте.       — Чарли, я прошёл… — сообщил Стайлс практически шёпотом.       — Куда ты прошёл, придурок? — зевнув, ответила та. Первую пару Шарлотта зачастую пропускала. Стайлс старался этого не делать во имя своей стипендии.       — The Guardian. Они приняли мою заявку, — на несколько секунд в телефоне повисло молчание. Видимо, Шарлотта проснулась совсем недавно, поэтому соображала туговато.       — Мать твою, Стайлс, ну, я тебя поздравляю! — буквально закричали на том конце провода. Шарлотта принялась хвалить Гарри, напоминая какой он умный, талантливый и недооценённый. Перекинувшись ещё несколькими предложениями, они решили, что вечером за ужином ребята отпразднуют победу Гарри бутылкой вина и пиццей из любимого итальянского заведения. Следующим человеком, которого следовало оповестить о The Guardian, была Джемма. Сестра, радостно услышав новость, принялась звать Стивена чтобы и тот смог поздравить Гарри.       Очередным шагом было ответить на письмо и подтвердить участие.