Метка жнеца

Тронный зал Люцифера был полон. Такого собрания Высших демонов не было со времен Войны Падения. Все девять Владык Кругов, их свиты, суккубы, инкубы, младшие демоны заполнили огромное пространство, освещенное призрачным белым светом, исходящим от крыльев самого Императора. В центре зала, перед троном, на коленях стояли двое: Чонгук, Владыка Пятого Круга, в полном церемониальном облачении, и Тэхен — теперь уже не ангел, не падший, а новорожденный Высший демон, чьи крылья и рога сияли в полумраке. Люцифер смотрел на них с высоты своего трона, и в его бездонных глазах читалось странное выражение — смесь гордости, зависти и древней печали. — Чонгук, Владыка Гнева, — его голос разнесся под сводами зала. — Ты просишь благословения на Вечную Связь с этим новорожденным демоном. Ты знаешь цену? Если один из вас умрет — второй последует за ним. Если один предаст — второй будет проклят навечно. Ваши судьбы станут едины. Это нельзя будет разорвать, нельзя будет отменить, нельзя будет забыть. — Я знаю цену, мой Император, — ответил Чонгук, и его голос был тверд. — Я готов заплатить ее. — А ты, Тэхен, некогда ангел, ныне демон? Ты понимаешь, что отказываешься от любой надежды на возвращение к Создателю? Что этот союз навсегда запечатает твое падение? — Мой Создатель, — произнес Тэхен, и от его слов по залу пронесся изумленный шепот, — стоит передо мной. Чонгук создал меня заново. Чонгуку я молюсь. Чонгуку я принадлежу. Небеса никогда не были моим домом. Мой дом — здесь. Люцифер долго смотрел на него. А затем... улыбнулся. Искренне, тепло, почти по-отечески. — Я ждал этих слов, — сказал он. — Не от тебя конкретно. От кого-то, кто поймет. Кто примет Ад не как изгнание, а как осознанный выбор. — Он поднялся с трона, и его шесть белоснежных крыльев развернулись. — Я, Люцифер, Первый Падший, Император Преисподней, благословляю этот союз. Да будет он вечен. Он простер руки над ними, и с его ладоней сорвались потоки света — не белого, не золотого, а чистого, абсолютного сияния, которое было у него до Падения. Этот свет окутал Чонгука и Тэхена, проникая в их тела, в их души, сплетая их сущности воедино. Тэхен почувствовал, как на его правой руке, на безымянном пальце, появляется кольцо из чистого адского пламени — неснимаемое, вечное. Такое же кольцо появилось на пальце Чонгука. Это была Седьмая Метка — Печать Вечной Связи. Когда свет погас, они посмотрели друг на друга. И весь зал, весь Ад, весь мир исчез для них. Остались только они двое. — Мой, — прошептал Чонгук. — Твой, — ответил Тэхен. — Навсегда. И под рев приветствий демонической толпы они слились в поцелуе, который стал первым днем их вечности. Конец ...или только начало?