The meeting changed everything

Процессор включался очень медленно, неохотно, точно так же, как и сам Вокс. После загрузки экрана пиксельные глаза сразу уперлись в белый потолок. Обстановка вокруг сильно напоминала собственную квартиру. А нет, это действительно она — вон слева у стены, повёрнутое к окну, стоит ровное кресло под идеальным углом сорок пять градусов, а следом, чуть поодаль, металлический стеллаж, на котором аккуратными стопками лежат только технические журналы и папки с отчётами, отсортированные по цвету и дате. ‎‎Справа доносятся шорохи, тихая возня, и вскоре перед экраном предстаёт перепуганный помощник, а также правая рука Вокса — Итан. Парень был неуверенный, пугливый, запинался, если сильно нервничал, но был довольно смышлёным и отходчивым, выполнял всю работу вовремя, к тому же исправно. Вокс нехотя готов признать (мысленно, естественно) — Итан единственный из всех сотрудников Вокстека, которому можно поручить руководство компанией в своё отсутствие. ‎Образы, а точнее воспоминания о произошедшем до отключки, неторопливо поступали в матрицу, возобновляя гнев вперемешку с яростью. Медиадемон предпринял попытку встать и едва не упал. Перепуганный Итан запротестовал громче: ‎ ‎— С–сэр, вам нельзя вставать! Ни в коем случае! Врач кат–тегорически запретил вам это делать! Из-за электронной лампочки, которая п–перегорела, у вас произошло короткое замыкание. — Удостоверившись, что босс более не попытается встать, Итан продолжил более уверенно: — Когда вы отключались, сэр, чуть не вырубилось электричество не только в клубе, но и в ближайших окрестностях, не говоря о компании Вокстек. Пришлось на всякий случай запустить резервные источники питания. Вместе с охраной мы оперативно доставили вас домой, предварительно вызвав мистера Мейдиса, сэр. ‎ ‎Телеведущий слушал молча, не перебивая, анализируя информацию, всё еще стараясь успокоиться. ‎ ‎— Он обнаружил причину замыкания? — наконец спросил Вокс, беря эмоции под контроль, подозревая, какой услышит ответ. ‎ ‎— Да, сэр. У вас случился выброс. И электрический, и магический. Мистер Мейдис сказал — из-за... — помощник снова замялся, а Вокс впервые не мог его винить. ‎ ‎«Из-за потери контроля», — произнеси это кто угодно вслух, кроме Саймона Мейдиса, личного врача Вокса, и телеоверлорд бы его уничтожил. Пытал электричеством, гипнозом, унижал морально или, благодаря своим связям, короче, просто превратил бы жизнь несчастного в ад. Медиадемон потерял контроль. Не смог совладать с эмоциями. И перегорел. Опозорился. Что может привести к потере репутации. Ведь этот позор видели многие. И если простые никчёмные грешники, импы или кто был в том чёртовом клубе будут молчать из страха расправы и отбитой алкоголем памяти, то с той же охраной надо разобраться как можно скорее. И с Итаном тоже. О таком инциденте должно знать как можно меньше людей. Своего секретаря убивать пока не выгодно, он полезнее, чем все предыдущие, и раздражает меньше, да и охрана необходима... для дальнейших проектов. Таких исполнительных и пустоголовых громил пойди найди. Загипнотизировать всех нахрен, кроме Мейдиса, и пусть думают, что боссу просто слегка поплохело. ‎ ‎Итан, сверившись со временем на своём графическом планшете, негромко кашлянул в кулак, привлекая внимание начальника: ‎ ‎— Сэр, я уже доложил мистеру Мейдису, что вы пришли в себя. Он прибудет в течение десяти минут. ‎ ‎— Пусть поторопится. Прямо сейчас. ‎ ‎Итан кивнул, пролепетал «конечно, сэр» и поспешил покинуть квартиру начальника. ‎ ‎                                     *** ‎ ‎— Неделя, — Саймон Мейдис, окончив осмотр, убрал инструменты в саквояж, глядя на Вокса с профессиональной озабоченностью. — Минимум. Ваши микросхемы были на грани оплавления. Ещё чуть-чуть, и вы бы не отключились, а взорвались к чертям собачьим. — Видя скепсис в глазах пациента, Мейдис усталым жестом поправил очки на переносице. — Я серьёзно, Вокс. Постельный режим. Полная изоляция от рабочих вопросов. Иначе я не ручаюсь за сохранность твоей памяти или, скажем, способности контролировать собственные потоки электричества. ‎ ‎— Угрожаешь? — усмехнулся телеведущий. ‎ ‎— Предупреждаю как врач, — спокойно парировал Мейдис. — Разницу чувствуешь? Поправляйся. Через три дня жду на осмотр. Без вариантов. ‎ ‎Дверь за врачом закрылась, а Вокс уставился в потолок. Он терпеть не мог бездельничать. Однако вставать не собирался, полностью осознавая риски. Вместо этого он замкнул себя на внутреннюю сеть Вокстека. Последующие двое суток его сознание существовало внутри мониторов. Надо же было как-то присматривать за своим детищем. ‎ ‎На утро третьего дня Вокс уже был одет, стоял у окна и прожигал взглядом Пентграмм-Сити. Набрав номер Итана по телефону, он стал ожидать в трубке гудков. ‎ ‎— Сэр? Вы как? — осторожно и полувопросительно спросил Итан. ‎ ‎— Лучше, чем когда-либо, — ответил Вокс, и в его голосе не было и следа эмоций. Только сталь. — Машину к подъезду. И подготовь мне полное досье на всех, кто был в клубе в понедельник. И ленту, которая записывала всё в тот вечер, принеси мне в кабинет. ‎ ‎Сбросив звонок, не дожидаясь ответа, теледемон вышел на улицу и на секунду замер, позволив первым лучам адского солнца упасть на экран. По проводам над головой пробежала лёгкая, едва заметная дрожь. Город гудел. А его ждала любимая работа. И ещё несколько важных, неотложных и первоочередных дел. Он сел в лимузин, коротко бросив водителю: ‎ ‎— В офис. И побыстрее. Много работы. ‎ ‎В салоне лимузина было прохладно и тихо. За тонированными стёклами ад мелькал размытой картинкой чужой жизни. Медиаоверлорд не смотрел на неё. Он просто сидел, мысленно настраиваясь на рабочий лад. Меньше чем через двадцать минут он стоял в своём кабинете в Вокстеке, свежий, вычищенный, с идеально ровной картинной улыбкой на экране. Итан, замерший на пороге, передал папки Воксу и нерешительно уточнил: ‎ ‎— Сэр? Вы уверены в необходимости работать?.. Доктор Мейдис сказал... ‎ ‎— Слабость — единственная болезнь, которую я не признаю. Потому поверь, Итан, я сейчас здоров как никогда. — перебил Вокс, забирая документы, но даже не взглянул на ассистента. Его взгляд был прикован к главному монитору, на котором он вводил команды доступа к архивам и досье. — Докладывай. ‎ ‎Итан сглотнул, поправил очки и начал бубнить цифры рейтингов. Вокс слушал вполуха. Его палец завис над кнопкой «Воспроизвести». ‎После изучения досье он наконец приступил к просмотру мутноватого видео с камеры наблюдения в «Shine». Картинка дёрнулась, пару раз моргнула помехами и стабилизировалась. Вот он заказывает джин-тоник у барной стойки, его движения чёткие, не терпящие возражений. Вот, допив, он резко ставит стакан и уверенно направляется к выходу, лавируя в толпе танцующих тел. Вот толпа... а вот и столкновение. Вокс впился взглядом в изображение высокого демона. Увеличил. Ещё увеличил. Его лицо смазано, однако даже так видна наглая усмешка. Он вслушался в запись голоса: «Первый раз о таком слышу». ‎В динамиках Вокса раздалось едва уловимое шипение, но он тут же подавил его усилием воли. ‎ ‎Два дня, — подумал он, прожигая взглядом пиксели на экране. — два дня из-за тебя я убил впустую, едва не сжег собственный кинескоп. Мои контракты, мои инвесторы, мои рейтинги приостановились из-за тебя. Поверь, я узнаю, кто ты такой, и подготовлюсь к нашей следующей встрече. И ты об этом очень, очень пожалеешь. ‎ ‎Он оторвал взгляд от монитора и повернулся к застывшему в ожидании Итану. ‎ ‎— Отлично. Работаем дальше. Свяжись с Бакстером. Напомни, что срок размышлений истекает. — Улыбка, появившаяся на его экране, превратилась в оскал. — Потом займись поиском информации. Мне нужно всё о демоне, который был в клубе тем вечером. А после распорядись о прослеживании клуба, его посетителях и личных встречах Коварда. Что-то мне подсказывает, что он пытается вести двойную игру, целится заключить контракт с кем-то ещё... ‎ ‎— Ни один из нынешних оверлордов и довольно влиятельных демонов, а также адорожденных бесов активно не интересуется владениями мистера Коварда, сэр. И ранее не проявляли к ним внимания. ‎ ‎— Значит, начали относительно недавно, — начал невольно рассуждать Вокс вслух, откинувшись в кресле, и оно бесшумно качнулось назад, подстраиваясь под движение. Пальцы медленно сомкнулись в замок, а взгляд медиадемона зацепился за один из мониторов. — Или не начали, а просто активизировались. Ковард — тварь трусливая, но себе на уме. Гриф никогда не полезет в сделку, которая сулит ему хоть малейший риск, если не видит в этом колоссальной выгоды. Или если его не припёрли к стенке. — Он сделал паузу, и стук прекратился. Пальцы замерли, после чего медленно сжались в кулак. ‎ ‎Но кто? Я перебрал всех, кто хоть как-то интересуется бизнесом проституции и наркоклубов. Вокстек проводил анализ рынка. Трижды. Заказал независимую оценку у тех жалких аналитиков из соседнего Круга. Вердикт был единогласным : владения Коварда — экономически мертвая зона. Они приносят стабильный, но мизерный доход, исключительно за счет отсутствия конкуренции и потаканияпотакания самым неизменным инстинктам. Ни один уважающий себя оверлорд, имеющий хоть каплю амбиций, не станет связываться с этим. Это не актив, это обуза. Требующая постоянного внимания, но не дающая реального роста... Так почему вдруг кто-то решил побороться за этот кусок дерьма? Медиадемон резко повернул голову, и свет люстр на секунду ослепил Итана, отразившись от экрана. ‎ ‎Может быть...этот некто хочет использовать территорию как точку входа? Клубы Коварда имеют хорошую проходимость. Если не брать сам бизнес, а взять... ‎ ‎— Местоположение, — вслух произнёс теледемон, и во взгляде на долю секунды мелькнуло превосходство, видя непонимание ассистента. — Шевелить мозгами, Итан, иногда полезно. Сами по себе клубы — мусор. Но они — идеальная крыша. Место сбора информации, вербовки... или, — он прищурился, — точка давления. Если контролировать эту территорию, можно перекрыть кислород тем, кто пользуется услугами местных шлюх для передачи данных. Там ошивается много нужных людей в неформальной обстановке. ‎ ‎Вокс встал, прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. ‎ ‎— Исходя из этого, вариантов немного, — резюмировал он. — Либо кто-то из старых оверлордов внезапно решил полезть в совершенно чуждую для себя сферу, что маловероятно, потому что о таких движениях я бы узнал первым. Либо... — Он остановился напротив стола. — Либо это кто-то новый. Восходящий. Тот, кто ещё не оброс связями, не обзавёлся собственной территорией и хватается за любую возможность, даже за такое гнилое корыто, как земли Коварда. Зелёный, голодный и, судя по тому, что он сумел напугать старого грифа до такой степени, что тот начал юлить и опаздывать на встречи со мной, — достаточно сильный или наглый, чтобы представлять угрозу. ‎ ‎ ‎Мне не нужны конкуренты. Тем более те, кто пытается откусить кусок, который я уже считаю своим Телеоверлорд отдал папки с досье обратно Итану: ‎‎— Займись слежкой. Возьми лучших. Пусть пасут Коварда круглосуточно. Каждое его движение, каждый вздох, каждый чих. Мне нужно знать, с кем он встречается, кому кланяется, кого боится, помимо меня. ‎ ‎Итан быстро закивал и выскользнул за дверь, оставив начальника наедине с его планами. ‎За последующие дни, в один из которых Вокс успел посетить недовольного активностью пациента врача, не удалось выяснить новой ценной информации от слова совсем. Подтвердились лишь опасения: Ковард действительно ведёт с кем-то переговоры. Негласно и нерегулярно, но с демоном, личность которого до сих пор не установили! Отследить тоже не представляется возможным — камерам и датчикам постоянно мешает какой-то дым. Густой, маслянистый, с розовым оттенком, он был явно не обычным: заволакивал объективы ровно в тот момент, когда фигура появлялась в кадре, и рассеивался без следа, стоило ей скрыться. Информационная блокада бесила Вокса больше всего. Его сеть, его глаза и уши, которые он так тщательно выстраивал по всему Пентграмм-Сити, натыкались на глухую стену из пелены и помех. Пассивное наблюдение затянулось. Этот неизвестный явно бросает вызов. Бросает прямо в лицо. ‎ ‎Информации ноль, конкурент неизвестен, Ковард, судя по данным слежки, трясётся как осиновый лист, но на контакт не идёт и сделки не разрывает, новых встреч не назначает. В голову теледемона закралась, кажется, единственно верная мысль: нужен эффект неожиданности. Нужно ворваться в логово грифа без предупреждения, застать его врасплох, увидеть реакцию своими глазами. Гипноз, конечно, мог бы дать прямые ответы, однако Вокс решил сначала попробовать старый добрый метод грубой психологической провокации. Напугать, намекнуть, что ему всё известно, и посмотреть, как Ковард будет выкручиваться.