Полюби меня, пожалуйста!

Чонмин.       Вы когда-нибудь испытывали влюбленность к своему старшему брату?       Нет? Я тоже так думала, пока сама не попала в эту странную ситуацию. Это странно, смешно и, честно говоря, немного абсурдно. А что если я скажу, что чувства взаимные? Ну, наверное… так мне кажется. Всё началось, когда мне было четырнадцать — словно вдруг открылось что-то в душе, и то, что раньше казалось «просто сестринской любовью», вдруг перестало быть просто этим. Мы не по крови, меня… Что-то вроде удочерили? И почти одновременно с тем, как братья стали выходить не поверхность, я тоже стала мутантом, оказавшись инструментом в сложных и пустяковых делах людишек выше. Но это совсем другая история!       Мы сидим на кухне всей семьёй, кроме учителя, который в это время медитирует и просит нас не мешать. Микки сбегал за пиццей, атмосфера лёгкая, шумная: все оживлённо болтают, смеются, и мне кажется, что я единственная в мире, кто сейчас просто смотрит на брата, подперев голову руками. Его голубые глаза манят — в них можно утонуть, а улыбка — такая тёплая и притягательная, что забываешь обо всём. Я делаю вид, что слушаю, но в голове лишь отрывки фраз летят, а я киваю, будто понимаю. Пожалуй, Лео — лучший в семье болтун, особенно когда восхваляет свой новый космический сериал.

***

      Рядом Рафаэль, который смеётся вместе с братьями, но взгляд его повторял её — с хитринкой — видно, что следит за Чонмин. Он украдкой ловил её образ «мечтательницы» и не мог сдержать лёгкую улыбку — так по-детски мило это выглядело, что душа буквально таяла. Кажется, он даже наслаждается этим моментом, хотя старается не показывать своих чувств. В его глазах — стальной холод с редкими теплыми искорками, бережно спрятанными за маской хладнокровия.       И вот именно эта смешанная атмосфера — соперничество и нежность — родилась из-за нее. Лео думающий, что должен держать планку серьёзного старшего брата, ответственного лидера, но зависть, как скрытый яд, делает его временами резким. Из-за чего он оставался позади, в то время как Рафаэль наслаждался временем с Мин, получая от этого искреннее удовольствие. Леонардо же, раздражённый и завистливый, сыпал наставлениями вроде «Это неправильно, она наша сестра!», но реальность была иной: она не была их кровной родственницей, а воспитание вместе не имело никакого значения. — Чонмин, проснись! Ты что, совсем в себя залипла? — Лео внезапно вывел девушку из грёз, и она вздрогнула. — Ты не с девчонками поругалась случайно? — подлил масло в огонь Донни, улыбаясь так, будто видел все тайны мира. — О, нет, серьезных ссор не было, так пустяковый спор, просто в организации что-то не клеится… Мне там неуютно. — Ответила Чонмин, стараясь скрыть настоящий размах конфликта и уставший груз на сердце.       Ах, если бы только они знали, что за этой простой фразой прячется: «Меня опять обматерили до отвала, что хватило бы на несколько жизней, потому что я снова сорвалась на драку и повлекла за собой весь отряд!»       или «Опять поймали с запрещёнными препаратами.»       Но что бы тогда сказали братья? Да, лучше пусть думают, что баночка с таблетками в комнате это просто витаминки.

***

      Внезапно дверь с шумом распахивается, и влетает Сун-Джин: — Чонмин, ты совсем с ума сошла?! Что за безумство творится? — Юн, я вообще не понимаю, о чем ты сейчас, — девушка свесила голову с кровати, глупо улыбаясь, но глаза были пустые, словно за туманом. — Чёрт, ты опять под кайфом! Ты осознаёшь, что могла сорвать всю миссию? — выстрелила Сун-Джин нервно. — Я не сорвала, — спокойно ответила Чонмин, будто ей всё равно. — Не испытывай меня! — с рычанием схватила её за комбинезон и резко притянула к себе Сун-Джин.       Чонмин только равнодушно взглянула, что-то пробормотала и отвернулась — ясно, что сейчас она далеко не в сознании и разговор вести бессмысленно.

***

— Да, просто пустяковый спор… — Чонмин пыталась улыбнуться сквозь усталость, словно пытаясь разрядить напряжённую атмосферу. — Юн опять в своём репертуаре: с ней и поговорить невозможно, и уши рвёт!       Братья обменялись взглядами с лёгким недоверием, но решили не лезть в это — они понимали, что у Мин есть свои тайны, лучше их не трогать. В тот день Минни действительно повезло: после эмоционального взрыва никто не заметил, в каком она была состоянии. Микки уловил что-то странное, но она списала это на усталость — и брат поверил. Хорошо, что именно его удалось так легко провести, с другими было бы сложнее.       Леонардо тоже чувствовал, что с младшей что-то не так, но списывал всё на стресс и нагрузку. Он не хотел думать о плохом — всего пятнадцать, ладно, почти шестнадцать, умная девчонка, трудно поверить, что она может покатиться по неправильному пути.       В этот момент зазвонил телефон — Ди увидел имя на экране, сначала собирался отклонить, но замешкался и чуть не уронил. Это была Яно с её смешным прозвищем, которое вызвало общий взрыв смеха. Ответив коротко, Ди предложил переписываться и положил телефон, резко предупредив: — Хоть одно слово — и отправлю вас всех вариться в миске с лапшой! Поняли? Я в лабораторию, всем спокойной ночи. Чонмин, если этот идиот решит остаться у тебя или кто из них — не стесняйся, дай по репе! Потом что-нибудь придумаю. — По рукам, — в голос поддержала она.       Донателло забрал ноутбук, бросил серьёзный взгляд братьям и ушёл. Стало ясно, что за последний год он сильно сблизился с Эмили — их встречи в лаборатории стали чем-то обыденным, возможно, даже чем-то более личным. Они сознательно закрывались, чтобы никто не мешал, ведь присутствие посторонних, когда Яно была в уязвимом состоянии, было крайне неудобным.       И вот, как по расписанию, второй звуковой сигнал — шквал уведомлений на телефоне Чонмин. От кого? Конечно, от самой Эми! Миллион сообщений с восхвалениями ума Ди и спешной информацией о новой миссии. Ну конечно, кто-то понадеялся, что на ночь удастся расслабиться в уюте дома. Ничего не поделаешь — отдых закончился. — М? Мин-мин, да куда это ты в такой час собралась? — Микки оторвался от пиццы и внимательно посмотрел на сестру. Казалось, у него были совсем другие планы на этот вечер. — Неужели опять тайком куда-то умываешься? Я же думал, хоть сегодня в приставку с тобой постреляем! — Прости, Микки, работа… Опять это мелкое хулиганье. Нам с Эми нужно в участок мотнуться. Зато хоть не только мои планы сгорели, радует, — с лёгкой грустью ответила Мин, целуя каждого брата в щёчку, — Ну всё, я побежала!       Малышка растворилась в тени, оставив братьев в тяжёлом молчании, словно время застыло. Они всё ещё не могут смириться с тем, как быстро их сестра повзрослела, втянувшись в мир, где нет места детской беззаботности. Иногда так хочется, чтобы она на мгновение снова стала той же невинной малышкой — хотя бы на минуту, чтобы сердце перестало трепетать от тревог.

***

      Чонмин застыла у двери, сердце бешено колотилось — сегодняшнее задание обещало быть далеко не простым, а настоящим испытанием на нервы. За дверью послышался раздражённый вздох Яно — явно кто-то снова устроил полный хаос. Мин глубоко вдохнула, резко откинула волосы назад и выпустила уверенный выдох — будто готовилась к схватке.       В кабинете витала тяжёлая тишина, ломаемая только мрачным взглядом подруги: она нервно покусывала губы и перебирала пальцами, будто вот-вот взорвётся. — Похоже, кому-то отменили веселье, — с ехидцей протянула Чонмин, щурясь и играя улыбкой. — Ну что, праздник рухнул?       Хамато уверенно подошла к столу, азартно крутя пальцами папку — словно заводила механизм. Села, схватила бумаги — и началось настоящее шоу. — Они даже с этим не справятся! — Яно яростно жестикулировала, будто пыталась поймать решение в воздухе. — Ты вообще понимаешь, зачем нас сюда позвали? Сплошная ерунда, отвлекающая от настоящей жизни!       Волны раздражения пронзали воздух рядом с Чонмин, когти словно вспыхнули у неё рядом с лицом — чувствовалось, что вот-вот вырвется взрыв. — Да брось ты! — с игривым смешком вмешалась Мин. — Разберёмся, и ты побежишь к своему ненаглядному, сверкая пятками! Он там уж точно соскучился по твоим бесконечным романтическим вечерам.       Эми сдавила телефон так, что пальцы побелели — сообщение от Донателло с заботой стало настоящей передышкой. — Скорее бы всё это закончилось… — вздохнула она. — И, к слову, он не мой ненаглядный! — Да-да-да, — поддразнила ее малышка. — У него же есть Эйприл… — А кому это важно, милая? — прозвучала последняя ехидная реплика с широкой улыбкой.