Песнь о том, чего не было

      Грис наконец-то нашел его. Три месяца спустя. Свитер. Тёмно-синий свитер, купленный на распродаже в довесок к двум белым сорочкам, серым брюкам и шёлковому сиреневому галстуку с узором из «огурцов». Довольно полезный элемент гардероба, который он благополучно забыл в квартире у Мор. И лучший повод, чтобы заявиться к ней без предупреждения.       Обычно в таких ситуациях люди оправдывают подобные поступки абсолютной незаменимостью или почти сакральным значением этого свитера, футболки или заколки для волос. В принципе, это может быть вообще абсолютно любой предмет, хоть фантик из-под конфеты, который как-то случайно оказывается талисманом, без которого владельца только что ужасная смерть не ждет. Но все же прекрасно понимают, что это только лишь повод. Как и то, что, если отношения закончились, это совсем не означает, что они завершились.       Если у вас уже сложилось некое мнение о Грисе, то сейчас оно, вероятно, изменится в худшую сторону. Он не вернул ключи. Вы же понимаете, что это означает?

* * *

      Ключ от квартиры Мор выглядел на связке инородно. Тяжёлый, старомодный, такой, знаете, с вензелями, сделанный из медного сплава, на котором от времени появились зеленоватые пятна, он идеально подходил по стилю к дверной ручке и смотровому глазку, утопавшему среди металлических дубовых листьев, и выкрашенной в зеленой высокой входной двери. Сама Мор, скорее всего, даже не догадывалась о том, что у Гриса есть или когда-либо вообще был этот ключ. Единственный раз она попросила его забрать из ее квартиры забытую зарядку от ноутбука. Что ж, это он сделал. Мор, помнится, даже поблагодарила его и раздражённо заметила, что производителям давно нужно все их унифицировать. И вот где-то в этот момент Грис подумал, что ключ, в принципе, можно и не возвращать. В конце концов, он ведь может снова понадобиться, правда? А Мор была склонна забывать о вещах, которые не считала важным, и про ключ даже не вспомнила. С тех пор прошло больше двух лет, и он наконец-то снова пригодился.       Замок открылся с лёгким щелчком, и Грис замер перед дверью, не решаясь потянуть за ручку. Ему почти удалось убедить себя в том, что нет ничего предосудительного, чтобы просто зайти в квартиру к своей бывшей девушке и забрать свои вещи. Но вот здесь эта убежденность дала задний ход и сгинула вместе с решимостью. Руки вспотели, Грис нервно шарил глазами по коридору и изо всех сил прислушивался, пытаясь уловить звуки шагов на лестнице. Потенциальные свидетели увидели бы крайне подозрительную картину.       «Середина дня, вторник, наверняка она в университете» — попытался убедить себя Грис и весьма неожиданно это сработало. Выдохнув, он потянул на себя дверь, та открылась абсолютно беззвучно, что было крайне странно для её почтенного возраста. Прихожая оказалась неожиданно темной, но еще более неожиданным оказалось услышать голоса, доносившиеся из гостиной. Грис готов был развернуться и тихо ретироваться. Если бы не то, что один из голосов абсолютно точно был мужским.       - … отложить. Давай просто закажем пиццу и выпьем вина? Если ты правда думаешь, что это что-то решит, даже месяц особой погоды не сделает. — Но…       — Не сделает. А «фарш обратно не провернешь». Так что давай закончим на сегодня. Тебе какую? Сырную? — Мясную. — Картошку брать будем? — Фри?       — Oui, mon cher!       О чем Мор говорила с незнакомцем? Сами понимаете, что определить это буквально по паре расплывчатых фраз было решительно невозможно. Впрочем, это ни разу не остановило Гриса от поспешных выводов. Последние привели его в ярость и где-то на язвительном переходе на французский он дернул на себя дверь и предстал перед говорившими.       Мор и ее собеседник одновременно уставились на Гриса. Последний еще не успел открыть рот, чтобы исторгнуть из себя… Признаюсь, не имею понятия, что же такого собирался изречь Грис, но Мор его опередила. И судя по ее тону, уровень раздражения у нее был немногим ниже. — Ты здесь вообще какого хрена?! — то ли крикнула, то ли взвизгнула девушка. Её лицо исказила гримаса, в которой чудесным образом сочетались удивление, любопытство, злость и некая толика презрения. Первая половина спектра ее эмоций отразилась и на лице незнакомца, а Мор тем временем продолжила, не дав Грису и секунды на ответ. — Мы расстались почти год назад! Как ты вообще попал в квартиру?       «Почти год назад» — эти слова Гриса задели. Для него время с их расставания существовало и не существовало одновременно. Пустые и бессмысленные часы текли незаметно, но также тянулись бесконечно. Казалось, что вот только вчера они сидели в их любимом китайском ресторанчике и болтали, поедая нечто труднопроизносимое и чудовищно острое. Но если бы Гриса попросили ответить сколько времени он провел без Мор, самым вероятным ответом был бы «вечность». Тем не менее, если ориентироваться на общеупотребимый календарь, прошло что-то около трех месяцев или немногим больше. — Год назад? Это ты ему так сказала? — зло процедил Грис, кивнув в сторону незнакомца. — Да, хоть десять! Сути не меняет. Замок взломал? Или дубликат ключа сделал? — Мор не особенно стремилась к тому, чтобы дать бывшему объясниться, а начала сама выдвигать версии. — Да хоть сквозь дверь прошел! — парировал Грис в том же духе. Он считал, что в этой ситуации у него на крик гораздо больше прав. — Ты, значит, с нами обоими терлась, а потом решила выбрать этого?       И снова кивок в сторону незнакомого мужчины. Мужчины… Мор нашла себе мужика с лицом голливудской звезды и сложением атлета: породистый, но не слишком крупный нос, выраженные скулы, твердая линия челюсти, которая при этом не создавала подавляюще маскулинной «гигачадности», потрясающие синие глаза, красивая линия рта и шевелюра рок-звезды 80-х — буйная и роскошная. Про тело можно просто промолчать: будь такое у Гриса, он бы переехал куда-нибудь к экватору и ходил по улицам в одной набедренной повязке. Поставь их двоих рядом, и станет совершенно очевидно, кто у матери-природы в любимчиках. — Достопочтенный, вы превратно истолковали ситуацию, — боги, этот человек не только выглядел, но и говорил так, как будто сошел со страницы любовного романа. — Нас с Морвейн не связывают подобные отношения, если вы…       — Тэм, просто заткнись и не оправдывайся перед этим. Он тут вообще никто, и единственное, что сейчас должен сделать — свалить, пока полицию не вызвали - она на секунду замолчала и тут же поправилась. — Pardon, не единственное: ключ отдай. Поступи, как все приличные бывшие: просто исчезни к черту. Ладно, можешь наблюдать за мной в соцсетях, на это, так уж и быть, согласна.       На такую реакцию Грис не рассчитывал и в иной раз он, скорее всего, демонстративно бросил Мор в лицо ключи, даром, что на связке был и комплект от его дома, и удалился, гордо подняв голову. Но здесь, мы раскроем вам еще одно обстоятельство, которое также, вероятно, не улучшит ваше мнение о Грисе. Ему не доставало смелости, чтобы просто так взять и заявиться к бывшей девушке. Поэтому он решил воспользоваться допингом. Помните, где в самом начале мы встретили его? Да, всё так. Для того, чтобы побороть страх и неуверенность Грис выпил. Причем в ход пошла сразу тяжелая артиллерия в виде текилы. Принял он на грудь немало, а потому взгляд, который изначально предназначался Мор, немного сместился и выцепил крайне интересный предмет.       Здесь стоит сделать паузу и немного рассказать о квартире и ее хозяйке. Место было довольно приятным: старый дом с высокими потолками и парадным выходом на проспект, Грис никогда не интересовался каким образом его девушке досталась столь роскошная недвижимость, но своим имуществом Мор точно распоряжалась с умом. Признаться, практически все время они проводили в квартире у Гриса и последний мог по пальцам посчитать разы, когда он гостил на территории девушки. Видимо по этой причине какого-то впечатления от интерьера не сложилось, мужчина даже сомневался, что смог бы с первого раза отыскать уборную. Но гостиную, в которой и развернулась настоящая сцена он помнил хорошо. Мор абсолютно точно нельзя было назвать сторонницей минимализма и это находило отражение в обстановке. Высокие потолки украшала лепнина, люстра в центре комнаты сверкала хрустальными подвесками, классические обои в бело-голубую полоску было практически не разглядеть: там, где не висело картин, преимущественно натюрмортов, место было занято книжными полками и витринами с разной степени антикварности безделками. Высокие окна обрамляли тяжелые шторы из тёмно-синего бархата, которые чудесно гармонировали с кривоногим диваном в сине-голубую полоску. То тут, то там поблескивали золотистые ручки, замки и кнопки. «Кабинет Амбридж» — подумал Грис, впервые зайдя в эту комнату, и тут же поправил себя: «Если бы она любила синий и обладала умеренностью по части любви к кошкам». В этой комнате, казалось, тщательно собиралось всё милое и очаровательное, до чего только могли дотянуться руки Мор. И в этой комнате точно не было места для здорового старинного меча в потрёпанных кожаных ножнах. Однако этот меч здесь определенно был: стоял, небрежно прислоненный к дивану как какой-нибудь зонтик-трость.       Грис так и не смог в последствии объяснить, что же, кроме совершенно очевидного, заставило его обратить внимание на меч, как не смог и объяснить, что заставило его ринуться вперед и схватить его. Как вы понимаете, объяснений почему он достал его из ножен, как король Артур Экскалибур из камня, тоже ждать бессмысленно.       Если хотите знать мое мнение, то я виню во всём алкоголь. Ещё провидение, Создателя, ретроградный Меркурий и человеческую глупость, но главным образом всё-таки алкоголь. Хотя для пьяного человека Грис был непростительно проворен: Мор и ее гость не успели даже шага сделать, а он уже держал в своих руках обнаженный меч и с торжеством смотрел на бывшую девушку. — Я… — начал было Грис.       А в следующее мгновение что-то произошло.