Идеальный?

*** Недолго думая, я быстро сгрёб в свой рюкзак всё самое необходимое: сменную рубаху, флягу с водой, зачитанную книгу по психологии и надкусанный сухарь, завалявшийся на тумбочке. Прихватил и складной ножик — который когда-то сам смастерил. И самое главное — модуль. Выбежав на улицу, я громко рассмеялся и побежал в глубь леса. Наверное, родители ещё вернутся в дом. Просто дали мне время и выбор; думаю, это Отец смог повлиять на Мать, ведь она была одержима моим присутствием. А сам Отец давно мечтал от меня избавиться, он ревновал меня к ней, потому что она уделяла мне внимания больше, чем ему. Я шёл по своему лесу долгие два часа, пока не перестал узнавать местность и в итоге не вышел к каким-то болотам. Пахнуло сыростью и тиной, где-то в камышах квакнула лягушка. Уже стемнело, и полная луна ярко сверкала над топью. Я решил проверить, как там модуль. Достал, чуть покрутил в руках и попытался активировать. Тут же раздался механический голос: [Связь прервана] [Активация модуля недоступна] [Детали повреждены] «Ага... детали. А какие именно — не скажет?» Чуть подумав, я понял, что почти ничего не знаю о своём мире. Мне стало чуть труднее дышать, и я поспешил успокоиться. — Ладно... ладно. — Я присел на песок и выдохнул, обхватив колени руками. — Что я вообще знаю о том, где живу? Знаю, что живу в Империи, знаю, что существуют алгоритмы, но что это значит — не совсем понятно. Что ещё... А что ещё?!? Я схватился за голову, начал вертеть головой, будто ища чудо, которое расскажет что-то об Империи, но чудо не появилось. Только камыши тихо шелестели на ветру. Ладно. Утро вечера мудренее. Надо найти местечко поспать. Я начал искать, где бы лучше прилечь. Наконец выбрал старую корявую иву, чьи ветви свисали до земли, образуя подобие шатра и давая ощущение безопасности. Сняв толстовку, я подложил её под голову, оставшись в одной футболке — погода позволяла, весна в этом году была достаточно тёплой. Спустя пару минут я провалился в сон под мерное уханье совы. Проснувшись, я попытался ещё раз активировать модуль, но тот лишь выдал слабый электрический разряд, кольнувший мне пальцы. «Ладно, надо что-то делать... Пока не появится хороший план. А когда он появится — никто не знает». Быстро смастерив себе деревянную кирку из толстенной ветки, я попытался добыть камень и сделать каменную кирку. Но эта кирка всё время разваливалась прямо в руках, и ничего путного не выходило. — Ну ладно, пока, видимо, будем пользоваться деревянными инструментами. — С самого утра у меня было приподнятое настроение, я пошёл к метиариту, который приметил по дороге, и с азартом замахнулся. — Так, а ну-ка что тут у нас. С метиаритом я провозился почти весь день. Уже под вечер, раздобыв достаточно овечьей шерсти, я соорудил себе некое подобие матраса — колючее и попахивающее овцой, но зато мягкое, — и лёг с удовольствием спать под открытым небом. Проснувшись и слегка размяв затёкшую спину, я начал собираться в дорогу. Закинул рюкзак за плечо и почти шагнул впе— Пум. Бульк. В воду что-то упало. Я обернулся и увидел, как по болоту расходятся круги, а из глубины исходит слабое синее свечение. Любопытство пересилило здравый разум, и я, хлюпая, полез в холодную жижу, пока не оказался по колено в воде. Наконец добравшись до этой штуки, я взял её в руки. Вещица была чуть меньше ладони, гладкая, тёплая и светилась мягким голубым светом. Я посмотрел наверх, откуда упала эта частица, — там было лишь бескрайнее небо. — Ха. Небесный фрагмент... — Я чуть покрутил фрагмент в пальцах, стряхнул с него капли болотной воды и сунул в карман. — Нужно отправляться в путь. Решив сэкономить силы, я сколотил из брёвен и лиан маленький плот, способный выдержать только одного меня. Сначала я продвигался с помощью длинной палки, упираясь в илистое дно, но чуть позже меня подхватило течение реки, в которую я вышел из болота. Так я с ветерком доплыл до конца реки, и плот выбросило в тихий прудик, из которого я благополучно вышел на берег, выжимая на ходу промокшие штанины. Оказавшись на твёрдой земле, я, не заморачиваясь, просто пошёл прямо, пока не наткнулся на старый деревянный указатель с облупившейся краской. На нём всего было два направления. «Триста метров налево или тысяча триста направо?» — особо долго не думал, пожал плечами и повернул налево. Пока я шёл, меня не отпускала одна мысль: а что дальше? Вот модуль, я смог пережить вживление импланта, и теперь нужно было спасти человечество от эфемерной беды. К сожалению, очень много информации затерялось, ведь история о «спасении мира» передавалась исключительно из уст в уста, из поколения в поколение. И каждый утаивал ту или иную часть истории, чтоб не травмировать своих детей правдой... и в итоге наше поколение осталось ни с чем, а написать эту историю все боялись как огня, ведь если кто-то это увидит, то их непременно убьют. Откуда такая паранойя и есть ли в этом зерно правды? Слишком мало информации. И всё же, чтобы выяснить, как спасти мир, нужно активировать модуль. А чтобы активировать модуль, нужны детали, которых не хватает... Тяжело. Кажется, я наконец дошёл до поселения! Дома не выглядели богатыми: покосившиеся заборы, соломенные крыши. Пахло дымом и навозом. Значит, что-то своровать у них так просто не получится — чтобы не заметили, нужно брать только то, что плохо лежит. Поэтому я решил пока забить свинью, что бродила у околицы. Прикончив её своим ножом, я быстро разделал тушу, завернул куски сырого мяса в широкие листья лопуха и оставил пока так. Проходя по улице, я схватил с дощечек пару морковок — они ещё хранили утреннюю прохладу и пахли свежей землёй. Я с громким хрустом откусил кусочек и замычал от блаженства: как же я проголодался, что даже обычная морковка показалась вкуснейшей едой на планете. Начал осматриваться и знакомиться с местными торговцами: угрюмый кузнец, старуха с корзиной яблок. И я решил, что пока останусь тут. Ведь здесь и деревня, и скала рядом, где я уже приметил залежи угля. Поэтому, приняв это решение, я сразу же отправился к скале. Наскоро добыв немного угля, расстелил свою шерстяную подстилку прямо на улице, у стены какого-то сарая, накрылся толстовкой и завалился спать, чувствуя, как ноет каждая мышца. Снов, как всегда, не было, либо я их просто не вспоминал поутру. Проснувшись и сделав лёгкую зарядку, я пошёл искать еду на первое время, чтобы, занимаясь делами, не париться из-за этого. И пока я разводил костерок, чтобы поджарить кусок свинины... [Внимание всем жителям «Алотерры»!] Раздался металлический голос из громкоговорителя, висевшего на столбе. Динамик трещал. [В зоне «А» через 30 минут начнутся профилактические работы. Пожалуйста, соблюдайте инструкции и проследуйте в ближайший к вам сектор ожидания. Все граждане, не покинувшие зону, будут уничтожены!] «Что? В плане „уничтожены“?» [Повторяю: все граждане, не покинувшие зону, будут уничтожены. Времени для перезагрузки — 29 минут.] — Что?! Какая зона ожидания??? Куда нужно идти?! — Я в панике озирался, но так и не понял, что за зона и где она. — Так, без паники. Нужно поесть. Быстро прожевав полусырое ещё мясо, я запил его водой из фляги и решил пока найти ещё угля. Для начала забрался на маленькую гору, пытаясь понять, откуда начать. И прямо в этот момент передо мной с неба с тихим звоном упал ещё один небесный фрагмент — подняв его, я сунул находку в карман к первому. Спустя время поисков я наткнулся на уголь в ущелье. Так и прошли мои полчаса, за это время я и забыл про невидимый таймер, добывая уголь. Угольная пыль оседала на лице, заставляя кашлять. Вдруг громкоговоритель снова ожил: [Работы начнутся через 10 секунд.] Пошёл обратный отсчёт. Я просто ждал конца отсчёта, опершись на кирку. «Три, две, одна—» — Что... — Меня тут же скрутило от резкой боли, будто всё тело пронзило током. Не прошло и пары секунд, как я потерял сознание от боли. --- Сознание медленно возвращалось ко мне вместе с головной болью. В голове стоял звон, во рту — металлический привкус. Из динамика доносился бодрый голос: [–евных алгоритмов. И помните: Империя заботится о вас.] — Что за чёрт? Это забота у нас такая? — Я встал, отряхивая с одежды угольную крошку. — Родители и то были милосерднее... Я проверил модуль — цел, даже не нагрелся. Зачем-то снова попытался его запустить, но ничего не произошло. «Надо пока заняться делами более насущными: сделать каменную кирку, чтобы хотя бы в руках не разваливалась», — подумал я. Вернувшись под вечер в деревню, я продал одному фермеру пшеницу, которую взял из сарая, возле которого и расположился. Купил ломоть хлеба у этого же торговца. Уже лёжа в своём ложе, я глядел на звёзды и думал, что пока ничего не понятно: куда дальше двигаться... и что делать. Но нужно продолжать, было какое-то чувство в груди, что я движусь в нужном направлении. С этими мыслями я заснул крепким сном, прижимая к груди рюкзак. --- Новый день начался с короткой зарядки. Я размялся, потянулся, пробежал пару кругов вокруг сонной деревушки, вдыхая влажный утренний воздух с примесью дыма из труб. День начинался слишком хорошо, и именно на третьем круге меня внезапно начало бить током — не сильно, но ощутимо, будто по телу прошёлся рой муравьёв. Я выхватил модуль из кармана и швырнул его на землю, но разряд и не думал прекращаться. Значит, дело не в модуле. Присев на корточки, я решил переждать эту пытку, если она вообще когда-нибудь закончится. Когда наконец всё стихло, я услышал уже знакомый механический голос: [Нет средств #@₽ификации...] «И что это значит?» — подумал я, поднимая модуль. В руках он больше не подавал признаков жизни. Может, со временем сам активируется и мне ничего не придётся делать? Я решил сворачиваться и уходить из этого поселения. Что я теперь могу сказать о мире? Вчера во время обращения к жителям голос упомянул Алотерру… Это название Империи? Или только сектора «А», в котором я находился? Разберёмся. А пока ужасно хотелось пить — фляга опустела ещё на рассвете. Заодно нужно улучшить инструменты, так что за дело! Пока я пытался смастерить что-то приличное, то заметил, что вещи перестали помещаться в мой маленький рюкзак. Пришлось срочно менять планы: сделать новый, в который влезет всё. Я взялся за работу. Убивая коров тяжёлым топором, я снимал с них шкуры и, конечно, заворачивал мясо в листья лопуха — хоть какая-то еда про запас. Я решил ненадолго обосноваться на поле, где паслось много коров, и дождаться ночи: мне позарез нужны были нити. Из камней я выложил что-то вроде ограды вокруг своей, так сказать, кровати, сложил туда ненужные пока вещи, и время пролетело незаметно. Солнце уже скрылось за горизонтом, небо окрасилось в фиолетовый, и я был готов к бою с пауками. Это оказалось нелегко: каждый паук требовал шесть или семь ударов моим слабеньким мечом. Но я не сдался и продолжал рубить, пока руки не загудели. Улучив момент передохнуть, я попробовал сделать каменный меч, и… получилось! Он наконец не разваливался прямо в руках. Я было размечтался о железном, но быстро себя осадил: нужно хотя бы к этому привыкнуть. Быстро съел кусок хлеба — он немного зачерствел, но есть было можно — и снова ринулся в бой. Когда нити были собраны, я уже мог ложиться спать, но, глянув на светлеющее небо, понял, что наступил рассвет, да и спать особо не хотелось. Поэтому я быстренько соорудил кривоватый швейный стол. И только собрался начать кроить новый рюкзак, как боковым зрением уловил движение. Резко обернувшись, я увидел женщину с маленькой девочкой. Я подбежал к ним, и девочка, встретившись со мной взглядом, пронзительно заверещала. На мне, к слову, был повязан старый шарф — синя-черный, в клеточку, доставшийся ещё от Матери. — Мамочка!!! — Женщина резко обернулась и уставилась точно на меня. Она смотрела напряжённо, с подозрением, а девочка продолжала кричать и указывать на меня пальцем. — Мамочка, смотри!!! Какой чудной!!! Смотри, у него шарфик, как наши цветочки! Я тоже такой хочу! — Ох, милая… — Женщина выглядела всё более напряжённой, сверля меня глазами. — Дядя, а какой у вас алгоритм? — спросила девочка с радостной улыбкой. Алгоритм… у меня его нет. Надо ли отвечать? Но не успел я открыть рот, как она затараторила дальше: — Вы из отряда наблюдателей, да? А это правда, что вы… — Милая! — Женщина резко оборвала дочь и выглядела уже откровенно раздражённой и напуганной. — Идём… идём домой! Нас уже ж-ждут… — Она обернулась ко мне: — Извините, м-молодой человек. Мы… нам пора… Женщина схватила дочь за руку и поспешно зашагала к деревьям. Я остался стоять на месте, глядя им вслед. До меня донёсся громкий шёпот: — Солнышко, ты же видела, как он одет?! Он явно не из нашего города! — Города? Значит, поблизости есть город. Это уже кое-что. — Нельзя… Нельзя доверять незнакомцам! — Но… — попыталась возразить девочка. — Никаких «но». Ты же видишь — он девиант. А если бы он напал на нас? — Женщина явно верила в то, что говорила. — Но я… я не хотела… — Девочка всхлипнула, и мать поспешила её утешить. — Ох… Знаю, знаю. Прости меня, милая. Ты ни в чём не виновата. — Она гладила девочку по спине и, чуть обернувшись, метнула в меня быстрый взгляд. — Просто впредь… будь осторожнее, хорошо? Я люблю тебя и не хочу потерять. — И я тебя… — Девочка обняла мать за бок, и они пошли дальше в обнимку. Мне стало плохо слышно, и я осторожно подошёл поближе, прячась за кустами. — Помнишь, что говорил большой дядя из мультиков? — Женщина всё гладила ребёнка по голове. — М-м… Все, кто отличаются… могут причинять вред? — неуверенно проговорила девочка, глядя на мать. — Верно, милая. — Она снова погладила её по голове и улыбнулась. — Не забывай это. Никогда не забывай. Они скрылись за деревьями, а я не рискнул идти дальше. Почему они считают меня девиантом? Я не успел развить эту мысль, как внезапно начался дождь — крупные капли зашлёпали по листве. Я быстро перебежал под раскидистый дуб и принялся размышлять над тем, что случайно выдала девочка. Итак, про алгоритмы я уже знаю. Отряд наблюдателей… почему она решила, что я именно оттуда? И ещё какой-то «большой дядя» по телевизору. У нас в доме телевизора не было, поэтому я, видимо, не многое упустил. Судя по всему, это какая-то пропаганда для местных жителей… Интересно. Пока я раздумывал, дождь всё лил и не собирался останавливаться, барабаня по листьям. Пришлось заночевать прямо под деревом, завернувшись в толстовку, — хоть какая-то возможность поспать. Утром, едва продрав глаза, я сразу занялся рюкзаком. Шитьё оказалось методичным занятием, и я остановился, только когда понял, что не хватает овечьей шерсти. Как назло, овец рядом видно не было. Я собрался и отправился на поиски. К счастью, долго бродить не пришлось: на залитом солнцем лугу паслась парочка овечек. Быстро состриг с них шерсть своим ножом — они недовольно блеяли, но терпели, — и вернулся доделывать рюкзак. Наконец я сложил в него все вещи, которые сейчас были не нужны, и отправился в путь. День прошёл скучно, ничего интересного. Вечером я улёгся спать на опушке. Следующее утро началось с зарядки, и модуль, будто в насмешку, снова решил побить меня током. Но на этот раз разряд был короче и быстро утих. Я осмотрел модуль, снова попытался активировать — тишина, даже искры не дал. Я двинулся дальше и вдруг увидел животное, которое до этого встречал только на картинках. «Это что, скунс?! Да ладно?!» — я начал ходить вокруг, разглядывая его морду. — «А, нет. Это муравьед. Какой красивый!» Я попытался его погладить, но тот испугался и кинулся наутёк. «Ну уж нет, муравьед, я тебя поглажу!» — и я побежал следом. Почти догнал, но тут заметил нечто странное: прямо на земле стоял какой-то колоссальный улей. Он был размером с небольшой дом и грозно гудел. Любопытство пересилило страх, и я решил вскрыть эту штуку. Осмотрел улей и понял: без топора не обойтись, а мой как раз сломался. Я быстро смастерил новый. Начал быстро рубить, щепки летели в стороны, и вот, почти расколов… Клац. Улей развалился на несколько частей, и я увидел огромную пчелу. Она была вдвое выше меня, с мохнатым брюхом и злым жужжанием. Я не смог сдержать эмоций. — А-А! Что это! — Маленькие пчёлы и одна гигантская тучей полетели на меня. — Что!!! Я такого не ожидал и бросился наутёк, нарезая круги по поляне. Потом заметил, что пчёлы переключились на пасущихся овечек, и смог отбежать подальше. Сердце колотилось как бешеное. Я немного постоял, раздумывая, стоит ли нападать, и секунду спустя ринулся в бой. — На! — Я ударил топором по брюху огромной пчелы. И ничего! Я даже не поцарапал её. Ударил ещё раз — тот же результат. Маленькие пчёлы тоже подключились и начали больно жалить, впиваясь в открытые участки кожи. — Всё-всё-всё! Я осознал свою ошибку! До свидания! Я подхватил всё, что смог, и побежал прочь от этого жужжащего кошмара. Обалдеть. Какой же это всё-таки интересный и страшный мир одновременно. Мой путь повел меня через негустой лес, и вскоре я вышел на полянку, где притулилось ещё одно поселение — такое же небогатое, с покосившимися заборами. Я быстро собрал всё, что неправильно лежало, и отправился по торговцам. [Внимание! Зафиксирован незарегистрированный автономный организм класса R–700.] Снова этот голос из громкоговорителя. На сей раз динамик висел прямо на столбе у центрального колодца. [Все организмы, не прошедшие регистрацию, подлежат проверке. Организму оставаться на месте до выяснения обстоятельств. Ваши координаты: 2740 66.93 75 1666.0] Стоп. Это же мои координаты? Я сверился с модулем — точно мои!!! Шок оборвал всё тот же металлический голос: [Отряд ликвидаторов уже в пути. Повторяю. Отряд уже в пути, ожидайте прибытия.] И снова пошёл обратный отсчёт. Я не думая побежал прочь. «Какие ещё ликвидаторы, чтоб их!» Но далеко убегать не стал — спрятался за крайним домом и уставился на место, куда должен был прибыть отряд. Когда отсчёт истёк, с неба ударил голубой луч, беззвучно и ярко, на миг осветив всё вокруг. «Вот это ничего себе!» — прошептал я, открыв рот. Когда луч погас, я начал переваривать увиденное. Хорошая новость: обо мне знают. Плохая новость: Империя хочет меня уничтожить. Я бы, может, и остался на месте, если бы не слово «ликвидация». Уж простите, местные жители, что принёс вам столько проблем, но я собираюсь заночевать в чьём-нибудь доме. Забравшись в первый попавшийся домик, я тихо расстелил свою подстилку в углу и провалился в сон. Проснулся я рано, хозяин ещё посапывал на кровати. Я начал бесшумно собираться, закинул рюкзак на плечи и на всякий случай в последний раз обернулся… встретившись с ошарашенным взглядом мужика. — Доброе утро, — брякнул я и стрелой вылетел за дверь. Ну что ж, раз меня здесь так не жалуют, срочно нужна броня. Из доступного — только кожаная. В таких мелких поселениях, как это, работает бартер, и я понял, что здесь очень ценятся палки для растопки печей. Я отправился рубить деревья. Добыв пару стволов, заглянул к кузнецу — в кузнице никого не оказалось. Порывшись в сундуках, я нашёл кожаные сапоги и куртку. Повезло! Быстро надел их и побежал искать штаны. У первого же торговца нашлись в продаже — и не особо дорогие! Обменял их на пару стопок палок, и уже через минуту я стоял полностью в кожаной броне. Выглядел я, наверное, как заправский искатель приключений. Запасшись палками впрок, я вернулся в посёлок и тут же побежал в противоположную сторону: за полем возвышалась огромная тёмная башня, а в ней, как я слышал, находились рассадники — странные конструкции, порождающие существ. У меня как раз скопились яйца коров, зомби и пауков. Я вошёл в башню и приблизился к одному из рассадников. Он мерцал тусклым светом и внутри крутилась фигурка зомби. Я заменил зомби на корову — и в ту же секунду передо мной материализовалась безобидная корова с влажными глазами. «Ха! То есть я и вправду могу их менять». Не успев нарадоваться, на меня напал монстр из этой башни. Недолго думая, я понял, что это мой шанс проверить себя. А ещё я понял, что я слабак. Никак не мог убить ни одного монстра из этой башни. Надо срочно тренироваться с мечом. И весь последующий день, до самой темноты, я рубил воздух, отрабатывал удары на трухлявых пнях и старых деревьях, слушая свист лезвия и ощущая, как понемногу уходит неуклюжесть.