Она была так прекрасна (Made of stars)

Конец учебного года       Начало весны ознаменовало для Стеллы и начало подготовки к экзаменам. Будучи ответственной и прилежной ученицей, она взяла у преподавателей списки тем, которые должны были встретиться в тестах и на практических заданиях, и с ужасом осознала, что там была почти вся программа за первый курс. Увлёкшись изучением более сложного материала и перейдя на учебники для третьего курса, девочка начала сомневаться в том, что достаточно хорошо помнит то, что проходила в этом году. «Достаточно хорошо», по её мнению, означало оценку не ниже «Превосходно», поэтому гриффиндорка начала подготовку заранее.       Кроме собственных результатов её волновали оценки Чарли. Парень был настолько окрылён победой в матче против Пуффендуя, которая дала его команде возможность пройти в финал соревнования, что начисто забыл об экзаменах. И как бы Стелла ни уговаривала его начать готовиться, он не слушал её и продолжал проводить всё своё свободное время на поле для квиддича.       Примерно через месяц к компании девочки в библиотеке стала присоединяться Дора. Она собиралась стать мракоборцем после окончания Хогвартса, поэтому тоже со всей серьёзностью подошла к сдаче ЖАБА. У неё всегда были отличные оценки по заклинаниям и защите от тёмных искусств, но для того, чтобы по-настоящему бороться с преступностью в волшебном мире, школьных знаний было недостаточно. Дора рассказала сестре о том, что ей нужно будет изучить тонкости маскировки, слежки и скрытого проникновения для того, чтобы стать мракоборцем. Этому учили на специальных курсах в Министерстве Магии, однако попасть на них тоже было непросто. Нужно было получить отметки «Выше ожидаемого» по всем предметам и обладать силой воли, умением противостоять давлению и неблагоприятным обстоятельствам и другими личным качествам, чтобы пройти отбор.       Стелла не сомневалась в том, что у Доры всё получится, она и сама загорелась идеей последовать по стопам сестры, но та быстро остудила её пыл. – Это слишком опасно, – категорично заявила девушка, – Сейчас спокойные времена, нет крупных преступлений и заговоров, но, кто знает, что может произойти, ведь затишье обычно наступает перед бурей.       Стелла понимала, что сестра как всегда права, поэтому отбросила эти мысли в сторону и продолжила готовиться к своим экзаменам, которые теперь казались ей сущим пустяком по сравнению с ЖАБА.       Март и апрель пролетели для девочки незаметно за повторением пройденного и изучением нового материала. Наступили тёплые деньки, погода так и манила покинуть стены холодного замка и насладиться свежим воздухом, но Стелла упорно боролась с желанием всё бросить и выбежать на улицу. Тоскливо глядя в окно, она наблюдала за тем, как две рыжие макушки идут в сторону поля для квиддича. Где же они потеряли своего друга?       Только девочка вспомнила о нём, как Ли тут же появился в дверях библиотеки. Он тихо подкрался к гриффиндорке со спины и закрыл её глаза своими неожиданно тёплыми ладонями. Стелла дёрнулась, как от удара током, и возмущённо воскликнула: – Зачем так пугать?!       Мальчишка рассмеялся и послушно убрал руки. – Извини, – сказал он чуть смущённо, но по его довольной улыбке можно было понять, что Ли ни капли не раскаивается в своём поступке, – Опять книжки читаешь? Не хочешь отложить их и прогуляться у озера?       Гриффиндорец придвинул стул ближе к учебному месту Стеллы и сел справа от неё, лениво подперев голову руками. Он, как и близнецы, считал, что экзамены как-нибудь сами себя сдадут, поэтому был нечастым гостем в библиотеке. – Не хочу. Мне нужно заниматься, – скрестив руки на груди, ответила девочка. – Если так будешь продолжать, то скоро умнее самого Дамблдора станешь, – усмехнулся Ли, задетый резким отказом Стеллы.       Он не в первый раз предлагал ей погулять, полетать на мётлах, сбегать на кухню и всё в том же духе, но каждый раз неизменно получал отказ под предлогом усиленной подготовки к экзаменам. Однако от того, что это уже вошло в привычку, менее обидно не становилось. – Если хочешь, можем готовиться к экзаменам вместе, – пошла на уступки Стелла, заметив его расстроенный вид, – Я составлю для тебя программу повторения материала. Правда нужно будет заниматься каждый день, потому что до экзаменов осталось чуть больше месяца… Но если постараться, можно успеть всё наверстать даже за такой короткий срок.       Ли кое-как удержался от того, чтобы закатить глаза. «Скука смертная», – думал он, пока девочка вдохновлённо говорила о подготовке. Перебить её он не смел, с благовением наблюдая со стороны за тем, как взволнованно блестят её глаза, как кончики губ едва заметно приподнимаются в робкой улыбке. Мальчишка не разделял её эмоций, но и не спешил осуждать, как это делали другие. «Вот бы вытащить её отсюда и узнать, какая она на самом деле».       Ли точно знал, что кроме заучки Стеллы, которая каждый вечер проводит в библиотеке в компании лучших друзей – книг, есть ещё и другая её версия. Та, что не побоялась пойти в Запретный лес в начале года, та, которая с нетерпением ждала команду Гриффиндора после каждого матча у раздевалок, чтобы лично поздравить с победой или поддержать после проигрыша, та, чей звонкий смех всегда поднимал настроение – смелая, весёлая, настоящая Стелла. Но гриффиндорка почему-то упрямо скрывала эту часть себя ото всех, заменяя её прилежной ученицей, строго следующей школьным правилам и не знающей, что такое смех. «Интересно, почему?»       Стелла так увлеклась своим монологом, что не заметила пронзительного взгляда мальчишки, обращённого к ней. – Это всё очень здорово, – быстро произнёс Ли, когда она сделала паузу, – Но я пришёл сюда не для того, чтобы читать книжки и зубрить параграфы. Я хочу поговорить с тобой. – Поговорить? О чём? – растерянно спросила девочка. – О чём угодно, – Ли собрал по крупицам всю свою гриффиндорскую смелость и выпалил то, что уже давно вертелось на языке, – Мы довольно долго общаемся, но за это время я почти ничего не узнал о тебе. Ты не делишься ничем личным, не рассказываешь ничего про себя, про свою семью, я даже не знаю, что ты любишь, кроме своих обожаемых книжек. Разве я не заслужил хоть немного доверия?       Стелла молчала, не находя нужных слов. Она не ожидала, что Ли обрушит на неё всё то, что копил внутри себя долгие месяцы, пока их хрупкое общение постепенно налаживалось, как казалось девочке. Мальчишка, привыкший быть открытым для всего мира и искренним даже с малознакомыми людьми, считал иначе. Он не чувствовал взаимности в своём желании общаться, зато остро ощущал, что ему что-то недоговаривают и что-то скрывают от него. – Знаешь, в чём твоя проблема? Почему ты не можешь найти общий язык с однокурсниками? – продолжил Ли, решив договорить до конца свою мысль вопреки тому, что не хотел обижать Стеллу, – Проблема в тебе самой и в твоём страхе. Ты слишком закрылась в себе и никого не подпускаешь близко. Ты считаешь всех скучными и недостойными твоего внимания, но на самом деле они просто не готовы бегать за тобой и ждать, пока ты снимешь свою маску холодной королевы. Они не я и не Чарли, они самые обычные люди, желающие простого общения без интриг, недосказанностей и тайн.       На глаза Стеллы навернулись жгучие слёзы обиды. Обиды не от того, что Ли хотел оскорбить её, а от того, что все его слова были правдой и попадали точно в цель. – Я говорю это не для того, чтобы задеть тебя, – голос мальчишки стал тише и мягче, он заметил, что девочка отвернулась от него, пытаясь скрыть подступившие слёзы, – Я просто хочу, чтобы ты отпустила все страхи и позволила себе быть обычной девчонкой, научилась доверять друзьям.       Стелла молча смотрела в окно, на её щеках были заметны мокрые дорожки, глаза покраснели. Она хотела бы разозлиться, ответить Ли что-нибудь такое же колкое и обидное, но не могла. Девочка чувствовала себя беззащитной и слабой, загнанной в угол серой мышью, когда кто-то посторонний залез к ней в душу, не спросив разрешения, вывернул её наизнанку и надавил на самые уязвимые места.       Неужели её так просто прочитать? Как бы трепетно Стелла не оберегала свои тайны, самая важная и самая неприятная из них оказалась на поверхности. Страх – липкий, скользкий, не оставляющий её в покое ни на секунду, контролирующий каждое её действие – окутывал жизнь девочки с ног до головы. Она боялась открываться людям, но при этом ей было страшно остаться совсем одной. Она боялась чего-то не знать, ошибаться, боялась быть неидеальной и несовершенной в глазах окружающих. Боялась быть собой и быть похожей на своих родителей.       Как Стелла вообще оказалась на Гриффиндоре, если её отличительной чертой была не смелость, а боязнь всего? Этим вопросом девочка задавалась весь год, и только сейчас, после слов Ли, смогла найти на него ответ. Возможно, истинная смелость заключается не в том, чтобы противостоять врагам, а в том, чтобы противостоять своим страхам.       Гриффиндорка вспомнила, как в день рождения летала на гиппогрифе вместе с Чарли, как пошла с ним в Запретный лес, просто доверившись ему и забыв о всех волнениях. Тот день стал для неё одним из самых счастливых в жизни, и всё потому что она сбросила с себя удушающие оковы страха и почувствовала совершенно новые, неизвестные ей до этого эмоции.       «Я бы хотела, чтобы так было всегда», – с горечью подумала Стелла. К ней постепенно начало приходить осознание того, что все страхи были лишь у неё в голове и совсем ничего не значили. «Глупая, какая же я глупая»… – Прости, наверное, я слишком увлёкся, наговорил тут тебе лишнего… – неловко произнёс Ли, глядя на заплаканную девочку.       Ему было стыдно за то, что он опять сначала говорил, а потом только думал. Конечно, она расстроилась от такой прямоты сказанного, а чего ещё он ожидал? – Всё в порядке, – поспешно ответила Стелла, утирая слёзы и разворачиваясь к нему лицом, – Ты всё правильно сказал, это я глупая… – Нет, это не ты глупая, – перебил её Ли, – Это я во всём виноват…       Стелла покачала головой и резко оборвала его на середине предложения: – Хватит, тебе не за что извиняться. Даже наоборот – я очень благодарна тебе, правда. В особенности за то, что открыл мне глаза.       Ли облегчённо вздохнул и улыбнулся. – Значит, ты не обижаешься?       Уголки губ Стеллы тоже поползли наверх, теперь она не выглядел столь несчастной и напуганной, как пару минут назад. Девочка утвердительно кивнула. – Тогда давай сделаем вид, будто ничего не было. Начнём общение заново, будто мы познакомились только сейчас, – внезапно предложил Ли и, наткнувшись на непонимающий взгляд гриффиндорки, попытался объяснить, – Без тайн, без загадок и прочего. Просто искреннее, честное дружеское общение с чистого листа.       Стелла на секунду задумалась. Она ничего не теряла, согласившись на это предложение, даже наоборот – приобретала нового друга, с которым не нужно было постоянно опасаться чего-то, с котором можно было быть собой. – Давай попробуем, – неуверенно ответила девочка.       Ли ещё шире улыбнулся, а потом внезапно вскочил со стула и спрятался за книжный шкаф. Стелла проводила его недоуменным взглядом, но уже через минуту мальчишка вернулся с такой же довольной улыбкой и протянул ей руку. – Стелла Тонкс, верно? Я Ли Джордан, учусь на Гриффиндоре на курс старше тебя. Не хочешь прогуляться у озера? – спросил он, с надеждой глядя на девочку.       Их взгляды снова пересеклись. Удивлённые голубые глаза с интересом смотрели в карие, почти шоколадного оттенка, выражающие искренность и доброту. Этим глазам просто невозможно было отказать.       Стелла с радостью протянула ему свою ладошку и, отбросив все страхи и сомнения прочь, решила воспользоваться шансом, который ей словно подкинула сама судьба.

***

      Медленными, но уверенными шагами приближался конец учебного года. После холодной снежной зимы и пасмурной весны Хогвартс будто начал расцветать. В окна кабинетов то и дело заглядывали солнечные лучи, отбрасывая блики на стены и парты и отвлекая студентов от учёбы. На территории замка распустились нежные вишни и яблони, даже Гремучая ива весело зеленела листочками и грелась на солнце, не пугая никого своими дикими ветками. Поляна перед Запретным лесом пестрела ковром самых разных цветов, над которыми вечно суетились полосатые пчёлы и порхали красивые бабочки. Лес, перестав казаться страшным и жутким, манил своей свежестью и прохладой, от чего у Хагрида появилась новая забота – следить за тем, чтобы непослушные ученики не бегали в чащу и не пугали её обитателей (или же её обитатели не пугали студентов).       Сам Хагрид тоже выглядел бодро и свежо, часто улыбался и шутил с учениками, но в его глазах нет-нет да мелькала грусть от того, что скоро студенты разъедутся по домам и в замке наступит тишина на долгие два месяца. Чтобы отвлечься от подготовки к экзаменам, Стелла часто заходила к нему в гости и брала с собой карликового пушистика, чтобы и маленький зверёк мог насладиться тёплой погодой. Полувеликан готовил для девочки «каменные» кексы, рассказывал увлекательные истории про разных магических существ и заботился о её маленьком друге. Девочке было жаль оставлять его одного на всё лето в пустом холодном замке, но Хагрид заверял её в том, что уже привык, а время пролетит быстро, не успеет она и глазом моргнуть.       Перед последним матчем по квиддичу Стелла тоже забежала к лесничему на чашечку чая, чтобы потом вместе пойти на поле. Хагрид возился с овощами в огороде, поэтому не сразу заметил гриффиндорку, бодро бегущую по дорожке к его хижине. – Привет, Хагрид! – радостно воскликнула она, с необычайной лёгкостью перепрыгивая через грядки, – Как поживает твоя капуста? Слизняки больше не беспокоят?       Девочка провела не один день в библиотеке, чтобы найти состав зелья для борьбы с волшебными слизняками. Ради помощи добряку Хагриду она даже своровала несколько ингредиентов для зелья у профессора Снегга и тайно приготовила варево в закрытом женском туалете. Общение со взбалмошным нарушителем школьных правил и по совместительству комментатором матчей Ли Джорданом явно плохо сказывалось на правильной ученице. Стелла оправдывала себя тем, что всё это было только ради помощи другу, и потому совесть её сильно не мучила. – Ты это… аккуратней давай, а то от капусты ничего не останется, – по-доброму сделал ей замечание Хагрид, его борода зашевелилась, скрывая улыбку, – И спасибо за зелье. Вот уж подсобила, теперь я этих слизняков живо вытравлю со своего огорода. – Да не за что, – довольная собой Стелла гордо приподняла подбородок, – Только никому об этом не рассказывай, я ведь нелегально его варила. – Да кому я… Только если Чарли по секрету скажу, ему-то можно… – пробормотал Хагрид, разглаживая свою бороду, и вдруг обеспокоено спросил, – Ты не знаешь, где он запропастился? А то не заходит ко мне, будто дорогу забыл совсем…       Девочке внезапно стало стыдно за старшего товарища. Со своими тренировками он совсем забыл о друзьях, об учёбе и об экзаменах. Но, как оказалось, причина его поведения была серьёзной, и он не мог поделиться ею ни с кем, пока сам был неуверен в своём решении.       Чарли долго думал о том, чем будет заниматься после окончания Хогвартса. Министерская карьера, которой грезили родители, совершенно не привлекала его. Зато переезд в Румынию ради того, чтобы изучать драконов, очень даже привлекал. С другой стороны он мог бы построить карьеру ловца со своими блестящими навыками и талантом, но не хотел, чтобы квиддич стал делом всей его жизни. После предпоследнего матча, в котором его команда одержала блестящую победу, Чарли всё чаще слышал о том, что он мог бы попасть в сборную и зарабатывать на своём увлечении, и эти разговоры привели к тому, что он всерьёз задумался над тем, чтобы стать профессиональным игроком.       В одном из разговоров со Стеллой он поделился с девочкой своими мыслями и переживаниями. – Я подумал, если я сам не могу определить своё будущее, то пусть за меня это сделает судьба, – твёрдо сказал Чарли, уже приняв окончательное решение. – Что ты имеешь в виду? – Этот матч – последний в сезоне, он определит для меня всё. Если мы выиграем, то я буду профессионально заниматься квиддичем, а если нет… уеду в Румынию. Любой вариант меня устроит.       Стелла не одобряла то, что Чарли полагался на волю случая. Но видя, как он готовится к матчу и тренирует команду, она понимала, что парень всё-таки хочет попасть в профессиональный спорт. Драконы – мечта его детства – ушли на второй план. От этого девочке было немного грустно, ведь её друг буквально грезил этими опасными огненными существами, и он так легко был готов отказаться от мечты. – Чарли каждый вечер проводит на тренировках. А ещё у него скоро экзамены, времени совсем нет… – попыталась оправдать старшего товарища Стелла, сочувственно глядя на Хагрида, будто она сама провинилась перед ним. – А, ну, да… Экзамены – это очень важно, – Хагрид задумчиво покивал головой и стал убирать садовые принадлежности в ящик. – Я передам ему, чтобы он зашёл к тебе, – искренне пообещала Стелла. – Не, я уж лучше сам поговорю с Чарли… вот после квиддича, например, – Хагрид потащил ящик в дом, и чтобы слышать его, девочке пришлось пойти за ним, – Не опаздываем мы? Надо бы занять хорошие места, чтоб Чарли было видно… ну, и других игроков, конечно. – Тогда нужно поторопиться. Сегодня весь замок соберётся, это ведь финальный матч сезона, – говоря это, Стелла даже не подозревала, насколько будут заполнены трибуны.       Казалось, что поболеть за финалистов пришли не только все студенты и преподаватели, но ещё и посторонние волшебники, каким-то образом пробравшиеся на территорию Хогвартса. Стадион гудел, шумел, жужжал: зрители предвкушали интересное зрелище. Гриффиндоский сектор пестрел алыми плакатами с золотыми буквами, кто-то даже принёс флажки со львом, ученики вопили поддерживающие кричалки, сочинённые близнецами Уизли и Ли Джорданом. Сам Ли сидел на месте комментатора и уже начал что-то говорить усиленным голосом, рядом с ним строго сверкала очками профессор Макгонагалл. Она переживала за свою команду не меньше остальных, взволнованно поглядывала то на поле, то на профессора Снегга, по лицу которого невозможно было угадать, что он чувствует. Даже Дамблдор пришёл посмотреть на последний матч сезона и теперь с лёгкой полуулыбкой наблюдал за происходящим.       Стелла кое-как пробралась на самый верх трибуны и нашла места для себя и Хагрида. Отсюда было видно всё поле, как на ладони, но будучи предусмотрительной, девочка взяла с собой бинокль, чтобы следить не просто за точками в воздухе, а за конкретными игроками. И больше остальных её интересовал один игрок – ловец гриффиндорской команды, для которого этот матч был решающим.        Стадион взорвался криками и аплодисментами – команды вышли на поле. Мадам Трюк с силой дунула в серебряный свисток и взмыла высоко в воздух вместе с четырнадцатью игроками. Матч начался.       Стелла взволнованно проследила за тем, как фигурка капитана гриффиндорской команды поднимается всё выше и выше и замирает над полем, оглядываясь по сторонам в поисках снитча. Она ещё никогда не была столь сильно заинтересована результатом матча, как в этот раз. – Квоффл в руках у Алисии Спиннет из Гриффиндора, она мчится к кольцам, отдаёт пас Джонсон и… – вещал с места комментатора Ли, – О, нет, бладжер проносится прямо перед ней, и она упускает мяч.       С самого начала матч не задался. Слизеринцы использовали грубые приёмы, их постоянно штрафовали за нарушения, и только благодаря этому охотники Гриффиндора смогли заработать тридцать очков за штрафные броски. Оливер Вуд отлично защищал ворота своей команды, но из-за грязной игры соперников через десять минут после начала игры он уже был покалечен. Загонщик Слизерина врезался в него со спины, притворившись, что не успел вовремя сбавить скорость. Мадам Трюк снова назначила штрафной бросок. – Ну… что там Чарли так долго? – нетерпеливо спрашивал Хагрид, вглядываясь в крошечную точку, парившую высоко в небе, – Слизеринцы не дадут нашим покоя сегодня.       И он был прав. Каждые несколько минут раздавался свисток мадам Трюк, оповещавший об очередном нарушении со стороны змеиной команды. – Мяч у команды Слизерина, – тем временем комментировал происходящее в воздухе Ли, – Охотник Пьюси уклоняется от бладжера, но второй всё-таки настигает его. Браво, Джордж! Или же это Фред? С такого расстояния их ещё труднее различить. Мяч в руках у Анджелины Джонсон, она устремляется к кольцам соперника, но… Какое подлое нарушение!       Капитан Слизеринской команды Маркус Флинт возник прямо перед девочкой и грубо толкнул её, отбирая мяч. Анджелина кое-как удержалась на метле и стала спускаться вниз. Приглядевшись повнимательнее в бинокль, Стелла заметила, что её лицо скривилось от боли и было залито кровью – видимо, Флинт сломал ей нос.       Матч был остановлен свистком судьи. Стадион недовольно загудел, многие ученики повскакивали со своих мест, чтобы понять, что же произошло. Чарли и другие игроки Гриффиндорской команды спустились на землю, окружив Анджелину и мадам Трюк плотным кольцом, сквозь которое невозможно было что-либо разглядеть.       Стелла взволнованно прикусила губу. У неё было странное предчувствие чего-то плохого. Хагрид рядом с ней не стеснялся в выражениях, потрясая кулаками в воздухе. – Пока судья разбирается с последствиям ужасного, просто отвратительного нарушения троллеподобного капитана… – гневно высказался комментатор матча, нахмурив брови. – Джордан! – неохотно сделала ему замечание профессор Макгонагалл.       Она и сама была возмущена нечестной игрой команды Слизерина и сурово поглядывала на профессора Снегга, будто это он был виноват во всём. – Я хотел сказать, что это был бесчестный и низкий поступок… – продолжил негодовать Ли. – Джордан, прекратите немедленно! – Хорошо, профессор, – сдался Ли, когда игроки снова взмыли в воздух. Нос Анджелины был в полном порядке, теперь о случившемся происшествии свидетельствовали только капли крови, оставшиеся на её мантии. – Игра продолжается. Гриффиндор совершает штрафной бросок…       Стелла продолжила следить за Чарли, который активно включился в игру после такого грубого нарушения правил со стороны соперников. Казалось, он забыл о существовании снитча, помогая своим охотникам пробиваться через защиту Слизерина. Но нет, он помнил о своих обязанностях – как только крохотный золотой мячик появился в поле зрения ловца, он тут же бросил всё и устремился за ним.       Стадион замер, игроки на поле тоже, даже время будто бы замедлилось. Все наблюдали за гонкой двух ловцов и их попытками поймать снитч, постоянно ускользавший из их рук.       Слизеринец попытался сбросить Чарли с метлы, но парень был не так уж прост – толкнул его в ответ и обогнал, сделав обманный манёвр. Стелла видела в бинокль, как он почти касается пальцами золотого мячика, а потом…       Всё произошло слишком быстро. Капитан команды Слизерина резко отобрал у одного из загонщиков биту, не прошло и пары секунд, как он обрушил на Чарли сильнейший удар. Попав в голову, слизеринец не остановился и ударил ловца по лицу. Уизли потерял сознание и стал падать на землю с огромной высоты.       Словно в замедленной съёмке, Стелла наблюдала за тем, как друг отпускает древко метлы, сваливается с неё и летит вниз. В самый последний момент падение замедлилось, и его тело плавно опустилось на траву.       По стадиону пронёсся взволнованный шёпот – Чарли не шевелился и не подавал признаков жизни. – Вот змеиная паскуда… Да я его..! Он у меня с больничной койки не встанет! – прорычал Хагрид, наблюдая за происходящим.       Стелла молча сорвалась с места и побежала по лестнице вниз, на поле, откуда на носилках уже уносили Чарли. Она больше не могла наблюдать со стороны за этим ужасом, страх за друга становился с каждой минутой всё сильнее, а буйное воображение девочки рисовало в её голове самые кошмарные сценарии.       Откуда-то издалека до неё доносились комментарии Ли, обсуждения болельщиков, поддерживающие крики слизеринцев и возмущения гриффиндорцев, но Стелла не обращала на них внимания. Она уже бежала в Больничное крыло, надеясь, что мадам Помфри позволит ей убедиться в том, что с Чарли всё будет хорошо.       Перед глазами девочки до сих пор всплывал момент падения друга. Она даже не поняла, благодаря чему или кому, он не переломал все свои конечности, падая с огромной высоты. В который раз Стелла нашла подтверждение тому, что квиддич – опасная и жестокая игра, и она не зря опасалась его большую часть своей жизни.       Больничное крыло встретило гриффиндорку тишиной и запахом медикаментов. Мадам Помфри хлопотала над Чарли, который до сих пор не пришёл в себя. Его кожа была мёртвенно-бледной, на лице и мантии остались пятна крови, а глаза оставались закрытыми. Стелла даже не была уверена в том, что он дышит. – Мисс Тонкс, что это такое?! Кто позволил вам ворваться сюда без разрешения? – прикрикнула на неё мадам Помфри, ненадолго отрываясь от пострадавшего.       Девочка едва не задохнулась от нахлынувшего на неё возмущения. Она искренне переживала за друга, хотела убедиться в том, что с ним всё в порядке, а её гонят прочь. – Я лишь хотела узнать… – начала было оправдываться она, но мадам Помфри замахала на неё руками и попросила покинуть Больничное крыло, – Но я… – Юная леди, немедленно перестаньте отрывать меня от работы! Иначе этот молодой человек так и не пойдёт на поправку.       Это был железный аргумент для Стеллы. Она очень хотела, чтобы Чарли стало лучше, чтобы он как можно скорее пришёл в сознание, поэтому не стала больше спорить и вышла в коридор.       Ожидание было невыносимым. Девочка не знала, сколько времени прошло, закончился ли матч и что сейчас с Чарли, и это неведение страшно раздражало её. Стелла ходила из одного конца коридора в другой, вслушиваясь в звук собственных шагов, пока ей это окончательно не надоело. Решив попытать удачу во второй раз, она заглянула в Больничное крыло.       Чарли уже был в сознании и даже мог сидеть, оперевшись на подушку. Мадам Помфри давала ему какое-то зелье, и, судя по выражению лица парня, оно не отличалось приятным вкусом.       Стелла не сдержалась и издала радостный возглас, выдав себя. Строгий взгляд мадам Помфри тут же обратился к ней. – Мисс Тонкс, я вас в последний раз предупреждаю! Больному нужен покой и тишина, – категорично заявила женщина, не дав девочке сказать и слова. – Пожалуйста, не выгоняйте меня! – запротестовала Стелла, – Я обещаю вести себя тихо и спокойно и не отвлекать вас. Только позвольте мне побыть здесь хотя бы пару минут.       Взгляд мадам Помфри чуть смягчился, она уже почти разрешила девочке остаться, как вдруг из коридора послышался топот и недовольные голоса. Через минуту в Больничное крыло ввалилась вся команда Гриффиндора во главе с близнецами Уизли. У одного из них был кровоподтёк под глазом, на месте которого грозился возникнуть фингал, другой отделался разбитой губой и взлохмаченной шевелюрой. Вуд тоже был не без травм – утирал кровь из носа и хромал на правую ногу. – Что с вами случилось? – обеспокоенно спросила их мадам Помфри, осматривая масштабы предстоящей работы. – С нами всё в порядке, – угрюмо отозвался Джордж, – Через пару минут ещё подойдут слизеринцы. Если, конечно, смогут дойти самостоятельно.       Стелла догадалась, что они подрались с командой соперников после матча, и пока мадам Помфри занялась состоянием здоровья гриффиндорцев, незаметно проскользнула к кровати Чарли. Парень слабо улыбнулся при виде неё и поморщился от боли. – Не двигайся, тебе нужен полный покой, – тихо произнесла Стелла, осматривая друга на наличие других травм, – Как ты себя чувствуешь? Голова сильно болит? – Просто раскалывается. Видимо, Флинт хорошенько приложил меня… – пожаловался Чарли и погрустнел ещё больше, глядя на своих потрёпанных товарищей, – Глупо спрашивать, но я всё-таки спрошу. Мы проиграли?       Стелла опустила взгляд в пол. В этот момент к кровати брата прорвались близнецы Уизли и наперебой стали возмущаться и жаловаться на гадких слизеринцев и их нечестную тактику. Выглядели они уже лучше, чем пару минут назад – мадам Помфри хорошо поколдовала над их травмами. – Мы пять лет подряд получали кубок, нужно и другим уступить, – попытался смягчить ситуацию Чарли, хотя и сам не меньше других был расстроен исходом матча, – Конечно, их игра была построена на грубых нарушениях и запрещённых приёмах, но раз они по-другому не могут победить, то разве это повод огорчаться нам, слаженной, почти профессиональной команде, которая всегда играет честно? – Какая теперь разница, кто и как играл, если победили не мы, – процедил сквозь зубы Фред. – Ты ошибаешься, братец, – Чарли сделал попытку покачать головой, но, почувствовав резкую боль, сдался, – Пусть радуются своей грязной победе. Зато мы знаем, что она ни капли не заслуженная. И другие это тоже знают. – Чарли прав, – поддержала его Стелла, – А вот вы поступили очень глупо, когда решили разобраться с ними при помощью кулаков. Наш факультет оштрафуют! И кому от этого станет лучше? – Флинт чуть не прикончил нашего брата! И если бы нас не оттащили от него… – начал закипать Джордж. – То вы бы поубивали друг друга, – закончила за него мадам Помфри, недовольно оглядывая толпу, образовавшуюся в Больничном крыле, – А теперь, если у вас больше ничего не болит, будьте добры покинуть помещение.       Фред и Джордж не стали сопротивляться, пожелали брату скорейшего выздоровления и вышли в коридор в сопровождении охотников команды. Оливер Вуд ненадолго задержался в палате и подошёл к капитану с виноватым выражением лица. – Мы проиграли с разрывом в двести двадцать очков… Такого позорного поражения ещё не было за всю историю Хогвартса, – выдавил он, не глядя в глаза Уизли.       Чарли мрачно кивнул, соглашаясь с Вудом. Матч, который мог стать началом его блестящей карьеры ловца, стал самым большим проигрышем в его жизни и заставил полностью разочароваться в квиддиче.       Мадам Помфри сделала ещё одно замечание, не дав ребятам обсудить невесёлые итоги игры. Вуд направился к выходу, Стелла последовала за ним, на прощание сказав Чарли: – Я к тебе ещё завтра зайду, а ты не расстраивайся так из-за этого. Это всего лишь игра. Главное, что ты в порядке, остальные тоже живы и здоровы. А победа… Ты даже не догадываешься, сколько ещё в твоей жизни будет побед.       Ребята вышли из Больничного крыла и по пути столкнулись с командой слизеринцев, ведущей под руки своего покалеченного капитана. Глядя на их довольные лица, Стелла не удержалась и кинула им вслед парочку безобидных, но действенных проклятий.       На следующий день девочка, как и обещала, отправилась навестить друга сразу после завтрака, захватив для него пару пирожков, чтобы поднять настроение. Также по пути она заглянула в библиотеку, взяв оттуда две книги: одну про драконов, а другую про квиддич – рассчитывая отдать Чарли ту из них, которая могла бы пригодиться ему в будущем в зависимости от его решения.       Мадам Помфри была недовольна ранним визитом Стеллы, но, немного поворчав, всё-таки позволила ей немного побыть с Чарли. Гриффиндорка тихонько подошла к кровати друга – тот ещё спал – и устроилась около его ног. Вглядываясь в его бледное веснушчатое лицо, она с грустью размышляла о том, что через месяц им придётся расстаться и, возможно, навсегда. «Мне будет тебя не хватать», – подумала девочка и вздохнула.       От тихого звука Чарли неожиданно проснулся. Сначала открыл один глаз, затем другой, непонимающе посмотрел на Стеллу, щурясь от яркого солнечного света, зевнул и, видимо, пересилив желание снова провалиться в сон, хрипло пробормотал: – Доброе утро. Сколько я спал? – Сейчас половина десятого, – с улыбкой ответила ему Стелла, наблюдая за тем, как друг медленно, но верно приходит в себя, – Как ты себя чувствуешь?       Чарли прикрыл глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Боль в голове утихла, шея тоже перестала ныть, но он чувствовал странную усталость, как будто не выспался, хотя всю ночь он смотрел интереснейшие сны, в которых летал на драконах. – Уже гораздо лучше. Только спать очень уж хочется, – парень снова зевнул и приподнялся на подушке, – Как там остальные?       Стелла печально вздохнула. Она не хотела говорить о вчерашнем поражении, сыпать соль на свежую рану, но ответить что-то было нужно. – Если ты об их здоровье, то все чувствуют себя прекрасно. Кроме Флинта, конечно, – попыталась отшутиться она, кивнув в сторону ещё одной кровати, на которой лежал почти полностью перемотанный бинтами и от этого похожий на мумию капитан слизеринской команды. – У мадам Помфри сегодня ночью было много работы, – усмехнулся Чарли, кинув насмешливый взгляд на соперника, – Но я о другом. Что говорят в замке? – Какая разница, кто и что говорит, – внезапно рассердилась на него Стелла, но немного погодя всё-таки ответила, – Все недовольны вчерашним матчем, но никто вас не осуждает. А тебе вообще о другом нужно думать. – О чём же? – О твоём будущем! Чарли, это очень серьёзный вопрос, тебе нужно определиться…       Уизли резко прервал возмущения Стеллы: – Ты знаешь мой ответ. Матч проигран, я еду в Румынию.       Стелла посмотрела на него взглядом, полным облегчения и надежды. Она, как никто другой, знала, каким сложным было для Чарли это решение. Девочка достала из сумки книгу о драконах и положила её на тумбочку, которая уже была заполнена разными сладостями, волшебным образом появившимися здесь за ночь. – Я как раз принесла тебе книгу о драконах, чтобы тебе не было скучно тут лежать. К экзаменам ты всё равно не будешь готовиться, хотя бы это почитай, – сказала она так легко и искренне, что Чарли на секунду обомлел.       Он привык к тому, что подруга постоянно твердила ему о том, что нужно готовиться к экзаменам, хорошо учиться, а тут вдруг она противоречила сама себе. Стелла просто приняла его выбор и не стала настаивать на том, что ему, Чарли, было ненужно и неважно. Даже принесла ему книгу, чтобы подтолкнуть к тому, чего он хотел. – Где Стелла Тонкс и что ты с ней сделала? – шутливо спросил парень, приподняв брови. – Та Стелла Тонкс осталась в прошлом, – как никогда серьёзно ответила девочка. – Что-то произошло за то время, пока мы не виделись? – Чарли было очень интересно узнать причину таких изменений. – Просто я устала бояться и прятаться от всех за маской заучки. Я хочу быть настоящей, – честно ответила Стелла, вспомнив разговор с Ли, – А ещё я хочу быть хорошим другом, поэтому теперь я тебя всегда поддержу. Чарли, именно ты стал для меня первым другом в Хогвартсе, ты сделал для меня так много, а я… Я так зациклились на экзаменах и учёбе, что даже не поблагодарила тебя за это…       Стелла не заметила, как к глазам подступила слёзы. Она не хотела плакать, но мысль о том, что её чуть ли не единственный и самый лучший друг в скором времени будет далеко от неё, в Румынии изучать драконов, расстроила её. Гриффиндорка была искренне рада за Чарли, однако не хотела прощаться с ним, понимая, что они провели так мало времени вместе именно по её вине, из-за её постоянных отговорок про учёбу.       Чарли сел на кровати и притянул девочку к себе, крепко обнимая, как родную сестру. Он всё понимал, и даже больше, чем Стелла. Но он на то и был её старшим товарищем, чтобы защищать её, чтобы быть сильным, несмотря ни на что, поэтому не имел права показать свои настоящие эмоции. – Всё в порядке, – тихо произнёс он, не прерывая объятий, – Я тоже виноват… Так увлёкся квиддичем, что перестал уделять внимание тебе, и получилось то, что получилось. Но я рад, что ты разобралась во всём сама, это значит, что ты действительно повзрослела и изменилась. Знаешь, моей самой главной победой и удачей в жизни было знакомство с тобой. Других мне и не надо.       Стелла ещё больше расплакалась от этих слов.       Так они и сидели, молча обнимаясь, пока мадам Помфри не напомнила о том, что прошло уже много времени. – Мне пора, – сказала гриффиндорка, неохотно отстраняясь и поднимаясь с кровати, – Я обязательно ещё приду. Может, тебе что-нибудь принести? Вещи, книги, еду? – Просто так приходи, без всего, – улыбнулся Чарли и покосился на сладости на своей тумбочке, – Даже можешь забрать всё это, мне столько одному не съесть. – Нет, это же для тебя кто-то старался… – отказалась девочка. – Им видимо не хватило вчерашнего наказания, раз они ночью сбежали в Хогсмид и скупили всё Сладкое Королевство, – усмехнулся парень.       Стелла быстро проанализировала всё сказанное и удивлённо посмотрела на Чарли. – Фред и Джордж? Но как? В Хогсмид же можно ходить только с третьего курса…       Чарли хитро улыбнулся, решив не сдавать братьев окончательно. – Тебе сейчас нужно не о моих братьях думать, а об экзаменах, – повторив поучительный тон Стеллы, сказал он.       Уизли был прав: до экзаменов оставалась неделя, и за этот короткий срок нужно было повторить всё изученное за год. Однако Стелла не волновалась, она была уверена в том, что знает всё идеально и напишет тесты на максимальные баллы.       Возможно, именно её уверенность в собственных силах сыграла решающую роль в сдаче экзаменов – они пролетели быстро и незаметно для девочки. Но как оказалось, самое сложное испытание было ещё впереди – ожидание результатов.       Чтобы отвлечься, Стелла старалась как можно больше времени проводить вне стен замка: ходила в гости к Хагриду вместе с Чарли, проводила время с сестрой и гуляла с Ли около озера.       За последнее время они довольно сильно сблизились с комментатором матчей. Когда Фред и Джордж были заняты придумыванием новых шалостей, он частенько сбегал от них к своей новой подруге, а иногда даже предлагал ей поучаствовать в розыгрышах, уверяя, что это очень весело и абсолютно безопасно. Стелла знала, что проделки близнецов и Джордана не могут быть безопасными, поэтому предпочитала им спокойное время препровождения на природе с интересной книгой или в компании друзей.       Ли мог часами без умолку болтать о квиддиче или о комиксах, рассуждать о планах на лето и следующий учебный год, и благодаря разговорам с ним Стелле удавалось отвлекаться от ожидания результаты экзаменов и тоскливого ощущения предстоящей разлуки с друзьями. Также между друзьями появилось негласное правило – «никаких секретов». Поэтому Ли иногда прерывался в своих монологах на то, чтобы послушать рассказы девочки о том, как она сбегала в Запретный лес, на кухню и даже заколдовала Джорджа. Он был приятно удивлён тем, что Стелла так легко ему доверилась. И ему ещё больше нравилась эта новая версия гриффиндорки: честная, открытая и такая интересная. Но Ли пока не придавал значения этому мимолётному детскому чувству. Он не знал, что значит это «нравилась» на самом деле. Было ли это просто желание общаться или что-то большее? Да это было и неважно, ему было приятно проводить время со Стеллой, и этого оказалось достаточно.       Наступил последний учебный день, а вечером после него состоялся банкет по случаю окончания учебного года. Гриффиндор не выиграл соревнование между факультетами и не преуспел в квиддиче, однако это не омрачало отличное настроение учеников. Радостные улыбки на их лицах говорили о том, что они предвкушали насыщенные каникулы и долгожданный отдых после учёбы.       Стелла вместе со всеми улыбалась, слушала речь Дамблдора и ела вкуснейшие блюда, но на душе у неё скребли кошки. Она поглядывала на Хагрида, сидевшего за учительским столом и громогласно говорившего с профессором по уходу за магическими существами, бросала взгляды на Чарли, который тоже что-то обсуждал в компании своих друзей-старшекурсников, и изредка смотрела на Дору. Та ловила каждый взгляд сестры и понимающе смотрела в ответ, будто догадываясь, о чём она думает.       А Стелла думала о многом, и в основном её мысли были невесёлыми. Она соскучилась по тёте и дяде, по родному дому и даже по домашнему эльфу Айви, но покидать Хогвартс ей совершенно не хотелось.       К сожалению для девочки, расставание с друзьями было неизбежным. Утром следующего дня все ученики упаковали чемоданы и отправились на платформу, где останавливался поезд. Перед этим им сообщили результаты экзаменов – разумеется, Стелла сдала всё на оценку «Превосходно» и стала лучшей ученицей на курсе. Это обрадовало девочку, но она не зазналась в отличие от близнецов Уизли и Ли, которые чудом умудрились набрать проходные баллы и теперь хвастались всем, что не провели ни одного вечера в библиотеке для подготовки.       Поезд прибыл на платформу, и ученики поспешили занять места. Однако Стелла рванула в противоположную сторону – туда, где стоял Хагрид, незаметно утирающий глаза огромным носовым платком размером со скатерть. – Хагрид! – воскликнула девочка, привлекая внимание лесничего, но её голос утонул в общем шуме, царившем на платформе.       Хагрид заметил её только тогда, когда она приблизилась к нему, пробравшись сквозь толпу. – Стелла, ты чего это тут делаешь? Поезд вот-вот отправится, – забеспокоился полувеликан. – Я хотела попрощаться с тобой, – ответила гриффиндорка, обнимая его.       Их объятия выглядели со стороны весьма комично: голова девочки была на уровне живота Хагрида, а её руки кое-как обхватывали его за пояс, сам лесничий поначалу растерялся, но затем погладил девочку по макушке, растрепав её волосы. Однако эти объятия были насквозь пропитаны теплом и искренностью, поэтому никто не посмел бы сказать ничего плохого в адрес странной пары друзей. – Я буду скучать… – напоследок произнесла Стелла, подхватывая чемодан, – И я обязательно отправлю тебе целую гору писем! Обещай, что ответишь на каждое из них! – Обещаю, – улыбнулся Хагрид в бороду и снова забеспокоился, – Ну, давай, беги уже! Пора!       Поезд как раз издал предупреждающий гудок, и девочка помчалась к ближайшему вагону. Хагрид помог ей погрузить чемодан, благодаря чему Стелла успела заметить слёзы на его глазах. Она и сама готова была расплакаться, но держала себя в руках, понимая, что самое болезненное прощание было ещё впереди.       Поезд тронулся. Девочка отправилась на поиски свободного купе, даже не надеясь, что такое найдётся. Везде сидели компании друзей, в которых для неё совсем не было места, поэтому оставался только один вариант – напроситься в купе к Ли и близнецам. – Не будете возражать, если я составлю вам компанию? – спросила Стелла, заглядывая к ребятам. – Вот как раз ты-то нам и нужна! Заходи! – обрадовался ей Фред и приглашающим жестом указал на место рядом с собой.       Девочка зашла в купе, затолкала чемодан под одно из сидений с помощью Ли и удивлённо перевела взгляд с одного брата на другого. Если она им нужна, то это явно не спроста. И её догадка тут же подтвердилась. – У нас тут возникла одна идея, – издалека начал Фред, но быстро отбросил все формальности, переходя к самой сути, – Мы хотим найти способ, как легально прогуливать уроки. Что-то такое важное, чтобы профессора сами отпускали нас. – И решили, что здоровье – достаточно важная вещь. Правда же? – продолжил говорить Джордж.       Стелла неуверенно кивнула, пока не понимая, к чему они ведут. – Ведь если с учеником что-то случится на уроке, то его отправят в Больничное крыло, – закончил Фред. – И что? Вы собираетесь себя калечить, чтобы не ходить на занятия? – скептически спросила Стелла. – Почти, – подал голос Ли, хитро улыбаясь, – Наверняка существуют зелья, которые вызывают, например, тошноту или кровь из носа? А значит должны быть и антидоты к ним. – Ты знаешь что-нибудь про них? – с надеждой в голосе спросил Фред. – Знаю, что есть зелье для икоты, слабительное зелье, но оно очень сложное в приготовлении и опасное в применении, зелье для чихания… – начала перечислять Стелла и вдруг задумалась, – А с чего вы взяли, что я буду вам помогать прогуливать занятия?       Близнецы и Ли недоуменно переглянулись. Видимо, они не рассчитывали получить отказ так быстро. – Мы ведь всё равно найдём информацию об этих зельях, – пожал плечами Фред, – Просто с твоей помощью мы сделаем это чуть быстрее.       Стелла это прекрасно понимала, поэтому решила предложить им сделку на своих условиях. – Хорошо, я помогу вам, но взамен вы должны мне кое-что пообещать, – сказала она, обводя всех троих хитрым взглядом. – Выкладывай, – ответил Ли. – Вы не будете проводить свои эксперименты на других учениках. – Конечно, не будем! – хором подтвердили близнецы. – Обещаем, – добавил Джордан и для пущей уверенности энергично закивал головой.       Стелла довольно улыбнулась и поделилась с ребятами нужной им информацией, пообещав отправить совиной почтой рецепты некоторых зелий, чтобы они могли попрактиковаться летом.       Затем ребята сменили тему разговора на более нейтральную, постоянно разбавляя обстановку шутками и смехом. Девочка заметила, что без своих опасных и порой жестоких затей близнецы могут быть очень даже приятными в общении ребятами. Весёлые, интересные, харизматичные и не лишённые ума – можно сказать, идеальные мальчишки. Вот только их увлечения розыгрышами портили столь привлекательную картину.       В самый разгар веселья в их купе неожиданно кто-то постучал. А спустя пару секунд через открытую дверь заглянула девушка с розовыми волосами. – Стелла, можно тебя украсть на пару минут? – спросила она, подмигнув младшей сестре.       Гриффиндорка поспешила покинуть купе, пока её собеседники обменивались заинтригованными взглядами. Дора поманила девочку в сторону, подальше от любопытных ушей и глаз. – В твоей жизни стало слишком много Уизли, не находишь? – с неприкрытой иронией в голосе сказала девушка, когда они отошли на приличное расстояние от купе.       Стелла неопределённо пожала плечами, догадываясь, что это вопрос не нуждается в ответе. – Они хоть и братья, но такие разные, – внезапно выпалила она. – О, так значит, ты собираешь коллекцию? – рассмеялась Дора, заметив лёгкий румянец на щеках сестры, – И кто следующий? По моим сведениям в следующем году в Хогвартсе прибавится ещё одна рыжая голова. Рональд Уизли, кажется. – Мне пока хватает его старших братьев, – улыбнулась Стелла и сменила тему, – Ты хотела о чём-то поговорить?       Цвет волос Доры чуть побледнел, став нежно-розовым. Сама девушка грустно вздохнула и уставилась в окно, избегая пронзительного взгляда гриффиндорки. – Просто заметила, как ты растерянно оглядывалась вокруг на вчерашнем банкете… Мне тоже было грустно впервые покидать Хогвартс. За год он успел стать для меня вторым домом. – А сейчас тебе какого? Ты ведь прощаешься с ним навсегда. – Если честно, я не испытываю печальных эмоций по этому поводу. Да, я больше туда не вернусь, но я считаю, что это не конец, а начало новой главы моей жизни. Очень интересной и долгожданной главы, – Дора с мечтательной улыбкой следила за проносящимися за окном полями и лесами, а Стелла наблюдала за ней с немым вопросом в глазах.       «Как может быть не грустно от того, что ты покидаешь второй дом?» – Ты поймёшь это со временем, – продолжила Дора, – А сейчас можешь просто радоваться тому, что у тебя впереди целых шесть лет обучения в Хогвартсе рядом со своими друзьями. – Всё будет по-другому без тебя и без Чарли, – покачала головой Стелла. – Но мы ведь никуда не исчезнем из твоей жизни. Будем общаться по переписке, видеться на каникулах, – приободрила её старшая сестра, – Может быть, следующий год будет ещё лучше. Гриффиндор выиграет соревнование между факультетами и кубок по квиддичу. Ты снова сдашь экзамены лучше всех. И кто знает, может, ты вообще начнёшь играть в квиддич? Или будешь нарушать школьные правила, разгуливая по замку после отбоя. – Это вряд ли, – с улыбкой ответила Стелла. – С такой-то компанией… – Дора усмехнулась, но продолжила свою речь, – Я это говорю, чтобы ты поняла, что жизнь не заканчивается вместе с учебным годом и расставанием с друзьями. Жизнь – это нечто гораздо большее. – Меня пугает твоя серьёзность, – нахмурилась девочка. – Тогда отбросим её к чёрту, – волосы Доры приобрели прежний озорной оттенок, девушка заговорщицки посмотрела на сестру, – И туда же Хогвартс, учёбу и твои любимые книжки. Давай просто наслаждаться моментом и проводить это лето максимально круто. Так, чтобы мы и не только мы запомнили его навсегда. Что скажешь? – Вот теперь я узнаю свою любимую старшую сестру, – улыбнулась в ответ Стелла.       Они поговорили ещё немного о всяких глупостях и пустяках, пока в коридоре не начали сновать скучающие студенты. Девочке пришлось вернуться в купе к близнецам Уизли и Ли, которые не скучали без неё. Судя по неприятному запаху и дыму, рассеявшемуся по купе, они успели что-то взорвать за время её отсутствия и теперь хохотали над проделкой.       А Хогвартс-экспресс тем временем мчался вперёд, приближаясь к Лондону. За окном дикая природа постепенно сменялась ухоженными полями и аккуратными домиками.       Ученики сменили свои школьные мантии на магловскую одежду, когда поезд остановился у платформы номер девять и три четверти. Началась ужасная суматоха и толкотня, в которой кто-то прощался с друзьями, кто-то вытаскивал чемоданы, а кто-то отыскивал на вокзале родных.       Стелла покинула поезд в числе последних учеников вместе с Ли, близнецами Уизли, Перси и Чарли. «Вот и пришёл момент расставания», – грустно подумала она, обнимая всех на прощание. – Я буду тебе писать каждую неделю, – пообещал ей Чарли напоследок, печально улыбаясь и с тоской глядя на девочку, – И как только придут результаты экзаменов, сразу сообщу, не переживай. – Я переживаю вовсе не из-за этого, – на глаза Стеллы навернулись слёзы и она крепче прижала к себе друга, – Ты уедешь очень далеко… И мы вряд ли увидимся через год или даже через два. – Почему же? – удивился Чарли, – Приезжай ко мне на каникулах вместе с семьёй.       Стелла отстранилась от него и робко улыбнулась. – Ты правда не против? – спросила она и, дождавшись утвердительного кивка, попросила, – Можешь, пожалуйста, немного наклониться.       Парень выполнил её просьбу, и девочка поцеловала его в щёку на прощание прямо как тогда, в самый первый день их знакомства. Уизли усмехнулся, потрепав гриффиндорку по макушке. – Я буду скучать, – сказал он, уже отыскав взглядом родных.       Фред, Джордж и Перси направились к семье. Ли ещё раз обнял Стеллу, пожелал ей хороших каникул и тоже отправился на поиски родственников. – Я тоже, – тихо, почти шёпотом ответила девочка и проводила глазами старшего товарища, который тепло улыбнулся при виде матери и младшей сестры.       Стелла заметила на конце платформы тётю и дядю. Дора уже была вместе с ними и махала рукой, привлекая внимание девочки. Гриффиндорка подхватила чемодан и направилась к ним.       Она знала, что впереди её ждёт незабываемое лето.