Плохо ли бегать по подземелью?

— Это… последний… — выдохнула Силва, опуская бочку на землю рядом с Тейлор. — Хорошая работа, — похвалил парачеловек. — Добавь её к остальным. Девушка-кошка вздохнула, но подчинилась, закатывая бочку к другим, которые складывали вокруг Дебби. К ним присоединились ящики, коробки и мешки, все так же наполненные. Завтра был день Военной Игры против Семьи Аполлона, и авантюристы Семьи Гесты возвращались на поверхность. Двигались они медленно, останавливаясь на каждом этаже, заполняя пустые ящики и бочки, которые Лили хранила в своём внепространственном кармане, Магическими Камнями и Трофеями. Инвентарь Лили вскоре был заполнен их собственными припасами и буквально тонной Магических Камней. Но оставалось ещё больше контейнеров, которые наполнялись и затем привязывались к спине Дебби, которую использовали как вьючное животное. На это было несколько причин, и военные фонды были не главной из них. Тейлор держала свои планы в секрете, но наконец раскрыла некоторые из них группе сегодня утром. Они были дерзкими, безумными и не свойственными обычным авантюристам. Но если это сработает, то Военная Игра закончится так же быстро, как и начнётся, в пользу Семьи Гесты. Поэтому авантюристы подчинились инструкциям Тейлор и убивали монстров тоннами, собирая всё, что выпадало. Естественно, это вызывало удивлённые взгляды других авантюристов в Подземелье, но никто не пытался им противостоять. Другие Семьи были взволнованы предстоящей кровавой битвой завтра и не хотели делать ничего, что могло бы испортить им удовольствие. Из-за того, что сбор всех необходимых Тейлор материалов занял много времени, было уже поздно, когда Семья Гесты вышла из Подземелья, их мешки и хранилища были набиты добычей из Подземелья. Часть этого была сдана в Гильдию за наличные, но остальное было доставлено домой. Ну, в кузницу Вельфа, так как Кузнецу предстояло много работы, чтобы починить всё к завтрашним торжествам. — Вы вернулись! — радостно крикнула Геста, выбегая из особняка Гефеста, чтобы обнять Белла. — Мы вернулись, леди Геста, — ответил Белл. — И вы привезли всех обратно! — радостно воскликнула она, обходя других членов Семьи и обнимая их. — Рад тебя видеть, Геста, — сказала Тейлор, ласково улыбнувшись и похлопав маленькую девушку по спине. — Итак! Что случилось? — спросила Геста. — И почему они с вами? Она смотрела на Рю и Микото, говоря это, любопытство в её взгляде. — Они хотят присоединиться к нам, — сказала Тейлор. Геста громко ахнула. — Правда?! — радостно взвизгнула она. — Да, — кивнула Тейлор. — Ну, чего же мы ждём?! Пойдём! — крикнула Геста, схватив Микото и Рю за руки и утащив их прочь. Тейлор закатила глаза на выходки Гесты, затем повернулась к остальным. — Идите домой и отдохните. Но не забудьте встретиться у восточных ворот завтра до шести утра. Все кивнули, хотя Белл решил пойти с Тейлор, так как у него не было «дома», куда можно было бы вернуться, и он не хотел вторгаться к другим членам Семьи. Первой остановкой была японская вилла, где размещалась Семья Такемикадзути. Это была Семья H-ранга, почти G, с двумя дюжинами членов, все с Дальнего Востока, пятеро из которых были второго уровня. «Скоро их останется четверо, когда Микото присоединится к нам», — подумала про себя Тейлор, когда их провели внутрь, чтобы поговорить с богом, который там заправлял. — Здравствуй, Тейк, — сказала Геста в знак приветствия японскому богу войны, который сидел сэйдза на крыльце, наблюдая, как кои плавают в пруду в саду. — Геста, рад тебя видеть, — ответил он, приветствуя её. — Я так понимаю, ты слышала о желании Микото? — Да. Я была удивлена, но не собираюсь отказываться от лишних рук завтра! — ответила Геста. — Не то чтобы они нам нужны, конечно. Но я уважаю её желание исполнить клятву, данную ею после инцидента с Парадным Проходом и на 18-м Этаже. — Рад это слышать, — сказал Такемикадзути, прежде чем перевести взгляд на Микото. — Ты готова? — Я готова, лорд Такемикадзути, — ответила она, кланяясь ему. — Благодарю вас за все годы, проведённые вместе, но я хочу исполнить данную мною клятву. И… я чувствую, что смогу стать сильнее с ними. Сильнее, чтобы однажды превзойти вас. — Я с нетерпением жду того дня, когда ты это сделаешь, — кивнул Тейк, затем встал. — Пойдём. Проведём церемонию. Немного крови спустя — и Такемикадзути, зашипев сквозь зубы, увидел прогресс, которого она достигла за последнюю неделю — и спина Микото снова была обнажена, готовая принять Фальну Гесты. — Вот, ещё кое-что, — сказал дальневосточный мужчина, доставая пару прекрасных коротких мечей, один в чёрных ножнах, другой в белых. Он протянул Микото чёрный меч, оставив белый себе. — Когда будешь готова вернуться, я приму этот меч обратно, — сказал Такемикадзути. — Считай это обещанием. — Д-да! Спасибо, лорд Такемикадзути! — заикаясь, ответила Микото, её лицо покраснело. Бог Войны выглядел сбитым с толку причиной её покрасневшего лица, и Геста просто сочувственно похлопала нового члена своей Семьи по спине. Обменявшись ещё несколькими любезностями между Гестой и её другом, первая пообещала хорошо заботиться о Микото, и им пришлось уйти. — Следующая Астрея, я полагаю? — спросила Тейлор, когда они вышли из поместья другой Семьи. — Я не видела её целую вечность, — со вздохом сказала Геста. — Надеюсь, у неё всё хорошо. Рю ничего не сказала, и Тейлор сделала мысленную заметку объяснить двухвостой девушке её прошлое. Несмотря на неловкость, официантка провела группу к зданию на окраине, недалеко от западной стены. Это была гостиница, которую часто посещали путешественники, не планировавшие оставаться в Орарио надолго. Группа проскользнула внутрь через чёрный ход. Проведя их в одну из комнат получше, Рю постучала в дверь. Через мгновение она со скрипом открылась, открыв женщину в белом дорожном плаще с поднятым капюшоном, скрывавшим лицо. На чувства Тейлор она гудела тихим звоном колокольчиков, похожим на то, как в мультфильмах изображали звёздный перезвон. — Рю, — пробормотала женщина, опуская капюшон и позволяя длинным каштановым волосам рассыпаться, когда увидела, кто это. — Леди Астрея, — прошептала эльфийка, опускаясь перед ней на колено. Мягкие индиговые глаза, полные любви, встретились с небесно-голубыми глазами Рю. В обеих блестели слёзы, когда они встретились впервые за много лет. — Заходите внутрь, — попросила женщина, названная в честь греческой Богини Справедливости, отступая, чтобы позволить своим гостям войти в её комнату. — Здравствуй, Геста. Давно не виделись. — Астрея, — сказала Геста в знак приветствия. — Хотела бы я, чтобы мы встретились снова при лучших обстоятельствах. — Да, — согласилась она. — Я не останусь надолго и уеду после Военной Игры. — Понимаю, — хмыкнула Геста. — Ладно. Ты, э-э, знаешь, чего хочет Рю? — Да, — сказала Астрея. В её голосе слышалась противоречивая нотка. Это было печально, но также и облегчённо. — Я рада, что она наконец нашла место, где ей можно быть, после стольких лет одиночества. Она повернулась к Рю, которая продолжала стоять на коленях, не в силах смотреть на неё. Без слов Рю обнажила спину перед своей богиней, заставив Белла пискнуть и покраснеть. Бедный мальчик развернулся, чтобы не подглядывать. Астрея нанесла свою кровь на спину Рю и, обновив её статус — и ахнув, увидев события в жизни Рю до сих пор — разорвала связь между собой и эльфийкой. Как и в случае с Микото, гул, окружавший авантюристку до тех пор, исчез. Однако, в отличие от дальневосточной женщины, количество силы, которое выплеснулось из Рю, было гораздо больше. Затем вышла Геста, уколола указательный палец иглой и нанесла новую Фальну на спину Рю. Звук силы Рю снова наполнил чувства Тейлор, и эльфийка выпрямилась. — Рю… ты можешь повысить уровень, если захочешь, — пробормотала Геста в изумлении. Тейлор с Микото замерли, а челюсть Белла отвисла от шока. — Могу… но не сейчас, — ответила эльфийка. — Не до окончания Военной Игры. — Почему? — спросила Астрея в замешательстве. — Разве не лучше было бы быть сильнее для предстоящей битвы? — Стать пятого уровня было бы перебором, — фыркнула Рю. — Я доверяю Беллу и Тейлор. Я считаю, что они смогли бы победить и без меня. Я просто… подстраховка. — И Аполлон или какие-нибудь другие боги могли бы поднять шум и попытаться дисквалифицировать её или вовсе объявить Военную Игру недействительной, — добавила Геста с кислым выражением лица. — Принять Рю в Семью — это, наверное, уже слишком. — Ах. Хорошая мысль, — вздохнула Астрея. — Я надеялась, что Аполлон изменился с тех пор, как я ушла, но, похоже, это было напрасно. Затем она посмотрела на Рю с заботливым выражением. — Было приятно снова тебя видеть. — Взаимно, леди Астрея. Я оставила для вас деньги в обычном месте, — сказала Рю Астрее, надевая рубашку обратно. — Не нужно было этого делать, — пробормотала богиня. — Но я хочу, — прошептала Рю. — Это единственный способ отблагодарить тебя. — В таком случае… могу я спросить, простила ли ты себя за то, что выжила в тот день? — спросила Астрея. — …нет, — призналась Рю. — И не think, что когда-либо прощу. — Понимаю… можешь ли ты, по крайней мере, пообещать мне попытаться найти причину снова улыбаться? — взмолилась Астрея. Рю не смогла ответить на это, и Астрея вздохнула. — Ладно. Но я ожидаю приглашения на свадьбу! — воскликнула Астрея, наконец вызвав реакцию у эльфийки. — Ч-что?! — выпалила Рю. Позади неё Белл тоже начал задыхаться, а Геста слегка задрожала. — О? Я ошиблась? Разве мальчик, которого ты привела с собой, не твой любовник? — невинно спросила Астрея, наклонив голову набок. — Я имею в виду, почему ещё ты позволила ему быть в одной комнате с тобой, когда ты раздевалась? — О-он просто друг! — воскликнула Рю. — Неужели? Что ж, полагаю, вы просто не торопитесь. Но не тяните слишком долго! Ты эльфийка, а он человек, — заметила Астрея. — Хотя, может быть, тебе стоит подождать, пока он немного подрастёт и станет мужественнее… но, с другой стороны, может быть, тебе нравятся милые и женственные? Богиня наклонила голову. — О! В таком случае, может быть, тебе нравится кто-то из девушек? Они высокие, с длинными тёмными волосами, как у Кагуи. А вы с Кагуей всегда спорили… это был твой способ флиртовать с ней тогда? Не в силах больше это выносить, Рю издала смущённый всхлип и выбежала из комнаты, утащив Белла за собой. Геста немедленно бросилась за ними, а Микото и Тейлор переглянулись и последовали за ними. Когда они выходили из комнаты, Тейлор была единственной, кто увидел дразнящую усмешку, мелькнувшую на лице Астреи после того, как ей удалось смутить Рю. 111 &&& 111 Локи спрятала зевок за рукой, входя в Колизей. Всё место было отделано Гильдией в преддверии Военной Игры между Коротышкой и Блестяшкой, и повсюду раздавалось взволнованное перешёптывание. Боги, авантюристы и горожане с нетерпением ждали в креслах Колизея и по всему городу, так как магические зеркала транслировали события. Её собственная Семья была среди них, исполнители уже получили лучшие места внизу, на стадионе, чтобы наблюдать за борьбой маленького парня Айс за свою свободу. Она не знала, почему Геста попросила показывать мероприятие остальным богам именно здесь. Обычно Военные Игры наблюдали божества в специальной палате, расположенной около вершины Вавилона. «Коротышка что-то задумала», — размышляла Локи. Что именно, она понятия не имела. Но ей было Любопытно, как и подобает Богине-Трикстеру, и поэтому она решила прибыть немного раньше вместе со своей Семьёй. Предприимчивые люди продавали закуски, и по всему Развлекательному Кварталу заключались пари. Все хотели увидеть, что произойдёт на самой ожидаемой Военной Игре за последние годы! Рекордсмены из новейшей Семьи Орарио против напыщенных хвастунов из Семьи Аполлона! Это, безусловно, будет игра на века! Однако по сравнению с остальным городом Локи не была в восторге. Она уже знала, чем всё кончится. «Мне жаль коротышку, но Семья Аполлона слишком велика и сильна по сравнению с их соперником. Единственный способ для Семьи Гесты иметь хоть какой-то шанс на победу — если «Ветер» возьмёт на себя руководство боем», — подумала про себя Локи. — «Но это рискует раскрыть её личность всему городу». О, Локи absolutely знала личность официантки, которая только что присоединилась к Семье Гесты. Да, она знала всех их! И была уверена, что quite a few богов и чиновников Гильдии тоже знают свою истинную личность Рю Лайон. В конце концов, не каждый день бога отправляют на Тенкай рукой смертного. И это любопытство обязательно привлекло бы много неприятного внимания к спине бедной эльфийки, если бы оно раскрылось, и даже Фрейя не смогла бы защитить своего питомца, если бы это случилось. Локи взглянула искоса на свою коллегу-богиню, наблюдая за Фрейей. Фрейя думала, что она умна и тонка, но Локи не была дурой. Она знала, что делала Богиня Любви и Красоты. Почему Фрейя притворялась официанткой, она понятия не имела. Выяснение этого было частью того, почему Локи любила бывать в «Хозяйке Плодородия». Но какой бы могущественной ни была Фрейя, даже она не смогла бы удержать голову Рю Лайон на плечах, если бы её личность раскрылась. В конце концов, эльфийка убила Рудру, и, хотя лично Локи чувствовала, что он заслужил всё, что с ним случилось, остальные боги не стали бы так считать. Смертная, нарушившая одно из основополагающих Табу нынешнего мирового порядка, была неприемлема, и её пришлось бы принести в жертву, чтобы умилостивить гнев других божеств, как наверху, на Тенкае, так и здесь, внизу, на Генкае. «И, говоря об Эвилусе, они всё ещё скользкие ублюдки», — подумала про себя Локи с гримасой. Она тратила много времени, пытаясь выяснить, где прячутся Эвилус и таинственный Энио, но даже после недель поисков единственной зацепкой, которую Локи удалось обнаружить, было то, что какие-то нехорошие элементы контрабандой провозят неприятные вещи в Орарио и из него через Улицу Дедала. Её Семья обыскала извилистые улицы сверху и снизу — Финн, Гарет и Бете до сих пор не простили ей, что она отправила их в канализацию на прошлой неделе — но ничего не нашла. Они были близки! Она чувствовала нутром! «Мне нужен кто-то, кто умеет находить вещи», — размышляла про себя Локи. И когда она заметила саму Гесту, входящую в секцию для божеств в Колизее, в голову трикстерши пришла мысль. «Хм. Эта жуткая Ткачиха может видеть через своих жуков, не так ли? Бьюсь об заклад, она отлично ищет скрытые вещи», — размышляла Локи. — «Ладно! Когда это закончится, я подойду к Гесте, чтобы предложить сделку — одолжить мне Ткачиху для поисков Эвилуса. В обмен я объявлю Военную Игру этому напыщенному придурку Аполлону, чтобы вернуть Белла. Это может быть платой за услуги Ткачихи. Да, звучит справедливо!» Кивнув себе, Локи усмехнулась. Это был идеальный план! Геста, без сомнения, будет так подавлена и отчаянно хочет вернуть своего мальчика, что согласится на всё, что Локи предложит. «И, возможно, Айс позволит мне потрогать её сиськи в благодарность за спасение её парня», — хихикнула Локи, заставив нескольких других богов рядом с ней обеспокоенно покоситься на неё. Её смех оборвался, когда Бог в Маске вышел на платформу, возвышавшуюся над Колизеем, и представил себя городу. — Я — ГАНЕША! — крикнул Бог народа, его голос эхом разнёсся по городу благодаря нескольким магическим инструментам. — Военная Игра приближается! В ответ разнеслись одобрительные крики, и мгновением позже по всему Колизею и за его пределами в городе возникли массивные светящиеся окна. Они были созданы с помощью силы Арканума Ураноса. Как Отец-Небо, он мог наблюдать за всем, что происходит под небесами. Направив крошечную часть своей божественности в несколько уникальных артефактов внутри здания Гильдии и Вавилона, он мог проецировать эти экраны по всему Орарио. И на них можно было увидеть две Семьи, ожидающие начала игры в захват флага. Обе Семьи ждали в паре старых замков, которые были восстановлены для этого мероприятия. Флаг Семьи Аполлона охранялся в тронном зале, в то время как Семья Гесты стояла вокруг флагштока во дворе крепости. Увиденное таким образом, все могли оценить disparity между двумя Семьями. У Аполлона было более сотни детей на службе и авантюрист 3-го уровня. Были также талантливые лучники, умелые маги и plenty пушечного мяса. Тем временем на стороне Гесты было всего одиннадцать авантюристов. Пять первых уровней, пять вторых и один четвёртый. И хотя последний мог быть ключом к победе, это всё равно была бы битва на измор. Конечно, у Семьи Гесты было пару монстров, отдыхающих во дворе вместе с ними — и куча ящиков и деревянных контейнеров, которые выглядели неуместно — но Локи сомневалась, что этого достаточно. «Хотя этот Кристальный Богомол выглядит довольно устрашающе. Никогда не видела чёрного. Голубая Бабочка даст им ограниченное исцеление, что является плюсом в таком бою. А этот Подземельный Червь… он больше, чем я думала!» — прокомментировала Локи. Затем она заметила кое-что странное. — «Погоди, что это за золотая штука у Ткачихи? Это искусственная рука?» — Эта рука! — воскликнул Диан Кехт, вскакивая на ноги в изумлении, уставившись на золотую руку, прикреплённую к Ткачихе. Он был не единственным, кто удивился при виде этого. Просто самым громким. — Миах! — внезапно прошипел Диан Кехт, развернувшись, чтобы сверлить взглядом синеволосого аптекаря. — Как ты смеешь?! — О чём ты? — спросил Миах, сбитый с толку внезапной вербальной атакой другого бога. — Эта рука! Ты сделал её, не так ли?! — выпалил Диан Кехт. — Ты украл секреты моих Серебряных Рук и сделал подделку для этой девчонки! Признавайся! — Я ничего подобного не делал! — запротестовал Миах, оскорблённый обвинением. — Не лги! — выплюнул Диан Кехт. — У тебя была прекрасная возможность изучить Серебряную Руку, которую я продал твоему ребёнку! Как иначе объяснить существование протеза, который не создала моя Семья?! Локи подалась вперёд, наслаждаясь драмой. Было highly unlikely, что Миах был виновен в том, в чём его обвинял Диан Кехт, но всё равно было неожиданностью увидеть, как золотая конечность двигается и действует так же, как настоящая рука. Угрюмый бог-ремесленник был единственным в Орарио, кто мог создавать протезы Серебряных Рук, и вторжение кого-то другого на этот рынок не должно было вызвать радости. — Сядь, Диан Кехт, — крикнул Гефест, и fuming ремесленник развернулся, чтобы уставиться на новую цель. — Не вмешивайся в дела, которые тебя не касаются, Гефест! — закричал Диан Кехт. — Я заставлю этого лживого крысу раскрыть, как он украл мои секреты, и-! — Не Миах создал это. Я, — заявил Гефест, прервав ranting бога. Локи подняла бровь, теперь ещё больше заинтригованная. — Ты… что? — пробормотал Диан Кехт, звуча lost и сбитый с толку. — Ты создала эту руку? Но… — Ну, это был не только я, — признался Гефест. — Один Кузнец из моей Семьи делал её для Ткачихи. Более того, насколько я понимаю, именно она дала моему ребёнку чертежи и идею для этого. Всё, что сделала я, — это дала несколько благословений и перепроверила работу. — Это-! Невозможно! — выпалил Диан Кехт. — Это не так. Золотая Рука, сделанная одним из моих детей, — это блестящее механическое маго-технологическое изделие, и я бы назвал его шедевром высочайшего качества, — заявил Гефест. — Её сделал он, и я не потерплю, чтобы кто-то утверждал иное. — Хотя есть один способ доказать обратное, — сказал Гефест. — Всё, что тебе нужно сделать, — это раскрыть нам, как делаются твои Серебряные Руки. Таким образом, мы сможем подтвердить, были ли украдены секреты их создания. Диан Кехт покраснел и, не в силах говорить, мгновением позже рассерженно выбежал вон, а рыжеволосая богиня усмехнулась своей победе. Локи мысленно аплодировала блестящему манёвру Гефеста. Монополия Диан Кехта на производство Серебряных Рук была связана исключительно с тем, что никто за пределами его Семьи не знал секретов их создания. Если бы он захотел доказать, что Богиня Кузницы украла эти секреты, ему пришлось бы раскрыть их в первую очередь. «И если Гефест говорила правду и нет никакой связи между новой Золотой Рукой Ткачихи и Серебряными Руками Диан Кехта, то старик просто так отдал бы крупнейший секрет своей Семьи конкуренту», — подумала про себя Локи с усмешкой. — Спасибо, — прошептал Миах Гефесту, когда Диан Кехт ушёл, и кузнечиха просто пренебрежительно махнула рукой. — Всё в порядке, я просто не хотела, чтобы ты или кто-то другой приписал себе заслуги за то, что сделали я и мои дети, — заявила она. — Как бы то ни было, я вам благодарен, — сказал длинноволосый бог, кланяясь ей. Рыжеволосая богиня просто промычала в ответ, но Гефест не смогла скрыть лёгкий румянец на щеках. Она не привыкла к искренней благодарности, и искренность Миаха была неоспорима. — Флиртуйте позже, вы двое! Представление скоро начнётся! — отчитала их Локи. Они сердито посмотрели на неё, покраснев, а несколько богов хихикнули. — Это твой последний шанс, Геста, — объявил Аполлон, усаживаясь на свой вычурный золотой трон и сверля взглядом коротышку. — Сдавайся, и тебе не придётся смотреть, как твою Семью втаптывают в грязь! Коротышка просто посмотрела на хвастуна сверху вниз — и это было большим достижением для кого-то такого маленького! — затем отвернулась и сосредоточила своё внимание на светящихся экранах, полностью игнорируя его. От этого Бог Солнца закипел, но он не ушёл, как Диан Кехт. Вместо этого он скрестил руки и надулся, как ребёнок. — Я, Ганеша, ведущий этой Военной Игры, объявляю о её начале через три… два… ОДИН! СТАРТ! — крикнул бог в маске слона, и с этого момента битва началась! Локи усмехнулась и приготовилась к представлению. Даже если она знала, чем всё кончится, всё равно будет очень весело!