Великая из Бродячих....

      Неделя пролетела довольно быстро и...       Голова нещадно болела. Я скептическим взглядом смотрела на то, что творилось вокруг меня и уже тысячу раз пожалела, что не сменила имя, личность и не свалила нахер из этого дурдома. Недавно у меня не выдержали нервы по причине того, что нужно было разрешить кое-какие дела по приказу Мори, потом позвонить на «магический» телефон Кёки и отдать приказ, как она и просила, потом притащили Дазая прямо в подземелье и Чуя хотел отпраздновать поимку бывшего коллеги — и это было причиной моей головной боли и причиной тому, что моя нервы не выдержали. Почему?       Ну, рыжик предложил выпить вина после работы, я отказалась пить с ним, а дальше уже я сама решилась напиться в хлам, как никогда раньше. Думаю, говорить о том, что пропала я в запое не стоит. Я от души выпала из жизни на два дня, тусуясь с каким-то пьяными подростками на чей-то квартире. Было весело, словно я самый обычный подросток. Кто-то был студентом, кто-то школьником, кто-то мафиози — в пьяном угаре всем было плевать. В ход шло от сакэ до родной русской водки и дешёвого пива. По моему, они отмечали чей-то день рождения. Не помню. Я даже не помню как с ними вообще связалась.       Просто в один момент, этим днем, я проснулась в ванной, не понимая где я и почему меня так ужасно тошнило. Вылезая из ванны, я сразу же наткнулась на зеркало, чтобы с удивлением посмотреть на саму себя. Это было что-то: на мне было только чёрное нижнее бельё и все. Волосы были в ужасном беспорядке, а на шее красовалось пару засосов от вчерашней игры в бутылочку. Весело конечно было, но...       Посмотрев назад, заметила незнакомого подростка, обнимающего какую-то вазу. Выйдя из ванной, попала в маленькую комнату, сплошь забитую спавшими подростками. Их было довольно много, не смотря на маленькое помещение, и каждый спал в разном виде, кто-то как и я были раздеты. Неужто в карты на раздевание играли? Везде валялись пустые бутылки и стаканы из под разного вида алкоголя, стоял запах спирта из-за пролившегося недавно алкоголя на ковре, вперемешку с лужей рвоты. Кругом был погром. Зрелище конечно то еще.       — М-да, — высказываю я, смотря на картину. Сочувствую я родителям того подростка, который устроил столь огромную тусовку.       Пройдя обратно в ванную, умывшись, я принялась искать свои вещи. И к сожалению не нашла ничего из своей одежды, только телефон. Поставив севший и разбитый телефон на зарядку, принялась искать себе одежду. А то хожу тут практически в чём мать родила, да стыда не чувствую.       Состояние было тем, каким и должно быть после запоя. Отыскав в шкафу какую-то мужскую одежду, стащила у неизвестного спортивные штаны черного цвета и такую же толстовку, переодевшись, забрав телефон и стащив с кухни чьи-то сигареты с зажигалкой, я ушла. Выйдя на улицу, я закурила сигарету, благодаря всех, что сегодня была пасмурная погода.       Включив телефон, я поморщилась. Очень много пропущенных было от Гин, Хигучи и Чуи. От Мори было лишь сообщение с пожеланием «хорошо отдохнуть на выходных» двухдневной давности. Да уж, весело я оторвалась. Позвонила каждому, выслушала в свою сторону столько критики и лекций от первой троицы, что удивилась тому, как они за меня переживали. Мори ничего не сказал, сообщил лишь, что у нас спиздили Кёку и, если будет время, заявится в штаб. Весело.       После того, как вернулась домой, начала приводить себя в порядок, хотя состояние было скрутиться ничком на кровати и послать весь мир к чёрту. Уже пребывая в комфортной обстановке, более менее придя в себя благодаря кофе, я поехала в штаб. К тому времени, как я подъехала к штабу, благо вызвала такси, погода изменилась в более худшую сторону для меня: выглянуло солнце, начало палить как не в себя, жара и духота заполнили пространство. Я лишь благодарила себя за то, что не смотря на дресс-код, надела джинсовые шорты и черный топ, лишь вместо сланцев надела кеды.       Но чувствовала я себя пусть и ужасно, но проведенные мной выходные меня устроили. За эти два года я часто зависала на таких тусовках — там меня меньше могли обнаружить, да и такое поведение не свойственно было мне до всей этой истории. Можно даже сказать, не в моем характере, и я этим прекрасно пользовалась время от времени.       Не успела я зайти, как видно ждавшая меня Хигучи на пару с Чуей потащили меня к начальству.       — То, что Кёка попала в руки агентства, довольно таки большая проблема, — говорит Мори, смотря на меня и придурка с лимонными гранатами, который мелкую убийцу и проворонил. Стоящая рядом с боссом мафии Озаки пребывала в мрачном расположении духа и только присутствие Мори останавливало её от поднятия клинка против нас обоих. Видно, её сильно раздражало, что ее племянница и ученица попала в руки к агентству.       — Но не моя, — говорю я, пожимая плечами. Да, это была их проблема, не моя. Я сделала то, что меня просили, отдала приказ целых два раза, всё. На этом моя миссия выполнена.       —Хм, почему? — спрашивает у меня Мори, с интересом ожидая моего ответа, в то время как Озаки готова была убить меня на месте.       — Ну, во первых, я отказалась её принимать на своё попечение, и даже тогда, когда ты настоял, мне было глубоко фиолетово, — честно отвечаю, смотря на него и пальцами показывая один. — Во вторых, не я проворонила её, а вот этот вот индивид, — указывая я другой рукой на подрывателя, — В третьих, не думаю, что с ней что-то случится, с учетом того, что у нас в заложниках Дазай. Ну, а четыре, это то, что если они отведут её в полицию, я сомневаюсь, что она так легко и просто позволит себя казнить, а не свалит. На счёт информации... Не думаю, что она знала больше, чем остальные детективы о нас. В конце концов, у них есть тот самый гениальный детектив, — на этом мои аргументы о том, что пусть решают сами эту проблему, закончились. Да, признаю, это довольно таки большая проблема, но их, не моя. Мне вообще плевать что с этой мелкой случится, по канону с ней все хорошо будет, вот и всё. Вряд ли бы директор Фукудзава позволил бы пролить кровь пусть и убийцы, но ребенка. Не ему судить.       — И всё таки, дорогая Озаки очень переживает за Кёку Изуми, тем более, что девочка принадлежит Портовой Мафии. Не хорошо получится, что дитя мафии разгуливает вне мафии, — Мори с наигранным сочувствием аж покачал головой, пока я сдерживалась, чтобы не покрутить пальцем у виска. Что этот старый пень несет? Какая нахрен семья? Это же не Реборн с Вонголой... — Поэтому пожалуйста, Акутагава, верни девочку обратно, — он посмотрел на меня с улыбкой. Нет, с усмешкой, даже с угрозой в этом выражении лица.       — Даже пожалуйста сказал, — я вздохнула, посмотрев на него усталым взглядом. — Ладно, но почему я, а не этот придурок? — указываю на стоящего и всё еще молчащего подрывателя. Нет, реально, он ни слова не сказал с тех пор.       — У меня для него другое поручение, — я со скукой посмотрела на вздрогнувшего от тона Озаки парня, которая и подала голос. Очень интересно всё получается — разве он не был заключён под арест? Но почему-то стоял здесь. Странно, но не мое дело. Может сбежал или я что-то не то помню.       — Я могу идти? — спрашиваю я, посмотрев на Мори. Тот кивнул, махнув рукой, словно говоря: «иди».       А в коридоре меня поджидал всеми известный и любимый многими девушками и парням манипулятор гравитации. Который, судя по его выражению лица, вновь начнёт свою лекцию о том, почему не стоит вести себя так, как вела себя эти два дня я. То есть, нельзя ни с того ни с сего пропасть на два дня и не отвечать на звонки и сообщения.       — Я даже не буду слушать твои проповеди, — говорю ему, проходя мимо. Я большая девочка, сама знаю что мне можно и нельзя. Чуя не может вести себя так, словно заботится обо мне — два года его это не волновало. То, что ему нужна была ученица и секретарь, не очень сработало, ведь к сожалению для него, мне вернули должность и подчинённых. Защита с его стороны? Не знаю, я не замечала пока с его стороны никакой защиты по отношению ко мне.       — Акутагава, я переживал за тебя, — говорит он, подходя ко мне. Одет он был так же, как и в своём первом появлении в аниме: плащ, шляпа, жилетка, перчатки, брюки. Все точно такое же. Словно косплеер, но на деле, реальный персонаж... Вернее, человек.       — Ты выбрал не ту сестру, чтобы говорить эти слова, — я снова обхожу его, ускоряясь. Это правда.       Я не знаю почему все так считали, что в аниме Чуя заботился об Акутагаве после ухода Дазая из мафии, ведь на деле это было неправдой. Он пару раз помог мне с травмами на общем задании и всё, и то, это было во времена присутствия самого Дазая в мафии. В основном у нас были отношения начальника и подчиненного и он мог отдавать мне приказы.       Я не знаю, что взбрело ему в голову, когда он пришел ко мне с тем предложением: может Мори приказал, может Гин попросила. А тот выторговал у Мори вернуть меня обратно. Я не знаю. Мне плевать.       Я уже привыкла к тому, что я сама по себе и большего мне не нужно. Даже Гин, пусть она и моя младшая сестра, но мне не нужна ее забота.       Я резко остановилась по середине коридора.       Только сейчас до меня дошло.       — Как же мне похуй.

***

      Уж не знаю, что побудило меня спуститься и посмотреть, как там Дазай в подвале, но я это сделала. Хотелось наверное увидеть тот момент из аниме, где он прикован к цепям. А может, хотелось увидеть бывшего наставника в столь унизительном положении заложника и заключенного. Про то, что он мог выбраться из цепей, я вспомнила в тот момент, когда уже спускалась по ступенькам вниз.       Уже на лестнице я слышала, как пленник что-то напевал себе под нос. Мелодия была знакомой, наверное, что-то из нынешних современных хитов музыки. И уже окончательно спустившись, я увидела его вновь.       Расёмон тут же напрягся, словно готовый нападать на того, кто когда-то мучил его хозяйку под предлогом тренировок. Я же осадила свою способность, прекрасно помня, что это не сработает на таком человеке, как Дазай Осаму. Тот если бы и хотел погибнуть от рук чей-то способности, не смог бы. В отличии от способностей остальных одарённых, способность «Больше не человек» всегда в активированном состоянии.       Уже увидев его, мне хотелось ударить его, прямо как моя альтернативная версия из аниме. Он не ощущал себя пленником, был в расслабленном состоянии и что-то напевал себе под нос. Даже глаза у него были закрыты. Я прекрасно знаю, что он знает о присутствии постороннего, то бишь меня, ведь даже глухой услышал бы мои маты, когда я чуть не свалилась кубарем вниз из-за темноты. Нет, освещение здесь так себе. В аниме все отдавалось красными оттенками, было освещение, здесь же... Все просто тёмное и мрачное.       — Ах, это ты, — он открыл глаза и усмехнулся, посмотрев на меня. Я удержалась от того, чтобы ему похлопать за очевидность.       — Можешь не притворяться, что не заметил меня, — фыркаю я, подходя ближе и смотря на него снизу вверх.       — Навевает воспоминания, — говорит парень, обведя взглядом помещение и вновь посмотрев на меня. — Вспомнились времена, когда ты была всего лишь новичком, — продолжает он, на что я вздохнула и всё-таки закатила глаза.       — И на что я вообще надеялась? — спрашиваю я сама у себя, прервав его монолог. Не ну правда, он начал говорить об этом так, словно, блин, не знаю, мы находимся не в подземельях, а на встрече выпускников в школе. — Прекрати блин так себя вести, — говорю ему я, будучи предельно честной.       — Ну и скажи на милость, как стоит вести себя твоему бывшему боссу? — со смешком спрашивает у меня Осаму. На сколько я помню, в каноне эти слова были провокациями по отношению к моей альтернативной версии. Тот Акутагава ударил его и провокации со стороны бывшего мафиози продолжились.       — Извиниться, — лишь это ответила я, замечая, как детектив замолчал и с удивлением, может, шокировано даже, посмотрел на меня. — Не провоцировать меня, не нести всю эту сентиментальную чушь, не вызывать ревность и чувство никчёмности, а просто извиниться, — говорю ему я, смотря на него и чувствую как в глазах появляется слёзы от долгих лет обид, боли, непризнания и разочарования. — Это слово не сложно произнести, — тихо говорю я, отводя взгляд. Зачем я вообще это затеяла ? Сидела бы щас в более менее нормальном психологическом состоянии дома и смотрела бы какой-нибудь сериал, а не чувствовала себя щас как эмоциональная развалина.       — Акутагава? — в его голосе слышен вопрос, когда он произносит мою фамилию. Я вновь смотрю на него и понимаю, что нет, этот человек не признает свою вину, не поймёт, что то, что он делал, было неправильным и будет считать правым себя.       — Как я и говорила ранее, удачи в своей арке искупления, — сказав ему эти слова, я отвернулась от него и ушла. По щеке всё-таки начали течь слёзы, которые я игнорировала.       — Акутагава? Эй, Рюноскэ, вернись! — я даже не обращала внимания на его настойчивый голос, который звал меня обратно, упрямо поднимаясь по этим дебильным ступенькам и, наконец-то выйдя из камеры, вылетая в коридор.

Что мной двигало, когда я вообще ступила туда?

Наверное, надежда...

      Вот только в реальности надежда всегда умирает первой.

***

      Я шла по довольно таки пустой улице, пребывая в довольно таки хреновом настроении. Я проплакала целый гребанный час в туалете Портовой мафии, пока не успокоилась и не решилась выйти и проветрить голову. Голова ужасно болела, духота нагнетала, а сигарета, которая была уже третьей по счёту, ни хрена не помогала. Я не хотела, чтобы меня в мафии видели такой слабой, не хотела чтобы и Гин меня видела такой, поэтому предпочла уйти далеко от территории Портовой мафии.       Мое психическое состояние не было на высоте, признаю, но этот эмоциональный срыв? Впервые такое здесь происходит. Я впервые наверное, за то время, что помню о другой жизни, плачу. Даже будучи в состоянии алкогольного опьянения, я не плакала — смеялась, веселилась, пела песни, но не плакала.        Уж не знаю, каким образом, а может, это просто закон подлости, но я оказалась перед полицейским участком. Даже мелькнула шальная мысль прийти и сдаться, чтобы меня отправили на казнь. Та же шальная мысль улетела в тартарары, стоило ей мелькнуть.       — Тебя казнят, если арестуют! — из моих дум меня вырвал чей-то, даже знакомый, голос. Я посмотрела в сторону и чуть не подавилась, увидев прямо перед входом Ацуши Накаджиму и Кёку Идзуми.       — Меня всё равно убьют, если я вернусь в мафию. Я убила тридцать пять человек, — я еле услышала её слова и, чисто ради интереса, решила подойти и послушать еще. — Вся моя жизнь это преступление, — ну нихуя себе предъява. Я убила побольше, как и остальные в мафии и вне мафии. Тот же Дазай, тот же Фукудзава и больше убивали. Ацуши тоже одного сумасшедшего в детстве убил, но ничего, живет же себе нормально. Эх, травмированные подростки...       — Вы бы не кричали прямо перед полицейским участком, — говорю им, подходя ближе и смотря на обоих. Что же, лица обоих подростков стоили моего появления. — Тем более, вряд ли бы тебя убили в мафии, я же живая, — напоминаю я ей, докурив сигарету и бросив окурок прямо на землю, наступив на нее ногой.       — О чем это ты? — спрашивает у меня Ацуши, а после одёргивает сам себя. — И вообще, что ты здесь делаешь? — тут же спрашивает он, напрягаясь. Я фыркаю. Желания как в прошлый раз ответить сарказмом не было.       — Гуляю, — пожимаю плечами я.— Пошлите отсюда, пока нас не заметили, — говорю я, кивнув в сторону выходящего полицейского. Двое в рассеянности на меня посмотрели и я вздохнула. Не хотят, пусть. Я развернулась и пошла. И только потом, отойдя от них, услышала, что они догоняют меня.       — Зачем вы здесь на самом деле? — спрашивает у меня мелочь, подозрительно глядя на меня.       — Просто гуляю, — вновь отвечаю я, глазами найдя детскую площадку и идя туда. В связи с жарой и духотой, детей не было и площадка была абсолютно пустой, что сыграло мне на руку, и я с удовольствием села на лавочку, доставая ещё одну сигарету и поджигая ее.       — Эм, у тебя все в порядке ? — спрашивает у меня Ацуши, косясь на сигарету в моих руках.       —Да, — говорю я, откидываясь на скамейку и делая затяжку. — А у вас обоих что-то не так с инстинктами самосохранения, — указываю сигаретой на обоих.       — Простите? — спрашивает у меня Кёка. Я вздохнула.       — Кека, скажу честно: ты мне неприятна, — я серьёзно посмотрела на неё. — И ты прекрасно знаешь почему. Признаю, на тот момент я сама не была образцом хорошего человека, да и сейчас не являюсь, но свою жизнь я люблю. Я два года бегала от мафии, полиции, даже от военных, чтобы выжить. Я вернулась в мафию, чтобы выжить. Да, в этом путешествии, я убила многих ради себя, но это не мешает мне жить, — сделав ещё одну затяжку, я продолжаю. — Что твои тридцать пять человек с моим сотнями. А я положила ради себя немало людей, — фыркаю, а после, будучи эмоциональной развалиной прямо сейчас, я кладу руку ей на плечо и игнорирую её вздрагивание. — Я пытаюсь сказать, что у тебя вся жизнь впереди и ради своей жизни приходится убивать. В мафии либо ты, либо тебя. В том не было твоей вины, — какая у меня однако философия изо рта льётся. Надо пойти философом работать, а не в мафию. Вот свалю от них и...       — Но ты же сама отдала приказ через телефон, — подает голос Ацуши. Я скептически посмотрела на него.       — Я сделала то, о чем она меня попросила, — закатываю я глаза. Вот еще блин, она попросила отдать приказ, я отдала. Все. Лишь бы отстали от меня. Но почему я вообще сижу здесь и распинаюсь перед ними!?       — Но..., — Ацуши пытается возразить, но посмотрев на виноватое выражение лица Кеки, понял что я права. Я вздохнула.       — Да и в мафии тебя вряд ли бы убили, — говорю я, и встретив её удивленный взгляд, продолжила. — Ты же любимица Озаки, — пожимаю плечами. Камон, девочка, это же очевидно, ты не единственная племянница. Родная кровь, все дела.       — Тогда почему вы за ней следите? — вдруг спрашивает у меня серьёзно Ацуши, и я от удивления поперхнулась воздухом. И дымом сигареты. Ничего себе. Я с изумлением посмотрела на пепельноволосого. Вот это новости. Я даже и не подозревала о слежке за мелкой, хотя в каноне что-то такое было. Но он то откуда узнал? — С тех пор как мы вышли из агентства, я слышал и чуял людей, которые за нами следовали.       — Ахуеть, — выдаю я, смотря на него. Это точно тот самый герой аниме? Откуда у него такие способности? Нет, понятно откуда, но он же никогда особо этим не светил, да и был глуповат и наивен. Я же в этом убедилась еще тогда, в переулке. А тут на тебе, такое заявление. — Наверное, она была приманкой для того, чтобы поймать тебя, — честно отвечаю я, оправившись от шока. На меня уставились две пары изумленного взгляда. — Не смотрите так на меня, я два дня была в запое и нихрена не знаю. Мори меня только сегодня попросил вернуть мелочь, даже пожалуйста сказал.       — Ничего себе, — рассеянно говорит на всё это Кёка. Это она на слова о Мори так реагирует, я уверена.       — Чтобы босс мафии, да и пожалуйста говорил? — вдруг усмехается Ацуши, а после задумывается. А откуда он знает имя босса портовой мафии? Я теперь смотрю на Ацуши так, словно блять впервые его вижу. Что за нахер? Где блять мой наивный и милый герой аниме? Почему он прямо щас не выглядит таким наивным? — Он у вас не педофил случаем? — с подозрением в голосе спрашивает Накаджима. Я поморщилась. Было много теорий о том, что у Мори были предпочтения к детям в той жизни. Фанаты аниме долго спорили на эту тему.       — Да кто его знает, — махнула я рукой. Как тут же, словно я отдала какой-то сигнал, раздался выстрел.       Я резко вскочила, настораживаюсь, как и Кёка, чтобы шокировано уставиться на то, как белая рубашка оборотня становится красной. Тот с ужасом и шокировано , даже с предательством, посмотрел на меня. Я вообще нихрена не поняла, что произошло, схватила его, не давая упасть и все еще смотрела на кровавое пятно на его рубашке. А вот последующий выстрел настиг меня и я даже не смогла защититься Расёмоном, чисто не успела. Пуля попала в то же место, где недавно зажило предыдущее ранения и чуть ли не закричала от боли.       Тут же подъехала грузовая машина, из который вышли люди в чёрном, которые подхватили Кёку, меня и Ацуши и затащили в машину. Кека даже не вырывалась. Я же просто не понимала суть происходящего. Кто-то что-то мне говорил, но я не слышала. Потом резкий укол в шею и...       Перед глазами потемнело и я каким-то образом, потеряла сознание от всего происходящего за этот день.       Но я в ахуе от всего происходящего...