Наброски

      Открыв дверь, оба увидели просторный, довольно чистый гостиничный номер со скудным интерьером. Табуретка и комод с зеркалом напротив двери, на котором стояла ваза и два соцветия подсолнухов в ней. Напротив комода две кровати, разделённые стеной. Параллельно кроватям и той стены был небольшой камин, который сразу заметила и зажгла Методе.        Генау зашёл, а Методе попросила  её подождать и положить пяльца с иголкой и ниткой на тумбочку. Исследовав этаж, Методе через минут двадцать зашла в номер уже в просторной сорочке, держа свою слегка рваную одежду. Её объёмные волосы были перевязаны белой атласной лентой.        - Генау, пойдёшь по коридору налево и найдёшь общую ванну. Приведи себя в порядок.        - Понял. -он встал и вышел, прихватив с собой сумку.        Методе села к той кровати, что ближе ко входу, зажгла фонарь и взяла с тумбочки пяльца, иголку с ниткой. Принялась зашивать свою одежду от множественных порезов. Нельзя сказать, что она прямо хорошо это делала, но всё же что-то умела, хоть и шила Методе не торопливо.        Спустя, наверное четверть часа, зашёл и Генау в чистой белой свободной рубахе и штанах. Его волосы были совсем чуть-чуть растрёпанные. Непривычно.       - Генау, положи одежду на кровать и ложись спать. Сон лучше всякого лекарства. -говорила она, медленными движениями просовывая иглу, а затем поднимала слегка руку вверх, чтобы натянуть нитку.        - Я всегда подолгу не сплю. Привычка. -он аккуратно положил сложенную одежду рядом с ней.        - Вот именно, что подолгу не спишь. Ты свои синяки под глазами видел? Высыпайся давай. -говорила она слегка недовольно, но Методе явно не злилась, просто наставляла.       Он сначала отвёл взгляд, но потом подошёл и нагнулся к зеркалу на комоде.        - Так это, скорее всего от возраста. -он посмотрел на неё с лёгким недопониманием.        - А что не так с твоим возрастом? Мне кажется ты мой ровесник, а может старше на год-второй.        - Мне сорок два. -Методе округлила глаза.        - У нас семь лет разницы оказывается.        - Значит, тебе тридцать пять.        Методе принялась обратно за шитьё, а Генау лёг на свою кровать и взял в руки сумку, ломаясь над тем, порисовать или нет, раз они разделены стеной.        Всё же он начал чиркать пока что какие-то несвязанные линии, думая, во что их превратить.        - Слушай. -Методе начала диалог, оперевшись на стенку, что разделяет кровати, подложив под спину подушку. - Раз ты не будешь спать, может быть, побеседуем? -она также уловила слухом скрежет пера об пергамент, но не придела значения.        - Не знаю. Смотря о чём.        - Меня очень интересует твоё заклинание.        Генау округлил глаза, не очень понимая, в каком смысле оно её интересует.        - Продолжай. -слегка вопросительно.       - Я чувствую, что это заклинание ты создал сам, что наталкивает меня на мысль, что ты глубоко внутри творческий человек.        Слово “творческий“ прозвучало в его голове словно несколько раз, и он невольно присел поудобнее, прижавшись спиной к стене и даже не подозревая, что они оба сидят спинами друг к другу.        Оба сидели, каждый занимался своим делом. Так близко, но так далеко.        - Генау, позволь мне немного покопаться в тебе. Сначала наверное, без магии.        - Делай, что знаешь.        - Значит, ты не против. - Методе оглянула свой костюм и не заметила ни единой царапинки. - О, так я закончила со своей, поздравь меня, пожалуйста. Генау немного поколебался и несколько секунд помолчал.        - Поздравляю.        - Спасибо. -она улыбнулась. -Закончим разговор, как только я закончу шить, потому что уже спать лягу. Так, о заклинании. В качестве защиты, атаки и полёта у тебя один только дигарднахт-призыв вороньих крыльев. Первое, что придёт на ум, когда произносишь слово птица-это полёт. Значит, дигарднахт изначально был просто полётной магией. Верно?       - Допустим. -он уже вырисовывал имбирные печенья, которые купил на рынке, грезя о том, как съест их, когда Методе будет спать.        - Чтобы не тратить ману на другие заклинания, ты решил его преобразовать не только в оружие, но и в защиту, но в полёте у них есть один недостаток.        - Правда? И какой же? -он внимательно её слушал, хотя как обычно казался отчуждённым.        - Крылья где-то в три раза больше твоей комплектации тела. Представь себя мишенью, по которой не должен попасть враг, а самого врага-лучником. Когда ты призываешь крылья, то увеличиваешь мишень. Понимаешь о чём я?       Генау нахмурился больше обычного и даже ничего не ответил.        - Ну вот, ты скорее всего, сейчас хмурый сидишь, значит задумался об этом впервые. Это говорит о том, что тебе, скорее всего хотелось выглядеть искусно, красиво, несмотря на такой недочёт. Ты не хочешь и не будешь использовать базовую магию, которой пользуются Фрирен и Ферн, а также я понемногу. Нам совершенно не важно выглядим ли мы красиво, а ты как будто хочешь этого, но на подсознательном уровне.        Генау было неприятно от того чувства, что его будто читают как открытую книгу.        Но при всём этом, он её слушал, затаив дыхание. Ему было от чего то интересно, что она про него скажет, и он не понимал, почему позволял Методе это делать. Возможно, он сам про себя не знает всего, а может и нет, а может всё сразу.        - Я это клонила к тому, что ты не тот, кем наверное хочешь всем казаться. Я чувствую, что ты считаешь себя плохим, чёрствым, но ты скорее всего лучше, чем сам хочешь быть. Стоп, погоди, применю магию. Можно я временно присяду к тебе на кровать?       - Сейчас, подожди. -его внутри словно током ошпарило и он быстро убрал рисунок, перо и чернила в сумку. - Можешь.        Методе отложила его чёрные штаны и легонько встала на цыпочки. Перейдя через стенку к нему, приподняв юбку сорочки, как принцесса, она присела с ровной осанкой, поджав ногу под себя и свесив правую ногу на деревянный пол.        - Что-то от меня требуется? -спросил он. У него была чуть более удобная поза, согнутое колено и свисающая рука на этом же колене.        - Просто дай мне руку.        Он оглянулся по сторонам, но руку с тыльной стороны, с каким-то небольшим недоверием дал.        Методе закрыла глаза, протянув две миниатюрные женские руки к его руке. Она коснулась своей ладонью до его ладони, а второй рукой до тыльной стороны.        - Ты тоже должен закрыть глаза. -она сказала это с чуть более холодным, настойчивым голосом, но всё таким же нежным, как всегда.        Он послушался. Из их ладоней из-за магии Методе, сочились золотые лучи. Они озаряли практически всю комнату, эти лучи были даже видны с улицы, что люди, которые остались самые последние на том празднике, начали шептаться, мол, не начался ли там пожар.        Методе настраивалась на его хорошие дела, что требовало труда. Кажется, она нашла одно очень недавнее.        - Я закончила. -она открыла глаза и он за ней. Оба подняли друг на друга взгляд и Методе по доброму улыбнулась. - Ой, как мило,  правда, она с тобой жестоко обошлась.        Он пока не особо понял, что за случай она имеет ввиду, а она уже успела сойти с его кровати, взяв в руки иголку и одежду.        - В день сражения с Револьте Богоподобным, ты вспоминал своего товарища, который погиб, защищая ребёнка, но при этом в тот же день защитил своей спиной маленькую девочку, которая оказалась замаскированным демоном. Ты подавляешь свои хорошие черты, и я тебя одновременно и могу понять, и нет. Сложный ты человек, но на самом деле хороший. Хватит этой напыщенности, она тебе не к лицу.        Небольшое молчание.        - И почему же ты хочешь, чтобы я изменился? Какой тебе от этого прок?       Методе слегка улыбнулась.        - А от того спасения подставной демоницы тебе разве был прок?       Каждое её слово-стопроцентное попадание, будто он-снова мишень, а она-лучник. Очень неприятное чувство, которое заставляет его улыбнутся одними уголками губ.       Потом оба молчали. Молчали долго, как будто вечность. Генау давно закончил набросок, смотря на пламя в камине, желая поскорее сжечь своё творение.        - А ты ничего больше не видела? -он начал сомневаться в том, остался ли его, возможно, самый большой секрет секретом.        - Лишь обрывками, которые даже не разобрать.        - Понятно. -только сейчас он понял, каким безрассудным решением было давать ей руку, но прошлое не воротишь.        В комнате была тишина, только треск угля в камине разгонял её, как в комнате прозвучал последний звук рвущихся ниток и лёгкий выдох.        - Наконец-то твою одежду зашила. Методе снова завернула за стенку, где лежал Генау и не спал. - Где тебе одежду оставить?       - На тумбочке. -ещё более безжизненно, чем обычно. Методе положила туда аккуратно сложенную одежду.        - А поблагодарить? Я между прочем устала.        - Молодец, спасибо. -как будто совсем чужой человек.        Методе нахмурилась, но всё равно пожелала спокойной ночи и уснула через пять минут. Генау дождался момента и, достав пергамент, сложил из него самолётик, запустив его гореть-прямо в камин.        А потом съел имбирное печенье, которое нарисовал, хотя Методе просила много не есть на ночь.