Когда все разрушится…

К окну, мимо кровати, к двери, снова к окну… Рон мерил шагами комнату, нервно кусая ногти. Он злился. Нет, не так. Он не мог выбросить мысли об «избранном» из головы! Гарри стал совсем невыносимым. В прошлом году они ужасно общались, потому что Поттер только и делал, что бегал туда-сюда из-за турнира. Играть с ним? Отказывался. Погулять на выходных? А, нет, у него еще тайна гребаного яйца не разгадана, Акцио не выучено, способ дышать под водой не найден. После отбоя? Поттер делал домашку да спал, а ведь раньше они могли болтать до поздней ночи. Что ж он делает сейчас? Не интересуется, как он, Рон, провел лето, да и ведет себя, как... Как… Как шишка расфуфыренная! И когда он стал таким?! Они же друзья..? Голова заболела. Рону потребовалось пару минут, чтобы понять, с какого момента одно лишь присутствие друга начало раздражать. Мозг чуть ли не скрипел от напряжения, пока не выдал: когда Гарри подбросил свое имя в кубок. Потому что без его персоны, видите ли, ни одно мероприятие обойтись не может. Конечно! А свалить все на очередного сумасшедшего, который вел у них ЗОТИ — это сам Мерлин велел. И мало того, надо появиться на стадионе с мертвым телом одного из участников, сразу начиная что-то бормотать о возрождении Волан-де-Морта. Как будто ему мало того, что он уже знаменитость. Надо еще внимания. Вот только вокруг люди-то не дураки. Никому из орденцев Поттер особо не нравился, так, терпели и отмахивались. Ведь он свой, как-никак, да и сиротка бедная к тому же. И что, что в его сейфе денег…! Какая же Гарри мразь. Но Рона успокоил тот разговор, который он подслушал пару дней назад. Вот, оказывается, даже взрослые в чем-то были с ним согласны. Он тогда стоял на коленях в своей комнате, со странной трубкой в руке, «одолженной» у близнецов. Младший Уизли один, ведь Гарри, естественно, опять где-то с Гермионой. Ну и зря, он без него повеселиться. Наконец умудрившись настроить аппарат, он смог расслышать голоса в гостиной, где как раз проходило собрание Ордена Феникса. — Гарри совсем… Я даже не знаю, как правильно выразиться! Он словно одержим идеей возрождения Сами-знаете-кого. Все спрашивает про него, а я что могу ответить? Что нету его? И ведь даже не совру, — раздался тяжелый вздох Римуса. Вокруг поднялся недовольный гул. Дамблдор приказал не раскрывать мальчику никакую информацию, так что вопросы Поттера выводили из себя всех членов ордена. А может, их напрягал именно тот факт, что он вообще пытался что-то выяснить. — Ты не понимаешь… Лунатик, после того, что случилось на турнире, ты правда думаешь, что он может не волноваться, не беспокоиться?! Перед его глазами человек умер, там и без темных магов… — Сириус чуть повысил голос. Отношение орденцев к его крестнику ему совсем не очень нравилось. — Ты газеты открывал за последние пару дней? Ему придется умерить свой пыл до начала учебы, иначе пресса от него не отстанет. Только представьте заголовки: «Мальчик, который выжил из ума!». Пора остановить этот дурдом! — заявил кто-то из новых членов ордена. Вторая волна, так сказать. Остальные давно научились не считаться с Ритой Скитер и Пророком. Но Сириус молчал. Нет, он не открывал газеты последние пару месяцев. Слишком много плохого было с ними связанно. Побег, первые недели на свободе, которые он провел, как во сне, ужасные слова о Гарри во время турнира. И самое главное: ему не хотелось вновь увидеть свое имя рядом с… — А ведь Поттер в чем-то прав. Кто знает, на что способна темная тварь вроде нашего «лорда». Так что не забываем: бдительность, постоянная бдительность. Да, Уизли? — никто не заметил, как Грюм молниеносно выхватил палочку, сжигая Удлинитель ушей дотла. Рон дул на обожженные пальцы, тупо смотря в стену. О да, он понял. Никто и не видел Волан-де-Морта. Он мог бы простить Гарри заносчивость, эгоизм и холодность, но не ложь. Никто не может вернулся из мертвых. Это было невозможно, о чем знал каждый чистокровный ребенок в магическом мире. Как хорошо, когда есть родители! Кроме Гарри, никто не смог бы придумать настолько очевидную и наивную ложь. А если убийцей был не Темный Лорд, то никого кроме Гарри на эту роль не оставалось. Поттер наверняка ненавидел Седрика. Из-за него он не мог быть в свете прожекторов на своем пьедестале, что невообразимо для «Золотого мальчика», да? Рону было от него тошно. Конечно чертовы шахматы с какого-то момента стали лишь предлогом, чтобы во всем убедиться. Бывший «друг» просиживал с постной рожей всю партию, словно даже сидеть рядом со своим лучшим другом стоило ему непосильных трудов. Эта холодность, лживые улыбки… Рон вполне мог представить, что он кого-то убил. Но вот ему никто не поверит, а идти против Поттера одному, если он способен на жестокость… Это безумство. Поэтому он и ляпнул про то, что братья вместе с ним слышали тот разговор. Чтобы его не прибили, как единственного свидетеля. Он поссорился с Гарри, значит, он будет держаться подальше. Надо сидеть тихо. Дождаться начала учебного года и тогда рассказать всем правду, разоблачить преступника. Гарри с рук это сойти не должно!

***

Гарри выскользнул из библиотеки под каким-то очень неубедительным предлогом около часа назад. С тех пор его мозг не мог успокоиться ни на секунду, пока он наконец не устроился на подоконнике. Тонкие бледные пальцы рассеяно пробежали по темному дереву рамы. Резная… Он искренне не понимал, почему Рон так себя ведет. Да, он тогда поссорился с Гермионой на третьем курсе, а потом еще раз в прошлом году, но сегодня… Как Рон мог подумать, что Гарри способен на убийство? Он же был там, рядом, когда он лежал в больничном крыле после турнира… Почему? Почему он был убежден, что его друг мог забрать чью-то жизнь, а потом бессовестно врать?! Мальчик все не мог выйти из ступора. Ему не верит орден. Сириус, Ремус, его лучший друг, черт, ему вообще никто не верит?! Так на кой его в этот дом забрали, если Волан-де-Морта нет?! Целую же операцию провернули! Гарри хотел либо закричать, либо побиться головой об стенку. Нет, что-то было не так. Надо лишь выяснить, что. И вдруг его осенило. Близнецы. Рон сказал, что они подслушали собрание с близнецами. Гарри понятия не имел, как, но гения братьев Уизли не стоило недооценивать. Если кто-то и знал подробности, так это они. Гарри чуть ли не взлетел по лестничному пролету, рванув к спальне Фреда и Джоржда. В других частях дома, за редким исключением кухни, они и не появлялись. Экспериментировали. Пару раз даже что-то взрывали, но миссис Уизли так и не удалось поймать их с поличным: Фред слишком хорошо овладел Эванеско. Пожалуй, мог бы и Гарри стереть с лица Земли. В самом деле, стоило ему постучать, как Джордж тут же открыл дверь, загораживая собой проход, пока Фред убирал содержимое какого-то котла. — Отбой, это Гарри! Давай, заходи, — не успел мальчик хоть что-то сказать, как его затащили в комнату, захлопнув за ним дверь. Поттер рассеяно моргнул. Его поражала способность рыжих братьев создать хаос буквально в каждом уголке маленькой комнаты. Котлы, ингредиенты, тетради и листы с заметками по всему полу, перья и пустые чернильницы на старом, пыльном столе; постер с милой ведьмой у шкафа… Его бы тетя Петунья за такое прибила. От созерцания комнаты его оторвал голос Фреда: — Ну, тебе что-то нужно? Или пришел посмотреть на наши разработки? Гарри не успел что-либо ответить, как Джордж с улыбкой положил ему руку на плечо, заговорщически подмигнув. — Рассказать, как у Грюма утащить огневиски? — спросил он. — Или как отвертеться от отработок у Снейпа? — перебил Фред. — Так, на будущее. — Может, дать совет по очарованию симпатичных ведьм? Тут Гарри не выдержал, смутившись: — Вы случайно не знаете, что делает Орден Феникса? Вышло чуть более грубо и твердо, чем он изначально планировал, но Джорджа это ничуть не смутило: — Случайно не знаем. У Поттера что-то внутри оборвалось. Но Рон сказал, что… — А не случайно — кое-что на собраниях слышали, — поспешно добавил Фред, увидев как Гарри переменился в лице. Тот лишь тихо проклял их чувство юмора, но простил за сердечный приступ. — И… Что же там происходит? Фред почесал макушку, ероша волосы, и протянул: — Знаешь… Сложно все. Мы так поняли, что Ужасного Темного Лорда еще никто не видел, но волнения среди всяких мутных личностей появились. Крысы из подполья повылазили. — Волан-де-Морт там, или другой темный волшебник — не понятно. Но даже Грозный Глаз говорил, что надо готовиться к худшему. Большинство с ним согласно. Блэк и профессор Люпин, в том числе. Тебе просто… Джордж в раздражении щелкнул пальцами, явно пытаясь подобрать слова. Фред перехватил его мысль: — Они не хотят, чтобы про тебя начали писать в газетах. Дамблдор занят не понятно чем, а наша матушка считает, что тебе слишком мало лет, чтобы таким голову забивать. Секретные материалы, знаешь ли… — Но мы кроме чужих секретов ничем голову и не забиваем. Так что Гарри… — начал Джордж. — Мы конечно не говорим, что ты суешь нос, куда не надо… — Он у тебя уже очками занят… — Но как ты узнал, что мы нашли способ подслушивать собрания? — Фред чуть склонил голову вбок, разглядывая Гарри со смесью любопытства и подозрительности. Мальчик не ответил сразу. Вопрос-то логичный… Вот только ответа он заранее не продумал. Впрочем, Поттер всегда был смехотворным лжецом. — Да так, Рон сказал, что слышал от вас что-то… Начал было он, как рыжие близнецы переглянулись. Спустя пару секунд, Джордж тряхнул головой, озвучив их общую мысль: — Вот крыса, а… И как пронюхал? Фред пожал плечами, потом кинул Гарри еще один взгляд и протянул: — Понятно-понятно. Мы еще с тем проектом не закончили. Хотели тебе его показать через пару дней, а тут… Передай нашему братишке, если сможешь, что матушка еще в детстве ему говорила: брать без спроса — не хорошо. — А наша обязанность, как старших братьев — поддерживать его воспитание, — ухмыльнулся Джордж. Что-то в их тоне заставило волосы на руках Гарри встать дыбом. Кажется, кому-то придется отведать несколько новых разработок Уизли. «Заслужено.» — подумал Поттер, направляясь к своей комнате. Рон не то, чтобы соврал, но и всей правды не сказал. С одной стороны, Гарри мог его понять. Не видели, значит нету — позиция вполне логичная. С другой стороны, они сколько раз своими глазами видели попытки Волан-де-Морта возродиться? Сначала камень, потом дневник… Черт, да Рон сам тогда на первом курсе пожертвовал собой в волшебных шахматах. Теперь он не хочет даже допустить возможность, что Гарри не врет. Поэтому его друг и пытался подслушать собрания: чтобы понять позицию ордена. Но видимо услышал только часть, или что-то не так понял. Волан-де-Морт работает скрытно, что неудивительно. «Скорее всего, слишком слаб, чтобы штурмовать министерство, а потом Хогвартс.» — саркастично заявил голос в голове. Но ситуация в любом случае не лучшая… Гарри остановился у двери их спальни. И все же, Рон правда думает, что он мог кого-то убить? Что-то внутри заворочалось об одной лишь мысли об этом. Бред. Его рука замерла прямо над ручкой. Он уже убивал. Профессор Квиррелл, василиск, душа Тома Реддла. На его руках есть кровь. Гарри сделал шаг назад, совершенно не ожидая внезапной волны паники. Сердце заколотилось в груди. Раз. Два. Он убил защищая себя и других. Вдох. Три. Так ли легко повторить это с живым человеком? Ударить мечом огромную змею, пронзая плоть, было не сильно сложно. А если бы на ее месте был… Седрик? Ту- Как бы лезвие разрезало его кожу? -дум. Можно бы было сделать столько же хирургически точных надрезов, как в том сне о Роне..? Нет, нет, нет! Он закусил губу, пытаясь хоть как-то привести себя в чувство. Резко развернувшись, мальчик чуть ли не бегом кинулся к лестнице. Куда-то его мысли совсем не туда унесло. Надо заняться чем-то другим. Чем, что можно…? А, точно. Можно поговорить с Гермионой. Да. Она всегда возвращает его мозги на место. Выдох.

***

Гарри накаркал, подумав про бардак в комнате у близнецов… У Молли Уизли от пыли и паутины начал дергаться глаз, поэтому бездельники и разгильдяи (то бишь все дети и Сириус) были снаряжены швабрами, тряпками и щетками. Боевое задание: чтоб сияло. Мальчик особо не возражал. Работа, хоть какая-то, занимала большую часть времени, не давая вернуться к мыслям о Седрике. А если устать достаточно, то можно поспать на пару часов дольше. Кошмары никуда не делись, но у Гарри получалось не просыпаться примерно до того момента, как он хватался за кубок, держа мертвую, холодную руку Седрика. Рон с момента ссоры с ним не разговаривал. Он мог разве что попросить подать ему тряпку или бросить Поттеру холодный взгляд, если тот все же будил его ночью. На любые вопросы ответом была тишина или неразборчивое бурчание. Единственной негласной договоренностью было вести себя естественно при миссис Уизли. То есть, Рон кисло улыбался когда она воодушевленно давала им совместное задание. Только Гарри от этого устал. Всего через два дня он напросился в библиотеку к Гермионе и Сириусу. С таким количеством книг им вдвоем не управиться, а он крестного давно не видел. Рону вон, пусть Джинни помогает. Пока Гермиона с Сириусом пытались стряхнуть пыль с люстры (что было задачей не легкой, учитывая углубления и ложбинки между парой змей и листьями плюща), Гарри протирал один талмуд за другим, периодически вслух читая названия вроде «Способы и нюансы препарирования гадюк», «Новый разговорник нецензурной лексики кентавров», «Том III: сборник лучших анекдотов. Мерлин и Моргана». Сириус тихонько посмеивался, а Гермиона пару раз попросила отложить ей названную книжку. Для легкого чтения, ага. Гарри потянулся за очередным сочинением и замер. На темно-синем корешке значилось: «Окклюменция: пособие по защите разума». Такого понятия Поттер еще не слышал, но книга была немного потрепанной: кто-то явно пользовался этим учебником. «Защита разума»? И… От кого защищаться-то? Гарри задумался. Он знал, конечно, что магия может воздействовать на разум. Например через Империус. Еще на первом курсе, Волан-де-Морт контролировал Квиррелла (темной магией?), а в прошлом году, на допросе Барти Крауча, Дамблдор использовал сыворотку правды — зелье, которое не дает соврать. И вполне логично, что хотя бы от первого и второго типа вмешательств должна быть защита… Не, ну не Протего же свои мозги защищать? Чуть подумав, Гарри отложил книжку поодаль тех, на которые покусилась Гермиона, и вернулся к уборке. Так, будет чем вечером заняться. Зельеварение — конечно интересно, но от него уже тошно. После ужина Поттер устроился на чердаке на куче сена, рядом с гиппогрифом. Сюда никто кроме Сириуса не заглядывал, что мальчик смекнул довольно быстро, по полной используя тихий уголок. А Клювокрыл был только рад компании. Рассеяно поглаживая пернатую макушку на коленях, Гарри углубился в чтение. Оказалось, в книге было два больших раздела: теория и практические упражнения. Он, желая проверить свои догадки про защиту, тут же открыл первый. «Окклюменция - раздел магии, направленный на защиту разума от внешнего магического воздействия, примерами которого являются…» Так стоп, стоп, легилименция? Маги умеют читать мысли?! Ладно, не «читать» скорее подсматривать. Но почему им вообще об этом не рассказывали в школе? Редкий случай, понятно, тут же и написано, но почему их об этом даже не предупредили? Это же капец, тебя могут использовать, как марионетку! По спине мальчика пробежала дрожь. Клювокрыл недовольно ущипнул его, требуя вернуть руку на свою макушку и продолжить чесать за перьями. Гарри повиновался, тем временем переворачивая еще одну страницу. «Ментальные щиты - один из способов противостояния подобным чарам, но так же известны другие эффективные тактики…» «Подробнее об овладении техниками в практическом разделе…» «Признаки нежеланного ментального включают: провалы в памяти, навязчивые мысли, паранойю, невозможность контролировать или объяснить собственные действия; неподконтрольные субъекту повторяющиеся сны и кошмары, особенно те, которые не связанны с прошлым опытом или психологической травмой, и/или кажутся чужеродными…» Гиппогриф с недоумением смотрел, как Гарри судорожно открыл книгу где-то на середине, кажется не дыша. Он убрал руку с головы зверя, но Клювокрыл не посмел требовательно ущипнуть его за палец, как раньше. Странные эти люди…