Лёд под кожей

Утро пришло тихо. Не резким светом, не звуками, а ощущением — тёплым, спокойным, почти непривычным. Тэхён проснулся не сразу, а постепенно, словно не хотел выходить из состояния, в котором находился, потому что впервые за долгое время ему было… спокойно. Он не один. Это ощущалось сразу. Чужое дыхание рядом. Рука, лежащая поперёк его талии. Тепло. Настоящее. Он медленно открыл глаза и на секунду просто замер, позволяя себе ни двигаться, ни разрушать момент, который казался слишком хрупким для их реальности. Чонгук спал. Лицо было расслабленным, без привычной жёсткости, без напряжения, которое он носил как броню. И это было почти неожиданно красиво. Тэхён чуть повернул голову, рассматривая его, и едва заметно улыбнулся. — Если ты откроешь глаза и скажешь, что всё это мне приснилось, я обижусь, — тихо произнёс он. Чонгук не ответил. Но через секунду его пальцы чуть сжались. — Это не сон, — хрипло сказал он, не открывая глаз. Тэхён тихо усмехнулся. — Тогда что? — Часть терапии... — Очень удобно. Чонгук открыл глаза. Медленно. И их взгляды встретились. Без защиты. Без дистанции. На секунду. И этого оказалось достаточно, чтобы напряжение, которое исчезло ночью, снова вернулось — но уже другим, более тёплым. — Ничего не болит? — тихо спросил Чонгук, и голос его стал серьёзнее. — Нет, — так же тихо ответил Тэхён. — Сейчас — нет. Пауза. Чонгук не убрал руку. Наоборот, чуть сильнее притянул его ближе, будто проверяя, что это всё ещё можно — так просто, без причин. — Ты всегда такой… — Тэхён замялся, подбирая слово, — спокойный по утрам? — Нет. — Тогда? Чонгук отвёл взгляд на секунду, словно решая, стоит ли говорить, но потом снова посмотрел на него. — Я не привык к этому. — К чему? Пауза. — К тому, чтобы кто-то оставался. Это прозвучало тише, чем всё остальное. Тэхён не сразу ответил. Он просто смотрел. — Ты же сам меня не отпускаешь, — мягко сказал он. Чонгук чуть усмехнулся. Но в этой усмешке не было привычной уверенности. — Это другое. — Объясни. Чонгук провёл рукой по его плечу, медленно, словно сам привыкая к этому жесту. — Когда мои родители погибли… — начал он, и голос стал ниже, — я был слишком маленьким, чтобы что-то понимать, но достаточно взрослым, чтобы запомнить, что после этого никто не объясняет, как жить дальше. Тэхён замер. Не перебивал. — Меня воспитывал брат, — продолжил Чонгук, — и он сделал всё, чтобы я выжил. Но не для того, чтобы я… — он на секунду замолчал, — чувствовал. Пауза. — Он учил контролю, силе, холодной голове. И это работало. Тэхён тихо выдохнул. — Но сейчас... — он слегка коснулся его руки. Чонгук посмотрел на это движение, словно всё ещё не до конца привык. — Я не умею… — он усмехнулся без веселья, — быть таким. — Каким? — Нормальным. Тэхён чуть улыбнулся. — Плохая новость — ты уже не такой, каким был. Пауза. Чонгук посмотрел на него. Долго. — С тобой это… получается само. И в этих словах было больше, чем признание. Это было разрешение. Тэхён наклонился ближе и легко коснулся его губ. Коротко. Без напряжения. — Тогда не сопротивляйся. Чонгук не ответил. Но не отстранился. День вернул реальность слишком быстро. Голоса. Шаги. Люди. И вместе с этим — привычный Чонгук. Холодный. Собранный. Контролирующий. Он стоял среди своих людей, отдавая распоряжения, и казалось, что утро было чем-то нереальным, чем-то, что не должно было существовать. Но стоило Тэхёну появиться в поле зрения — что-то ломалось. Незаметно. Но явно. — Тебе не нужно было вставать, — сказал Чонгук, даже не глядя на него. — Я уже почти здоров, — ответил Тэхён. — «Почти» — не считается. — Ты повторяешься. — Потому что ты не слушаешь. Пауза. Один из людей рядом с ними бросил короткий взгляд. И заметил. Слишком много. Чонгук это тоже понял. И тут же отступил на шаг. Стал жёстче. — Вернись в комнату. Голос стал холодным. Приказом. Но Тэхён только чуть приподнял бровь. — Ты сейчас серьёзно? — Да. Пауза. И вот тут случилось то, что Чонгук не контролировал. Он потянулся и поправил ворот его кофты. Автоматически. Мягко. Слишком мягко для того, кем он был перед своими людьми. Тишина. Незаметная. Но ощутимая. Кто-то отвернулся. Кто-то сделал вид, что не заметил. Но было поздно. Чонгук убрал руку. Слишком резко. И в его взгляде мелькнуло раздражение — на себя. Тэхён тихо усмехнулся. — Ты провалился. — Замолчи. Но это прозвучало уже не так жёстко. К вечеру воздух стал другим. Напряжённым. Плотным. Чонгук это почувствовал первым. — Что-то не так, — тихо сказал он. И через секунду раздался выстрел. Резкий. Оглушающий. Стекло разлетелось. — Вниз! — рявкнул он, мгновенно толкая Тэхёна за собой. Хаос начался сразу. Голоса. Шаги. Выстрелы. Дом перестал быть укрытием. Он стал ловушкой. — Они внутри! — крикнул кто-то. Чонгук уже действовал. Быстро. Чётко. Как будто это было привычно. Но когда он посмотрел на Тэхёна — всё изменилось. — Ты уходишь, — жёстко сказал он. — Нет. — Это не обсуждается. — Я не оставлю тебя! Чонгук схватил его за плечи. — Ты должен. Пауза. Громкий выстрел где-то рядом. — Это не брат, — быстро сказал он бросив взгляд в окно, — это Воншык.И он пришёл не говорить. Тэхён замер. — И тем более ты здесь не останешься. Охранник появился рядом. Тот самый. — Уводи его через лес, — приказал Чонгук. — Понял. — Нет, — Тэхён вырвался, — я не... Чонгук резко притянул его к себе. — Посмотри на меня. И он посмотрел. — Я найду тебя, — тихо, но чётко сказал Чонгук. — Куда бы ты ни ушёл. Пауза. — Ты обещаешь? Выстрелы стали ближе. — Я не даю обещаний, которые не выполняю. И этого оказалось достаточно. Тэхён сжал его руку. Секунда. И отступил. Охранник потянул его за собой. — Быстро! Лес встретил их темнотой. Холодом. И страхом. А за спиной оставался дом. И Чонгук. Внутри всё превратилось в бой. Шаг за шагом. Комната за комнатой. Чонгук двигался точно, жёстко, без лишних движений, но людей становилось больше. Слишком много. Они окружали. Сжимали. Отрезали выход. Выстрелы эхом отдавались в стенах. Он отступил. Ещё шаг. И понял. Это ловушка. И впервые за долгое время мысль пришла не о себе. О нём. Я не успею. Чонгук сжал оружие сильнее. — Чёрт… В глазах мелькнула злость. И что-то ещё. Редкое. Опасное. Страх. Не за себя. — Держись… — тихо, почти неслышно сказал он, словно Тэхён мог это услышать. А где-то в лесу Тэхён остановился. Резко. Сердце билось слишком быстро. Он обернулся. В темноту. Туда, где остался дом. — Он придёт, — сказал охранник. Но Тэхён уже не слушал. Потому что чувствовал — что-то не так.