Ставка на ГЛУПОООСТЬ!!!!

— Вы опять проиграли, — спокойно констатировал Ratio, не поднимая глаз от книги. Авантюрин сидел напротив него в тёмном номере отеля на Пенакони, закинув ноги на низкий столик. Золотые детали его одежды тускло блестели в свете единственной лампы. — Я проиграл всего лишь двадцать миллионов кредитов. Для меня это мелочь, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой, но в глазах было что-то усталое. — А вы опять читаете эту скучную философскую дрянь вместо того, чтобы посмотреть на меня. Ratio наконец закрыл книгу и посмотрел на него поверх очков. Взгляд был тяжёлым, оценивающим. — Ты всегда играешь так, будто хочешь, чтобы тебя наконец уничтожили. Это уже не азарт, Авантюрин. Это самоуничтожение с красивой обёрткой. Авантюрин тихо засмеялся, но смех вышел горьким. Он встал, подошёл ближе и наклонился, опираясь руками на подлокотники кресла Ratio. Их лица оказались совсем близко. — А что, если я сейчас поставлю на кон кое-что более ценное? — почти шёпотом сказал он. — Например… себя. Ratio не отодвинулся. Только слегка прищурился. — Ты всегда так делаешь. Повышаешь ставки, когда чувствуешь, что теряешь контроль. Думаешь, если я тебя поцелую или пересплю с тобой, то это будет доказательством, что ты хоть что-то стоишь? Авантюрин замер. Улыбка на его лице дрогнула. Ratio медленно поднял руку и взял его за подбородок, заставив смотреть прямо в глаза. — Ты не вещь на аукционе. И не фишка в казино. И уж точно не приз, который я должен выиграть. — Тогда что я для тебя? — тихо спросил Авантюрин. Впервые без маски. Ratio помолчал. Потом ответил так же тихо: — Ты — самый раздражающий, самый умный и самый сломанный человек из всех, кого я встречал. И почему-то именно это меня бесит больше всего… потому что я не могу пройти мимо. Он притянул Авантюрина к себе и поцеловал. Не нежно. Не страстно. А так, будто ставил точку в долгом и утомительном споре. Жёстко, уверенно, почти зло. Авантюрин ответил сразу, вцепившись пальцами в его белую рубашку. Когда они отстранились, Авантюрин тяжело дышал, прижавшись лбом к его плечу. — Это была плохая ставка? — спросил он хрипло. — Худшая в твоей жизни, — ответил Ratio, проводя рукой по его светлым волосам. — Потому что теперь я не собираюсь тебя отпускать. Авантюрин закрыл глаза и впервые за очень долгое время позволил себе просто быть. Без игры. Без маски. Без ставки. Хотя бы на одну ночь.