Светлячки сгорают в огне

      Ситуация накалялась. Вежливые, абсолютно ненастоящие улыбки редко могли напугать Стеллу, но это был абсолютно не тот случай. Март 7 и Светлячок будто сдирали друг с друга кожу заживо этими этикетными оскалами.       Если Дань Хэн выражал свою неприязнь просто и по-даньхэновски, одним холодным взглядом, то Март использовала опасное, словно мнимая бомба Искорки, дружелюбие. Подобного за ней Стелла никогда не замечала.       А вот понять, что Светлячок недолюбливает друзей Стеллы было сложнее. Холодная вежливость, милая улыбка маньяка, невинный вид, но даже любимая бита чувствовала, что лучше держаться подальше.       «Девушки жуткие», – подумала Стелла, забыв по-расеянности о своей половой принадлежности.       – Привет, Светлячок! – неловко улыбнулась Стелла и вздрогнула, когда мгновенно переменившиеся взгляды скрестились на ней.       – Здравствуй, Стелла! – наконец по-настоящему улыбнулась Светлячок. – Рада тебя видеть! Раз уж мы обе здесь, не хотела бы ты прогуляться со мной? Тут очень хороший развлекательный центр. Возможно тебе захочется поиграть со мной в автоматы…       Не успела она договорить, а Стелла открыть рот, чтобы горячо заверить, что её тандем с игровыми автоматами – это лучшее сочетание во всём космосе, как внезапно в разговор вмешалась Март:       – Мы не сотрудничаем с Охотниками за стелларонами, – мило сказала она, сладко улыбаясь, как хищник, впившийся зубами в добычу, – мало ли, что ты решишь сделать с нашей Стеллой.       Температура на улице весьма ощутимо упала градусов на сто. Стелла удивлённо хлопнула ресницами. С Март творилось что-то странное. Стелла обернулась к Дань Хэну, но понятнее ничего не стало. Парень всем своим видом выражал одобрение, он даже (даже!) почти улыбался.       «Какому Эону нужно молиться, чтобы люди перестали вести себя странно?» – задумалась Стелла, быстро набирая этот вопрос в чат к Бутхиллу и Аргенти, моментально получая их ответы:       «Конечно же омилительной Охоте, подруга!»       «Прекрасной Идрилле, добрый друг!»       Стелла кивнула своим мыслям, решив, что будет молиться на шляпу Бутхилла и доспехи Аргенти. Ссора тем временем набирала обороты.       – Стелла никуда с тобой не пойдёт! – всё больше заводилась Март       «Куда уж больше?» – удивилась Стелла.       – Может Стелла сама будет за себя решать? – презрительно проговорила Светлячок, Стелла даже не знала, что она так умеет.       Взгляды всех троих снова переместились на Стеллу, которая уже решила, что про неё забыли. Она растерянно похлопала глазами, надеясь, что кто-нибудь подскажет, как ей реагировать. Никто не подсказал.       – Мы можем сходить к автоматам вместе, – предложила Стелла. – Я не знала, что вы тоже их любите, ребята.       Судя по взглядам всех троих, она сказала что-то не соответствующее общепринятым нормам. Но когда Стелла вообще обращала внимание на правила?       – Вероятно, вам лучше сходить вдвоём, – сказал Дань Хэн.       – Дань Хэн! – вскинулась Март.       – Март, – устало вздохнул парень, – ты всю жизнь будешь её удерживать?       Март нахмурила брови и отвернулась. Светлячок делала вид, что не слушает их, по крайней мере её доброжелательное внимание было направлено на Стеллу, которая выглядывала из-за неё и пыталась понять, что там с её возлюбленными друзьями происходит.       – Пойдём, Стелла, – Светлячок ласково взяла в свои ладони её руку, Стелле послышалось, что у Март что-то хрустнуло в кулаке, – стоит поспешить.       Стелла успела только сказать слова прощания, как Светлячок утащила её, что-то радостно рассказывая.       Зал игровых автоматов был закрыт. Мог ли Дань Хэн знать об этом и не сказать?       «Мог, – решила Стелла. – Дань Хэн знает всё на свете».       – Какая жалость, – без малейшей грусти в голосе заметила Светлячок, словно и сама что-то знала. – Пойдём тогда в кафе? Я угощаю.       Волшебные слова произнесены, мировая несправедливость исправлена. Глаза Стеллы загорелись. Бесплатный обед это же потрясающе!       Светлячок сегодня была сама не своя. Она зачем-то часто касалась ладоней Стеллы, заглядывала в глаза, будто ждала чего-то особенного. Словом вела себя весьма нетипично для самой себя.       Стелла решила, что это особенность Охотников за стелларонами. Они ведут себя нелогично, нарушают все мыслимые и немыслимые законы Вселенной. Хорошо, что хоть с ними весело. Про необъяснимую грусть в груди при одном их виде, вспоминать не захотелось.       – Стелла, – позвала Светлячок.             Ветер ласково развевал светлые волосы хозяйки Сэма, её глаза искрились счастьем. Стелла даже залюбовалась подругой. Светлячок довольно часто выглядела напряжённой, будто миг – и мир умрёт. А сейчас она была легче, спокойнее.       – Стелла… – почему-то прошептала Светлячок, оказываясь как-то совсем близко.       Стелла чуть нахмурилась, пытаясь понять подругу. В груди кольнуло чем-то грустным, но давно потерянным.       Стелла отпустила своё несуществующее прошлое, а Светлячок будто держала в ладонях что-то хрупкое и светлое.       Моргнула и поняла, что Светлячок действительно держит что-то в руках. Что-то очень конкретное. Что-то, что является лицом Стеллы.       – Что ты?.. – вопрос не успел родиться, как утонул в твёрдых губах Светлячка, прижавшихся ко рту Стеллы.       Стелле показалось, что она превратилась в ледяную статую. Ассоциации привели её мечущийся в черепной коробке разум к жертвам фрагментума. Могла ли она заразиться? Она столько с ними контактировала, что не удивилась бы. Может тогда и Светлячок на её лице лишь галлюцинация умирающего тела? Тогда почему не Март с Дань Хэном?       Пальцы Светлячка задрожали на её щеках. Прерывистый выдох на грани слёз ожёг губы Стеллы, отстраняясь.       Светлячок плакала, сжимая кулаки на её плечах, а Стелла даже не могла ничего сказать, чтобы успокоить её. Не уверена даже, что хотела.       – Я не она, – сказала Стелла. – Больше не та, кого ты знала.       – Но ты – это ты, – сдавленно прошептала Светлячок. – Ты не изменилась. Просто забыла всё. Это же не страшно…       – Я не она, – твёрдо повторила Стелла. – Прости, но я не чувствую того, что ты хочешь.       Светлячок упрямо вжалась в неё. Стелла не пошевелилась. Внутрь, там, где жили дружба и любовь к Март 7 и Дань Хэну, пробралось тугое напряжение. Оно, словно змея, оборачивало внутренности, желало задушить, выдавить душу, заменить её ненавидящим воем стелларона.       – Мы были вместе? – бесстрашно спросила Стелла, желая не узнавать ответ никогда в жизни.       Если Светлячок скажет «да», это наложит определённые обязательства на Стеллу. Всегда есть риск, что память вернётся. Если она внезапно вспомнит, что была в отношениях, если забытые чувства вернутся… это разобьёт нынешнюю жизнь Стеллы на тысячи осколков. Они разлетятся по галактике, пронзая несчастных влюблённых блестящим дождём насквозь. Её боль будет в каждом новом световом конусе, агония – в отражении тысячи зеркал Сада воспоминаний.       «Март будет плакать, – убеждённо подумала она, чувствуя холод в груди. – Дань Хэн её обнимет, и вместе они отпустят меня. Но будет больно. Нам всем будет очень больно. Я не хочу, чтобы меня отпускали. Я не хочу уходить».       Стелла опасалась той, кем была когда-то. Та незнакомка, что пряталась в её прошлом, угрожала её жизни в настоящем. Её семье.       Светлячок отшатнулась, прикусила губу. Внутри неё явно шла борьба. Возможно, ей было бы не так больно умирать в очередной раз от мема воспоминаний, чем стоять в сомнениях перед ней. Её руки одиноко обнимали собственные плечи в отчаянной попытке защититься от правды, слёзы высыхали на лице. В глазах её шла непримиримая борьба.       – Скажи мне, – почти взмолилась Стелла.       – Мы не были вместе, – признала Светлячок и, будто в последней надежде, добавила. – Не успели.       Огромная гора свалилась с плеч Стеллы. Ей показалось, что сейчас она воспарит. Даже если не успели, ничего не было. Стелла свободна от оков прошлого. У неё нет никаких обязательств перед временем, которое исчезло, словно дым.       – Прости, – повторила Стелла, – я не буду ей.       – Ты и так она, – грустно улыбнулась Светлячок, прикрывая глаза. – Прости.       – За что? – удивилась Стелла.       Светлячок улыбнулась так, как улыбалась только ей. Ласково, но грустно. Улыбкой, что таяла в её добром взгляде, оседала солнечным ветром на губах. Тайна, спрятавшаяся между ними.       Стелла почувствовала, как сердце кольнуло горечью. Они были друзьями, а сейчас перед ними испытание, которое разрушило тысячи связей до них. Терять подругу не хотелось.       – За то, что украла твой поцелуй.       – Оу, – Стелла почувствовала неловкость. Она и не обратила внимания на это. – Да ничего особе…       – Не договаривай, пожалуйста, – прохладные пальцы Светлячка прижались к губам Стеллы. – Это немного задевает.       Только сейчас Стелла заметила, какая Светлячок холодная. Не приятно-холодная, как Март (исключительно субъективное мнение Человека-биты); не прохладная, как чешуя Дань Хэна (когда его наконец удалось уговорить дать потрогать рога, они с Март обнаружили чешуйки, что прятались под чёлкой, они были тёплые!), а ледяная будто промозглая стужа. Тело подруги замерзало, словно сама жизнь её покидала, но глаза… её глаза никогда не гасли. На миг показалось, что однажды она обязательно сгорит изнутри, не выдержав своего огня.       Стелла любила эту самоотверженность в ней. Только эта была не та любовь, которую Светлячок хотела.       – Прости? – предположила Стелла, отстраняя от себя чужую ладонь.       – За что ты извиняешься? – рассмеялась Светлячок, отпуская грусть. Она расправила плечи, не позволяя печали занимать место в своих мыслях. – Такое случается. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Я твой друг, это никогда не изменится. Тебе не нужно извиняться за то, что ты не любишь меня. Мы не властны над своими сердцами, я понимаю это.       Стелла улыбнулась. Она не знала, что было между ними в прошлом, было ли и могло ли получиться, но то, что есть сейчас… это правильно.       – Пойдём поиграем в автоматы, – Светлячок потянула её за руку.       – Так зал же закрыт, – вытаращила глаза Стелла.       – Но он же не один, – рассмеялась подруга.

***

      После зала игровых автоматов они пошли в кино. Там шла какая-то романтическая драма, в конце которой Светлячок внезапно прослезилась.       – Так несправедливо… – хозяйка Сэма плакала Стелле в плечо.       Хотя, наверное, слово «прослезилась» не совсем верно описывало состояние Светлячка.       Они сидели на лавочке возле кинотеатра. Людей вокруг не было. Стелла не понимала, почему подруге так плохо из-за какого-то посредственного фильма.       – Ну ты чего… они же ужасно играли. Бутылке Услады вообще веры нет! За что ей награду на кинофестивале дали?       Светлячок подняла на неё покрасневшие глаза. Глубоко вздохнула и произнесла печально:       – Мне сегодня разбили сердце, – Стелла начала задумываться об извинениях, но Светлячок продолжила необычайно спокойно для того, у кого без конца идут слёзы. – Сейчас мне нужен друг, что пожалел бы меня и поддержал. Я могу рассчитывать на тебя, Стелла?       Стелла ни о чём не думала, когда обняла подругу. Светлячок уткнулась ей в плечо и дала волю чувствам. Они сидели так очень долго. Даже редкие прохожие уже исчезли, когда мысли обрели форму и вырвались на свободу словами.       – Хочешь я заставлю этого балбеса питаться жаложуками месяц, чтобы он пожалел, что отверг тебя?       Стелла была готова к ругани, злости. Хоть чему-то, что вывело бы подругу из тоски. Пусть взрывается сверхновыми, воет от одиночества рушащейся надежды, но не плачет. Слёзы – путь в отчаяние, которое лабиринтом окутает душу. Но Светлячок рассмеялась. Звонко, громко. Так, как никогда не смеялась.       – Зачем же так страдать за свои чувства? – здоровый румянец сделал подругу краше, милее. – Никто не виноват, что я опоздала. Всё хорошо. Боль проходит. Всё всегда проходит. Это жизнь.       – Я рада, что ты такая, – призналась Стелла.       Светлячок не стала уточнять какая она, будто и так знала.       – Так твоё сердце свободно? Может у меня есть шанс? – уточнила она.       – Ох, я в отношениях. Так что шанса нет.       – Ты счастлива с… а с кем ты? – вдруг спросила она, будто у неё уже был какой-то вариант.       – С Март 7 и Дань Хэном, – ответила Стелла сразу.       – Нет, ты не поняла. С кем ты состоишь в отношениях?       – С Март 7 и Дань Хэном, – повторила Стелла.       Лицо Светлячка приобрело сложное выражение.       – При таком раскладе я и не могла победить.       Стелла не стала спрашивать, хоть и не поняла подругу. Светлячок снова её обняла. Крепко-крепко, будто пыталась запомнить это ощущение.       – Тебе пора, тебя уже ждут, – сказала она, отстранившись и кивнув ей за спину.       В отдалении от них стояли Март 7 и Дань Хэн. Март ещё не заметила Стеллу, она что-то эмоционально показывала парню в витрине. Кажется, ей понравился очередной иммерсивный роман. Нужно будет подарить ей его.       – Ты будешь в порядке? – уточнила Стелла.       – Иди, не переживай обо мне, – Светлячок встретилась с Март 7 взглядом. – Есть те, кто меня поддержат.       – Передавай привет Волку, – сразу поняла о ком она Стелла.       – Обязательно.       – А Кафке… – Стелла замерла. – Нет, ничего. Ей не нужно.       – Хорошо.       Стелла чуть ли не летела к Март и Дань Хэну. Она соскучилась так сильно, что улыбка при их виде не хотела сходить с лица.       – Всё хорошо? – Март была так обеспокоена, что распугала все лёгкие мысли в голове Стеллы.       – Что-то случилось? – сразу напряглась она, переводя серьёзный взгляд с одного возлюбленного друга на другого.       – У нас нет, – Дань Хэн был воплощением спокойствия. – А у тебя?       Стелла удивлённо моргнула. Что такого могло произойти у неё, что так напрягло обычно весёлую и беспечную Март?       – У меня тоже ничего плохого, – кивнула Стелла.       Март выдохнула и улыбнулась так, что развеяла все тревоги и печали ближайших трёх миров. Плечи Дань Хэна расслабились, улыбка спряталась в уголке его губ.       – Вы странные сегодня, – заметила Стелла. – Пошли домой?       

***

             – Тебе точно Светлячок ничего не говорила? – Март откровенно мешалась на кухне, но ни одна сила в мире не заставила бы Стеллу даже задуматься об этом.       – А что она должна была сказать? – заинтересовалась Стелла.       Март задумалась, может подбирала слова. Дань Хэн тяжело вздохнул, взъерошил её розовые волосы под возмущённый возглас и сказал:       – Март, ты же знаешь Стеллу. Намёки это не про неё. Скажи уже прямо.       – Почему ты не спросишь? – возмутилась Март. – Ты же тоже беспокоишься!       – Да ты глянь на неё, – у Дань Хэна в уголках глаз собрались лучики улыбки, – Стелла – самый бесхитростный человек во Вселенной. Даже если ей что-то сказали, это её не сдвинуло с места.       – Я вообще-то здесь! – возмутилась Стелла.       – Светлячок признавалась тебе в любви? – выпалила Март, чуть ли не перелезая через стол, разделяющий их.       – Ага, – пожала плечами Стелла и удивлённо посмотрела на круглые глаза возлюбленных. – Что случилось-то?       – А ты что? – требовательно звенел голос Март.       Дань Хэн выдохнул и тихо засмеялся в ладони. Стелла не могла отвести взгляд от столь редкого и оттого ценного зрелища.       – А я вас люблю, – сказала она, практически не думая, полностью увлечённая драгоценным смехом.       – Ах, – тонкие пальчики Март прикрыли её губы, глаза засверкали, как кристаллы Фули в Виртуальной Вселенной.       Стеллу словно поманили звонким колокольчиком. Она всматривалась в глаза Март, слушала смех Дань Хэна и готова была раствориться во всепоглощающей любви.       – Ты впервые говоришь это, – подрагивающим от восторга голосом сказала Март.       – Да? – удивилась Стелла. – Такое чувство, что я говорю это каждый день.       – Ты показываешь это каждый день, – заметил мягко Дань Хэн. – Я тоже тебя люблю.       – И я! Я тоже люблю! Вас обоих! – звенит счастье в каждом слове Март. – Ты правда ей отказала?       – Да, мы поговорили об этом, – рассеянно ответила Стелла, подбираясь к Март, что переполнилась энергией и не замечала ничего вокруг.       – А… – что хотела спросить Март, никто так и не узнал. Стелла подобралась достаточно близко, чтобы поцеловать её.       Ласковый мороз защекотал лёгкие. Смех пузырился на их губах. Март обняла её за шею, прижалась грудью к груди так крепко, словно старалась вытеснить Стеллой страх, что мучил весь день.       Март прятала лицо на её плече, улыбалась счастливо и казалась спокойной.       – Ты из-за этого была такой, – Стелла задумалась, как описать то опасное ощущение от Март, – тревожной?       – Вас связывают странные отношения, я не хочу тебя потерять, – пробормотала Март ей в шею, Стелла хихикнула. – Не смейся! Дань Хэн, скажи ей!       – Мне щекотно! – совсем ненатурально возмутилась Стелла. – Дань Хэн, скажи ей!       Дань Хэн невозмутимо сделал глоток чая и заметил:       – Наш ужин сейчас превратится в угольки.       Пришлось покинуть уютные объятия. Март засуетилась вокруг Дань Хэна, возмущаясь отсутствию поддержки в вопросах Вселенского масштаба.       Громкоговоритель тихо зашипел и бодрым голосом проводника оповестил:       – Уважаемые пассажиры, наша остановка на Пенаконии подходит к концу. Завтра мы отправимся дальше. Закончите, пожалуйста, все свои дела до отправления. И, пассажир Март 7, приберитесь в своей комнате!       – Я прибиралась с утра! – возмутилась Март и быстро переключилась. – А что мы знаем о новом мире?       – Ничего, – ответил Дань Хэн. – В базе данных нет даже упоминания. Это наш шанс собрать уникальную информацию.       – Надеюсь, в следующем мире будут игровые автоматы, – развалилась на столе Стелла, задевая кружку с чаем. Она опасно закачалась, грозясь выплеснуть своё горячее нутро, но Дань Хэн был на страже. – Мой герой!       – Надеюсь, там будет меньше опасностей для тебя, – Дань Хэн ласково провёл ладонью по волосам Стеллы.       – А я надеюсь, что там будет какое-нибудь суперклассное место, в котором мы сможем провести наше свидание, – мечтательно поделилась Март.       – Хочу свидание и потрясное приключение, которое мы не забудем! – гордо подняла голову вверх Стелла. – А как называется наша следующая остановка?       – Амфореус.