Хвостатый нянь 8 Три кота

Все началось, когда Минхо было года три или чуть больше. Мама готовила обед и, чтобы он не мешался под ногами, выдала нож и стебель сельдерея. Первый опыт по расчленению целого на части, так увлек маленького Минхо, что мама даже немного испугалась, но вместо того, чтобы запретить яростное кромсание и держать его подальше от острых предметов, наоборот, научила его разным видам нарезки овощей и фруктов, а позже — разделке мяса и птицы. К подростковому возрасту он уже умел готовить все основные блюда, которые ели дома. Работа с ножом успокаивала, отсекая бурлящие эмоции вместе с кусками мяса, счищая налипший негатив вместе с кожурой батата, позволяя выплакаться незаметно над нарезанным луком. Имея взрывной характер, он ухитрялся слыть нелюдимым, но довольно уравновешенным. Окончив среднюю школу, Минхо ушел на поварские курсы и тогда же устроился помощником к торговцу уличной едой. Потом было еще несколько таких мест работы, где он оттачивал свои навыки, пока его не взяли в настоящий ресторан. Именно там, на пятизвездочной кухне, он впервые увидел гибридов-помощников, выполнявших самую тяжелую и простую работу за еду, счищенную с тарелок клиентов. Минхо так поразил их затравленный вид и вечно голодные взгляды, что он стал их тихонько подкармливать, тратить минуты отдыха, чтобы погладить, пожалеть, залепить пластырями порезанные пальцы, просто поговорить. Люди смотрели на него, как на ненормального. Гибриды нужны чтобы работать. А если с ними что-то случается, то просто присылают новых. На кухне работали самые разные гибриды, но чаще всего это были кролики и коты. Запуганные с первого дня, они без перерыва мыли, чистили и резали все, что им велели. Чтобы шерсть не попадала в еду, их заставляли носить плотные комбинезоны с капюшонами и брить руки до локтя. От жары и резких запахов им часто становилось плохо, но никого не интересовали такие мелочи, как комфорт гибридов. Ночевали гибриды тут же при ресторане, набитые в маленькую комнату, застеленную циновками. Время от времени кого-то из них уводили работники ресторана, чтобы вернуть только утром. По наивности Минхо считал, что гибридам дают отдохнуть, сменить обстановку, но реальность оказалась куда прозаичней. Гибридов использовали как бесплатные сексуальные игрушки, возвращая еще более потрепанными и испуганными, чем забирали. Это стало пределом. Минхо стал узнавать в разных местах, и оказалось, что это общая практика. Везде, где работали гибриды, их использовали днем и ночью. Собрав все свои сбережения, он выкупил кота, за которого душа болела больше всего, и уехал с ним в другой город, надеясь найти лучшее место. Так у Минхо появился Хан. Очень способный в плане поварского искусства и очень нервный, и запуганный, не отходивший от нового хозяина ни на секунду. Так что новое место работы пришлось искать не для одного, а для двоих. Надо ли говорить, что второй город обошелся с ними ничуть не ласковее, чем первый? Собрав свой скромный багаж, они двинулись дальше. За это время Хан немного пообвыкся, понял, что новый хозяин не собирается его обижать, привык спать рядом и не дергаться от каждого прикосновения, но все равно оставался до истерики робким. Поездка в общем вагоне шумного поезда стала испытанием для обоих. Хан трясся, пищал и вцеплялся в руки Минхо до синяков. Никакие уговоры не помогали. Советы окружающих, избавиться от такого нервного кота не делали лучше. Тут уже начал заводиться Минхо. Он не посмел спорить со старшими по возрасту, но смотрел так красноречиво нецензурно, что его наконец оставили в покое. Сойдя с поезда, они решили зайти в привокзальное кафе, купить немного еды и что-нибудь попить, но и тут не обошлось без приключений. Когда они стояли у заляпанного пятнами высокого столика и жевали свои пирожки, запивая дрянным кофе, у прилавка возникло какое-то движение, быстро переросшее в драку. Вернее, в избиение. Когда Минхо удалось пробиться через толпу, он убедился, что видит именно то, что предполагал. Хозяин кафе лупил скалкой гибрида-кота, оставляя на его потертой кожаной куртке белые мучные следы. К счастью, у человека хватало ума не бить кота по голове, но вряд ли из сострадания. На открытых участках кожи виднелись безобразные проплешины лишая. — Остановитесь! Прекратите! — кинулся к мужчине Минхо, повисая на руке. — За что вы его бьете?! — Он вор! — возмущенно завопил тот, пытаясь скинуть вцепившегося мертвой хваткой Минхо. Воспользовавшись моментом, кот с низкого старта ввинтился между ног столпившихся людей и был таков. Теперь уже хозяин схватил Минхо за куртку. — Раз такой сердобольный, плати ты! Народ одобрительно зашумел, не собираясь расходиться. — Сколько? — хмуро поинтересовался Минхо. Денег у них было в обрез. А еще надо найти, где переночевать. — За десять пирожков! — подбоченился хозяин. — Он не мог столько украсть, — устало возразил Минхо. Ему приходилось встречаться с такими наглыми типами, и это были не лучшие встречи. — Он все время ворует, каждый день. Не десять, а все сто! Я давно хотел его прихватить и сдать на живодерню. Этих тварей собрали тут со всей страны, житья от них нет. Бандюги хвостатые! — разорялся мужчина. Минхо открыл кошелек, высыпал содержимое в грязные, с обломанными ногтями, руки. — Все, больше нету, — констатировал он факт, развернулся и пошел к столику, где оставил Хана. Толпа расступалась перед ним, будто перед ледоколом. Одни крутили у виска, объявив его полоумным, другие молча пялились, как на диковинку. Ни в одних глазах он не увидел одобрения. Из этого города стоило бежать как можно быстрее. — Хан-и, пошли отсюда. Надо подумать, куда ехать дальше. Только на поезд денег больше нет. Пойдем поищем, может где-то нужны поденные рабочие. Хан кивнул, отдал Минхо его рюкзак, который обнимал, схватил за рукав и посеменил рядом с хмурым хозяином. Пройдя почти весь город насквозь по центральной улице, Минхо отметил магазины и кафе, из последних сил светящиеся мигающей рекламой, бедно одетых жителей и обилие гибридов, тусующихся по подворотням. Казалось, что их тут не меньше, чем людей. Будто кто-то затеял социальный эксперимент, пытаясь понять, могут ли гибриды жить, как полноценные члены общества. Гораздо позже Минхо узнает, что так и было. Несколько партий обученных разным профессиям гибридов поселили в одном районе и начали изучать, как они приспособятся к свободной жизни. Думали, что они будут объединяться для совместной деятельности на общее благо, работая самостоятельно и помогая людям. Совпала только первая часть. Гибриды объединились в стаи и шайки, чтобы грабить запоздалых прохожих и обманывать простаков. Их не тянуло к тяжелому труду, хоть в их генотип и вшили что-то от муравья, но получилось не совсем то, что задумывали. Гибриды действительно тащили все, что попадалось на глаза, только не для общего блага, и не честно заработанное, а себе и чужое. Эксперимент провалился. Когда уровень бандитизма достиг определенной точки, гибридов просто отловили и усыпили, сделав высоконаучные выводы. Все это Минхо узнает через несколько лет, а пока он едва не тащил трясущегося и упирающегося Хана в сторону рыночной площади. — Идем же, нам надо добыть денег на ночлег, — пытался вразумить его Михо. — Я соглашусь даже машины разгружать. Смотри сколько фур на стоянке. — Давай уедем отсюда, — непрерывно ныл Хан. — Мне здесь не нравится. — Мне тоже здесь не нравится, но у нас нет денег на дорогу. И я не знаю, куда двинуться дальше. Надо поговорить с водителями, они могут что-то подсказать. — Может вернемся домой? — продолжал Хан. — У нас нет дома, — отрезал Минхо. Испуганный его резким тоном, Хан замолчал ненадолго и пошел быстрее. Неподалеку от рынка из переулка вышла компания из трех котов и двух других гибридов, породу который Минхо не смог определить из-за капюшонов и мешковатой одежды. Они пошушукались и пошли по направлению к Минхо и Хану поигрывая кастетами и раскладными ножами. Хан впал в ступор, замирая на месте. Бегство отменялось. Не видя вариантов, Минхо приготовился драться. Отдавать последние вещи без боя он не собирался. Прохожие, заметив назревающие события, спешили уйти подальше. Никто не бежал на помощь, каждый спасал собственную шкуру. — Хан, держи рюкзак и никому не отдавай, — велел Минхо, освобождая руки. Хану очень хотелось упасть в обморок и ничего не видеть, но почему-то не падалось. Когда между шайкой и Минхо осталось с десяток метров, коты остановились, от них отделился один с рваным ухом и перевязанной рукой, одетый по последней бомжовой моде: в грязные штаны и куртку, и неожиданно блестящие черные лаковые человеческие штиблеты. — Классные подкрадули? — покрутил ногой кот, демонстрируя поцарапанный лак. При близком рассмотрении обувь оказалась далеко не новой. — Классные, — согласился Минхо. — А у тебя куртка классная. Дай поносить? — улыбнулся кот, демонстрируя клыки. — Прости, самому нужна. — Неправильный ответ. Котаны, этот лысый не хочет делиться, — не отводя от Минхо взгляд, крикнул кот. — Нехорошо быть таким жадным, — покачал он головой. — Нехорошо, — подтянулись остальные и выстроились полукругом, помахивая общипанными хвостами и зажимая кулаки с кастетами. Минхо встал в стойку. — Пятеро на одного? Не по понятиям, — качнулся из стороны в сторону Минхо, будто змея. Коты повторили движение за ним, только один, с белым пятном на морде, насмешливо фыркнул. — Этот лысый еще нас понятиям будет учить. — Мы и по одному тебя раскатаем на колбасу, — расправил плечи другой, но ближе не подошел. — Проучи его, Шустрый, — вперед вытолкнули самого высокого из тех, кого Минхо не смог определить. Из-под капюшона блеснули злые черные глазки кого-то из куньих. От первого удара Минхо уклонился, второй задел кастетом по ребрам. Он ответил, заставляя противника согнуться пополам. Коты разом зашипели, готовые броситься, и тут со стороны переулка раздался пронзительный свист, где-то завизжала сигнализация. — Законники, валим! — присел тот, что в штиблетах. Озираясь по сторонам, коты кинулись в разные стороны, скрываясь в тенях подворотен. Минхо отобрал у Хана свой рюкзак, схватил за руку и поволок в сторону стоянки фур. Никаких рынков, только бежать. Водители дальнобойных грузовиков оказались людьми понимающими. По крайней мере так показалось Минхо, когда он присел к столу, где несколько человек ели и пили, травя байки. Отвечая на вопрос про ближайшие городки, они сошлись в том, что надо пробираться к побережью. Совсем близко ничего приличного нет, а возле моря можно найти хорошие места. Только вот беда, никто не ехал туда напрямую. — Я могу подбросить вас вот досюда, — ткнул пальцем в карту один водитель. — А там поймаете другую машину. — Нам нечем расплатиться, — напомнил Минхо. — Сочтемся, — туманно ответил водитель и быстро посмотрел на прилипшего к Минхо Хана. — К часу дня уже загрузят, и выдвинемся. Вон мою малышку грузят, — указал он на единственную грузовую машину с бортами и открытым верхом, куда несколько гибридов грузили ящики и коробки, под присмотром плечистого мужчины с черным витым хлыстом. Не желая терять машину из вида, Минхо и Хан устроились неподалеку. Минхо нашел местечко почище под ближайшим деревом. Хан сел рядом, укладывая голову ему на колени и сворачиваясь компактным клубком. Так они и дождались условного часа, придремывая вполглаза. Однажды Минхо показалось, что между машин он видит ту самую черную куртку побитого кота с вокзала. Тот шмыгнул между грузовиков, выскочив из-под одного и ныряя между колес другого. На мгновение их взгляды встретились, будто две иглы попали кончиками друг в друга, и тут же разбежались. — Хэй, попутчики, погнали! — махнул им водитель грузовика, распахивая дверь кабины. — Котик, садись ближе, дам за рычаг подергать, — предложил он, улыбаясь. Утомленный Минхо не уловил скрытого смысла, а зря. До следующего города было около трех часов пути. Когда вдалеке показались первые домики пригорода, грузовик свернул на пустынную обочину. — Ну, что, котаны, пора расплатиться, — потянулся он к своему ремню. Еще не до конца веря, что это происходит с ним, Минхо, будто в замедленной съемке, видел, как водитель щелкнул пряжкой ремня и потянул за язычок молнии одной рукой, а другой схватил замершего Хана за шею и начал пригибать к ширинке. И тут Хан завизжал. Отвратительно высокий звук резанул по барабанным перепонкам, оглушая. Мужчина сжал кота за шею сильнее и потянул ремень, вытаскивая его из шлевок. Кристально ясно Минхо осознал, что тот намерен задушить визжащего Хана. Он вскочил и вцепился в руку и в сальные, давно немытые волосы насильника, не замечая, что уже тоже кричит и рычит со звериным лицом. В тесном пространстве кабины завязалась борьба. Водитель отпустил Хана, и тот сполз под ноги, а потом и за спину Минхо. Пока Минхо и водитель мерялись силами, вцепившись друг в друга, Хан смог открыть дверь и вывалиться из машины, утаскивая за собой их рюкзаки. — Беги! — заорал ему Минхо и попытался вырваться. Видя, что кот уже далеко, водитель с еще большей яростью принялся трясти Минхо, пытаясь ударить его головой о что-либо твердое. В это время машина дрогнула первый раз. Минхо удалось развернуться и оттолкнуть водителя ногами. Тот гулко стукнулся о дверцу со своей стороны. В этот момент машина дрогнула второй раз. Что-то загрохотало в кузове, глухие удары подсказали, что оттуда скидывают груз. На приборной панели заистерили датчики, показывая, что колеса накачены неравномерно. Водитель забыл про Минхо и выскочил наружу, хватая припрятанный под сиденьем массивный разводной ключ. Если бы он мог достать его раньше, Минхо уже лежал с проломленной головой, но судьба сохранила его и прислала спасение в виде тощего сиамского кота в черной кожаной куртке, который с хохотом уворачивался от водителя, изрыгающего проклятья. Судя по перекосу машины, кот проколол все колеса на одной стороне и скинул часть ящиков. По дороге раскатились яблоки и батат, усложняя погоню. Минхо поискал Хана и увидел его на приличном расстоянии от машины, возле посадки — кустов и деревьев, окружавших ржаное поле. Хан подпрыгивал на месте и размахивал руками, болея за кота и подзывая растрепанного Минхо. Оставалось решить, как же быть с сиамским котом, и понять, почему тот не убегает. Сиамец заметил, что Минхо покинул машину, и двинулся к нему. — Уходите. Идите через поле, он за вами не погонится. — А ты? — А меня ему никогда не поймать. У нас старые счеты, — хихикнул кот и увернулся от пролетевшего мимо ключа. — Батата наберите, запечете в золе, — ныряя под машину, посоветовал он, прихватив ключ. Тяжело топая пыльными башмаками и задыхаясь, водитель пробежал мимо Минхо, увлеченный новой целью. Мысленно обозвав себя сумасшедшим, вместо того чтобы удирать со всех ног, Минхо принялся набирать оранжевые, похожие на толстые веретена клубни, и складывать за пазуху заправленной в штаны футболки. Только загрузившись как следует, он пошел к Хану. А когда они вместе скрылись в кустах, сиамец бросился их догонять, выскочив из кабины и зашвырнув что-то небольшое в рожь. Сиамец нагнал их примерно на середине поля. Первым шел Минхо, за ним шагал Хан, постоянно отвлекаясь на насекомых. Спелая рожь клонила колосья и шевелила длинными усами на ветру. Сиамец коротко перемявкнулся с Ханом и пошел последним. Так они и добрались до задворков заброшенной деревеньки. Все дома стояли заколоченными, у некоторых провалилась крыша или завалилась стена. По заросшим бурьяном улицам давно не проезжало колесо. Хан притих и опять вцепился в Минхо. Сиамец не выказывал страха, но держался неподалеку. За спиной он нес мешок, позвякивающий при каждом шаге. Глухой звук разгонял звенящую тишину, делая окружающее более реальным. Минхо боялся привидений, но, кажется, это место покинули даже они, оставив его растениям и мелкой живности, вроде лягушонка в траве и пиликающих цикад. Постепенно все расслабились и стали с интересом оглядываться по сторонам. Решение остаться здесь на ночь родилось спонтанно и единодушно, когда они нашли родник. Чистейшая вода выбивалась из-под земли и струилась по засыпанному листьями каменному желобу, когда-то устроенному местными жителями. Коты расчистили желоб от мусора, все напились и почувствовали голод. Тогда Минхо вытряс из футболки царапавшие его живот бататы, а сиамец выложил рядом три банки тунца. Вот что гремело у него в рюкзаке и оттягивало плечо. На взгляд Минхо, там осталось еще банок шесть, а может и больше. Запасливый кот, не то, что они с Ханом. — Останемся прям тут или пойдем искать очаг во дворе какого-нибудь дома? — осмотрелся Минхо. Он не представлял, где можно развести костер и не спалить всю округу. — Если свалить вон то дерево, то будут и дрова, и место для костра, — указал на сухую корягу сиамец. — Вряд ли у вас с собой топор или пила, — посмотрел он на их худые рюкзаки. Топора и пилы не было, зато было море энтузиазма, достойного лучшего применения. А азартом, граничащим с яростью, все трое принялись раскачивать сухостоину. Громкий треск и куча поеденных жучками обломков стали им наградой за старания. Со знанием дела сиамец сложил их шалашом, Минхо поделился зажигалкой, и скоро на старательно вытоптанной поляне запылал костер. Коты удивительно быстро нашли общий язык. Сиамец, не пожелавший представиться, присматривал за Ханом, как за неразумным котенком, не давая ему совать лапы в костер и пытаться съесть все найденные ягодки и грибочки. Пока не стемнело, сиамец обошел окрестные сады и принес несколько яблок и груш, а еще пряных трав, продолжавших расти в заброшенных огородах, и кошачьей мяты. — Нет, — строго посмотрел Минхо на сиамца, кипятившего воду в отмытой консервной банке. — Вам не предлагаю, — нарвал мяту сиамец и запихнул в кипяток. Получившееся варево одуряюще пахло мятой. Хана вело от одного запаха. А когда он еще и хлебнул, вопреки запретам Минхо, то ему стало совсем хорошо. — Минхо-ним, людям тоже полезно, — заваривая очередную порцию, расслабленно улыбнулся и мурлыкнул сиамец. — Успокаивает. Судя по тому, что происходило потом, кошачья мята действует на кошек очень по-разному. Например, те коты, что достались Минхо, налакавшись, принялись скакать, как ужаленные гепарды. Или козы. Их несло на все заборы и прочие высокие места, которые они смогли найти. С дикими криками кошачьего восторга коты резвились, гоняясь друг за другом на двух и четырех ногах, пока не выдохлись. Никогда еще Минхо не видел Хана таким радостным и свободным. К ночи похолодало, Минхо натянул дополнительный свитер, Хан — толстовку, сиамец накинул капюшон на плешивую голову. И тут в затуманенную мятным отваром голову Минхо пришло, что сиамец теперь всех их перезаразил. — Хан-и, котик, вы бы не обтирались друг о друга так старательно, у него же лишаи, — с мученическим стоном протянул Минхо, видя, как они укладываются спать на одной охапке травы. Сынмин посмотрел на него с осуждением и пригреб Хана ближе. — Глупый человек, — недовольно зашипел он. — Неужели я не нашел бы лекарства, если бы был заразным? В Новом мире (даже название у экспериментального городка было пафосным и утопическим) есть бесплатная клиника для гибридов. У меня аллергия на вашу дурацкую человеческую еду. Но, иногда другой не достанешь. Не до конца веря ему, Минхо подошел, сел рядом и сдернул с него капюшон и развернул головой к костру. Пятна и правда не являлись скоплением тех самых водянистых пузырьков, несущих инфекцию. Они были розовые и гладкие. Такие появлялись у котов, с которыми приходилось работать, когда те слишком нервничали или наедались неподходящей еды. Убедившись, что все в порядке, а может просто мята убедила его в этом, Минхо лег рядом и обнял кота поперек живота, прижимаясь к напрягшейся спине. Звонкие комары сообщили, что им пора подкрепиться, и человек для этого отлично подходит, но Минхо их не слышал, он уже спал.