Без вопросов

***

Зимнее утро в Токио было холодным и тихим. Сквозь большие окна общежития в комнату проникал мягкий белый свет, отражённый от свежего снега на крышах соседних зданий. Воздух казался прозрачным и прохладным, даже внутри комнаты ощущалась лёгкая утренняя свежесть. Сонхун проснулся медленно, сначала не открывая глаз. Тело было тяжёлым и расслабленным, как бывает после долгой ночи, когда мышцы ещё помнят каждое движение. Он перевернулся на бок и вдруг почувствовал тепло чужой кожи рядом. Он резко открыл глаза. Рука, лежащая поперёк его груди, принадлежала Хирото. Сонхун замер. Несколько секунд он просто смотрел на потолок, пытаясь понять, где находится и почему его сердце вдруг бьётся быстрее. Одеяло сползло с его плеч, и холодный воздух коснулся кожи. Он сел, машинально проводя рукой по волосам, и только теперь заметил разбросанную по полу одежду — рубашку, ремень, чёрные джинсы, куртку Джея, которую он, кажется, одалживал вечером. В голове вспыхнула первая мысль. Он провёл ночь с парнем. И не просто ночь, его первый опыт с парнем. — Ох… — тихо выдохнул он и подошёл к окну. В Токио все еще шёл белоснежный снег. Хирото зашевелился. Он перевернулся на спину, медленно открыл глаза и, увидев напряжённую спину Сонхуна у окна, улыбнулся сонной, мягкой улыбкой. Его волосы были растрёпаны, кожа казалась почти фарфоровой в утреннем свете. Он поднялся и подошёл ближе, обнимая Сонхуна со спины. Его подбородок коснулся плеча. — Доброе утро, — сказал он тихо. Сонхун смотрел в окно, на зимний город, где снег продолжал медленно падать между зданиями. — Где Джей? — спросил он. Хирото на секунду задумался. — Не знаю. Мы ведь ушли раньше. Он слегка нахмурился и посмотрел на лицо Сонхуна. — Ты правда ничего не помнишь? Сонхун закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Сначала — только шум клуба. Потом воспоминания начали возвращаться, медленно, обрывками. Музыка, от которой дрожали стены. Яркие огни над танцполом. Тёплые руки Хирото на его талии. Поцелуй — сначала осторожный, потом смелее. Чужое дыхание у уха и тихие японские слова, которые Сонхун не понимал, но чувствовал интонацию. Потом узкий коридор клуба и холодная плитка уборной, когда они на секунду скрылись от толпы и снова поцеловались, уже нетерпеливо. Такси. Окно, за которым летел снег. И потом дверь комнаты, захлопнувшаяся за ними, и спешное избавление от одежды, будто каждый из них боялся, что кто-то передумает. Тёплая кожа и тихие стоны. И то странное, почти головокружительное чувство, когда всё впервые происходит по-настоящему. Сонхун резко открыл глаза. — Чёрт… Он быстро подошёл к кровати, схватил телефон и разблокировал экран. Несколько пропущенных. И одно сообщение. От Джея. Он открыл его. Сонхуни, с днём рождения, друг. Оставляю тебя с Хирото — ты это заслужил. Я буду в отеле неподалёку. Не тормози. И утром пригласи парня на завтрак. Сонхун долго смотрел на экран. В груди появилось странное ощущение — не сожаление и не стыд, а тяжесть, будто ночь что-то изменила внутри него, хотя он пока не мог понять, что именно. Но губы всё равно тронула улыбка. — Он всё продумал, — тихо сказал Сонхун. Хирото рассмеялся у него за спиной. — Похоже, у тебя хороший друг. Сонхун обернулся. Хирото стоял рядом, всё ещё сонный, но довольный, и в его глазах было что-то тёплое, почти ласковое. Сонхун вдруг почувствовал, как напряжение исчезает. Он протянул руку и потянул Хирото к себе. — Пойдём в душ, — сказал он тихо. Хирото хихикнул. Через минуту дверь ванной закрылась, и холодное токийское утро осталось за стеклом, пока внутри маленькой комнаты снова становилось тепло.

***

Когда дверь ванной тихо закрылась за Хирото, в комнате снова стало спокойно. Утренний свет уже полностью заполнил пространство, падая на стол, на смятую постель и на часы, которые Джей подарил Сонхуну ночью. Снег за окном продолжал медленно кружиться между зданиями общежития, и Токио выглядел удивительно тихим для такого большого города. Сонхун вышел из душа первым, вытирая волосы полотенцем. Его платиновые пряди теперь были чуть темнее от воды, и, глядя на своё отражение в стекле окна, он невольно улыбнулся. Ночь была безумной, неожиданной, немного сумбурной — но точно не плохой. А утро очень сладким. Он действительно чувствовал себя взрослым. Хирото вышел следом, уже одетый в мягкий тёмный свитер. Он остановился рядом и, улыбнувшись, обнял Сонхуна за плечи, легко коснувшись губами его щеки. — Ты выглядишь довольным, — сказал он тихо. — Потому что так и есть, — честно ответил Сонхун. В этот момент дверь открылась. Джей вошёл внутрь, стряхивая с куртки мелкие снежинки. Серебристые волосы чуть растрепались от ветра, а в руках он держал два стакана горячего кофе. Он остановился на секунду, осматривая комнату. Скомканные простыни. Разбросанную одежду. И Сонхуна, который стоял у окна с мокрыми волосами и счастливой улыбкой. Джей усмехнулся. — Похоже, ночь прошла успешно. Сонхун рассмеялся. — Более чем. Он подошёл ближе, и Джей без лишних слов протянул ему стакан кофе. — С днём рождения ещё раз, — сказал он спокойно. Сонхун поднял стакан. — Спасибо за всё. Хирото тем временем сел на край кровати, наблюдая за ними с лёгкой улыбкой, будто уже понял, какие у этих двоих отношения. — Ты очень хороший друг, — сказал он Джею. Джей пожал плечами. — Просто знаю, когда нужно дать человеку немного свободы. Сонхун покачал головой. — Ты не дал свободу. Ты всё организовал. — Разница небольшая, — усмехнулся Джей. В комнате стало тепло от смеха. Хирото поднялся. — Я сбегаю за завтраком. Думаю, после такой ночи всем нужна нормальная еда. — И кофе, — добавил Джей. — Много кофе, — подтвердил Сонхун. Когда Хирото вышел, Сонхун сел рядом с Джеем на край кровати. Несколько секунд они просто молчали, глядя в окно на снег. — Я правда рад, что приехал, — сказал Сонхун. Джей улыбнулся. — Я же говорил, что устрою тебе перемены. И, глядя на город за стеклом, Сонхун вдруг понял, что эта поездка — только начало. Начало нового этапа их жизни.

***

Через три дня самолёт из Токио мягко коснулся полосы аэропорта Инчхон. Небо над Сеулом было холодным и прозрачным, воздух пах снегом, и Сонхун, выйдя из терминала с дорожной сумкой через плечо, чувствовал странную лёгкость. Токио всё ещё жил в его голове — шум улиц, ночные огни, бесконечный смех Джея и те несколько дней, которые будто вырвали его из привычной жизни. Дом Пак встретил его тихим теплом. В коридоре горел мягкий свет, из кухни доносился запах чая, и когда Сонхун закрыл дверь и сказал негромко: — Я дома. Суни появилась первой. Она вышла из кухни, удивлённо посмотрела на него и уже собиралась что-то сказать, когда Сонхун подошёл ближе и вдруг обнял её. Суни замерла. Потому что Сонхун никогда раньше этого не делал. Он всегда был вежливым, спокойным, иногда даже холодным, но объятия… это было чем-то новым. — Я привёз вам подарок, — сказал он с лёгкой улыбкой. Суни тихо рассмеялась, всё ещё удивлённая. — Похоже, Токио действительно хорошо повлиял на тебя. В этот момент из своей комнаты вышел Чонвон. Он остановился в коридоре и молча наблюдал за сценой, явно не понимая, что происходит. Сонхун заметил его и подошёл. И прежде чем Чонвон успел что-то сказать, Сонхун обнял и его. Чонвон застыл. Руки неловко зависли в воздухе, будто он не знал, можно ли отвечать на это объятие. — Ты… в порядке? — тихо спросил он. Сонхун усмехнулся. — Более чем. Он отпустил его и прошёл в гостиную, открывая сумку. — Это для вас, — сказал он, протягивая Суни аккуратно упакованный набор японской косметики. — А для отца я привёз женьшень. Суни благодарно улыбнулась. Сонхун достал из сумки ещё одну коробку и повернулся к Чонвону. — А это для тебя. Чонвон удивлённо взял коробку. Он медленно открыл её, и внутри стояла фигурка. Эрен. На секунду Чонвон даже перестал дышать. Он поднял глаза на Сонхуна. — Откуда ты узнал, что это мой любимый персонаж? Сонхун искренне удивился. — Я не знал. Он пожал плечами и чуть улыбнулся. — Вообще-то это Джей выбирал. Он сказал, что это его любимый персонаж и нет человека, который не любит Эрен. Чонвон замер. Он снова посмотрел на фигурку, затем на Сонхуна, и имя Джей вдруг прозвучало в комнате так, будто в его жизни появилось что-то новое, хотя он всё ещё не знал этого человека. А Сонхун, не заметив его замешательства, уже спокойно говорил о Токио, о снеге на улицах и о том, как Джей таскал его по половине города. И Чонвон почему-то слушал очень внимательно.

***

Прошли месяцы. Зима тихо ушла из Сеула, и к апрелю город уже дышал мягким весенним воздухом. Деревья вдоль улиц покрылись свежей зеленью, на университетских аллеях расцветали первые цветы, а вечерами воздух становился тёплым и пах влажной землёй и сакурой. И вместе с весной изменился Сонхун. После Токио он словно перестал прятаться внутри самого себя. Он стал легче, спокойнее, будто наконец разрешил себе жить так, как хотел. В университете он и раньше был популярным, но теперь вокруг него постоянно собирались люди — кто-то хотел поговорить, кто-то просто стоял рядом, ловя каждую его улыбку. Сонхун больше не избегал взглядов, наоборот, он смотрел прямо и уверенно, и эта уверенность притягивала. Но сильнее всего изменения чувствовались дома. По вечерам Сонхун иногда задерживался на кухне с Суни, помогая ей нарезать овощи или просто болтая о каких-то мелочах. Иногда он садился с отцом в гостиной и слушал рассказы о работе. А иногда, к удивлению самого Чонвона, заходил к нему в комнату и спокойно спрашивал: — Ну что, показывай, где ты застрял. И через несколько минут они уже сидели рядом за столом, Сонхун объяснял какую-нибудь формулу или разбирал задание, терпеливо и спокойно. Чонвон долго не мог привыкнуть к этому новому Сонхуну. Раз в месяц к нему по-прежнему приходили Джейк и Сону на ночёвки. Это была их маленькая традиция: заказать пиццу, включить фильм, смеяться до глубокой ночи и обсуждать всё подряд. И именно в такие вечера Чонвон начал замечать одну странную вещь. Сону слишком часто смотрел на Сонхуна. Не просто случайно, а внимательно. В один из апрельских вечеров родители ушли ужинать в ресторан. Дом остался полностью в распоряжении троих подростков, и в гостиной уже стояли пакеты с закусками и банки газировки. Сонхун в этот момент собирался на вечеринку. Когда он вышел из своей комнаты, разговор в гостиной на секунду оборвался. Он выглядел… слишком хорошо. Чёрная майка открывала плечи и подчёркивала линию ключиц, красная кожаная куртка была небрежно накинута на плечо, а платиновые волосы мягко падали на глаза. Весенний вечерний свет из окна делал его ещё ярче, и даже Джейк тихо присвистнул. — Вау… хён, — пробормотал он. — Ты идёшь на вечеринку или сниматься для журнала? Сонхун только усмехнулся. — Следите за домом, дети. Сону тем временем поднялся с дивана. — Я принесу чипсы. Он прошёл на кухню и открыл шкаф. Пакет стоял на самой верхней полке. Сону вытянул руку, встал на носки, пытаясь дотянуться, но пальцы лишь слегка задели упаковку. Он тихо вздохнул и снова потянулся вверх. И вдруг почувствовал руку на своей талии: тёплую, уверенную. Другая рука легко дотянулась до верхней полки, взяла пакет чипсов и протянула его ему. Сону медленно повернулся. Сонхун стоял совсем близко. Платиновые волосы слегка закрывали его глаза, на губах играла лёгкая улыбка, а от него пахло свежим парфюмом и весенним воздухом, который он принёс с улицы. Сону почувствовал, как сердце резко ускорилось. Щёки моментально порозовели, губы чуть приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но слова застряли где-то внутри. Сонхун это заметил. Он посмотрел на него чуть внимательнее, и уголок его губ медленно поднялся. Этот друг Чонвона почему-то всегда казался ему… очень милым. — Спасибо… — наконец тихо сказал Сону. Сонхун убрал руку с его талии и усмехнулся. — Не за что, милашка. Он спокойно вышел из кухни, на ходу надевая куртку. А Сону остался стоять на месте с пакетом чипсов в руках, чувствуя, как его бедное сердце бьётся так громко, будто его слышно даже в гостиной.

***

Весенний вечер медленно темнел за окнами дома Пак. Апрельский воздух был тёплым, из сада тянуло запахом влажной земли и молодых листьев, а в гостиной горел только один торшер, делая комнату уютной и немного сонной. На столе стояли коробки из-под пиццы, несколько банок газировки и тот самый пакет чипсов, который Сону всё ещё время от времени нервно перекладывал из рук в руки. Сонхун уже ушёл на вечеринку, и дом окончательно остался в распоряжении троих друзей. Джейк первым предложил: — Давайте сыграем " правда или действие". — Нам по шестнадцать, — фыркнул Чонвон. — Именно, — невозмутимо ответил Джейк и уже крутил пустую банку на столе. Игра началась легко, почти по-детски. Сначала всё было смешным и безобидным: кто-то должен был написать странное сообщение в общий чат, кто-то должен был станцевать глупый танец под музыку из телефона Джейка, Сону один раз заставили читать вслух текст песни с максимально драматическим выражением лица. Они смеялись так громко, что пару раз Чонвон даже поглядывал на входную дверь, будто боялся, что соседи услышат этот шум. Но постепенно вопросы начали меняться. Банка снова остановилась. Она смотрела на Джейка. Сону, сидящий напротив, хитро улыбнулся. — Правда или действие? Джейк вздохнул. — Конечно правда. Сону чуть наклонился вперёд. — Ты уже с кем-нибудь целовался? Джейк закатил глаза и откинулся на спинку дивана. — Да. — Когда? — сразу оживился Сону. — Мне было четырнадцать. И ей тоже. Чонвон усмехнулся. — И как это было? Джейк скривился. — Слюняво. И мерзко. Сону и Чонвон одновременно рассмеялись. — Романтик, — сказал Чонвон. Банка снова закрутилась. На этот раз она остановилась перед Чонвоном. Джейк тут же оживился. — Правда или действие? Чонвон вздохнул. — Давай правду. Джейк прищурился, явно придумывая что-то более интересное. — Какой у тебя фетиш? Сону сразу выпрямился. — Ого. Чонвон на секунду задумался, потом спокойно пожал плечами. — Не знаю. — Что значит «не знаю»? — удивился Джейк. — Я пока не разобрался в себе, — честно ответил Чонвон. — И не нашёл того места… или того, от чего сходил бы с ума. Сону кивнул, будто это был вполне логичный ответ. Банка снова закрутилась. Она остановилась перед Сону. Теперь спрашивал Чонвон. Он посмотрел на друга чуть внимательнее, чем обычно, будто давно хотел задать этот вопрос. — Правда или действие? Сону вздохнул. — Давай, я тоже выберу правду. Чонвон сказал спокойно: — Тебе нравится мой брат? Сону замер. Чонвон продолжил, уже чуть мягче: — Он тебе нравится как парень, с которым бы хотел встречаться? Тишина повисла мгновенно. Сону опустил глаза на свои руки. Джейк смотрел на него широко раскрытыми глазами, явно не ожидая такого поворота, а Чонвон смотрел спокойно и внимательно, без осуждения — скорее с искренним интересом. Сону несколько секунд молчал. Потом тихо выдохнул. Он медленно поднял голову. — Мне всегда нравились парни. Слова прозвучали тихо, но уверенно. Он перевёл взгляд на Чонвона. — А твой брат… красивый. И… — он неловко усмехнулся, — в моём вкусе. Он пожал плечами. — Так что, ответ да. Я не собираюсь врать. В комнате снова стало тихо. Но на этот раз тишина была не тяжёлой. Чонвон смотрел на него ещё секунду, потом вдруг потянулся вперёд и обнял. — Всё нормально, — тихо сказал он. Сону сначала растерялся, но через секунду обнял его в ответ. Джейк пару секунд просто смотрел на них. Потом фыркнул. — Ладно, я тоже сюда. И через мгновение все трое уже сидели на диване, неловко обнявшись, смеясь над тем, как странно это выглядит со стороны. А где-то в другом конце города Сонхун даже не подозревал, что этим вечером стал темой самой честной игры, которую его брат когда-либо играл.