Осколки падающий звезд

Погружаясь сильно в дело которым он занимался сейчас, успевая совмещать с другими, и для него самым важным было окончательно разбить стену между ним и Хён Ын, ведь в прошлый раз они вновь мило флиртовали в сообщениях, конечно сильно расстраивало то что она не давала ему поехать за ней на Чеджу, но он решительно принял это, потому как важно завоевывать её доверие и уважение к нему. И когда она вернулась с командой оттуда, он уже был в аэропорту, встретил её сразу же и вел себя как мужчина её и ведь она даже не ворчала что он это сделал. Подобное он уже вытворяет в третий раз, потому что хочет дабы Хён Ын, могла чувствовать тепло его руки и то насколько он серьезно относится к своим чувствам к ней. Помнит как её щеки тогда пылали румянцем, она определенно была из-за него очень сильно смущена, и ведь она впервые за такое время поцеловала его в щеку и он был готов провалится сквозь землю от счастья. Ведь это значило то что их «дружба» определенно же явно переходит на новую почти стадию и понимать это нравилось сильно ему. И теперь стоя в лифте, он смотрел на букет который купил для Хён Ын, и улыбнулся, задаривать цветами её это было главным в его жизни. Двери лифта открылись и он вышел из него, подойдя уже через минуту к дверям квартиры Хён Ын, поправил прическу и немного расстегнув свои пуговицы на пальто он поправил галстук и нажал уже на кнопку. Ждать не пришлось даже долго, двери открылись он улыбнулся он вошел в квартиру а затем протянул букет ей, Хён Ын, улыбнулась и взяла букет из его рук. — Ты каждый день с цветами приходишь, не надоело? Услышав это он улыбнулся, потому что все-таки он знал она рада любым же цветам что он дарит, и он продолжит дарить ей их, потому что может сделать счастливой её так больше. — Почему мне должно надоесть это? Айгу, ты плохо меня воспринимаешь! Послушай я хочу сделать тебя счастливой постоянно, посмотри ты ведь всегда купаешь в цветах и к тому же тебе же нравиться цветы. Признайся, тебе приятно от такого мужчины как я получать цветы верно же? Он прекрасно изучил её давно, тем более она сама сказала же то что в отношениях никогда даже не состояла совершенно. А он почувствовал облегчение, впрочем если бы она и была бы когда-то в отношениях, это не делало бы из неё плохую, он все же мужчина и состоял же в отношениях с разными девушками. Но они были не такими как Хён Ын, ведь она была же другой, он чувствовал как был одержим ею, и жажда стать её мужчиной было для него все же важным. — Завтракал? Или опять не завтракая, побежал ко мне? — Лишь кофе выпил, дабы проснутся и побежал сразу же к тебе! — Иди со мной, накормлю тебя завтраком! — произнесла она и вздохнула. — Пить кофе все же на голодный желудок вредно! — Как скажешь моя драгоценная госпожа! — заявил он с улыбкой и добавил. — Приятно то что ты так беспокоишься обо мне! Он снял пальто и повесил в шкаф пальто, ванной помыл руки и пошел к Хи Ён, на кухню где она уже принялась готовить завтрак. Ему нравилось наблюдать за тем как та готовила завтрак, как делала рулет омлетный с сыром внутри, второй раз он будет есть то что она приготовила, ему нравилось понимать это прекрасно. Встав подойдя он обнял сзади её и уткнулся подбородком в плечо, крепко прижал к себе, и вдохнул аромат которым она так вкусно пахла, это же был было мыло с ароматом фруктов. Та застыла на месте, так и не пошевелилась лишь произнесла: — Хи У, что ты делаешь? — Ты так вкусно пахнешь, а ведь ты всегда пахнешь разным мылом или гелем для душа! В тот раз ты твоя кожа пахла корицей и клубникой в пересмешку с духами! Он услышал то как она издала тихий вздох и выдох, видимо он заставил её почувствовать эмоции которые она никогда не испытывала. Будучи опытным мужчиной он знал как же на неё влиять и как себя вести с ней, все — таки он понимал же то что она любит его, но ей стоит признать то что она любит его. Выпустив её из своих объятий он принялся доставать тарелки, и обнимать её это значило получать дозу хорошего настроения, а с недавних пор он будет усиливать напор дабы она приняла свою любовь. Она успела даже подогреть мясо которое вчера готовила и теперь на тарелке помимо рулетного омлета были ещё и аппетитные кусочки курицы в кисло — сладком соусе, и такой завтрак был очень вкусным. — Знаешь если ты и вправду будешь приносить мне обеды на работу, то я буду безумно счастлив есть то что приготовленное твоими руками. — он взял её за руку и поцеловал тыльную сторону руки. Заметил то как щеки её стали румяными, а ведь он лишь похвалил то как она готовит и то что он действительно говорил правду. Ему нравилось осознавать то что она сама лично ему сказала что может готовить обеды ему а если действительно все так и будет, то это сделает его самым счастливым мужчиной на земле. Сидеть и обедать с той кого он любит и желает всегда делать счастливым несмотря ни на что. — Сегодня вечером ты свободна после работы? — Мои родители хотят дабы ты пришел на семейный ужин, похоже ты и вправду сильно их очаровал своим очарованием! К тому же из Чеджу, тётя прилетела она очень хочет с тобой познакомится! — Я же говорил что понравлюсь им? Тебе не зачем переживать было! — Столько в тебе все ещё самоуверенности! — Твоя сестра приходила вчера ко мне! Услышав это она едва не подавилась рисом который положила в пиалу, она посмотрела на него удивленно затем и спросила: — Какая из трёх? Сон Ми? Хэ Он или Чжи Ён? — Хэ Он, она выглядела серьезной и спросила меня прямо серьезно когда я женюсь на тебе и стоит ли этого ждать! Сказала что хочет погулять на нашей свадьбе и показать своим подругам то что у младшей сестры идеальный мужчина прокурор! — Она ни разу не обмолвилась об этом! — Ну, она попросила чтобы это осталось секретом между нами, а я сказал то что дабы взять тебя в жёны, необходимо для начала завоевать твоё сердце! Впрочем думаю это будет уже скоро, по крайнее мере я сделаю тебя своей девушкой! Ему нравилось видеть такое выражения лица которое было у неё сейчас, она была такой милой а ведь он намеренно же делал все так чтобы она могла таять от его нежности и ведь он упорно проявлял же все любые знаки внимания ей. Он уже видел то что она почти уже сдалась под его давлением, видно было то что она чувствует к нему чувства и смотря на неё он любовался ею. Затем продолжил завтракать, впрочем все приготовленное ею он все равно съест, потому что она важный для него человек. После завтрака он стоял и ждал когда переоденется и стоя он скрестив руки на груди, она вышла одетая в джинсы, рубашку белую и распустила свои длинные волосы, немого даже их завила. Он с любовью разглядывал её, то какой же она была милой, и все чего сейчас ему хотелось сказать это то что он чувствует в душе. Он не желал ничего скрывать совершенно, впрочем он и так говорил постоянно ей то что он испытывает и чувствует к ней. — Хочу, чтобы каждое наше утро начиналось именно так, только просыпаться я хочу рядом с тобой, чтобы мы делили на двоих и закаты, и рассветы, — Хи У тепло улыбнулся, глядя ей в глаза. — Веришь, что у нас есть будущее? — тихо спросила Хён Ын. — Ты — прокурор, я — репортер. Между нами всегда будут стоять работа и принципы. — Мы же это уже обсуждали, — он мягко взял её за руки и поднеся к губам своим их поцеловал. — Плевать мне на наши профессии, я люблю тебя Хён Ын, и очень хочу быть рядом, заботиться о тебе каждый день. Ты для меня — весь мир. Она застыла смотря на него, определенно же не ожидала то что он так скажет, наклонив свою голову он разглядывал её, однако руки отпустил её, а Хён Ын, прикусила нижнюю губу и отвела свой взгляд, он же увидел то как её щеки были вновь румяными из-за его слов. И следом она заправила выпавшую прядь волос за ухо, вздохнула и посмотрела на него, этот её взгляд такой серьезный и в тоже время очень нежный. — Ты слишком идеализируешь нас, — прошептала она, но в её голосе уже не было прежней уверенности. — Рано или поздно мне придется выпустить репортаж, который перейдет дорогу твоему отделу. Или тебе придется скрывать от меня детали дела, чтобы я не совала в него свой нос. Как мы будем смотреть друг другу в глаза в такие моменты? Хи У сделал шаг вперед, сокращая расстояние до минимума. Он осторожно коснулся её щеки, заставляя снова посмотреть на него. — Мы будем смотреть друг на друга не как закон и пресса, а как мужчина и женщина, которые дороги друг другу. Хён Ын, мир за окном может рушиться, политики могут плести интриги, а наши коллеги — косо смотреть нам в спины. Но здесь, — он слегка коснулся пальцем того места где было её сердце., — всё гораздо проще. Он на мгновение замолчал, его взгляд стал глубже и серьезнее, он протянул ей руку. — Я не обещаю, что будет легко и я обещаю, что никогда не отпущу твою руку и даже если весь мир решит, что мы — плохая идея. И он почувствовал как внутри разливается тепло, и он увидел то что его слова немного как — то даже подействовали на неё, он видел то что у неё в душе тоже самое тепло что вытеснило холодный страх перед неизвестностью. Она слабо улыбнулась и накрыла его ладонь своей. — Ты невыносимо упрям для прокурора. — Я отлично знаю, за что стоит бороться, — ответил Хи У. — А ты — моя самая главная битва, которую я не имею права проиграть. Он медленно наклонился, и в этом жесте было столько нежности и немого вопроса, он же видел то что она любила его и между ними было много понимания и теплоты. И он видел то что та почти сдалась, нужно лишь аккуратно поднажать и та упадет в его объятий, а затем примет его чувства. — Теперь пошли! — он взял её за руку и сплел их пальцы в замок. — Мне нужно отвести тебя на работу а затем поехать уже в прокуратуру, но помни я заберу тебя в обед пообедать со мной! — Помню я это прекрасно! — произнесла она а затем произнесла. — Почему ты уже который раз меня за руку берешь? — Чтобы ты привыкла к моему теплу, ведь когда станешь моей девушкой я буду всегда тебя держать за руку! Он помог надеть ей пальто а потом они вдвоем вышли из квартиры, и там он вновь взял её за руку, в лифте он сжимал руку её. Он чувствовал влюбленность к ней самую настоящую, и он даже чувствовал то что одержим ею, и он не жалел об этом совершенно. Потому что ему уж очень нравилось чувствовать это прекрасно, посмотрел вниз и сжал крепко руку её. Она была такой милой когда смущалась, но сейчас она была другой совершенно, он внимательно начал разглядывать её. — Ты такая милая! — произнес он с улыбкой. — Очень милая, когда пытаешься не встречаться со мной взглядом! Она удивленно посмотрела на него и он увидел её взгляд, он был таким теплым и нежным, заботливым. Смотря на неё он видел тепло в них и нежность, нравилось все же понимать то что она такая с ним, настоящая и искореняя. Он чувствовал себя счастливым и довольным, ведь он так умело флиртовал с ней, а она ответила ему на нежность ему, он ощущал тепло которым она отвечала ему. Через какое-то время они вдвоем выли из лифта, он не отпускал руку до самой машины, открыв дверь он улыбнулся, и протянул руку и помог ей сесть в машину. В ту же секунду он сел в машину, и помог застегнуть ремень безопасности, и лишь потом себя пристегнул, а затем тронулся с места. То что она никогда не встречалась ни с кем лишь давало ему возможность, в будущем ей дать понять то что такое любовь и что она не пожалеет о том что начнет встречаться с ним. Ведь он был идеальным во всем мужчиной, он знал прекрасно жизнь, и понимал как вести себя с ней. Она была такой умной, серьезной и понимающей, и именно такая была сильно ему нужна. — Скажи, что тебе из сладкого нравится? — Тток! Мне нравится Сонпхён! Ещё нравятся Няньгао и Танъюань! В Китае всегда их беру, когда туда приезжаю! — Оу, ты у меня сладкоежка, тебе нравятся сильно рисовые пирожное? — Очень нравятся! — Но что больше любишь? — Манду! — Манду? — переспросил Хи У. — Ага, мне они нравятся жаренные, особенно острый соус который он полит! — Что ж, я приготовлю Манду для тебя в следующий раз! — Приготовишь? — Да, я приготовлю все что ты попросишь Хён Ын! Она смотрела на него неотрывно, а ему нравилось это, потому что это значило то что она теперь уже осознавала, то что никуда не исчезнет из её жизни теперь, нравилось понимать же то что между ними теперь есть ещё больше доверие и понимание. Впрочем, оно и так было ведь и смотря на неё он видел лишь тепло в её глазах, он улыбнулся а ведь план то по тому как завоевать её у него был отличный. Ему нравилось понимать то что рано или поздно с ним будем рядом всегда, пускай она на данный момент не ответила ему на чувства, но по крайней мере она подпустила его близко к себе а это ведь о много говорит же действительно, он на неё посмотрел с нежностью, а затем он продолжил смотреть на дорогу, ему хотелось дабы это поездка длилось долго, он чувствовал себя счастливым из-за неё. Она была такой милой, когда злилась или ворчала, сжимая руль он размышлял как быстрее все же заполучить её, все же самым важным было то что он понравился родителям её, а так же сестрам и двум её братьям это значит то что у него вышло почти завладеть доверием девушки. Приехав через какое-то время на место, он вышел первым из машины и помог выйти оттуда Хён Ын, а затем вместе с ней направился в здания, прощаться меньше всего хотелось с ней. Но он понимал то что иначе быть не может, тем более он все равно поедет за ней в в обед, и они пообедают вдвоем. Перед тем как уходить он обнял её и постояв так немного выпустил ту из своих объятий, а затем попрощавшись дождался когда она войдет в лифт и за ней уже закроются двери. Лишь потом ушел и в машин он усмехнулся, она была так смущена из-за того что он обнял её при всех и не чувствовал ведь сожаления из-за такого, она ведь любовь его жизни. Зачем ему чувствовать переживания и сомнения? Он знает, что делает и как все же разумно поступает. В прокуратуре он сел в своё кресло и закрыл глаза, а ведь он чувствовал что обязан добиться того чтобы она была с ним рядом. Вспомнил, как перед тем как уйти она поправила галстук его, на устах была улыбка довольная и счастливая. То как она смотрела на него, как в глазах её он увидел тепло. Она ведь любила его и он чувствовал это, у него был нюх ищейки, он видел то как она тяжело дышит когда прикасается к ней, когда намеренно целует руку её. От размышлений его прервал стук в двери а затем в дверном проеме появилась голова Ха Ри, она с любопытством посмотрела на него а затем вошла внутрь, в её руке была папка с явно с делами которыми она занималась. Она с любопытством посмотрела на него а затем она произнесла: — Ты ведь не занят? — Уже собирался разбираться с документами, но ты пришла! Что-то случилось? — Нет, поговорить хотела с тобой! Она плюхнулась в кресло и положила папку на стол, подперла подбородок и посмотрела на него внимательно, он видел то как Ха Ри, с любопытством смотрела на него, он видел этот взгляд которым та изучала его, все же он понимал то что явно она хочет сказать ему что-то определенно. Определенно она что-то планировала сказать ему, но молчала, это даже стало его раздражать, он наклонил голову набок и смотрел хмуро на неё. Даже злить стало как-то уже подобное, он вздохнул а затем перекинув ногу на ногу а затем он произес: — Говори что хочешь? — Поговорим о твоей красотке? — Что ты хочешь услышать о моей будущей супруге? — Господин прокурор вы слишком далеко взобрались! — Слушай я не хочу слушать твои нравоучения, говори сразу же чего ты желаешь услышать? Она усмехнулась ему, слишком Ха Ри, была очень странной он продолжал смотреть на неё хмуро: — Познакомь нас! — Ха Ри задорно вскинула подбородок. — Не терпится увидеть ту, что сумела украсть сердце самого непоколебимого прокурора. — Познакомлю, — он тепло улыбнулся, и в его глазах промелькнула незнакомая прежде мягкость. — Но предупреждаю: не вздумай её напугать. Она у меня нежная лисичка, её нужно беречь. Ха Ри иронично выгнула бровь: — Судя по тому, что успел нашептать Джунсо, эта «лисичка» сама мастерски играет твоими чувствами. Говорят, она отшивает тебя так мягко, что ты даже не замечаешь, и особенно даже не замечаешь как оказываешься во френдзоне! Услышав это он готов был взорваться от гнева, Джунсо он считал другом, подумать не мог то что так выйдет. — Меньше слушай его сказки, — ворчливо отозвался Хи У, хотя в уголках его губ всё ещё таилась улыбка. — Никто меня не отшивает и я больше скажу: я ей очень даже нравлюсь, просто нам обоим нужно время. — Удивительно тесен мир, — задумчиво протянула Ха Ри. — Ты — гроза преступников, суровый прокурор, а она — репортер, вечно ищущая правду. Два абсолютно разных мира, которые решили столкнуться. — Сказала мне девушка-прокурор, которая встречается с мужчиной из высшего отдела? — парировал Хи У, лукаво прищурившись. — Решил кольнуть побольнее? — Ха Ри рассмеялась, ничуть не задетая, его выпадом. — Не выйдет! Я бесконечно горжусь тем, что мой мужчина занимает такой пост. Так что твои стрелы летят мимо цели. — Значит, ты можешь меня понять, Хён Ын, меня любит и я нравлюсь ей! Тем более я нравлюсь её семье а это много чего значит! — Удивительно, но они явно не знают какого безумца их дочь встретила! — Они сами безумцы! — Что ж, ты точно в их вкусе! Он хмыкнул, но не стал совершенно даже спорить с ней, все, же она была же права в этом. — Так что там с делом подружки Джунсо? — В 1991 у неё сестрой погибли родители в аварии, к себе на воспитания их забрали бабушка и дедушка, так как родственникам со стороны отца на детей было плевать. Однако была тётя она сестра покойной матери девочек, она тоже воспитывала их и планировала записать детей на себя а быть точнее удочерить их. Так как она понимала что так будет правильно, но задень до того как она собиралась подать документы на опеку, ей пришлось поехать по делам и в тот день приехали люди забрали младшую пояснив что ребенок не сможет даже нормально вырастить в семье. — Но почему старшую, с младшей не забрали? — Я был тоже удивлен! — ответил он и хмыкнул. — По всей видимости, опеку интересовала лишь младшая! — Какие же сволочи, они же травму нанесли двум девочкам же психологическую! — Старшая повзрослев, решила стать известной личностью, в надежде то, что так сможет найти её! Что она узнает её, но определенно ребенок вырос и память стерлась! Недавно стало известно то, что два года назад в Апреле в мастерскую приходила девушка со шрамом в том же месте где описала она. — То есть она в Сеуле живет? — Видимо так и есть! — ответил он и вздохнул. — По всей видимости, её удочерила семья, потому как она приходила со старшей сестрой потом. Первый раз она приходила с парнем, как позже потом описал господин Вон, то что парнишка в полиции работает. Над им было по двадцать один, вроде упоминалась что девушка учится в университете в каком именно не ясно! — Это хотя бы маленький сдвиг в деле! — Сдвиг будет если мы сможем найти её, или хотя бы понять то как она выглядит у мастера не было записей с камеры. Джунсо испугался что Хёнчжу, грохнется в обморок, так как она совершенно не ожидала услышать точное описание шрама. — Но ведь это может быть единичным случаем, тем более у всех шрам бывает в таких местах у всех! — Но не кулон! — поднял палец верх Хи У. — Ибо два кулона сделаны по заказу отца девушек, и там инициалы особенные, плюс у той девушки инициалы были едва заметны, так как они за это время были уже потерты. А таких кулонов никто не делал! — Может обратиться кому-то, дабы он мог изобразить девочку, в том возрасте какая она сейчас? — А есть такие художники? — Есть и если связаться с одним таким думаю он поможет изобразить то какой она выглядит сейчас! — Вряд-тли это поможет, но можно попробовать! Я скептически отношусь к такому но всегда же можно испробовать любые способы, какие есть! Он раньше и представить не мог то что такое можно, но решил все же прислушаться к тому что та посоветовала. Будет вполне правильным такое сделать, тем более возможно такое ведь может помочь в деле, у него слишком много идей было и желания решить данное дело, а он все же привык добиваться своего всегда. — Я ещё попробую тоже поискать где-нибудь в архивах! Возможно, что-то смогу найти! — Отлично ты поможешь прекрасно с этим делом! — Потому что я прокурор и обязана решать подобные дела! Тем более вижу, как твои глазенки то горят из-за этого дела! Своей красотке репортеру об этом деле рассказывал? — Нет, тем более оно слишком опасное! — Любые дела, которые мы как прокуроры берем очень опасны! — Это дело ещё опаснее! — сказал Хи У и добавил. — Между прочим, я слышал от Джунсо, то что она однажды влезла в одно опасное дело! Он едва смог защитить её, потому что она ведь сестра его друга! — Слышала я, она сделала репортаж об одном человеке! У мужчины три любовницы были на содержании! Две иностранки и одна кореянка! Женат был на актрисе и по итогу, активы его заблокированы и… — Его любовницы лишились содержания, а дети лишились возможности расти в счастье и богатстве. Так же суд учел все это и развел пару! — Все то ты знаешь Хи У! Он посчитал нужным проигнорировать такой выпад в свою сторону, все-таки он прекрасно же изучал все, и особенно то, что связано было с любимой которую он любил всем своим сердцем. Оставшись один он принялся разбираться с документами, дел было очень много, листая каждый файл, то и дело поглядывал на часы, обед должен быть скоро. Ему нужно было за ней поехать и с ней пообедать, все-таки от тщательно всегда продумывал все прекрасно. Вернувшись к документам, он изучал их и мысленно размышлял над тем, что же делать если все же он и Джунсо сможет найти ту девушку? Пояснить ей то что она удочеренная? Она же явно не поверит или вообще пошлет их куда подальше? Или может быть напротив скажет то что ей все равно то что настоящая родня ищет её? Мало кому может быть приятно то что их кто-то ищет, тем более зачастую дети став взрослыми могут и сами искать родню. Но она же может быть совершенно же другой и он этого не отрицал и особенно то что прошло время и она может не помнит совершенно ничего. Сколько о дел расследовал, и их было очень много, но каждые дела всегда заканчивались уж очень хорошо, но данное дело как может закончиться? Размышляя об этом он чувствовал то что все может быть прекрасно, внутри себя он по крайней мере верил то что он и Джунсо с Ха Ри, смогут отыскать девушку несмотря ни на что. Все же то что рассказал Джунсо, давало все же понять то что все вполне может быть, то что они смогут найти. Конечно жаль было то что записей не нашлись, но может быть где-то в другом месте может быть? Думая об этом он понимает то что следует попробовать все же, Джунсо интересовался лишь у мастера и раз у того видео с камер наблюдения не обнаружились, значит в соседних магазинах все может оказаться. Эта мысль чуточку его успокоило, потому как волноваться не стоит и тем более всегда можно любым способом узнать все. Двери открылись, и он увидел её, Хён Ын, вошла в кабинет и положил ручку он направился к ней сразу же, в руке у неё был бумажный пакет. Но что она здесь делает? И как вообще даже смогла узнать то что он здесь? Впрочем, неважно было, ведь она здесь а это был самым все же лучшим чувство для него. Хён Ын, же определенно заметила то что он разглядывает её и произнес: — Как ты смогла найти мой кабинет? Он даже не говорил в каком он кабинете именно, она знала то что он работал в главой прокуратуре Сеула, но ведь он даже не обронил ни слова то как найти его и он давно даже планировал привести её сюда. — Посмотрела на доску что висит и там нашла твой этаж, а затем поднялась уже сюда! Тем более сонбэ Джунсо, вежливо мне указал в какую сторону идти. Хитрый Джунсо, даже не оповестил его о том что к нему идет Хён Ын, он хотя бы как-то мог бы подготовится. Ладно, он ему припомнит это, улыбнувшись ей он произнес: — Удивительная ты девушка, но что ты тут делаешь? И что там у тебя? — Разве ты не рад мне? Увидел то, какое выражения лица у неё было, она определенно же волновалась то что он не рад приходу её. Уж кому не будет рад так это приходу Арым, но ей он дико рад и очень даже счастлив ей. Он будет всегда рад лишь Хён Ын, она была такой милой когда спросила его об этом и ведь он понимал же то что она пришла, увидится с ним а это делало его счастливым по-настоящему. — Конечно рад, я чертовски рад тому что ты здесь! — ответил Хи У, и добавил уже затем.- Так ты ответишь мне что там у тебя? — Я же обещала же тебе обед? Тем более я заранее приготовила все! Следом из бумажной сумки она достала ланч — боксы и открыла их все от них исходил аромат приятный, он улыбнулся и посмотрел на неё. Она и вправду сделала то что он желал и хотел а именно приготовила вкусный обед и пришла сюда к нему дабы накормить его а это было самым приятным для него чувством. Она посмотрела на него внимательно а он уже расплылся в улыбке, потому что она сделала все это от всей своей души и сердца. Облизав пересохшие губы он посмотрел на неё и произнес: — А я думал ты забудешь то, что обещала своего оппе! — Обещание, я всегда сдерживаю! — ответила она и села.- Садишься оппа? Или я зря все это приготовила? Он растянулся в довольной улыбке, а затем произнес: — Конечно, сажусь и съем все то, что сделала моя прекрасная принцесса! Взяв палочками он положил в рот кимбап который выглядел очень вкусно и посмотрел на неё и улыбнулся. Она смотрела с таким явным переживания, а он улыбнулся давая понять то что все в порядке все, следом положил в рот себе уже кимчи которое она приготовила а оно было вкусным очень. Ещё кусочки курочки в нежном соусе он тоже попробовал и спустя уже минуту все ланч-боксы были уже пустыми. Он был теперь сыт и посмотрев на Хён Ын, и следом вновь улыбнулся, а затем положил руку на плече ей и придвинул ближе к себе, и наклонившись поцеловал в щеку её. Та явно такого не ожидала от него, она уставилась на него, а он спокойным серьезным тоном произнес: — Это было потрясающе, Хён Ын! Оппа был очень-очень счастлив, делай так почаще! Я буду очень счастлив, если ты чаще такое будешь делать! — Будешь, правда, счастлив? — Буду очень, делай так почаще! К тому же я тоже буду готовить обеды для тебя! Какой же мы будем счастливой парочкой, представляешь? — он посмотрел на неё и усмехнулся. — Мы любим друг друга, и мы счастливы же вдвоем! — Но я даже не ответила на твои чувства ещё! — Оу, твоё «даже» означает то, что ты можешь вполне мне ответить на мои чувства? — Возможно! Услышав это он растянулся вновь в улыбке довольной, ему нравилось осознавать то что она так ответила ему. Потому что он чувствовал же то что она любит а значит уже почти же ведь сдалась и они смогут быть счастливыми вдвоем. Остается лишь только добиться согласие её стать его девушкой и принять чувства его, взяв за руку, нежно поцеловал тыльную сторону руки её. — Ты самая лучшая девушка в мире! — Хи У… — Люби меня и будь со мной счастливой всегда! — шепнул он на ушко ей. — Я буду лучшим для тебя мужчиной! Он опустил руку и переместил руку на талию ей, и он почувствовал то как она вся дрожит от его прикосновения, он посмотрел на неё внимательно, и прикоснулся губами к её шее. Она вздрогнула от его горячего дыхания, он растянулся в улыбке, ему нравилось видеть её такой. Он впервые позволил себе такое сделать, потому что ему нравилось осознавать то что она любит его, нужно лишь чтобы она приняла свои чувства к нему. — Ты моя звездочка в ярком небе! Знаешь ведь существует северная звезда? Помнишь откуда она появилась? — Помню! Благодаря одному из близнецов! Она посмотрела на него а он растянулся в улыбке довольной, приблизившись к ней, он нежно поцеловал ту висок. Он был упертым и наглым и всегда добивался своего, поэтому и её он тоже добьется, чтобы не случилось, она же понимала сама прекрасно это. — Расскажешь мне о себе? — поинтересовался он. — Я мало что о тебе знаю! Она посмотрела на него внимательно он был серьезен в своих словах, так как желал, дабы она понимала прекрасно то что он желает знать все о ней. — Ты, правда, желаешь меня узнать всю? — Да, и давай сделаем так! Ты расскажешь о себе а я о себе договорились? Тем более думаю, ты будешь рада узнать чуть больше о своём будущем мужчине! — А ты наглый оппа! — Заметь ты в меня врезалась, и я тебя поймал! — пояснил он и добавил. — Я знаком с твоей уже семьей и твоими друзьями, особенно с тем полицейским! — Он мой друг! — Не каждый друг влюблен безответно в свою подруг детства! — Он мой друг и останется им несмотря на то что влюблен в меня все ещё! — Так значит, ты знаешь то что он все ещё испытывает к тебе чувства? — Да! Он покачал головой любая бы на её месте уже разорвала бы любое с другом общение, тем более зная то что мужчине которому нравится девушка неприятно знать то что в ту влюблен друг. К примеру, он перестал бы общаться с подругой которая испытывает чувства к нему, и вспомнив Арым, он почувствовал ярость и ненависть. Она влюблена в него и это любовь была ядовитой у него же чувства к Хён Ын, лишь нежные и добрые. Он улыбнулся и глянув на неё произнес: — Я понимаю, ты не хочешь явно с ним разрывать общение, но что, же будешь делать, когда он узнает что ты теперь моя возлюбленная? — Для начала добейся этого! — Что-то мне подсказывает то, что я уже заполучил это! Но кое-кто не хочет так легко ведь даже сдаваться! — Ты очень наглый Хи У! Он улыбнулся и коснулся щеки её, верно ведь он своего то смог добиться почти, по крайней мере она уже приготовила обед, сама пришла к нему, он чувствовал то какое тепло у них было между ними. По всей видимости, и она чувствовала это прекрасно, она посмотрела на него с нежностью все же. Отпускать девушку так легко не хотелось и когда они встали он помог засунуть в пакет ланч боксы, а затем неожиданно заключил в свои объятия её а затем уткнулся подбородком в плече ей. Чувствовал то как их сердца бьются в такт друг другу, она была такой нежной и самое важное от неё исходит сладкий аромат духов. Вдыхая их ощутил тепло что так разносится по телу, приятно было чувствовать это. Выпустив её из объятий уже спустя время он улыбнулся, и посмотрел в глаза ей. То какой же она милой была, и то как смущалась, она ведь понимала прекрасно то что не сможет сбежать от него никуда совершенно. Он уговорил оставить её пакет с ланч боксами у него, тем более она все равно должна была вернуться на работу. Так он взял и подвез её на работу, решив что так будет намного лучше и тем более он покажет ей какие у него серьезное отношение к ней, и похоже она понимала это прекрасно. Вернувшись в прокуратуру, он сел в своё кресло и принялся заниматься делами уже, потому что все-таки нужно было что-то решить уже с некоторыми документами что-то. Однако от мыслей его прервал телефонный звонок, заглянув на экран, он увидела «Чокнутая Арым» он тяжело вздохнул надо бы сменить номер или заблокировать её, но она же явно же сделает новый номер и начнет его доставать и он прекрасно понимал же это. В мыслях и сердце, душе у него была лишь одна девушка которую он любил и ценил, и желал к тому сделать своей. — Я хочу пообедать с тобой оппа! Услышав это он почувствовал вновь приступ неприятной тошноты из-за её тона голоса, и то как она явно представляла, то что сможет сделать его своим. Раздражала и злила сильно его лишь своим поведением, сжав ручку в своей руке он усмехнулся и произнес: — Я обедал уже! — И позабыл о том, что я хочу пообедать с тобой? — Арым, я не планирую ни ужинать, ни обедать ни завтракать с тобой! Ты мне не интересна совершенно! — Когда я на тебя тогда набросилась то ты иначе себя оппа вел! Забыл? Мы целовались и были у тебя в спальне я была на тебе и почти уже сняла рубашку! Вспомнив тот случай и тот день он вновь почувствовал подступающую тошноту, потому что совершено неприятно было осознавать то что он едва не натворил глупости. Она ведь тогда намеренно тогда теми духами надушилась чтобы одурманить его и провести с ним тогда ночь но к счастью сила воли у него была и он не сделал то что не стоит совершенно. Он желал лишь Хён Ын, и хотел ей показать какой он мужчина, то каким бывает страстным и нежным, то что она не пожалеет если станет его любимой и что их каждая ночь будет очень страстной. — Ты надушилась духами, которые меня одурманили! — Если бы ты не опомнился, то ты узнал какой я бываю страстной кошкой! — Мне не нужна кошка, меня называют лисом и мне нужна лисичка! — Оппа я могу быть для тебя кем угодно! Он ощутил тошноту и злобу одновременно, она же не понимала ничего совершенно, что его дико выводило из себя. Закрыв глаза он вздохнул и посмотрел на пакет с пустыми лан боксами, нужно думать о Хён Ын, мысли о ней помогают чувствовать себя спокойнее и очень счастливым. — Я занят Арым! После этих слов он сбросил звонок, не хотелось совершенно с ней говорить о таких вещах, она злила его и раздражал. Страстная кошка? Да она напоминала ему кого-то другого, и даже неважно кто это был, потому что она была отвратительна ем. И подумав о Хён Ын, он вновь расплылся в улыбке, то как она вся дрожала от его прикосновений, как вздрогнула от его поцелуя в шею, и так нужно постоянно делать дабы она понимала то что он серьезно на неё настроен. И когда на телефон приходит сообщения, он заглянув внутрь видит сообщения от Хён Ын, на устах появляется улыбка. Ведь он обозначил её как «Моя любимая Хён Ын» и он открыв принялся читать то что она написала ему, стало на душе приятно от такого что дала о себе вновь знать. Хён Ын «Родители спрашивают, что ты предпочитаешь в еде?» Хи У «Люблю жареную рыбку, курочку в остром соусе и манду как и ты! А ещё острые блинчики» Хён Ын «Что ж, я напишу им об этом» «Не ешь что попало! Я так уж и быть буду тебе каждый день готовить вкусности!» Она так заботилась о нём, он расплылся в улыбке, потому что она собиралась готовить для него, ведь это значит, она будет здесь постоянно и это преимущество делает счастливым его, потому что он может заполучить возможность постоянно ещё больше быть рядом с ней. Он продолжал переписывать с ней, и получал в ответ лишь ответный флирт, она понимала же прекрасно то что он флиртует с ней, но понимала же ли она что в ответ с ним флиртовала? Размышляя об этом он думал что же подарить ей в ближайшее время, тем более он желал сделать ей ещё один подарок, дабы она чувствовала счастье и видела то какой же он к ней нежный и заботливый. Продолжив работать он заметил то что дел было очень много схожих с тем где детей из семьи изымают без разрешения, множество семей пускай и не были из богатых но они не страдали от недостатка денег, вполне спокойно зарабатывали деньги. А ведь он ещё ведь даже не поехал в то место где жила та девушка в детстве сестрой, но что-то подсказывало то что определенно, там он не найдет ничего совершенно, тем более там все сгорело, ведь он слышал то что архив с делами сгорел и вряд-тли что-то можно было спасти. Вздохнув он потрепал волосы на голове, а ведь явно тот пожар был намеренно утроен же, дабы никто не смог заняться данным делом. Ему пришло сообщение а вернее предложение присоединится к к чату «Помощь Хи У в завоевании Хён Ын!» он немного был удивлен такому но вступив этот чат он увидел имена сестер Хён Ын, и двух братьев её на его устах появилась улыбка. Сон Мин «Тебе нравится наша сестренка, мы поможем тебе в завоевании Хён Ын!» Чего уж, но такого он совершенно не ожидал, впрочем, ему понравилось понимать то что они создали такой чат, тем более он может ещё больше узнать о ней. И растянувшись в улыбке он принялся читать дальше то что пишут ему сестры девушки, похоже, они не желали его упускать и хотят реально помочь ему завоевать Хён Ын, они явно тоже понимали то что их сестра любит его, но нужно достучаться до неё. Хэ Он «Она не понимает то что ты нравишься ей и то что ты судьба её! Но ничего мы мозги вправим ей и дадим понять, то что ты идеальный мужчина для неё!» «Наши родители только за тебя, они будут рады, если ты станешь нашим зятем! Учти она у нас нежный и ранимый цветочек!» Чжи Ён «Отец сделал маколли и он хочет тебя в следующий раз угостить им!» Похоже он определенно понравился её семье и тем более он видел то что семья Хён Ын, явно оценило то что он заботится о ней и ещё он не заметил то что отец девушки спокойно отнеся к тому что он старше его дочери на семь лет, а теперь они желают его вновь увидеть дома и определенно приняли его, на устах появилась улыбка довольная, тем более когда будущий тесть хочет угостить его макколи то это прекрасно. Размышляя над эти он понял то что ему нужно принести собой, либо коньяк или же что-то ещё лучше. Хи У «Что ж, раз вы за меня! То я обязан принять вашу помощь!» Хэ Он «Отлично, зятёк! Но помни, обидишь хотя бы раз нашу сестренку! Мы тебя с землей сравняем! В нашей семье все дружны и все друг за друга!» Хи У «Учел вашу угрозу вашу! Но знайте я не ни разу не позволю себе причинить вред вашей сестре!» Он осознавал угрозу, потому что видел то каким взглядом его разглядывали сестры Хён Ын, и то какой свирепый взгляд был у братьев девушки. Они определенно видели в нём плохого человека, по крайней мере так показалось сперва а затем уже стало чуть спокойнее. Потому что они уже поговорив с ним осознали что он не плохой человек, и даже приняли его, что конечно же повеселило такое его. Впрочем, даже если бы не понравился бы им, то его не сильно бы могло такое помешать быть рядом с ней. Было приятно осознавать то что любимая Хён Ын, пришла к нему с едой, накормила его и это осознание делало его счастливым., потому что она готовила же с теплом и заботой о нём еду а значит она видела в нём своего мужчину и ей нужно время дать дабы она приняла свои чувства и признала то что любит его искренно. Вернувшись к делу он принялся разглядывать документы, он тоже в раз неделю бывал в гостях у родителей и проводил время с матерю, которая к тому же открыла адвокатскую контору и она была то не маленькой совершенно, а большой и тем более там было очень много сотрудников, и к ней уходили ребята из других компаний, так как знали то что она лучший шеф. Она даже не уговаривала его стать адвокатом, но она приняла его решение стать прокурором, Она поддержала его в этом как впрочем, и отец, тоже поддержал его, подчеркнул, что это прекрасно, дед был прокурором и он продолжил путь семьи и борется с плохими преступниками. Он давно обещал матери пообедать с ней, как-никак не только у Хён Ын, традиционно со своей семьей собираться и ужинать, но и у него в семье было тоже самое. Следует наконец — то познакомить Хён Ын, со своей матерью и отцом, и сестрой она определенно завоюет ведь внимание родителей, такая светлая и нежная девушка обязательно понравится им. Сидя в кафетерии с матерью он решил инициативу на себя и заказал обед сам, он надеялся рассказать ей о том что у него в жизни появилась одна девушка, которая жутка сильно ему нравилась и у него было к ней настоящее чувство. Но возможно Соль А, уже растрепала семье о Хён Ын, а это значит матушка прекрасно знает о ней, он прикусил нижнюю губу. Однако с ней как адвокатом нужно было посоветоваться с важным делом, и он немного сказал то что есть важное дело которое очень сложное и ему нужно разобраться с делом одним но она немного сложное. — Я ведь если ты не забыл адвокат и имею свою компанию адвокатскую! — напомнила ему она и добавила.- Расскажи какое такое серьезное дело ты ведешь? — Ко мне обратился мой друг из университета, ты помнишь его явно Джунсо! Так вот он в по уши влюблен в свою подругу, она известная личность в Корее! И так случилось что в 1994 году у неё из семьи изъяли незаконно младшую сестру, под видом то что денег в семье не особо, и что родителей нет. Воспитывает бабушка и дедушка, хотя опеку на себя собиралась взять тётя девочек, она уже собрала документы на то чтобы подать их и удочерить дочек своей старшей сестры. Но в тот момент явились люди из опеки и забрали младшую, странно что обеих не забрали. Теперь спустя восемнадцать лет, старшая сестра той измятой девочки стала известной личностью, начала поиски младшей сестры с тетёй. Но все так продумано что архив сгорел и дела оттуда тоже, так же некоторые люди из опеки либо умерли, либо куда-то переехали или пошли наверх. — Подожди ты говоришь в 1994 изъяли ту девочку? Он кивнул, а затем спросил: — Мам, ты что-то слышала об этом? — Я же адвокат, и я тогда ещё адвокатскую контору не открыла, и работала у господина Чхвэ, думаю ты его помнишь! Ты ведь с его дочкой дружишь и вы в одной прокуратуре работаете, она не пошла по стопам отца а решила прокурором стать. В общем ко мне попал документ, где была эта семья. Кажется где-то у меня есть папка с данным делом! Услышав это Хи У, едва не поперхнулся чаем и посмотрев на мать произнес: — Помочь найти? Мам, это дело очень-очень важное! Я ведь столько дел перерыл и не нашел ничего о той семье! — Можешь помочь, тем более мне лишь будет приятно помочь тебе! И ещё — она улыбнулась ему. — Приведи ту девушку о которой мне все рассказала Соль А, кажется она репортер да ещё из очень явно чудесной семьи! — Зовут её Ким Хён Ын, она и вправду из потрясающей семьи! Отец с матерью владеют небольшим бизнесом, три сестры, и два брата! И я им понравился, сестры её меня уже даже зятем называют. Хотя мы даже не в отношениях ещё, она пока что мне не ответила на мои чувства! — Ответит обязательно, ты такой умный, серьезный и тем более весь в отца пошел же! Ну и что-то от меня тоже есть ведь! — Хочешь я могу привести её? — Ещё спрашиваешь о таком? Если уж Соль А, очарована ею то как ещё? Тем более мне Арым не нравится, мне Соль А, рассказала что она вытворила в прошлый раз, но честно признаю она произвела вроде бы хорошее впечатление! Но после того что Соль А, мне рассказала я поняла что ошиблась во всем. Достав телефон он моментально нашел фотографию Хён Ын, и решительно показал фото матери, та изучала внимательно фотографию а затем произнесла: — Очень милая девушка, и судя по всему она тебя младше верно же? — Ага! Я старше её на семь лет! — Ничего это неважно совершенно! — отмахнулась Джи Ю и добавила. — И по-моему я где-то эту девочку видела, но не могу понять где именно? — Она репортер, хотя училась в том университете где Соль А, учится! — Вот оно что! Теперь ясно почем она мне кажется такой знакомой! Что ж, я буду только рад с ней познакомится, раз она покорила сердце моего сына то значит она по-настоящему явно искренняя. — Её семья вновь пригласила меня поужинать у них! — Значит мой сын действительно смог покорить семью, впрочем как ещё может быть? Мой сын лучший во всем и конечно же ты очаровал их тем что ты умный и серьезный мужчина. Ты успешный прокурор, воспитанный! — Я только ещё не добился от неё того дабы она ответила что любит меня тоже! — Как моего сына нельзя не любить? — поинтересовалась она и посмотрела на него. — Я была на её месте тоже когда твой отец ухаживал за мной, и проявлял знаки внимания, он всем мне видно давал понять то что я нравлюсь ему. Он помнит то как родители часто рассказывали в детстве ему сестрой то как они вдвоем встретились, и ведь её интересовала лишь учеба и будущая работа, она и подумать не могла то что выйдет замуж и тем более родит первого ребенка. Однако все же было ведь действительно же в порядке и он много чего взял от родителей, особенно их характеры и желания идти до самого конца, всегда бороться за справедливость. Впрочем он подумать не мог то что мама в 1994 занималась этим серьезным делом, теперь у него была к тому же возможность узнать чуть больше о том деле. У матери в специальном сейфе хранились ведь очень много папок с делами, а значит то дело определено будет там. Так они договорились что он познакомит а вернее приведет на семейный ужин Хён Ын, и познакомит её семьей, и он потом поможет найти дело то связанно с делом об изъятии девочки незаконно из семьи. Хотя бы какой-то сдвиг был в деле, он мало верил то что это поможет ему, но хотя бы что-то связанное с делом. Выяснилось то что его отец будучи прокурором ничего не смог сделать, хотя хотел помочь матери с делом, все-таки ребенка изъяли из семьи действительно незаконно совершенно. Он рассказал о том что услышал недавно от Джунсо, на что мать согласилась с тем что девочку определенно удочерили и явно хорошая семья, так же было ясно то что она скорее всего не помнит о том что она им не родная совершенно. Оставалось туда самому лично поехать и поговорить самому с тем мужчиной самому, возможно в тот день была его дочь когда та во второй раз приходила и девушка могла запомнить её внешность? Впрочем, он не особо верил в это, так как он бучи прокурором изучил все в своей жизни и понимал то что ничего легко не бывает так, и тем более понимал то насколько же это опасно все. И он четко же осознавал то что к любому делу нужно подходить серьезно к делу. Теперь ему было спокойнее оттого что Арым, не смогла понравится родителям его, они все же понимали то что она высокомерная и наглая. А Хён Ын, определенно понравится им ещё больше после того как они увидят её в живую, она завоюет их внимание быстро и сразу же. Впрочем она же была понравилась младшей сестре а значит понравится матери и отцу тоже, потому как она может не понравится? Тем более Хён Ын, с ним была ведь искренней, настоящей, и она ведь была такой настоящей же и от неё веяло теплом, нежностью, он чувствовал заботу с её стороны теперь тоже. Совсем скоро он придет с Хён Ын, на ужин к её родителям и вновь покажет им то какой он все же идеальный мужчина, что с ним ей будет безопасно и хорошо на душе. Он как-никак ведь понимал то что является серьезным мужчиной и видел то что он нравится ей, нужно лишь деликатно подтолкнуть её дабы та поняла то что он достоин быть её мужчиной. Если уж Соль А, была рада Хён Ын, и уже называла невесткой её, то а уж тем более его то у неё в семье её сестры то называли зятем, это означало то что все идет к тому что семьи их породнятся. В ближайшем будущем, они станут мужем и женой во что он верил сильно, у него было желание быть мужчиной её, она все же была ведь той о ком он мечтать даже не смел. Но она и вправду ворвалась в его жизнь, словно вихрь, и он не жалел ни разу о том что влюбился в неё. Она была такой милой, настоящей и искренней, такой какой он и желал для себя девушку, смотря на неё он любовался ею когда они были вдвоем. Недавно то что она приготовила еду и пришла к нему с ланч-боксами, это сделало его счастливым, и особенно то что она согласилась готовить теперь всегда, но и он решил то что нужно ей что-то приготовить и разложить в ланч-боксах дабы она поесть могла когда он не сможет с ней пообедать. — Мам, а как отец постарался понравиться моего дедушке? — Хочешь окончательно закрепить доверие будущего тестя? — поинтересовалась Джи Ю. — Что ж, твой отец крутился как мог, ты ведь знаешь какой твой дедушка! Он ведь когда-то встретил мужа твоей тёти с луком и стрелой! Бедный парень испугался сильно, она же на первом месяце беременности была, он думал что Гоюн, бросит или будет изменять Хаён, но нет! — Я помню, дедушка потом сказал что проверить желал его на то какой он человек! — Твоему отцу повезло он заставил его пить с ним, мама тогда за голову схватилась, а лишь боялась как твоей отец переживет все это! Но он герой, и в итоге отец дал ему согласие на наш брак! Но не думаю что отец твоей Хён Ын, такой как твой дед! — Он провел со мной разговор, поинтересовался сколько мне лет, узнав что мне тридцать даже как-то успокоился! — Значит понял то что ты серьезный и понимающий то чего желаешь! — В этот раз я с ним буду пить макколли! — Значит ты пройдешь через тоже самое что и твой отец! Но не думаю что он заставить тебя напиться, но готовься к такому все равно! Он размышлял неделю над тем что же подарить будущему тестю и тёще? Пришлось даже у начальника интересоваться, он будучи женатым и имеющий потрясающие отношения с тестем мог вполне посоветовать что делать. Тем более он уважал его и называл сонбэ, так как именно он затащил сюда в главную прокуратуру Сеула, а это о много все же говорит. Он в нём видел потанцевал и как однажды сказал «Смотря на тебя вспоминаю себя в твои годы, во мне так же горела кровь и я желал доказать всем то что способен на всё! Так что будь и дальше таким, далеко пойдешь!» услышав это тогда Хи У, очень прекрасно все ведь понял что идет по правильному пути. В итоге рассказав ему о том что был в гостях девушки которая жутко нравится ему, и то что эта девушка из прекрасной любящей семьи, и сонбэ Бэк, посоветовал то что не коньяк нужно принести собой что-то по лучше и лучшим будем это принести что-то по лучше а именно то что может нравиться бедующему тестю. Так впрочем, он и поступил, стал интересоваться у девушек в чате что же нравится их отцу, изучив все детально он купил то что нет у их отца о чем тот мечтает, и когда наступил тот важный день он поехал за Хён Ын, даже платье купил для неё решив так ещё больше дать понять ей то какое у него к ней отношение. И конечно же он видел в глазах её удивление и не понимание в тоже время, но она не стала спорить с ним и уйдя в комнату вышла оттуда через минуту в платье, он застыв на месте смотрел ошарашено на неё. Платье было ей по фигуре и в тоже время свободно, он подойдя к ней он улыбнулся и наклонившись заглянул в глаза ей: — Ты красивая в платье в этом, я понимал то что оно тебе подойдет но не думал то что ты в нём будешь так красиво что я потеряю дар речи! Она явно была смущена тому что он подарил ей, платье, она чувствовала себя счастливой, и посмотрев него она произнесла: — Не стоило было столько тратиться! — Но ты мне нравишься а влюбленный мужчина будет брать все что угодно дабы его любовь была красивой и прекрасной! — Это обычный ужин семейный и не думаю что…. — Этот ужин важен для меня! Потому что я могу понравится ещё лучшим твоей семье! И тем более я взял подарки твоим родителям и сестрам с братьями! — прервал её Хи У и добавил с улыбкой. — Тем более я знаю то что нравлюсь им! — Хитрый какой, идешь по хитрому пути! — Потому что знаю я нравлюсь им, и тем более твой отец отнеся ко мне очень уж спокойно! И меня зятьком уже называют там, они видят то что ты мне нравишься и то что мои чувства к тебе это не игра или на один раз. Я не только хочу быть твоим мужчиной, хочу в будущем быть твоим мужем и детей с тобой хочу иметь! — Далеко господин Кан, вы заглядываете! — Я мужчина такой, знаю чего хочу и что желаю! А ты та которую я жажду и желаю получить как свой главный приз жизни. — То есть я твой главный приз? Почему ты меня сравнил с призом? — Потому что мне повезло встретить тебя, и ты мой самый главный приз жизни! Она с любопытством изучала его, внимательно смотрела, его слова явно подействовали на него и она улыбнулась ему, потом подойдя ближе положил ладони ему на плечи затем она приподнялась и поцеловала его в щеку. Чего он совершенно от неё ведь даже не ожидал, он посмотрел на неё улыбаясь от счастья, а она заправила прядь за ухо и направилась уже надеть туфли. Стоя уже в лифте он поглядывал на неё а затем взял за руку и сплел их пальцы в замок, ему очень нравилось понимать то что она минуту назад поступила так. В машине же он сразу же рассказал ей то что купил некоторые подарки для её семьи, все-таки он желал им сильно ещё больше запасть в душу. Раскрывать секрет то что он находится в чате что создали её сестры он не стал совершенно, потому что это был секрет все-таки, он растянулся в улыбке сжимая руль. Благодаря тому чату он знал буквально о ней все, оттого что она любит, что ненавидит и презирает, то что в детстве занималась игрой на каягыме и цытре, но в итоге она стала репортером. Однако в старшей школе она поучаствовала в конкурсе и выиграла там, она была одной из лучших учениц игре на каягыме. На месте он уже достал те пакеты с подарками и они вдвоем вошли в дом родителей её, там и встретили сразу же три сестры её. Они явно старались скрывать то что ведут с ним тайный сговор в котором помогают ему заполучить сердце младшей сестры. — О, это ведь то что я хотел и желал! — произнес мужчина и добавил. — Как ты понял, что я хочу именно это? — Угадал? — радостно воскликнул он. — Господин Ким, я не поверите постоянно угадываю с тем какие цветы нравятся вашей дочери! Следом он дал подарок матери её, ведь благодаря сестрам Хён Ын, он узнал то что матушка её любит женьшеневый чай, с фруктами поэтому он смог найти их быстро. В итоге раздав всем подарки он почувствовал себя довольным, однако он чувствовал на себе взгляд Хён Ын, она с подозрением смотрела на него а затем перевела взгляд на сестер, неужели она о чем-то догадалась? Надежда все же была то что она ни о чем не смогла догадаться, он старался себя вести спокойно и не вызывал же подозрений как впрочем и сестры её тоже. Но они говорили о том что Хён Ын, была такой что могла вычислить то что от неё что-то там скрывают. Но спустя минуту она забыла обо всем и спокойно уже ужинала, отец её налил макколи, и они вдвоем выпили. — Расскажи Хи У, о себе немного! — Как вы уже знаете мне тридцать лет, мой отец в прошлом был прокурором сейчас он владеет небольшим рестораном, а мама открыла своё агентство адвокатское, они внесли в мою жизнь понятие, что такое плохо и хорошо а так же пояснили как бороться всегда с преступностью! — Ты в семье единственный? — Есть младшая сестра, ей двадцать один год, она учится в Сеульском университете искусств, очень помешена на одной группе и хочет стать их менеджером. Делает все для того чтобы этого добиться! Он достал телефон и найдя фотографию Соль А, показал ей и улыбнулся заметив то как Хён Ын, разглядывала фотографию с любопытством. Другие посмотрели тоже и подчеркнули то, что они чем-то похожи друг на друга, но видно то, что младшая очень активная. — А как семья отнеслась к тому, что она пошла, учится в этот университет? А не пошла, учится на юридический? — Им хватает того что в семье сейчас двое юристов, поэтому не хотели дабы Соль А, пошла на адвоката или прокурора учится. Тем более мама боялась что Соль А, может решить стать адвокатом а это сложная работа все же! — Даже мой муж говорит то что работа это опасное, хотя в нашей стране не помню в каком веке, но была одна известная женщина адвокат. Которая доказала что женщины и девушки тоже могут быть ими! — сказала Сон Мин и добавила. — Наша Хён Ын, ведь могла бы стать кем угодно после того как окончила Сеульский университет искусств, но она решила стать репортером. — Она хороший репортер, мне нравится то какая она на репортажах, она очень милая и ещё — он улыбнулся. — Она ведь очень честная, а это редкость большая, когда есть такие в нашей стране честные репортеры! — О, наша Хён Ын, очень добрая и милая и честная как вы правильно подметили репортер! Он растянулся в улыбке, а ведь он понимал прекрасно то что понравился семье её и его слова о их дочери сделали их явно счастливыми. Он посмотрел на Хён Ын, её щеки прям пылали румянами, она понимала то что теперь ей никуда совершенно не деться. Опустив руку и взял её за руку, сплел их пальцы в замок, посмотрел на неё внимательно, и нежно улыбнулся ей в ответ. Их предложение остаться ночевать здесь было приятно спокойно, так как он понимал то что ему пришлось бы что-то делать, ехать пьяным не хочется совершенно. Тем более он осознавал то что он выпил макколи, и они определенно не позволят ему в нетрезвом виде ехать домой. Позже она показала ему свою комнату вновь, она посмотрела на него внимательно, а затем она развернулась и посмотрела на него хмуро. Неужели она и вправду о чем-то начала уже догадываться? Хён Ын, разглядывала его внимательно, а затем произнесла уже спокойным тоном уже: — Что происходит? То какой она была серьезной, или пыталась быть серьезной заставляло его, улыбнутся, она же была милой и понимающей. Она вряд-тли осознала то что сестры её на его стороне и делают все чтобы он завоевал внимание её. Он пытался вести себя серьезно, и не выдавать себя, особенно то что её сестры помогают ему узнать то что он не знает о ней, тем более ему хотелось понять что она скрывает от него, что есть то чего он не знает и он желал пробить ту стену между ними. — О чём ты? Хён Ын, смотрела на него хмуро, и видно было то что она не верить будет тому что он ей может сказать, она наклонила голову набок и произнесла глядя внимательно на него: — Мои сестры странно себя ведут с тобой, точнее быть вы вчетвером ведете себя уж очень странно даже как-то! Она внимательно посмотрела на него, он улыбнулся и наклонившись заглянул в глаза ей а затем он произнес: — Ты милая такая! — произнес он и улыбнулся. — Оппа нравится твоей семье, и то о чем ты думаешь это лишь твои мысли! Он взял её за руку и поцеловал тыльную сторону руки, а затем нежно посмотрел в глаза ей а затем поцеловал её в шею та вздрогнула от его поцелуя. Она определенно такого от него ведь не ожидала, он растянулся в довольной счастливой улыбке, посмотрел на Хён Ын, с такой нежностью и теплом. Она же понимала прекрасно то что он любит её искренно, сильно и по-настоящему а так же искренно, изучал внимательно и видел как она смущалась и на него посмотрела а затем произнесла: — Хи У… — Что? Я что-то ни то делаю? Я чертовски влюблён в одну милую и обаятельную лисичку! И готов творить что угодно ради того чтобы эта лисичка увидела мои чувства и поверила в них! — А если бы кто-то из родни зашел чтобы ты им объяснил? — Они и так знают то что я влюблен в тебя, вернее они видят мои чувства к тебе! Так что не переживай из-за такого и тем более мы же тут не занимаемся тем чем не положено? Я же лишь поцеловал тебя в шею! Тебе определенно было приятен мой поцелуй в шею! Прав же милая моя лисичка? Она резко развернулась спиной к нему однако он готов был поклясться что увидел то как её щеки залились румянцем, на устах появилась ухмылка однако следом он посмотрел на спину там на миг показалось что он увидел шрам и аккуратно коснувшись спины коснулся пальцем её кожи. Там действительно был шрам он вдруг подумал кое-чем серьезном и вспомнил те слова друга, он моментально отмахнул от себя мысли. Такого быть не может совершенно это лишь совпадения, он следом прижал девушку сзади к себе и уткнувшись подбородком в плече спросил: — Откуда у тебя тот шрам? Он не выпускал и её из своих объятий, вдыхал аромат духов, и чувствовал как та взяла из-за его дыхания дрожала. Все что было связано с ней волновало его сильно, и этот шрам, ему было все равно то что на её теле был шрам, он любил её ведь не за внешность а за тепло что исходило от неё и искренность. — Ты о том шраме? Не знаю! Он со мной всегда мне даже не пояснили, сколько он со мной! А почему интересуешься? — Волнуюсь за тебя, мне интересно все что происходило с тобой в детстве и когда ты была школьницей! Я к примеру однажды вытворил такое в школе старшей что меня грозились исключить. — И что ты там такое сделал? — Расскажу как-нибудь! — шепнул он в ухо ей. И он лишь крепче прижал её к своему телу чувствуя как та затаила дыхания, верно ей ведь нравилось все что он делал, улыбнувшись он вдохнул аромат её сладких духов. — Ты тоже интересовалась тоже айдолами? — Да! — Воу, а ты не рассказывала! — Вообще-то рассказывала но кое-то забыл! — Прости меня, оппа слишком заработался и забыл обо всем! Он поцеловал её в шею вновь и развернув ту к себе лицом улыбнулся и посмотрел на неё внимательно. Затем он взял её за руку вновь он нежно поцеловал их и посмотрел на неё с нежностью, улыбнулся а затем поцеловал в щечку вновь её. Между ними было все же ведь понимание, она видела в нём человека, пускай ещё не сдалась под его мощным напором чувств, но он прогресс уже видел. Ему нравилось понимать то что она была такой, она все же знала то что он лучшим мужчина, она знала и понимала то что ему можно доверять, для неё он был наглым и самоуверенным лисом, который любил и желал её больше всего на свете. Здесь в комнате её было интересно, висели старые плакаты айдолов, так же игрушки, и книги, особенно старые баночки с духами. — Дневник? Моя принцесса вела дневник? — Эй! — Воу я не планирую читать твои сокровенные мечты и мысли! Но хотелось бы чтобы ты мне все — он коснулся указательным пальцем её подбородка. — Чтобы ты мне все о себе всегда рассказывала, ничего не скрывала! — наклонившись, он шепнул. — Я хочу стать с тобой одним целым! Она сжалась вся и он это заметил, она любила же его и видел это прекрасно, усмехнулся она была такой милой когда так реагировала на его прикосновения и ласки, с первой же встречи той он понял то что она принадлежит ему. Его тянуло к ней с такой силой что он даже себе представить не мог, смотря на неё он любовался ею, он не планировал отпускать её совершенно, разглядывала внимательно его, он смотрел на неё с нежностью. — Хи У! — Что? Я ведь ничего запрещенного то не делаю верно же? — Нет! — Тогда что же? Моя прекрасная принцесса боится то что я могу сделать что ужасное? Или боишься что я натворю бед? Милая я люблю тебя и хочу быть твоим мужчиной, твоим к тому же героем. Ты мне нравишься очень сильно, и поверь это ни какая-то жестокая игра а настоящие чувства. И мои поцелуи в шею это лишь попытка дать понять то каким я хочу быть для тебя нежным и ласковым мужчиной! — А если я стану твоей девушкой? У нас ведь ничего может не получится и… — Боишься, что я могу разбить тебе сердце? Хён Ын, мне тридцать лет, я осознаю чего очень хочу и желаю, а ты та с кем хочу создать семью. Посмотри я же честно добиваюсь тебя, и к тому же. — он улыбнулся и добавил. — Ты готовишь обеды мне, а это значит то что я тебе не безразличен. Она смотрела на него внимательно и он смотрел внимательно на неё, затем он взял её за руку и поцеловал тыльную сторону руки вновь. Она любила его и он прекрасно чувствовал это и видел то что был ей безразличным для неё мужчиной же, а затем он обнял её, крепко прижал к себе. Она ведь прекрасно же понимала то что он не оставит её в покое, что он до самого конца будет идти, ему важно чтобы она была его и принадлежала ему лишь только он с улыбкой смотрел на неё а затем развернувшись начал ходить по комнате и все здесь вокруг разглядывать. Здесь было уютно и прекрасно, он видел здесь место в котором себя хорошо чувствовала в детстве Хён Ын, явно она с трудом переезжала из отчего дома. По фотографиям он видел то что она любимый ребенок в семье, и тем более она всегда под сильной защитой сестер. На фотографиях она сияла в ханбоке, либо с грамотой, он видел то как она на фото сидит перед каягым и о чем-то думает. Эта девчонка дико сводила его с ума, и он готов был пойти на все дабы заполучить её и он ни перед чем не остановится, на всё пойдет дабы сделать её своей. А ведь он теперь вспомнил то что будучи ребенком он ведь встретил её, права. — Ты тут такая милашка! — он указал на фото где она была одета мило. — Хвостики тебе идут и этот макияж! — Я тогда была странным подростком! — Все мы странные в подростковом возрасте! Их взгляды встретились — долгие, пристальные, словно каждый пытался прочесть мысли другого и он медленно взял её ладонь и вновь запечатлел поцелуй на тыльной стороне. Она любила его, и он это чувствовал каждой клеткой своего тела. В его глазах она не видела безразличия — лишь жгучую, собственническую решимость, он обнял её, крепко прижимая к себе, и Хён Ын невольно осознала: этот мужчина не отступит. Он пойдет до самого конца. Для него было жизненно важно, чтобы Хён Ын, принадлежала только ему, с мягкой улыбкой он отстранился и принялся неспешно мерить шагами комнату, он вновь рассматривал обстановку. Здесь было уютно и светло, глядя на детали интерьера, он понимал: это то самое место, где Хён Ын была по-настоящему счастлива в детстве. Наверняка переезд из отчего дома дался ей нелегко и с многочисленных фотографий на стенах на него смотрел любимый ребенок большой семьи. Было видно, что она росла под надежной защитой старших сестер. Вот она сияет в ярком ханбоке, вот — с почетной грамотой в руках, а вот — задумчиво склонилась над каягымом. Эта девчонка сводила его с ума. Ради неё он был готов разрушить любые преграды. И именно в этот момент в памяти всплыл обрывок из далекого прошлого. — Расскажи, каким ты был в детстве? — негромко спросила она. — Разным, — усмехнулся он. — Мама говорила, что порой я был просто невыносим. Но тхэквондо всё изменило. Он поднял руку и с силой сжал кулак. — Дед настоял на тренировках, я уже упоминал об этом. И только сейчас я понял… мы ведь уже сталкивались с тобой раньше! — О чем ты? — Хён Ын удивленно вскинула брови. Он подошел к старой фотографии, где была запечатлена шумная группа детей а так же подростков. Указав сначала на маленькую девочку в алом ханбоке с аккуратно заколотыми волосами, а затем на бойкого мальчишку в кимоно для тхэквондо, он победно улыбнулся. Память услужливо восстановила детали: маленькая Хён Ын плачет, потеряв свой каягым, который кто-то спрятал то ли ради шутки, то ли со зла. И он, тот самый мальчишка, нашел инструмент и вернул его ей, как он мог забыть об этом? Значит, их встреча в телекомпании не была случайной — это сама судьба вела их друг к другу. — Нам определенно суждено было встретиться, принцесса! — Подумаешь, — она пренебрежительно пожала плечами, отводя глаза. — Обычное совпадение. — Говоришь одно, а щеки так и пылают! — поддел он её, коснувшись пальцем её лица. — Это… это просто румяна! Избыток пудры! — фыркнула она, пытаясь сохранить самообладание. — Что-то не верится совершенно! — он покачал головой, не сводя с неё лукавого взгляда. — Можешь считать это чем угодно, Хён Ын, хоть игрой воображения, — он наклонился еще ближе, почти касаясь её лица. — Но я слишком отчетливо вспомнил тебя — горько плачущую из-за пропажи каягыма. Помню, какой скандал закатила твоя старшая сестра… Кажется, в тот момент содрогнулась вся округа. — он тихо усмехнулся, вспоминая масштаб того детского происшествия. — Остальные твои сестры тоже не остались в стороне и они перевернули всё вверх дном, объявив тотальные поиски, и грозились стереть в порошок любого, кто посмел прикоснуться к твоему инструменту. Они ведь сразу поняли, что каягым не потерялся сам собой — его украли. Весь этот хаос был ради одной маленькой девочки, которая не могла перестать всхлипывать. — он сделал паузу, его голос стал ниже и мягче: — Ты и тогда была под надежной защитой, принцесса. Но нашел его именно я. Ты до сих пор думаешь, что это просто случайность? Он поймал её взгляд и мгновенно понял: она осознала, что каждое его слово — правда. Хён Ын замерла, ошарашенная этим внезапным воскрешением прошлого. Он откинул голову назад и победно улыбнулся. Память подбрасывала новые детали: как его мать тогда строго отчитывала ту семью, напоминая, что кража — это уголовная статья, и как все выдохнули, когда инструмент наконец нашелся. — Теперь я обязан защищать тебя еще сильнее, — произнес он, и в его голосе прозвучала клятва. — По-моему… нас зовут, — прошептала она, пытаясь отступить и разорвать это тягучее напряжение. Но она не успела сделать и шага он стремительно притянул её к себе, заключая в крепкие объятия, и вновь уткнулся подбородком в её плечо. — Ты моя, — шепнул он, и на этот раз в его тоне не осталось места для шуток. Только серьезность и властное собственничество. — Помни об этом. Он запечатлел мягкий, но собственнический поцелуй на её лбу и, наконец, выпустил из объятий. Ему было важно, чтобы она приняла этот факт так же отчетливо, как и он сам. Когда они вышли из комнаты, Хён Ын шла следом, пряча лицо. Он видел, как краска заливает её шею и щеки — она всё еще была во власти его слов. Однако, спустившись на кухню, она сумела взять себя в руки и скрыть смущение за маской вежливости. Он чувствовал её едва уловимую тревогу: она боялась, что он может заявить о своих правах прямо сейчас, при всей семье. Но он лишь довольно наблюдал за ней. Он уже давно понял, что очаровал её родных, и их благословение — лишь вопрос времени. Сидя за столом в окружении её родных, он кожей чувствовал их любопытство. Но это не тяготило его — напротив, он наслаждался моментом, понимая, что уже стал для этой семьи своим. Рассказы о детстве Хён Ын лились рекой, и он жадно ловил каждое слово, время от времени бросая взгляд на саму девушку. Та сидела тише воды, ниже травы, а её щеки пылали ярче спелого красного перца. — Помню, как её задирали старшие дети, — с гордостью начала Хэ Он, победно вскинув подбородок. — Один мальчишка прибежал к нам и всё рассказал. Мы тогда так припустили, что пятки сверкали! Побили тех задир так, что мало не показалось. Наша Хён Ын была совсем крошкой и не умела за себя постоять. Зато теперь она выросла и встретила потрясающего мужчину, который, я уверена, станет для неё нерушимой стеной! Он едва заметно улыбнулся, и в его глазах промелькнул стальной блеск. — Не беспокойтесь, — произнес он мягко, но с той самой непоколебимой уверенностью, которая заставляла верить ему беспрекословно. — Теперь она всегда будет под моей защитой. Обещаю. — А я в тебе и не сомневался! — подхватил глава семьи, одобрительно кивнув. — Ты производишь впечатление человека слова. Спокойный, умный, серьезный… Сразу видно — надежный мужчина. Хён Ын лишь глубже опустила голову, мечтая провалиться сквозь землю под этим градом похвал, в то время как он чувствовал себя абсолютным победителем. Он слушал их, и в душе разливалось приятное тепло. В этом доме было так же уютно и искренне, как в его собственной семье. Глядя на смущенную Хён Ын, которая старательно избегала его взгляда, он чувствовал себя абсолютно счастливым. Его желание познакомить её со своими родными крепло с каждой минутой — она заслуживала того, чтобы войти в его мир так же гармонично, как он вошел в её. Поскольку за ужином не обошлось без макколи, ему постелили в комнате старшего брата Хён Ын и будучи человеком здравомыслящим и уважающим традиции, он понимал: несмотря на то, что она ещё не его девушка, в доме её родителей нужно соблюдать приличия. Настаивать на совместной спальне в гостях было бы верхом неблагоразумия. Утро встретило его шумным семейным завтраком, Хён Ын вышла к столу последней — заспанная, с волосами, собранными в небрежный пучок и глядя на неё, Хи У, невольно улыбнулся: такой домашней он видел её лишь однажды, и сейчас для полноты картины не хватало только той самой пижамы с лисичками. Она молча присела рядом и жадно приложилась к стакану с фруктовым соком, окончательно просыпаясь лишь после пары глотков. — У тебя сегодня съемки на горе Сораксан? — спросил отец, прерывая тишину. — Ага, — кивнула она. — Нужно снять сюжет о местных жителях, которые поднимаются туда каждый день, и взять интервью. — О, тогда ты точно встретишь там моего верного друга У Сика! — рассмеялся отец. — Этот любитель восхождений будет просто счастлив снова засветиться в твоем репортаже. — И то правда! — подхватила мать. — И мои подруги наверняка там будут, они же вечно занимаются ходьбой по утрам. Когда вышел твой первый репортаж, они на весь район трубили, чтобы все включили телевизоры. — Точно-точно! — подтвердила сестра. — Тётя Ахён в своем магазине каждому покупателю советовала посмотреть выпуск. Хотела, чтобы все знали: наша Хён Ын не какая-то там выпускница Сеульского университета искусств, а настоящая звезда экрана! Он с интересом слушал это оживленное обсуждение, переводя взгляд с одного члена семьи на другого. — Вижу, Хён Ын у нас местная знаменитость? — с мягкой иронией заметил он. — О, ты ведь видел вчера в её комнате все эти грамоты за игру на каягыме? — гордо отозвался отец. — Она побеждала во всех конкурсах и преподаватель Пэк прочила ей великое будущее, говорила, что её имя прогремит на всю страну. Но Хён Ын выбрала другой путь, и хотя мы сначала удивились, всё равно поддержали её выбор. Он посмотрел на неё — талантливую, упорную и такую родную. В его глазах читалось не только восхищение её прошлыми заслугами, но и бесконечная гордость за то, кем она стала сейчас. Он понимающе кивнул, решив пока поберечь их общую тайну, пусть история с каягымом и его ролью в тот день останется их маленьким секретом — время для того, чтобы удивить её семью, еще придет. Когда они покинули гостеприимный дом и вырулили на дорогу, на его лице заиграла довольная улыбка, ему нравилось это ощущение — ехать рядом с любимой женщиной, изредка касаясь её руки и крепко сжимая её ладонь в своей. Эта прекрасная ночь, проведенная под крышей её отчего дома, дала ему не просто новые знания о ней, но и непоколебимую уверенность: их встреча была предначертана свыше. Даже та детская случайность превратилась в прочную невидимую нить, которая спустя годы привела их друг к другу. — Сыграешь для меня когда-нибудь на каягыме? — спросил он, нарушив уютную тишину. — Ты правда хочешь, чтобы я сыграла для тебя? — Хён Ын удивленно посмотрела на него. Он коротко кивнул, бросив на неё внимательный, полный нежности взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. Еще ночью, лежа в комнате её брата, он прокручивал в голове этот вопрос. В памяти всплыл образ маленькой девочки на сцене: то, как она держала спину, как её пальцы порхали по струнам. Кто бы мог подумать, что судьба столкнет их вновь таким причудливым образом? Мир казался ему удивительным. Он всегда верил в предназначение и «красную нить», но реальность превзошла все ожидания. Теперь им овладело почти первобытное желание — вцепиться в неё мертвой хваткой и никогда не отпускать, защищая свой мир, в центре которого теперь была она.Поднявшись к ней в квартиру, он остался ждать в коридоре. Скрестив руки на груди и небрежно прислонившись к стене, он наблюдал, как она собирает вещи для съемок. Когда Хён Ын вышла из комнаты с сумкой, его улыбка стала еще шире. Она не стала переодеваться, оставшись в том самом платье, которое он ей подарил. Для него это был безмолвный, но красноречивый знак — она принимает его и всё, что он для неё делает. — Готова? — тихо спросил он, не сводя с неё горящего взгляда. — Нам пора ехать, если не хочешь, чтобы «верный друг У Сик» твоего отца заждался на Сораксане. В лифте он поглядывал на неё, и разглядывал с любопытством её, как же нравилось все же ему осознавать то что она судьба его, и явно заметив то что он смотрит на неё, изучает её. Она посмотрела на него внимательно и увидела улыбку его он подмигнул ей та вспыхнула и отвернула свою голову, он наклонившись принялся на неё смотреть ещё внимательно, и поцеловал в щеку её та застыла на месте и когда двери лифта открылись он взял её за руку и сплел их пальцы в замок и потянул за собой. Удивительно было понимать то что они много лет тому назад столкнулись на конкурсе том, и как же он мог о таком забыть? Впрочем он в любом случае сделает все чтобы она была с ним рядом все так же, и он не зря тогда решил продолжить появляться рядом с ней. Джунсо, сказал то что мастер Вон, заметил шрам у девушки, но ведь людей а особенно уж девушки со шрамами многие ходят. Они могут быть после операции, или же после какого-то несчастного случая не всем хочется убирать шрам, не всем хватит смелости это сделать и к тому же не у всех есть возможность убрать шрам. Не всем может повести ведь, похоже девушку явно не сильно беспокоил шрам как и Хён Ын, она спокойно к шраму относилась. Видимо не сильно то беспокоил то шрам, сжимая руль машины он размышлял над тем что случилось вчера, он ночевал дома семь Ким, узнал много чего о ней и даже выпил макколи с её отцом, они так легко нашли общий язык и он даже рассказал ему то какой в детстве была Хён Ын, она была поначалу закрытой и лишь сестры смогли сделать так что она засияла. Он поверить не мог то что та скоромная и милая девушка могла быть закрытой душевно, глядя на неё. И он подвез её на работу, он всегда выполнят то что обещает, она не торопилась даже уходить а он наклонился и шепнул в ушко ей: — Увидимся за обедом моя прекрасная принцесса! Она поцеловала его в щеку, этот внезапный поцелуй в щеку оставил на его лице не только невидимый след, но и широкую, почти мальчишескую улыбку. Он смотрел ей вслед, пока её силуэт не скрылся из виду, и лишь потом сел в машину. В салоне всё еще витал тонкий шлейф её духов — аромат, который он готов был вдыхать вечно. Уже по пути в прокуратуру, стоя в небольшой пробке, он заметил на сиденье предмет, который она выронила, пока поправляла макияж. Это была помада нежно-персикового цвета. Держа её в руке, он невольно рассмеялся, представляя, как Хён Ын сейчас явно лихорадочно обыскивает свою сумочку. Он просто обязан был выступить в роли героя и успокоить свою «рассеянную принцессу». — Ты забыла помаду в машине! — произнес он в трубку, как только она ответила. — Верну её лично в руки во время обеда. На том конце провода воцарилась тишина, прерванная тяжелым, полным обреченности вздохом. — Теперь ясно, куда она пропала… — донесся её приглушенный голос. — Не беспокойся, она в полной безопасности, — поддразнил он её. — Я сокровище охраняю надежно, никто не посмеет его украсть. Видимо, ты так спешила, что даже не заметила, как выронила её. А вообще, это полезная улика. Если бы кто-то сел в мою машину, сразу бы понял: у меня есть девушка. — Мы не встречаемся! — тут же парировала она, хотя в голосе не было прежней твердости. — Это временно и легко исправимо, — он снова растянулся в улыбке, перестраиваясь в соседний ряд. — Я нравлюсь тебе, ты нравишься мне. Ты и сама это прекрасно понимаешь, я же вижу — я тебе совсем не безразличен. В ответ последовал очередной вздох и он кожей чувствовал, как на другом конце провода она снова краснеет, вспоминая их утреннюю близость в её комнате. Она была на грани того, чтобы окончательно сдаться под его напором. — Как скажешь, оппа! Сердце пропустило удар, это обращение, произнесенное её бархатным голосом, отозвалось внутри сладкой дрожью. — Приятно слышать это из твоих уст, звучит чертовски красиво, моим ушам определенно нравится такая музыка. — Тебя что, никогда так не называли? — в её голосе послышались лукавые нотки. — Называли, — признался он, — но никто не делал это так нежно и для меня ты особенная во всех смыслах, помни об этом. Ты — моя любимая, и я тебя никому и никогда не отдам. — Следи за дорогой, лисенок, — тихо рассмеялась она. — Не хотела бы я, чтобы мой лис попал в аварию. Он хотел на это что-то сказать но услышал гудки и усмехнулся, лисичка его была такой уж очень милой, она понимала определенно что любит его, и игралась с ним явно и такая ему игра нравилась. Спрятав телефон в карман он продолжил ехать, нужно было забрать Ха Ри, они вдвоем собирались поехать в архив и найти там что-то вдвоем о деле в Кванджу, она была лишь рада поучаствовать в таком тем более подобные дела о не справедливости она любила сильно и вцеплялась в такие дела мертвой хваткой, что отцепить было уже даже невозможно. — Оу, а это чья помада? — спросила Ха Ри а затем подняла руку и сказала. — Прошу дай я угадаю, это помада твоей Хён Ын? — А ты думала чья? — Ну, точно не Арым, и духами тут пахнем очень приятными! Похоже, она умеет выбирать духи, спроси, где она взяла их! Хочу такие же себе взять! — Сама и спросишь, я поеду за ней в обед и привезу в кафе! — он посмотрел на неё. — Ты её сможешь увидеть в живую, она очень-очень красивая, умная и добрая девушка! Вы точно подружитесь! — А ты явно и вправду настроен на неё! — Она моя жизнь Ха Рин, я впервые влюбился настолько сильно и крепко! Она смотрела на него внимательно и явно заметила то, как горят его глаза, и он понимал то что она за него счастлива искренно. И ведь он осознавал то что поступал разумно, когда за ней начал ухаживать красиво и сразу же давал понять то что она нравится ему, у них было друг другу понимание и главное она подпускала к себе очень близко и из-за этого он себя чувствовал счастливым очень. Приехав позже в архив, они начали искать документы связанные с делами из девяностых, на этой неделе он планировал поехать к родителям домой, и заодно привести туда Хён Ын, и пока Соль А, будет забалтывать её, у него выйдет возможность с матерью рассмотреть пару папок которые она нашла недавно с теми же делами из девяностых. К тому же он обещал ей привести Хён Ын, ведь хотелось закрепить все, она матери и отцу понравится, он улыбнулся и вернулся искать папки с файлами. — Кое-что нашла! Однако это не дело с сестрой девушки Джунсо, но тут схожая ситуация! Она положила на стол раскрытую папку с файлами, где была история семьи, чьих двух детей изъяли из семьи незаконно, отец детей погиб, и детей воспитывала женщина одна. Но детей вернули все же через год, судья оказался небезразличным и адвокаты тоже и детей вернули, хотя их уже собирались двое иностранцев удочерить, те подали документы но им отказали. Так матери заплатили деньги как за нанесенный ущерб на нервную систему, это был одних из случаев. Она показала другие документы и он видел как та пылала от гнева, она злилась сильно очень, её распирало от ярости. — Я в ярости! — яростно произнесла Ха Рин. — Эти твари, даже не щадят женщин, и девушек, никто не виноват что родили детей будучи не замужем, что за мерзость ломать им жизнь? И детям тоже? — Они зарабатывали не плохо деньги на таком, им плевать на то что чувствовать будет семья! Важнее получить деньги, а что будет с детьми им плевать! Он листал документы и пробегал взглядом по тексту, нервы тоже были на пределе, он все же понимал, что это дело стоит поднять дабы все вспомнили о таком, и тогда весь мир узнает об этом. Возможно кто-то из детей которых незаконно отдали иностранцам или в наглую им продали вспомнили прошлое и расскажут все, может кто-то все ещё ищет свою родню. Неплохая будет идея найти их, но что если они не захотят идти на контакт? Это тоже можно вполне учитывать. Видимо так будет все же правильно, следовательно нужно было запрос выдать на поиск всех тех семей, ведь они могли поменять места жительства или ещё что-то могло случиться. Следовательно было необходимо встретится с Джи Со, из высшего отдела, она как раз когда-то занималась подобным делом, тем более она может вспомнить какие-то подробности, к счастью они дружат и та ему, Ха Рин и Джунсо доверяет, другим прокурорам она не доверяет, кроме своего супруга прокурора. С наступлением обеда он поехал за Хён Ын, обещал все же Ха Рин, познакомить её с ней и скрывать от своих друзей он не собирался её совершенно. Они вдвоем приехали в кафе, где он сделал заказ, туда пришли же Ха Рин, и появилась Джи Со, которую он совершенно там не ожидал увидеть, она определенно не чувствовала страха и смотрела на них с явным даже восхищением. Обе девушки тоже сделали заказ, он познакомил их с ней, и чувствовал даже гордость тем что познакомил их с ней, ведь она была таким важным человеком, но видимо они и так это понимали. Видимо Джи Со, рассказал о Хён Ын, явно Ха Рин, и та приехала сюда дабы увидеть ту лично. Когда Хён Ын, заявила то что знает о Джи Со, и Ха Рин, обе девушки даже бровью не повели, они смотрели на неё спокойно а он немного была из-за такого ошарашен даже но придя в себя спросил: — Ты их знаешь? Неужели его подруги скрыли такую ценную от него информацию? Ведь он явно бы ещё давно бы встретил её и женился бы уже сейчас на ней. Он видел спокойные лица подруг, и чувствовал даже немного неприятное чувство даже из-за такого. — Старшая коллега из другого отдела делала репортаж об сонбэ Джи Со, и особенно о сонбэ Ха Рин! Теперь стало ясно откуда она их знает, что ж, возмущаться ему не следует совершенно, и он усмехнулся. Она конечно явно о многих людях знает, но все же он понимал что встретив бы её раньше влюбился бы несомненно в неё как и влюблен сейчас. — Не называй нас так! — проворчала Джи Со. — Ибо меня так все младшие коллеги называют в высшем отделе а хочется по — человечески слышать ко мне обращение! Тем более слышать от девушки моего друга такое не хочется! — Мы ещё не встречаемся, и она даже отрицает то что мы можем быть вдвоем! Но та проигнорировала его слова и спросила в ответ Джи Со: — А как лучше мне вас называть? — По имени как же ещё либо «онни»! — ответила Джи Со и добавила. — Думаю Ха Рин, так же хотела бы верно? Ха Рин, положив в рот кусочек мясо кивнула в знак согласия, похоже она им определенно понравилась, ведь Арым, они себя так называть не позволяли. Джи Со, разглядывая Хён Ын, задумчиво и преобразилась в лице а затем заявила: — О, а я ведь тебя видела ты же тоже снимала репортаж об убийства в реке Хан! И давай уж неформально общаться! То — то мне ты показалась знакомой! — А, ты о том деле? Помню, то дело было очень сложным! — И вы обе молчали, что сталкивались с ней? — возмутился Хи У. — И почему вы это скрыли от меня? — Вы только посмотрите, включил свою злую сущность! — хихикнула Ха Рин. — Скажи Хён Ын, он уже включал злого лиса? Если нет то предупреждаю он немного бешенный когда злой! Наша с ним общая подруга что судьей работает ещё на его фоне милая лиса! — И это говорит сама бешеная лиса! — Хён Ын, если бы тебя здесь не было я бы его придушила бы! Но не хочу, дабы ты видела, как я его убивать буду! — А знаете? Ничего страшного! — хмыкнул Хи У и посмотрел на Хён Ын. — В подростковом возрасте я же её встречал уже, она участвовала в конкуре и играла там на каягым! Услышав это она едва не подавилась, он начал стучать по спине ей, и когда она пришла в себя она посмотрела на него. Знала же что он расскажет кому-то об этом, а возможность то появилась она могла бы что-то сказать но промолчать решила и продолжила есть. Он рассказал немного о том дне и заметил как щеки Хён Ын, краснели из-за того что он рассказал он улыбнулся. День действительно прошел отлично, и было видно то что она им понравилась, он был очень счастлив такому, хотя он не сомневался что она будет им нравится. Как бы ему не хотелось с ней расставаться, пришлось отвозить её обратно на работу, и он пообещал вечером у неё дома приготовить ужин. Проводить с ней время было самым лучшим моментом в его жизни, ведь с ней он погружался в тепло, и забывал о плохом в этом мире, и такое счастье как она ему хотелось иметь сильнее. Он ехал обратно в прокуратуру, и чувствовал, как внутри душа пылала от счастья, пускай она его лишь в щечку поцеловала, но для него это было всем. Хотя он даже такого не ожидал, в прошлый раз было так же, но и он ведь не предупреждал когда её тогда целовал в шею? Он вспомнил как у неё порозовели щеки и как она была смущена из — за его поступка а он доволен тем что это из-за него она такая. В кабинете он уже разбирался с документами, размышлял над дело что занимался сейчас, это дело не было связано с тем что он вел сейчас. Он обязан был съездить и поговорить с теми свидетелями по этому делу, и узнать что-то новое, так как это могло повлиять на дело явно. Достав телефон он взглянул на время и на экран, где была Хён Ын, улыбнулся, она даже ведь не знала что он тайком сделал фото её когда она восхищенно разглядывала цветы на клумбе. В галерее у него было больше фотографий её, возможно, его принять за психа, но он любил делать фото её и хранить их у себя. Листая бумаги он узнавал новые подробности дел и нестыковки, он видел то что судья здесь не нашел ничего, однако видимо делу суждено было вновь вернутся назад и они попали к нему. Он осознавал, что дело он раскроет, ещё не было ни одного дело которое он не раскрыл бы, а он умело всегда раскрывал все. Какие бы они сложным не были бы, он обожал разные сложности какие бы они не были, и особенно когда дело касается того о чем попросил помочь раскрыть Джунсо, которое они все равно ведут вместе и тем более теперь к этому присоединились их друзья которые помогают дело расследовать. Он должен был что-то делать, с Арым, которая была навязчивой и наглой, если он наглый в другом деле, особенно с Хён Ын, которая называла его «Наглый Лис» то она в другом месте наглая. Она считает ведь что он должен быть с ней, но тут он найдет способ от неё как-то избавится, лишь это не затронуло Хён Ын, которую он бережно и нежно любил и ведь он не успокоится пока она не станет его девушкой. Он впервые настолько сильно влюбился, и не желал терять возможности стать счастливым мужчиной, на устах появилась улыбка, она же была такой настоящей и любимой для него. Такую хрупкую и нежную девушку нужно все же оберегать и защищать, он не планировал сдаваться ни перед чем и видел то что она ему на флирт отвечала и принимала подарки и уже любила его, уж это он чувствовал прекрасно. Он чувствовал ревность и видел как тот друг любит её все так же, это было смешно видеть, его жаль было, парнишка ничего так за это время не добился а он то смог и не находится в отличии от него во «френдзоне» и видимо это тому приносило жгучую боль. Потому что он не стал её первой любовь и ему не нравился он, и Хи У, чувствовал все его презрение а так же недоверие. Арым снова напомнила о себе и она явилась без предупреждения, в белоснежном платье, с распущенными, идеально уложенными локонами. От неё исходил густой аромат дорогих духов, с нарочитой элегантностью она опустилась в кресло и одарила его улыбкой, от которой внутри у него всё сжалось от неприязни. Нужно было найти способ выставить её вон, её присутствие злило, раздражало, душило. Да, она была неоспоримо красива, но эта красота была пустой по сравнению с Хён Ын. Лишь недавно Хён Ын впервые назвала его «оппа» — и эти звуки, сорвавшиеся с её губ, наполнили его таким восторгом, что он готов был запускать фейерверки. Только ей одной было позволено так называть его, ни одна в этом мире девушка не посмеет его так называть. Арым, подперев подбородок ладонью, пристально наблюдала за ним и неужели наследнице огромной корпорации совсем нечем заняться? Дел у неё явно было невпроворот, но она с завидным упрямством приходила сюда, чтобы тревожить его покой. — Ты постоянно игнорируешь меня, оппа, избегаешь встреч! — капризно протянула она. — Мне так одиноко в Сеуле, и никакие подруги не заменят мне тебя. Хи У, замер, а затем медленно перевёл на неё взгляд, Арым улыбалась в этой её очень уж меркзой улыбке читалась наглость женщины, которая не остановится ни перед чем. Она была похожа на хищную русалку: прекрасную внешне, но готовую уничтожить любого на своём пути ради собственной прихоти, строить семью с такой — значит обречь себя на гибель. — Я просил не называть меня так! — отрезал он. — Но почему? — Арым картинно надула губы. — Почему мне нельзя? — Причин много начиная с того, что я прокурор и веду дела таких людей, как ты. Я говорил это тысячу раз. — Но я ведь другая! Мой папа спит и видит тебя в роли своего зятя. Он усмехнулся а ведь так и есть, Арым, из-за этого стала лишь ещё навязчивее, он ощущал это и видел то как она все так же упорно пыталась добиться его внимание, «Верно», — подумал он, отец Арым хотел его в семью не ради счастья дочери, а ради того, чтобы иметь ручного прокурора. Он знал, что его мать делает всё возможное, чтобы избежать встреч с этой семейкой, а его младшая сестра Соль А, едва сдерживается, чтобы не высказать Арым всё, что о ней думает. В мыслях снова всплыл образ Хён Ын, которой он недавно вернул помаду, сердце потеплело, но реальность тут же вернула его в холодный кабинет. — А я не хочу быть твоим мужчиной, — холодно произнёс он. — Но я же красивая, умная, богатая! Твоя мать — глава адвокатской фирмы, отец — бывший прокурор и успешный бизнесмен, ты продолжил его пут. Только представь, какими красивыми будут наши дети! — Арым… — его голос прозвучал как предупреждение. Арым резко встала и, обойдя стул, коснулась его плеча, он ощутил неприятно себя, когда его касалась Хён Ын, он чувствовал нежное чувство, ведь она была другой, он о такой как она даже не мог мечтать. Но видимо судьба решила подарить шанс ему быть счастливым в этой жизни. Но эта Арым, она ведь не оставит его в покоен и он боялся за Хён Ын, она ведь нежная, и светлый человек, он обязан защитить её и не позволить никому даже Арым, ей причинить вред. В следующий миг Арым, нагло опустилась прямо к нему на колени и это переходило уже все мыслимые границы. — Чем это от тебя пахнет? — её голос прозвучал подозрительно вкрадчиво. Она обвила его шею руками и жадно вдохнула аромат, жто были духи Хён Ын — их тонкий шлейф всё еще остался на его одежде. Их он заметил то как лицо Арым резко исказилось от возмущения. — Чей это парфюм, оппа? Я ревную! — она требовательно прижала ладонь к его груди, будто заявляя свои права. — Кто она? Неужели эта девица не знает, что ты принадлежишь мне? — Мы не состоим в отношениях, Арым, и ты это прекрасно знаешь, — отрезал он, пытаясь отстраниться. — В прошлый раз ты уже перешла черту. Если бы я вовремя не опомнился… — Верно, если бы ты не опомнился, мы бы незабываемо провели время! — она вызывающе перекинула ногу, устраиваясь удобнее. — Я хочу быть твоей, а ты должен быть моим. Тебе нужна я, оппа! Ну посмотри же, я ведь прекрасна. Она бесцеремонно взяла его руки и положила себе на талию, заставляя чувствовать изгибы своего тела. — Во мне идеально всё: от фигуры до кончиков пальцев. И ты, оппа, тоже идеален. Мы станем самой красивой парой Сеула! — Слезай с меня, Арым! — в его голосе закипал холодный гнев. — А я не хочу, оппа я хочу, чтобы ты наконец понял: со мной тебе будет лучше всех. Не знаю, что за серая мышь появилась в твоей жизни, но ей лучше исчезнуть. Ты — мой. Она прижалась к нему всем телом и в любой другой ситуации мужчина мог бы потерять голову, но только не он. Он умел владеть собой, даже с Хён Ын, он не имел право с ней переходить черту, ведь с Хён Ын всё было совершенно иначе: там была нежность, трепет, благоразумие. Даже ночуя у неё, он не позволил себе ничего, кроме нежного, в тоже время целомудренного поцелуя в шею или в тыльную сторону ладони. Арым же наоборот всегда действовала очень грязно он вспомнил тот вечер в своей квартире: она явно использовала какой-то дурман или масла, подобные тем, что использовали раньше коварные наложницы в императорских покоях, чтобы соблазнить господина. Тогда он едва не поддался и Арым уже почти сбросила платье, её руки судорожно расстегивали его рубашку. Воспоминание о том, как он в порыве наваждения целовал её кожу, вызывало у него тошноту. В тот раз он чудом вырвался из этого марева и психанул, выставил её за дверь, несмотря на её шок, а потом два часа стоял под ледяным душем, пытаясь смыть с себя это липкое ощущение предательства самого себя. Если бы он тогда не остановился, она бы своего не упустила, наверняка забеременела бы специально, чтобы привязать его к себе узами брака. И тогда он стал бы собственностью семьи Чхвэ, марионеткой в руках её отца, зятем-прокурором, который послушно исполняет волю тестя. Ему наконец удалось все же силой заставить её подняться, Арым отпрянула, глядя на него с нескрываемой обидой, а он, стараясь не смотреть на неё, принялся приводить себя в порядок: застегнул пуговицы на рубашке, поправил ремень джинсов а затем затянул узел галстука. Каждое его движение было резким, пропитанным желанием поскорее избавиться от её тени на своём теле. — Ты такой странный, — протянула она, изучая его лицо. — Неужели ты совсем меня не хочешь? — Нет. И мне нужно работать, — отрезал он, наконец подняв на неё холодный взгляд. — Либо ты уходишь сама прямо сейчас, либо я выпровожу тебя силой. — Ладно, ладно… — она снисходительно улыбнулась. — Поговорим в следующий раз, оппа. — Сомневаюсь, что этот раз когда-нибудь настанет. — Оппа, не будь так самоуверен. Мы предназначены друг другу судьбой! — Это только твои фантазии. Уходи. Она подалась вперед, пытаясь на прощание запечатлеть поцелуй на его щеке, но он резко отстранился, всем видом демонстрируя брезгливость. Арым лишь обиженно качнула головой, забрала сумочку с кресла и, кокетливо помахав на прощание рукой, наконец скрылась за дверью. Как только щелкнул замок, он почувствовал острое желание выпить, но еще сильнее — увидеть Хён Ын, она была для него личным антидотом, единственным успокоительным, способным унять эту дрожь отвращения. Несмотря на то, что они виделись совсем недавно, ему нестерпимо захотелось снова ощутить её тепло и нежность, чтобы взять восстановить душевное равновесие. Только с ней он был по-настоящему счастлив. Первым делом он включил очиститель воздуха на полную мощность, стараясь вытравить удушливый шлейф духов Арым и опустившись в кресло, он закрыл глаза, позволяя гулу прибора убаюкать сорванные нервы. Через несколько минут он наконец пришел в себя, любовь к Хён Ын заполняла его до краев и он понимал: ради этой девушки он проложит любой путь, и преодолеет любые преграды, лишь бы она была рядом. Он чувствовал, что его чувства взаимны, и это придавало ему сил, достав телефон, он невольно улыбнулся — с экрана на него смотрела Хён Ын и глядя на её заставку, он не чувствовал ни грамма неловкости или стыда. Это было единственное правильное и чистое, что осталось в его мире сегодня, она была его «антидотом», и он не сомневался в этом совершенно. В скором времени он снова погрузившись в работу, Хи У обнаружил новые нестыковки в очередном деле, работа поглощала его, но мысли то и дело возвращались к предстоящему обеду. Он давно решил: Хён Ын заслуживает особенного подарка. Для кольца время еще не пришло, а вот изящный браслет станет идеальным символом его привязанности и он хотел подобрать не просто украшение, а вещь, которая каждый день напоминала бы ей: в её жизни есть человек, которому она бесконечно дорога. Вечером, прихватив стопку документов домой, он помчался к Хён Ын, по пути купил её любимые цветы и торт. Когда она вышла из здания, он уже ждал её, не сводя глаз с дверей. Стоило ей появиться, как он в мгновение ока оказался рядом. — Я так рад тебя видеть! — выдохнул он, протягивая букет. Хён Ын счастливо улыбнулась, принимая цветы, и её глаза засияли теплом, которое было для Хи У важнее любых наград. — Мы же виделись днем, — удивилась она, склонив голову набок. — Ты уже успел соскучиться? — Поверь, я скучаю по тебе каждую секунду, когда тебя нет рядом. Он ласково коснулся её щеки, она была такой настоящей, такой хрупкой — сокровище, которое он поклялся оберегать от всего мира. Хи У взял её за руку, и сердце пропустило удар: она не отстранилась. Кажется, она наконец приняла его настойчивость как нечто естественное. Пока они шли к машине, остатки того липкого, неприятного чувства после визита Арым окончательно испарились. В её квартире уют окутал его, едва закрылась дверь, прежде чем приняться за ужин, Хи У не выдержал: он привлек Хён Ын к себе, заключая в нежные объятия. Уткнувшись своим подбородком в её плечо, он глубоко вдохнул аромат её волос. Этот её такой родной запах действовал лучше любого лекарства, и ведь он чувствовал, как их сердца бьются в унисон, смывая дневную усталость. — Что-то случилось? — тихо спросила она, заметив его необычную серьезность. В её голосе слышалось искреннее беспокойство, она определенно ведь любила его, и это понимание отозвалось в нем сладкой болью. Он взял её ладонь и запечатлел на ней долгий поцелуй, глядя прямо в глаза. Рассказывать об Арым не хотелось — Хён Ын не должна знать о существовании этой девушки, он не позволит совершенно яду Арым отравить их чистое пространство. — Просто тяжелый день на работе. Глупые и злые люди порой слишком сильно утомляют, — мягко ответил Хи У. — А ты… ты мой антидот. — Антидот? — Хён Ын рассмеялась. — Ты так шутишь? — И не думаю шутить, — он прижал её к себе еще крепче. — Ты действительно мое единственное спасение от всего мира. Хён Ын смотрела на него, не отрываясь, и в её глазах читалось искреннее, глубокое беспокойство. Хи У нежно улыбнулся ей в ответ. В этот миг ему больше всего на свете хотелось поцеловать её, но он сдержался. Нет, не сейчас. Для их первого настоящего поцелуя нужна была особенная, романтическая обстановка. Или же это должно было случиться спонтанно, по велению самого сердца — и Хи У верил, что судьба подарит им этот момент. Он был влюбленным мужчиной, который точно знал, чего хочет, и не собирался упускать своё счастье. Он лишь легко поцеловал её в лоб — почти благоговейно — и, отстранившись, принялся за ужин. Вскоре по кухне поплыли аппетитные ароматы, в бокалах заиграло вино. Хён Ын не возражала против небольшого праздника для двоих и она увлеченно рассказывала о том, как прошел её рабочий день, а он слушал её затаив дыхание, ловя каждое слово и любуясь тем, как оживает её лицо во время разговора. Какая же она милая… Неужели она до сих пор не осознала, кем стала для него? Что она — его тихая гавань, его покой и его единственная причина быть счастливым. — Моя мама хочет с тобой познакомиться, — негромко произнес он, прерывая паузу. — Твоя мама? — Хён Ын удивленно вскинула брови. — Да. У нас в семье тоже принято устраивать общие ужины. Мама попросила, чтобы я привел тебя и познакомил с родителями. А Соль А и вовсе горит нетерпением! Думаю, вы быстро поладите, она ведь учится в том же университете, который заканчивала ты. — Хи У… но разве мы… в отношениях? — она смущенно отвела взгляд. — Насколько это правильно — знакомить меня с семьей? Хи У улыбнулся, он подошел к ней вплотную и, слегка наклонившись, заглянул в самые глаза, заставляя её снова посмотреть на него. — Ты считаешь, что я тороплюсь? — его голос стал бархатным. — Послушай, моя милая, я уже знаком с твоими близкими, я им нравлюсь, и пришло время тебе войти в мой мир. А что касается «отношений»… — он сделал паузу, и его улыбка стала шире. — Ты ведь не станешь отрицать, что мы нравимся друг другу? Это очевидно. — Раз мой наглый лис так настаивает, я не против, — она наконец сдалась, но в её голосе проскользнула тень сомнения. — Но что, если я не понравлюсь будущей свекрови? Что тогда нам делать, оппа? — Даже не смей об этом переживать, — уверенно ответил Хи У. — Увидев твоё фото, она была в полном восторге, особенно когда узнала, что твои родители меня одобрили. Поверь мне, ты очаруешь их с первого взгляда. Иначе и быть не может. Он смотрел на неё с лукавой улыбкой. Было очевидно: она всё понимает. Хён Ын и не подозревала, что её старшие сестры за её спиной уже вовсю строили заговоры, решив, что такого зятя упускать нельзя ни в коем случае. Они втроем ведь буквально заваливали его сообщениями, обещая поддержку, лишь бы младшая не вздумала пойти на попятную. — Что ж… — Хён Ын закусила губу, стараясь сохранить серьезность. — Если я отвечу на твои чувства, что будет дальше? — А ты ответишь? — Хи У прищурился, ловя её взгляд. — Не торопись, оппа! — она шутливо выставила ладонь вперед. — Я спрашиваю «что если», а не «я согласна быть твоей девушкой». Сначала ответь на вопрос! Хи У медленно вновь подошел к ней, на устах появилась улыбка и его голос уже стал ниже, приобретая опасную, бархатистую глубину. — Ты будешь купаться в любви самого преданного мужчины в этом мире, каждое твое утро, день и вечер будут наполнены заботой… А ночь… — он склонился к самому её уху, обжигая кожу горячим дыханием, и прошептал: — Каждая ночь со мной будет полна страсти а я Хён Ын, очень страстный мужчина. Поверь, ты не пожалеешь, если станешь моей и как только это случится, даю тебе год или два — и я на тебе женюсь. Хён Ын замерла, не в силах отвести взгляд, её щеки вспыхнули ярким румянцем, и Хи У с упоением наблюдал за этой реакцией. Он не лгал ни в одном слове и обхватив её лицо ладонями, он нежно чмокнул её в лоб, а затем, светясь от превосходного настроения, уже вновь вернулся к плите. Он чувствовал: крепость почти сдалась, осталось совсем немного, прежде чем она окончательно упадет в его объятия. В прошлый раз она обмолвилась, что хочет жареных моллюсков в остро-сладком соусе, Хи У с энтузиазмом воплотил её желание в жизнь, дополнив блюдо рассыпчатым рисом и острой редькой, которую передали её сестры. — Итак, — торжественно объявил он, расставляя тарелки, — У нас сегодня официальный романтический вечер! — А я-то наивно полагала, что это обычный ужин, — поддразнила она его, хотя в глазах плясали искорки смеха. — С чего бы вдруг? — Хи У наполнил бокалы. — Это наш романтический ужин и нам никто не мешает, и я намерен сделать всё, чтобы так было и впредь. Она внимательно посмотрела на него, а ведь он не лгала, это действительно романтичный ужин двух влюбленных, хотя она не отвечала на данный момент на его чувства. Он себя чувствовал счастливым из-за того что здесь находится, с ней рядом и смотря на неё он не мог оторвать взгляда от неё. Она с восхищением смотрела на приготовленный им ужин, начала есть и даже в такой она была милой и очаровательной. И он принялся тоже есть, иногда лишь на неё поглядывая, хотелось бы знать, о чем она думает и что в такие моменты переживает или чувствует. Он хотел быть её мужчиной, которому она смогла бы доверять свою жизнь, и саму себя, и не боялась ничего в этом мире и ни о чем не переживала совершенно. Он точно теперь понимал, что ещё немного и она примет то что любит его и они смогут быть вдвоем счастливы, и ведь между ними есть все чего не было у него с другими девушками. И когда другие видели в нём лишь прокурора, она видела в нём мужчину, и уже потом того кто работает в прокуратуре. У неё были прекрасные качества тонкого души человека, она знала чего хочет и понимала, что подходило ей и она уважала себя. И ещё она была ведь той самой девушкой, о которой он совершенно не мечтал, а теперь получив такую возможность он все же решил, что нужно и необходимо ей показать какой он мужчина, что ему она может ведь доверять. Он нравился её семье, нравился сестрам которые видели в нём идеального для их младшей сестры мужчину, если бы они усомнились в нём то он не попал бы в их чат, они не стали бы рассказывать все о младшей сестре дабы он мог воспользоваться и заполучить её сердце. И сейчас сидя он смотрел на неё и был счастлив и такой он лишь только с ней.

***

В прошлый раз, когда она решилась прийти к нему в прокуратуру с ланч-боксами, Хён Ын сама себя не узнавала. Где была та рациональная девушка? Всё смыло волной чувств, которые она так долго пыталась подавить. Она ругала себя за то, что влюбилась в этого наглого, самоуверенного типа, но Хи У был мужчиной слова: он обещал, что заполучит её, и он это сделал. Хён Ын зажмурилась, вдыхая аромат утреннего кофе и окончательно признавая — этот «милый псих» стал её судьбой. Рядом с ним, таким нежным и пугающе заботливым, она впервые чувствовала себя в полной безопасности. — Так тебе нужен рецепт грудки в соусе и той клубничной запеканки? — Мама мягко улыбнулась, отвлекая её от мыслей. — Да! — выпалила Хён Ын и тут же прикусила язык. — Решила подкормить своего прокурора? — в голосе матери слышалась добрая насмешка. — Я же правильно понимаю, это для Хи У? Хён Ын почувствовала, как лицо заливает густой румянец. Она ведь специально ждала момента, чтобы выспросить рецепт, но недооценила проницательность домашних. В ту же секунду она кожей ощутила, как в кухне воцарилась тишина — взгляды сестер скрестились на ней, как лазеры. Нужно было спрашивать не при них! — А я что говорила?! — Хэ Он подпрыгнула на стуле, едва не пролив сок. Её глаза сияли, как у фанатки на концерте. — Она влюбилась! Наша ледяная младшенькая растаяла! Это же настоящий дорамный сюжет! Хэ Он буквально светилась от восторга, уже представляя свадьбу. Сон Мин же, в своем репертуаре, лишь медленно подняла чашку с кофе, украшенную пышной шапкой взбитых сливок. Она окинула сестру внимательным «адвокатским» взглядом, в котором читалось явное превосходство. — Ну, — протянула Сон Мин, сделав глоток, — учитывая, какой фурор этот Хи У произвел в прошлый раз, я не удивлена. Хён Ын, ты сейчас выглядишь так, будто готова провалиться сквозь пол. Успокойся, это всего лишь запеканка, а не признание в суде. Хён Ын действительно хотелось исчезнуть. Она вспомнила, как уверенно Хи У держался с её сестрами, и как Сон Мин тогда пыталась его «расколоть», но в итоге осталась под впечатлением. — Ладно, дам я тебе рецепт, — мама похлопала её по плечу. — Хотя, по-моему, ты его сердце уже завоевала. Но путь через желудок еще никто не отменял, особенно для такого трудоголика! — Джунсо рассказывал, — вставила свои пять копеек Хэ Он, хитро прищурившись, — что когда он в прошлый раз заглянул в кабинет к Хи У, тот сидел над твоими ланч-боксами и сиял ярче солнца! Физиономия была такая, будто он джекпот выиграл. — Наш будущий зять определенно будет самым счастливым мужчиной, если ты продолжишь его так кормить, — поддакнула мама. Хён Ын замерла, уставившись на сестру. Внутри закипало раздражение, смешанное с жгучим стыдом. Ну зачем, зачем она начала спрашивать рецепт клубничной запеканки и грудки прямо при них? Хэ Он ведь в их семье — главный «громкоговоритель», она же не успокоится! — Он придет с тобой на ужин в следующий раз? — продолжала допрос Хэ Он. — Думаю, да, — Хён Ын постаралась придать голосу безразличие, хотя сердце предательски забилось чаще. — Сейчас он сильно занят одним делом в прокуратуре, но сказал, что будет рад снова поужинать с нашей семьей. — Это отлично! — оживилась мама. — Кстати, что он предпочитает? Помню, они с отцом обсуждали вино, и Хи У обещал попробовать домашнее макколли. Но как же он тогда тебя домой повезет? И сам как доберется? Значит, придется ему остаться у нас на ночь. — Пускай у меня в комнате спит! — подал голос Тхэ О, поправляя очки с видом строгого цензора. — Незамужней девушке не подобает делить комнату с мужчиной. Он уже ночевал у меня, так что ничего страшного, если повторим. В прошлый раз я не успел с ним поговорить по-мужски… — Вообще-то, когда он ночевал у меня, он спал в отдельной комнате! — парировала Хён Ын, чувствуя, как горят уши. — И, между прочим, вел себя крайне воспитанно! — Ой, посмотрите, как она защищает своего мужчину! — Хэ Он так и прыснула от смеха. — У тебя же на лбу огромными буквами написано: «Я влюбилась»! А ты всё строишь из себя неприступную крепость. — Мы не в отношениях! — почти выкрикнула Хён Ын, чувствуя, что проигрывает этот спор. — Опять эта песня, в пятьсот тысячный раз, — лениво протянула Сон Мин, отрываясь от своего кофе. — Хён Ын, не обманывай хотя бы себя. Мы-то всё видим. Твои щеки сейчас краснее, чем клубника для той самой запеканки. А ведь они были правы. Признаться в этом вслух было выше её сил, но Хи У — этот наглый, самоуверенный лис — каждым своим жестом доказывал: то, что между ними происходит, и есть самая настоящая любовь. Хён Ын не могла это оспаривать, хотя внутри всё еще пыталась разобраться в хаосе своих чувств. И откуда в нем столько упрямства? Он становился всё настойчивее, словно видел её насквозь. Она глубоко вздохнула, обвела взглядом брата и сестер и, напустив на себя максимально серьезный вид, заявила: — И всё же он будет ночевать в моей комнате. По крайней мере, я смогу его «изучить» и серьезно поговорить наедине. — Ну, в таком случае, мы тоже проведем с ним разговор! — тут же вставила Хэ Он, победно вскинув подбородок. — Я знаю, как вы проводите разговоры, — Хён Ын скрестила руки на груди. — Я уже наслышана, Хэ Он, что ты заявлялась к нему в прокуратуру и во всеуслышание называла его «зятьком»! — Хэ Он, когда ты успела? — Сон Мин удивленно приподняла бровь, отставляя чашку. — Ты хоть понимаешь, что такие вещи неуместны? Ему в конце концов может это надоесть, он же серьезный человек, прокурор! — А вот и нет! — Хэ Он ничуть не смутилась, даже наоборот — просияла. — Ему совершенно не надоело. Он сказал, что будет только рад официально стать нашим зятем! Хён Ын хмуро посмотрела на сестру. Кто бы сомневался… Этот хитрый лис просчитал всё на десять шагов вперед. Он не просто завоевывал её — он методично выстраивал мосты с её родителями, очаровывал сестер и находил общий язык даже с Тхэ О. Она чувствовала, как её собственная крепость рушится. Её действительно тянуло к нему — к этому высокомерному, умному и невозможно обаятельному человеку, который точно знал, как проложить путь к её сердцу через её же собственную семью. Неужели она действительно влюбилась в него? Наглого и упрямого лиса? Он ведь никогда же не исчезнет из её жизни совершено и было не по себе из-за этого было как-то не по себе. А что если она влюбилась? Все — же как такое, быть может? Ведь он прокурор и опасный ведь мужчина все-таки, но её тянуло к нему, к такому коварному и опасному мужчине и это немного все, же пугало. Ещё это его предложение познакомится с его родителями, он напомнил, что знаком с её ведь семьей и она теперь была тоже обязана познакомится с его семьей и она понимала что такое ей не избежать. Прознав каким-то образом об этом Хэ Он, моментально обо всем доложила родителям, и те сказали, что ей нельзя идти с пустыми руками туда. И ведь теперь похода ей туда не избежать, и будет как-то некультурно отказывать, все-таки она не состоит ведь с ним в отношениях, но его глаза так ярко горели от счастья когда он предлагал это ей. Едва они с Хэ Он вышли за порог родительского дома, как Хён Ын замерла, у обочины стоял его автомобиль. Хи У, прислонившись к дверце, выглядел неприлично довольным и счастливым. Ей стало не по себе — не от страха, а от того, как уверенно он вплетался в её жизнь. Он смотрел на неё так, будто любовался редким сокровищем, и по коже Хён Ын побежали мурашки. Она понимала: этот человек не исчезнет, не отступит. О чем она вообще думала, пытаясь держать дистанцию? Он уже давно стал постоянным гостем в её квартире, намеренно оставаясь до утра, шаг за шагом приучая её к своему присутствию. — Ты что здесь делаешь? — вырвалось у неё прежде, чем она успела подумать. Глупый вопрос. Он прекрасно знал этот адрес, ведь уже дважды был здесь. Хи У, не сводя с неё неотрывного взгляда, медленно скрестил руки на груди. В его глазах плясали все те же огоньки азарта как и раньше. — Приехал забрать тебя, — ответил он подчеркнуто деловым тоном, который тут же сменился мягкой улыбкой. — А что? Ты разве мне не рада? Хён Ын уже открыла рот, чтобы что-то возразить, но в этот момент Хэ Он, стоявшая рядом, решительно перешла к действиям. Короткий, точный толчок в спину — и Хён Ын, не успев охнуть, влетела прямиком в объятия Хи У. — Поймал! — выдохнул он, крепко обхватив её за талию. Сестра явно сделала это нарочно, желая насладиться зрелищем. Хён Ын вспыхнула и резко вырвалась из его рук, бросив на Хи У возмущенный взгляд. Он лишь склонил голову набок, продолжая сиять своей невозможной улыбкой. — Забирай её скорее, — весело распорядилась Хэ Он, — А то она снова решит ехать на автобусе. Я слышала, ты теперь её личный водитель и телохранитель в одном лице? — Так и есть, — подтвердил Хи У, и в его голосе проскользнула гордость. — Хён Ын — очень важный человек в команде своей начальницы. Я не могу позволить ей добираться самой. — О, золотые слова! — радостно воскликнула Хэ Он, закивав а затем сказала в ответ. — Она у нас как драгоценный фарфор: с неё нужно осторожно сдувать пылинки и ни в коем случае не выпускать из виду! Она, было, хотела что-то сказать, но решила промолчать, ведь понимала, же то что все без толку то ругаться или что-то оспаривать. Хи У, смог любым способом заполучить желаемое и теперь он любимчик в её семье. Сидя в машине, он изредка поглядывал на неё и она чувствовала это, посмотрев на него, она его улыбку увидела. Наглый и такой самоуверенный лис, таким она его считала ведь и когда она наконец-то приехали на место, он предложил посидеть, немного, она согласилась, так как была не против, она чувствовала его взгляд на себе, изучающий и внимательный. Немного, но все же она сомневалась в том что испытывает к нему чувства, но сердце то из-за него колотилось и билось сильно. Ведь этот наглый и самоуверенный лис, знал же что делать и как поступать всегда, и она ведь не знала что будет дальше, сможет ли она и дальше так все же упорно пытаться бороться со своими чувствами, и не пониманием того что же она к нему все же испытывает. Машина была припаркована, но никто из них не спешил открывать дверь, в замкнутом пространстве салона ароматы смешались: её тонкий цветочный парфюм и его терпкий, мужской одеколон создали совершенно особенный, дурманящий запах. Хён Ын упорно смотрела перед собой, боясь повернуть голову, но кожей чувствовала его пристальный, обволакивающий взгляд. — Это тебе, — негромко произнес Хи У. Она повернулась и увидела в его руке лаконичный бумажный пакет, внутри оказалась заветная коробка с духами и помада — именно те вещи, о которых мечтает любая девушка, но Хи У настаивал: — Посмотри третью коробочку. Этот подарок особенный. Когда Хён Ын открыла последний футляр, дыхание перехватило, на бархатной подложке лежал изящный браслет. Она удивленно вскинула глаза на него, а Хи У, склонив голову набок, с явным удовольствием наблюдал за её реакцией. — Что этот браслет значит? — тихо спросила она, разглядывая детали. — Ты — моя лисичка, а я — твой лис, — улыбнулся он, коснувшись пальцем подвески. — Видишь? Два лиса и наши инициалы. Теперь это наш символ. Щеки Хён Ын обожгло румянцем. Он сделал это намеренно! Чтобы каждый, кто увидит это украшение на её запястье, сразу понял: она занята. Браслет был выполнен настолько искусно, что от него невозможно было отвести глаз. — Почему ты так настойчиво хочешь, чтобы я стала твоей? — голос её слегка дрогнул. — Что во мне такого, что тебя так зацепило? — Потому что я влюбился в тебя с первого взгляда, — ответил он, и в его голосе исчезла привычная ирония, осталась только пугающая искренность. — Мои чувства настоящие, Хён Ын. Я не лгу тебе, поверь. Она смущенно отвела взгляд, перебирая пальцами подарок. — И почему мне так отчаянно хочется верить в твои сладкие речи? — Потому что я тебе нравлюсь, — Хи У сократил расстояние между ними, обжигая дыханием её щеку. — И потому что ты тоже меня любишь. Просто признай это. Хи У медленно перехватил её ладонь, его пальцы были теплыми и уверенными, а когда он поднес её руку к своим губам и запечатлел мягкий, невесомый поцелуй на тыльной стороне, Хён Ын показалось, что мир вокруг окончательно замер. Сердце пустилось вскачь, выбивая рваный ритм, а по спине пробежала колючая волна мурашек. Внутри всё сжалось от странного, пугающего и одновременно манящего предвкушения, Хи У выглядел до невозможности счастливым — этот хитрый и проницательный «лис» явно наслаждался моментом, прекрасно понимая, какой эффект производит на неё каждое его движение. Он читал её как открытую книгу, видя то, в чем она сама боялась себе признаться, Хён Ын смотрела на него, пытаясь как-то найти в себе силы дабы отстраниться, но утопала в этой непривычной, обезоруживающей нежности его взгляда. Была ли это та самая любовь, о которой кричала Хэ Он? Или нечто более глубокое, что пустило корни в её душе за те ночи, что он проводил в её гостиной? Она видела перед собой не сурового прокурора и не наглого преследователя, а мужчину, который готов был ждать столько, сколько потребуется, пока она сама не сделает этот последний шаг навстречу. — Твоё сердце колотится так сильно, что я слышу его даже здесь, — прошептал он, не выпуская её руки и хитро сощурившись. — Разве это не самый честный ответ на все твои вопросы? Она не знала что ответить ему на вопрос а он улыбнулся вновь и не стал больше ничего ей говорить. Хи У, проводил её до дверей лифта, но на этом не закончилось он решил с ней внутрь войти, и в этот момент внутрь вошла её начальница она поклонилась ей слегка, та кивком ответила и внимательно посмотрела на Хи У, в затем на неё и улыбнулась. Стало ясно то что та явно посчитала что Хи У, её мужчина так как он ещё положил ей руку на плече, она попыталась убрать руку но не вышло ничего. — Госпожа Чан Ханым, мы с вами уже сталкивались в прошлый раз! — Вы запомнили меня прокурор Кан? — Как не запомнить прекрасную женщину, которая отвечал за отдел, где работает Хён Ын? Она вас хвалит всегда и говорит, что ей повезло с начальницей! Вы очень добрая женщина, и цените свой отдел, вы действительно собрали возле себя таких же как и вы ребят! — Приятно слышать подобные слова, я действительно ценю своих ребят! Мне и вправду очень повезло собрать вокруг себя лучших ребят, хотя они часто порой делают ошибки но это ничего! Важное что они дружный коллектив! — Слышал вы собираетесь в честь победы устроить ребятам легкий отпуск? Я хотел Хён Ын, отвести кое-куда но она говорит то что должна быть на совместном отпуске! — Почему ты мне об этом не рассказала сразу же? — обратилась она к Хён Ын. — Айгу, я же могу тебя отпустить! — Что вы сонбэ? Как я могу не поехать с ребятами и с вами! — она покачала головой. — Ни за что не прощу это, тем более я обещала же привести готовую еду из кафе отца, и тем более я отвечаю за часть пищи! — А как же прокурор Кан? — Он — она посмотрела на него серьезным взглядом и добавила. — Может поехать с нами или же подождать! Ем это будет полезно! Он усмехнулся ведь понял что так легко он не заполучит её и что у неё есть свои принципы, жизни и она не согласится так легко сдаваться под его давлением. Тот соглашается побыть с ними, видимо желание быть рядом гораздо сильнее, однако теперь она осознавала то что теперь явно будет много взглядом и перешептываний о том что она привела прокурора а ведь уже давно шепчутся тут то что она встречается с Хи У, хотя это было ни так ведь. Уже на их этаже он пошел видимо дальше и решил не оставаться в лифте, провел до самого отдела и стола, а затем обнял крепко и она готова была поспорить, что весь отдел не открывал от них взгляда, он намеренно сделал это и она чувствовала прекрасно подобное. — Ты так легко не убежишь от меня моя лисичка! — шепнул он в ухо. — Я буду следовать за тобой всегда, где бы ты ни была моя лисичка! Из-за его горячего дыхания по телу пробежали тысячи мурашек, и все внутри сжалось, она даже почувствовала то как их сердца в унисон друг другу бились. Наглый и самоуверенный лис вновь показал себя, и она понимала то что пропала окончательно, он взглянул на неё когда выпустил из своих объятий и попрощался с ней пообещал что на обед заедет за ней. Когда он ушел к ней подошли подруги, она приложила ладонь к груди, чертов псих, ведь знает же, как влиять на неё. — Он впервые так тебя аж до самого отдела провел! — А он настроен серьезнее, чем я ожидала, он так ухмылялся довольно, когда тебя обнимал, он не желает тебя так легко отпускать! Любит он тебя корректно, и по-настоящему, и это ведь искренно! — произнесла задумчиво Юн Хён. — Его глаза прям сияют глядя на тебя, и эта дикая страсть! — Да она сама влюбилась в него, это видно прекрасно! Услышав это Хён Ын, прикусила нижнюю губу, и посмотрела на подруг, те прекрасно ведь видели то что у Хи У, вышло проломить между ними стену, и они заметил то что было на её руке взял её за руку Юн Хён, принялась с любопытством разглядывать браслет стоящая с ней рядом Хэри, хихикнула и подметила то что браслет то со смыслом, особенно инициалы на браслете. — Хитрый лис, знает, как показать всем, что у тебя есть мужчина! — Бедный Чжи Сон! — с печальным тоном заявила Хэри. — Почему бедный? — поинтересовалась Юн Чён а потом, поняв слова подруги сразу же уже следом сказала. — Точно бедный и несчастный! Любит то тебя искренно а по итогу ему как полицейскому дорогу перешел могучий прокурор! — Зачем ты так издевательски относишься к нашему общему другу? — обижено произнес Сон Чжун. — Но он ведь действительно находится во френзоне! Он что-то проворчал под нос себе недовольное, а затем продолжил работать, а Хён Ын, уже понимала то, что Чжи Сону, будет ведь не доволен тем, что она состоит в отношениях и она это понимала прекрасно. В общем-то, было все равно, как-никак она все-таки могла сама все же выбирать то с кем быть счастливой, и она понимала то что друг любит её. Все видели это но она не могла ответить ему на чувства, потому что сердце не отвечало на его чувства, он был хорошим человеком и преданным другом но не больше. — Не обижайся ты, но пойми он ни тот кто подходит нашей подруге а Хи У, идеальный во всем мужчина! Он прокурор и ещё ему тридцать лет, опытный мужчина во всем! Он что-то проворчал в ответ недовольное, но не посмотрел на них, стало ясно за друга он был очень обижен. Как-никак все же тот понимал, что друг влюблен без ответно, чувства были не взаимными и вряд-тли она когда-нибудь ответила бы на них. Но для неё Чжи Сон, был ведь все же другом и другого быть не может, и она видела то с как нагло Хи У, себя с ним вел и как это задевало чувство Чжи Сона, а он ведь гордый детектив из полиции и не привык дабы к нему так относились. Работа затянула её с головой, позволяя наконец отвлечься от липких мыслей. В офисе то и дело проскакивали шепотки о визите какого-то важного гостя, знакомого начальницы, но Хён Ын не придавала этому значения. Хи У прислал короткое сообщение с извинениями — прокурорские дела не отпускали его на обед. Она не расстроилась, понимая специфику его работы, лишь порой ловила себя на том, что поглаживает браслет на запястье — тот самый, что он так бережно застегнул своими руками. — Каково это — расти, когда у тебя три сестры и два брата? — внезапно спросил Кынхён, вырывая её из раздумий. — Это значит жить в сумасшедшем доме! — хохотнул Чжун Сун, не дав ей вставить и слова. — Её сестры — настоящие исчадия ада! Если братья еще, куда ни шло, то сестры — чистокровные злые кумихо! Хён Ын метнула в него испепеляющий взгляд ведь её злило, что окружающие видели в её семье лишь стихийное бедствие, хотя она и сама замечала, как ловко сестры «спелись» с Хи У, явно готовя какой-то заговор за её спиной. — Эй, ты не забыл, что я всё еще здесь? — она оторвалась от телефона, вскинув бровь. Пусть для чужих её сестры и казались странными, но Хён Ын знала: они — её личная армия. Она до сих пор помнила, как в детстве Сон Мин, Чжи Ён и Хэ Он летели на разборки с мальчишками, посмевшими её подразнить. Сколько тогда было криков! Разгневанные матери задиравших её пацанов приходили к ним домой, вопя, что девочки ведут себя как дикарки. А сестры лишь пыхтели от ярости, сверля взглядом притихших обидчиков, прятавшихся за материнскими юбками. В их семье драки за своих не считались проступком — наоборот, родители всегда гордились тем, что сестры стоят друг за друга горой. Даже когда в семье появилась невестка, Мэн Хи, все поначалу гадали: как эта спокойная женщина выживет в их вечном хаосе? Но Мэн Хи оказалась мудрее всех, быстро завоевав доверие этих «кумихо». — Слышала, что твои сестры тогда знатно отлупили тех парней… это правда? — вновь подал голос кто-то из коллег. — О, это было легендарно! — вмешался Хён Сын. — Мне рассказывали, что в Ульсане жила семья, где три старшие дочери были абсолютно двинутыми! — Они, может, и двинутые, — отрезала Хён Ын, и в её голосе прорезались те самые фамильные нотки, — Но за свою семью они любому глотку перегрызут. Так что советую выбирать выражения, я могу тоже показать свой характер если понадобится! Она понимала, что разговор вот-вот свернет на тему Хи У и того, как он умудрился не просто выжить после знакомства с её сестрами, но и искренне им понравиться. Хён Ын судорожно искала глазами, за что бы зацепиться, чтобы сменить тему, и тут увидела Мэн Хи. Невестка, только что вернувшаяся из Шанхая, выглядела как спасительный круг в этом океане сплетен. — Откуда ты это знаешь? — Юн Чен с подозрением сощурилась, глядя на Хён Сына. — О таких подробностях в её семье мало кто распространяется! — Так это всё-таки правда? — Хён Сын довольно хихикнул, чувствуя, что нащупал золотую жилу для сплетен. — Мне просто рассказали, что в Ульсане жила одна семейка, где три старшие дочери были совершенно двинутыми! Они ведь реально такие, стоило было в университете кому-то что-то плохое сказать о ней то все эти сумасшедшие явились и дали понять либо извиняйтесь либо бежите куда-то! — Но Хи У-то не порвали? — вставил свои пять копеек Чжун Сун. — Потому что он им понравился! Они увидели в нём мужчину, которому можно меня доверить. Он как-то умудрился доказать им, что он — тот самый «идеальный вариант». — Но Хи У, явно не осознает что попал в ад! — Ради могу затнкись Хён Сын иначе я тебя придушу своими руками! — яростно уже шипела Юн Чён. — Ты наш друг, но порой тебя убить хочется! Хён Ын тяжело вздохнула и она кожей чувствовала, как беседа неумолимо сворачивает в сторону прокурора. Этот резкий переход от детских драк к обсуждению её личной жизни заставлял её сердце биться чаще, а ладони — холодеть. Нужно было срочно искать спасательный круг, какой-то повод, чтобы прервать этот поток вопросов. И тут она её увидела. Среди небольшой группки людей, чуть поодаль, стояла Мэн Хи. Это было истинное спасение! Невестка только недавно вернулась из командировки в Шанхай и была единственной, кто еще не успел допросить Хён Ын о Хи У, хотя дома ей наверняка уже доложили все подробности в красках. Вскочив со своего места, Хён Ын радостно окликнула её, стараясь, чтобы голос звучал как можно естественнее: — Мэн Хи! Та обернулась и, увидев золовку, мгновенно изменилась в лице и коротко бросив пару слов коллегам, она быстрой и уверенной походкой направилась к их столику. По её виду было понятно: она и сама не прочь сбежать из своего окружения. — Ты меня просто спасла, — выдохнула Мэн Хи, с облегчением опускаясь на стул рядом. — Иначе я бы весь обед слушала их занудство! — Это те самые «звезды» из твоего отдела? — сочувственно спросила Хён Ын. — Двое ещё ничего, но вот этот… — Мэн Хи едва заметно указала глазами на мужчину, который самодовольно поправлял галстук. — Отвратительный тип! Вечно строит из себя крутого и пытается задеть или унизить девушек в управлении. — Мужчины… — Ханым, сидевшая рядом, тяжело вздохнула. — Вечно они пытаются нас обесценить. Неужели так трудно признать, что мы способны строить карьеру без их «высочайшего» одобрения? — Думаю, мой тесть и мой супруг — это счастливое исключение судьбы, — мягко улыбнулась Мэн Хи, а затем заметила натянутую атмосферу за столом. — О чем спорите? — Ты бы слышала, что они тут только что говорили о сестрах твоего мужа! — возмутилась Юн Чён. — Небось, опять твердили, что они двинутые? — Мэн Хи спокойно взяла палочки и отправила в рот кусочек мяса. — Ага, именно так! — Моя семья — прекрасна, — невозмутимо подытожила невестка. — И очень заботлива. Когда я родила сына и дочку, я думала, что сойду с ума от нагрузки. Но они все помогали мне. Даже Хён Ын, пока училась в университете, постоянно присматривала за малышами. — А как ты, нуна, относишься к Хи У? — влез с вопросом неугомонный Кынхён. Мэн Хи замерла на секунду, а затем посмотрела на него с той самой особенной улыбкой, которая обычно не предвещала сплетникам ничего хорошего. — Думаю, не стоит доставать её этим, — она перевела взгляд на ребят. — — Вы бы лучше так за своими репортажами следили, как за чужой личной жизнью! — Мэн Хи усмехнулась, качнув головой. — Мое отношение к Хи У? Скажу так: если этот мужчина смог выдержать натиск трех сестер Хён Ын и не сбежал, сверкая пятками, значит, у него стальные нервы. А нашей семье именно такой человек и нужен. — она сделала паузу, наслаждаясь тем, как вытянулись лица коллег, и добавила уже серьезнее: — Он доказал делом, что на него можно положиться. А в нашем мире, где каждый второй — «отвратительный тип» вроде того парня с галстуком, — это редкость. Так что, мальчики, — она выразительно посмотрела на Кынхёна и Чжун Суна, — вместо того чтобы перемывать кости прокурору, лучше поучитесь у него манерам. Глядишь, и вам когда-нибудь доверят чью-то сестру. Хён Ын благодарно выдохнула, Мэн Хи мастерски перевела удар, превратив допрос в поучительную лекцию. Напряжение за столом спало, сменившись неловким молчанием парней. — Спасибо, — одними губами прошептала Хён Ын. — Ешь, давай, «принцесса», — так же тихо ответила невестка, подкладывая ей в тарелку лучший кусочек мяса. — Тебе силы понадобятся. Я слышала, Хи У собирается заехать за тобой после съемок на Сораксане. Семья уже в курсе, так что готовься к новому раунду «заботы». В чате они прям все писали что желают его как зятя, хотелось бы верить то что он все же действительно идеальный мужчина! Хён Ын посмотрела на Мэн Хи, она и забыла, как-то даже о том что в их семье всегда ведь все новости распространяются быстрее, чем лесной пожар. Она достала телефон и все же решила поинтересоваться действительно собирается ли он появляться и оказалась что да и стало не по себе потому что он был упертым лисом действительно. Дрожащими пальцами она выудила телефон. «Неужели этот упрямый лис действительно притащится на Сораксан?» — пронеслось в голове. Ответ пришел мгновенно: Хи У не просто собирался, он уже все распланировал. Стало не по себе и она знала его упертый характер: если прокурор что-то вбил себе в голову, переубедить его было невозможно. — Он серьезно приедет прямо на съемки? — прошептала она, обращаясь скорее к вечности, чем к невестке. — Есть такое предположение, что он еще и кофе на всю съемочную группу привезет, чтобы окончательно закрепить статус «идеального мужчины», — усмехнулась Мэн Хи, допивая свой чай. — Так что не делай такое лицо, будто идешь на плаху. Ты же сама хотела защиты? Вот и получай — в двойном объеме и с доставкой к подножию горы. Хён Ын вздохнула, чувствуя, как внутри борются раздражение и странная, теплая гордость. Этот мужчина планомерно захватывал её жизнь, территорию за территорией, и даже её собственная семья была на его стороне. — Ладно, — она решительно убрала телефон. — Раз он такой упрямый, пусть попробует найти меня среди сотен туристов и альпинистов. Посмотрим, на что способен этот прокурор в полевых условиях. Она встала из-за стола, поправляя то самое платье и предстоял долгий день на Сораксане, интервью с местными жителями и встреча с «легендарным» другом отца У Сиком. Но где-то на подкорке сознания она уже видела его силуэт у подножия — спокойный, уверенный взгляд которым он смотрит всегда на неё. Она четко понимала этот мужчина никуда ведь не исчезнет, совершенно, он постоянно будет рядом с ней и ей придется свыкнуться с этим. — А как ты узнала то что он будет на горе? — Твои сестры сказали, но велели держать язык за зубами, а я не могла! Потому что ты это была обязана знать! Она вздохнула и поняла что сестры явно сговорились и вправду с Хи У, теперь ясно было то почему они так тогда на ужине выглядели странно. И то как он спокойно отвечал что ничего такого нет и ей показалось, она теперь понимала и то что старшие сестры пытаются явно её свести с хитрым прокурором и Хи У, определенно знал теперь все о ней. Она понимала же прекрасно то, что такой человек как он никогда ни за что ни перед чем не остановится. Она знала прекрасно то что мужчина такой как Хи У, прекрасно знает что делает, а он готов на все пойти дабы она была с ним. Вернувшись к работе она постаралась забыть обо всем, старалась даже не писать в чат сестер свои возмущение, и сдавать Мэн Хи, не хотелось совершенно. Работа на горе Сораксан была в самом разгаре, Солнце припекало, а толпы туристов и паломников создавали невероятный шум, мешая записи. Хён Ын, сосредоточенная и собранная, пыталась вытянуть интервью из того самого У Сика — верного друга её отца. Тот, завидев камеру, вошел в кураж и начал рассказывать бесконечные истории о своих восхождениях, то и дело вставляя фразы о том, какой «малышкой» он помнит Хён Ын. Рядом крутился тот самый «отвратительный тип» с галстуком, про которого Мэн Хи говорила за обедом. Он то и дело отпускал едкие комментарии, пытаясь сбить Хён Ын с толку. — Слушай, принцесса, — ухмыльнулся он, когда камера выключилась на перерыв. — Может, бросишь этот микрофон? Ты выглядишь слишком хрупкой для такой работы. Тебе бы дома сидеть, а не по горам с операторами таскаться. Да и репортаж твой… скучноват. Может, добавишь перчинки? Хён Ын сжала зубы, стараясь не сорваться, она уже собиралась ответить, как вдруг за спиной коллеги воцарилась странная тишина. Туристы расступались, а оператор Кынхён замер с открытым ртом, глядя куда-то вдаль. — Скучноват, говорите? — раздался за спиной спокойный, ледяной голос, от которого у Хён Ын по спине пробежали мурашки. Все обернулись по каменистой тропе, ничуть не запыхавшись, шел Хи У, на нем не было походной одежды — классические брюки и рубашка с закатанными рукавами смотрелись здесь вызывающе элегантно. В одной руке он держал пакет с охлажденными напитками для всей съемочной группы, а в другой — явно было что-то другое. — А вы… вы кто такой? — промямлил он, пытаясь вернуть себе прежнюю спесь. Хи У подошел вплотную, возвышаясь над ним и он не кричал, не махал руками, но от его взгляда «отвратительный тип» невольно сделал шаг назад. — Прокурор Кан Хи У, — представился он, и уголок его губ едва заметно дрогнул в опасной улыбке. — И я как раз тот человек, который очень ценит профессионализм Хён Ын. Если вам кажется её работа «скучной», возможно, вам стоит пересмотреть свои стандарты. Или сменить отдел. Я слышал, в архиве как раз нужны люди, умеющие молча перекладывать бумажки. Затем он проигнорировал побледневшего коллегу и повернулся к Хён Ын. Его взгляд мгновенно потеплел. — Прости, что прервал, принцесса, твоя невестка сказала, что ты можешь забыть про перерыв. Держи, — он протянул ей баночку холодного сока. — О! Так это ты тот самый парень, про которого мой друг — отец Хён Ын все уши прожужжал? Сразу видно — наш человек! Правильно, защищай её, а то развелось тут… критиков! Хён Ын стояла, с баночкой с соком, и чувствовала, как внутри разливается торжество. Её «лис» не просто пришел — он метит территорию так изящно, что ей оставалось только восхищаться. Хи У не собирался уходить. Напротив, он с небрежным изяществом закатал рукава своей белоснежной рубашки еще выше, обнажая крепкие предплечья, и подошел к оператору Кынхёну. — Тяжелая штука, — заметил он, кивнув на массивный штатив. — Давайте помогу переставить к тому выступу, оттуда вид на скалы лучше. Кынхён, всё еще пребывая в легком шоке от появления «того самого прокурора», он лишь послушно передал оборудование. Коллеги Хён Ын завороженно наблюдали, как высокопоставленный юрист, чье лицо мелькало в криминальных хрониках, с легкостью орудует тяжелой техникой, попутно раздавая всей группе охлажденный кофе. Тот самый «отвратительный тип» в галстуке внезапно нашел очень важное дело на другом конце площадки и постарался стать максимально незаметным. — Ты с ума сошел? — шепнула Хён Ын, подойдя к Хи У, пока операторы настраивали свет. — Нет, — он обернулся к ней, и в его глазах заплясали искры азарта. — Теперь каждый будет знать то, что если кто-то обижает тебя, будет иметь дело со мной! Он подошел ближе, поправляя микрофон на её воротнике, его пальцы на мгновение задержались у её шеи, вызывая волну мурашек. Он точно был странным человеком, ведь все же он явно желал показать ей что она будет с ним, его определенно ничего не остановит. Она то глупо надеялась то что он оставит её все же в покое но ошибалась сильно в этом, смотря на него она видела спокойствие в его глазах, она знала то что ей некуда не деться теперь. И она все же была благодарна ему за то что он заступился за неё. — К тому же, — добавил он тише, чтобы слышала только она, — я обещал твоему отцу и сестрам, что ты под надежной защитой. А я привык держать слово. Работай, принцесса, я буду здесь, пока ты не скажешь, что всё готово. Съемки пошли как по маслу, У Сик, воодушевленный присутствием будущего «зятя», своего друга выдал великолепный монолог, а Хён Ын, чувствуя за спиной незримую поддержку Хи У, держалась в кадре так уверенно и сияюще, что даже самый строгий режиссер остался бы в восторге. Когда последний дубль был снят, Хи У первым подошел к ней с теплой курткой, набрасывая её на плечи. Этот момент стал переломным, смыв последние капли её недоверия, воздух Сораксана, пропитанный ароматом хвои и вечерней прохладой, казался теперь необычайно легким. — Идем? — спросил Хи У, мягко протягивая ей руку, его взгляд, обычно острый как у лиса и расчетливый, сейчас светился искренним теплом. — Ужин у меня дома, и, поверь, там не будет никаких лишних глаз и назойливых коллег. Только ты, я и… возможно, твой рассказ о том, когда же ты всё-таки решишься сыграть мне на каягыме. Хён Ын замерла, удивленно вскинув брови: — У тебя дома? Ужин? — А что в этом такого? — Хи У чуть склонил голову набок, и на его губах заиграла та самая полуулыбка, которая всегда сбивала её с толку. — Я был у тебя в гостях уже несколько раз, выдержал осаду твоих родственников. Теперь твоя очередь оценить мое гостеприимство. И не переживай так сильно! Даю слово «лиса» — ничего плохого я не замышляю. — Ты… — начала было она, пытаясь подобрать слова, чтобы скрыть волнение. — Тсс, — он мягко прижал указательный палец к её губам, обрывая возражения на полуслове. — Пошли. Ничего не говори, просто доверься мне. Хён Ын помедлила лишь секунду, а затем уверенно вложила свою ладонь в его широкую, горячую ладонь. В тот же миг по телу пробежала незримая дрожь, стая мурашек рассыпалась по коже, и в голове вспыхнула отчетливая, пугающая и одновременно прекрасная мысль: этот мужчина пришел в её жизнь навсегда. Это не была случайная встреча или мимолетный роман. Это была судьба, которая пахла дождем и уверенностью. Они начали спускаться вниз по извилистой тропе Сораксана, Хён Ын шла вместе за своим «лисом», глядя на его прямую спину, и чувствовала, как внутри всё переворачивается от нежности. Она понимала: он проделал весь этот путь, нашел её здесь, в горах, вовсе не для того, чтобы произвести впечатление на её семью или поставить галочку в списке своих побед. Ему не нужны были зрители. Он сделал это только ради неё — чтобы она увидела его настоящего. Не грозного игрока на политической арене, а мужчину, способного на тихую, глубокую и бескорыстную заботу. Горы оставались позади, окутанные сумерками, а впереди их ждал вечер, который обещал стать началом их собственной, настоящей истории, скрытой от камер и чужих пересудов.

***

То, что она услышала тогда в магазине мастера Вона, заставило её ещё больше поверить в то что сестра есть в Сеуле, и нужно тщательнее искать её. Она чувствовала переживания и страх, но в тоже время она понимала она все равно найдет её и в это она верила, спутать господин Вон, не мог, и шрам был там же где был у сестренки. Жаль внешность он не запомнил и видео с камер наблюдения стерты. Но она привыкла к борьбе и знала, что отыщет все равно сестру во чтобы ни стало. Кто бы мог подумать то что все так может обернуться? Она была счастлива тому что та все случилось, и она чувствовала то что мастер Вон, видел именно её а не девушку с точно таким же шрамом. Она закрыла глаза и вспомнила то почему тот шрам появился, она как старшая сестра винила себя тогда то что это по её вине случилось а родители, бабушка и дедушка говорили что это не её вина даже тётя тоже самое сказала. Она все же была же ребенком, и конечно же нужно было понимать ей что будучи ребенком она вряд-тли что-то смогла бы сделать. Менеджер сообщил о приезде на конференцию в честь выхода новой дорамы, выйдя из машины, она направилась в здания, было много фанатов которые кричали её имя она к ним оборачивалась, улыбалась приветливо искренно махала рукой им. Эта дорама была важной для неё, хотя любая дорама была важной для неё и она была благодарна судьбе то что смогла стать актрисой и своим упорством добилась своего, плохого в этом мире. Презентация новой дорамы проходит как всегда отлично, Джунсо, после этого прислал ей свои поздравления то что смотрел прямую трансляцию из презентации дорамы. Он был ведь таким хорошим. У неё через неделю были назначены съемки в клипе группы, у которых она впервые снялась ещё в начале своей карьеры. Работа все же помогала отвлекаться, она не желала никогда сдаваться во чтобы ни стало добиться и у него выгреверно на кольце то что добавляет ей стимул дабы никогда не сдаваться никогда. Она не прекращала искать взглядом свою сестру, представить было сложно, возможно она сейчас похожа на маму их или отца, а возможно она сейчас сильно на обоих похожа. Она даже когда училась в старшей школе пыталась найти младшую сестру, искала всегда взглядом её. Поступив даже в университет она переживала чтобы сестру никто не обижал в школе, ведь она слышала об травлях в школах, ни дня не проходила без поисков сестры. Надежда не пропала по сей день, и она и Гарым, верили то что младшая найдется, кто-то посчитал бы глупо верить и надеется найти сестру но она не послушала бы никогда таких людей. Она хотела дабы сестра могла увидеть то что старшая сестра стала той кем мечтала и так хотелось с ней провести время, которое они потеряли когда их разлучили. У неё было все же много фотографий сестрой и семьей, но они туда не заглядывали давно и не вспоминали. Там живы родители, где они были счастливой семьей, не было того страшного дня когда они узнали что родителей не стало. Ей хочется узнать то как росла Чжинён, без неё и тёти, какой она стала, если любимый человек у неё? Разбивал ли парень какой-нибудь сердце? Обижал её кто-то? Она желала знать все! Ведь если бы тогда никто бы её у них не отобрали они бы росли вместе, и она как старшая сестра защищала бы и оберегала. Хёнчжу слушала эти истории, и в её душе разливалось странное, горько-сладкое чувство. Она ловила каждое слово Джунсо о том, как росла Хён Ын, как старшие сёстры оберегали её от любой беды, становясь живым щитом перед миром. В глубине сердца Хёнчжу невольно проснулась тихая зависть — не злая, а тоскливая. Ей до боли хотелось, чтобы и у неё с сестрой было так же: общие секреты, шумные праздники и та самая безусловная защита, которую могут дать только родные люди. Ей так не хватало возможности просто быть старшей сестрой — той, кто первой бросится в бой, если младшую кто-то посмеет обидеть. Джунсо чувствовал её настроение и старался развлечь, переплетая рассказы о Хён Ын с забавными эпизодами из собственного детства. Он любил делиться с ней сокровенным, и этот раз не стал исключением. — Слушай, эти безумные девчонки однажды такое вытворили, что вся округа гудела! — Джунсо усмехнулся, припоминая подробности. — Что именно? — Хёнчжу с любопытством повернулась к нему, на мгновение отвлекаясь от грустных мыслей. — Поколотили мальчишек, своих же ровесников! Да так, что те по домам разбежались. — Ого… И за что же? Неужели просто так? — Честно сказать, абсолютно по делу, — Джунсо посерьезнел, но в глазах всё равно плясали искорки смеха. — Те оболтусы вздумали задирать Хён Ын. Сколько же крику тогда было! Но, видит Будда, они получили за дело. — Неужели они так сильно их отделали? — Хёнчжу представила хрупкую Хён Ын и её яростных защитниц. — Синяк под глазом, выбитый зуб и в клочья разорванная футболка! — ответил он и весело рассмеялся, качая головой. — Айгу, ты бы видела это зрелище! А ведь я тогда их же предупреждал: не трогайте её, хуже будет. В этой семье все стоят друг за друга горой, без раздумий. Хён Ын невероятно повезло с родными. Хотя, признаться, я вижу, что её сестриц несказанно обрадовало появление Хи У. Наконец-то на горизонте возник мужчина, готовый ради их младшенькой горы свернуть. — Он действительно настроен настолько серьезно? — тихо спросила Хёнчжу. — Поверь мне, он настроен решительнее некуда, — подтвердил Джунсо, плавно входя в поворот. — Хи У из тех, кто не отступает. Он уже считает её частью своего мира, а значит, теперь за неё будут сражаться не только сёстры, но и «хитрый лис», которого боится весь город. Хёнчжу снова посмотрела в окно, думая о том, что где-то в этом огромном Сеуле её сестра, возможно, тоже окружена такой заботой. Или, наоборот, ждет, когда за ней придет её настоящая старшая сестра. Приехав спустя неделю после съемок на Чеджу, домой к своей тёте, Хёнчжу, сразу же почувствовала аромат свежей выпечки, сразу же стало ясно то что она выпекает любимые сладости младшей сестры, она ведь прекрасно знала же то что младшая любила печенья с начинкой, однажды она испекла торт и даже сделала лично к торту фигурки. Сколько же счастья было в глазах у младшей, она сияла от счастья и задувала свечи. Теперь тётя открыла небольшое дело и обучает девушек, и женщин и к немало даже удивлению к ней как к женщине приходят парни и мужчины готовить что-то новое. Она ни раз это замечала, даже тётя рассказывала, что была такому удивлена сильно, потому что она поверить не могла тому, что такое вообще может быть, ни каждый мужчина или парень захочет у женщины обучаться готовке. Пройдя на кухню, она увидела тарелки с гостями печенья и булочек, тётя видимо увлеклась сильно сегодня, или же опять погрузилась в мысли и не заметила как сделала их много и она вновь что-то лепила. — Джи Хван сказал, что поможет найти её, — глухо произнесла тётя, не поднимая глаз. — Он предлагал это и раньше, но я, как дура, отказывалась. — Тётя… — Хёнчжу сделала шаг вперед, но Гарым прервала её взмахом кисточки. — Знаю! Знаю, что ты против. Мы обе понимаем, какая у него власть, и какой ценой она досталась. Но пойми, — она тяжело вздохнула и на мгновение замерла. — Это становится невыносимым. Джунсо и его друг из кожи вон лезут, но ты хоть представляешь, сколько людей будут вставлять им палки в колеса? Кто-то очень не хочет, чтобы мы Чжиён нашли. Хёнчжу прикусила губу, вспоминая встречу в мастерской. — Но тот мастер… он клялся, что видел девушку с таким же шрамом! Один в один, как у неё. — Он не запомнил лица, Хёнчжу, — Гарым резко задвинула противень в духовку. — А шрамы… шрамы бывают у многих. Это слабая зацепка. — Она приносила кулон! — выкрикнула Хёнчжу, и её голос дрогнул. — Тетя, кулон был точь-в-точь как мой. Инициалы почти стерлись от времени, но это были наши буквы! Гарым медленно выпрямилась и в её глазах, обычно теплых и лучистых, промелькнула тень надежды, смешанная со страхом. — Это… это единственное, что заставляет меня верить, что наша малышка где-то здесь в Секуле! — И что теперь? Мы будем ему должны? — Хёнчжу обхватила себя руками. — Ты же знаешь, Джи Хван ничего не делает просто так. Но Гарым, помотала головой она посмотрела на неё серьезно, было видно, то что она не согласна с её словами. Она знала мужчину очень хорошо и заметно было то что она знала его намного лучше. — Он сказал, что мы для него — семья и долгов быть не может, — тихо ответила Гарым, подходя к племяннице. — Забыла? Он был в ярости, когда узнал, то Чжиён незаконно изъяли? Он ведь предлагал мне тогда жениться и удочерить вас обеих. Хотел стать вам отцом, и ты ведь сама знаешь то, что твой папа был его лучшим другом, и Джи Хван нашел тех, кто виноват в той аварии. Услышав это она ошарашено смотрела на тётю, то что она услышала это так и есть? Та самая авария действительно произошла не случайно? И они погибли по чьей-то вине, все внутри от ужаса сжалось, сложно было как-то в такое поверить совершенно. — Значит, это всё-таки была не случайность? — сердце Хёнчжу пропустило удар. — Нет, эту аварию подстроили. Канён слишком быстро развивал бизнес и не хотел делиться прибылью. В девяностые за такое убивали без раздумий. — Но Джи Хван… он ведь и сам из того же мира, — прошептала Хёнчжу. — Он другой, — Гарым мягко коснулась щеки племянницы. — Посмотри на себя, какой ты выросла. Он не смог заменить тебе отца, но всё это время защищал тебя как собственную дочь. Пора признать это, Хёнчжу, без его силы мы её не вернем. Она понимала: отрицать очевидное бессмысленно. Джи Хван действительно был достойным человеком. В те темные дни, когда Чжиён еще не забрали из семьи, он буквально носил малютку на руках, пытаясь развеселить сестер. Ему наверняка было невыносимо больно из-за гибели лучшего друга и его жены, но он прятал свое горе, стремясь подарить девочкам хотя бы тень отцовской любви и заботы. Маленькая Чжиён тогда еще не осознавала, что родителей больше нет, и постоянно звала их, в то время как она, будучи старшей сестрой, уже всё понимала, и эта правда выжигала её изнутри. Слова тети заставили её признать: помощь Джи Хвана необходима. Пусть для мира он был успешным бизнесменом, за этим фасадом скрывался человек, знающий законы криминального мира. Именно такие связи сейчас могли стать решающими. — Хорошо, тетя, я согласна, — тихо, но твердо произнесла она. — Он всегда говорил, что она наверняка выросла копией моей сестры или отца, — добавила Гарым. — А значит, узнать её будет легче, чем кажется. — Я тоже об этом думала… Только вера в наше фамильное сходство дает мне силы надеяться на встречу. Ей отчаянно хотелось верить, что она узнает сестру среди тысяч лиц но как вести себя при встрече? Броситься в объятия? Девушка примет её за сумасшедшую, а если начать твердить про родство — и вовсе сбежит. Учитывая её собственную популярность, это было вдвойне рискованно. Действовать нужно было расчетливо и осторожно. Чтобы унять грызущий страх неудачи, она до изнеможения тренировалась в зале, сбрасывая оковы тревоги через физическую боль и удары. Джунсо упоминал, что у матери Хи У сохранились документы по их делу именно она, лучший адвокат страны, когда-то яростно сражалась за то, чтобы вернуть Чжиён, и до сих пор корила себя за поражение. В памяти всплыл образ мальчишки, который стоял рядом с матерью — не по годам серьезного и мудрого. « — Моя мама — лучший адвокат в Корее, она вернет тебе сестренку! А если не выйдет, я вырасту, стану прокурором и накажу тех, кто её забрал!» Вряд ли он помнит то детское обещание, но, как ни странно, Хи У сдержал слово. Он стал прокурором и теперь вел это расследование. Она всем сердцем верила, что он сдержит и вторую часть клятвы — обязательно найдет её младшую сестру. — Как думаешь, какая она, наша Чжиён? — прервала тишину Гарым. — Вышла ли она замуж? — Думаю, она стала репортером, как и мечтала в детстве. О замужестве она, скорее всего, и не думает… Хотя, может, она встретила кого-то, кто её искренне любит? Страшно даже представить, что ей могли разбить сердце. — Скорее всего, так и есть, — Гарым ласково улыбнулась. — Наша Чжиён наверняка настоящая красавица, и поклонников у неё не меньше, чем у тебя. — Знаешь, я часто представляю, как она заходит в комнату. Она ведь была такой упрямой в детстве! Помнишь, как она отказывалась ложиться спать, пока ты не прочитаешь ей сказку? Думаю, этот характер никуда не делся. Она сейчас — кремень. Если она действительно стала репортером, то наверняка лезет в самую гущу событий, не боясь опасностей. Точно так же, как делала это её мать. Она погладила племянницу по руке, стараясь передать ей свою уверенность. — А насчет Хи У… Знаешь, что самое удивительное? Он ведь не просто ведет дело. Я видела, как он смотрит на папки с документами. В его глазах не холодный расчет прокурора, а та самая решимость того маленького мальчика, который когда-то обещал тебе стать героем. Он не успокоится, пока не поставит точку. В комнате воцарилась уютная, но пронзительная тишина. Каждая из них понимала: за порогом этого дома их ждет жестокий мир, где бизнес смешан с криминалом, а правда скрыта под слоями лжи Пак Хин Чёля. Но сейчас, за чашкой чая и воспоминаниями, надежда казалась осязаемой. — Мы найдем её, — прошептала Гарым, скорее себе, чем племяннице. — Даже если нам придется перевернуть весь Сеул. Это единственное что успокаивало то, что она сможет найти свою сестру, несмотря ни на что, и тогда семья воссоединится.

***

Джун Хи давно мечтал попасть в святая святых своей давней подруги Ханым. Она была блестящей телеведущей и возглавляла собственный отдел, где под её крылом работали начинающие репортеры. Ханым часто признавалась, что бывает с ними излишне строгой, но для команды она оставалась непререкаемым авторитетом. Проводя гостя по коридорам офиса, она с нескрываемой гордостью посматривала на своих подчиненных, которых ласково называла «лисятами». Это прозвище было символичным: саму Ханым еще в юности прозвали «Лисой» за острый ум и пробивной характер, а те, кто сталкивался с её гневом, и вовсе величали её «Злобной лисой». — Знакомься, это мои ребята! — провозгласила она, обводя отдел широким жестом. — Моя гордость. Правда, иногда они вытворяют такое… — Ханым строго прищурилась, глядя на одного из парней. — Да-да, Мин Хан, я о тебе! Ты помнишь свой недавний трюк? — Ну, я же не специально! — сконфуженно пробормотал тот. — Знаю, но чтобы это было в последний раз! — она смягчилась и тепло улыбнулась, переведя взгляд на девушку за соседним столом. — А это одна из наших лучших находок — Ким Хён Ын. Талантливая девочка, окончила Сеульский университет искусств, но выбрала тернистый путь репортера. Джун Хи посмотрел на Хён Ын и на мгновение забыл, как дышать эта девушка была пугающе похожа на его погибшего друга. Тот же изгиб бровей, когда она хмурилась, и та же светлая улыбка, точь-в-точь как у его покойной супруги. «Неужели это она? Повзрослевшая Чжиён? Нет, быть не может…» — вихрем пронеслось в голове. Но расспрашивать сейчас, в присутствии Ханым, было невозможно. Когда они остались наедине в кабинете, Ханым тяжело вздохнула: — Гарым и Хёнчжу всё еще ищут Чжиён? Она ничего мне не рассказывает, и это обидно — мы ведь лучшие подруги! — Ты же знаешь, они не остановятся, пока не найдут её, — тихо ответил Джун Хи. — Мне следовало тогда, много лет назад, выпустить тот репортаж! — Ханым в сердцах покачала головой. — Зря ты меня остановил. Я до сих пор помню, как ты был в ярости. Как они посмели отнять ребенка у такой семьи? Бедная Чжиён… Страшно представить, как она плакала и как хотела домой. Она прижала ладонь к груди, её голос дрогнул: — Я же помню, как ты хотел жениться на Гарым и удочерить обеих девочек. — Чжиён называла тебя «тётя Лиса», помнишь? — с грустной улыбкой произнес он. — О, такое не забывается. Как и тот день, когда мы прибежали на кухню на крик Хёнчжу… У бедняжки была настоящая истерика, она до сих пор винит себя в том, что не уследила за сестрой. Но ведь она сама была ребенком! А Чжиён всегда росла слишком любопытной… Джун Хи подался вперед, понизив голос: — Недавно появилась зацепка. Видели девушку с таким же кулоном, какой был у Хёнчжу — помнишь, наш друг заказывал их для дочерей? Один ювелир подтвердил, что пару лет назад к нему приходила клиентка с таким украшением. И у неё был шрам на том же месте, где и у Чжиён. — Да ладно! — ахнула Ханым. — Он запомнил её лицо? — В том-то и беда, что нет. И записи с камер не сохранились. Но я верю, что это была она. Похоже, Чжиён выросла в любящей семье, но ничего не помнит о прошлом. К ней относятся как к родной: говорят, у неё есть сестры, брат и брат-погодка. — А что, если это всё же не она? — тихо спросила Ханым, глядя в окно. — Я чувствую это каждой клеточкой, — голос Джун Хи стал глухим, надтреснутым от старой боли. — Я был рядом с Гарым, когда мы предавали земле Минсона и Канёна. Помню, как баюкал маленькую Чжиён на руках, и мне казалось, что моё сердце разрывается на куски прямо там, у могил. Я поклялся им, моим ушедшим друзьям, что стану щитом для Гарым и их девочек. Проклинаю себя каждый день… Почему я не увез их тогда с собой? Если бы я был решительнее, те выродки никогда бы не дотянулись до ребенка. Ханым задумчиво прикусила губу, в её глазах отразилась тень старого подозрения: — Думаешь, те, кто убил Минсона и Канёна, подослали тех людей? Но почему они забрали только младшую? Почему оставили Хёнчжу? — Этот вопрос жжет меня годами, — он горько усмехнулся и откинулся на спинку стула. — Видимо, они решили ударить как можно больнее, лишив семью самого хрупкого. Хёнчжу ведь была свидетелем… Маленькая, но не по годам смышленая, она шепнула мне тогда: «Дяденька что-то делал у машины, а когда увидел меня — быстро убежал». Думаешь, я не понял, чей это почерк? Люди Пак Хин Чёля. Его пальцы сжались в кулак, а на губах заиграла холодная, торжествующая улыбка: — Но ничего, он получил сполна. Моя единственная ошибка в том, что я не вытряс из него название того детского дома, куда отправили Чжиён. Если бы я знал… я бы вызволил её и увез их всех — Гарым, Хёнчжу и малютку — подальше от Сеула, подальше от Кореи. Туда, где их никто бы не нашел. — Если бы Минсон и Канён были живы… как думаешь, какой была бы их жизнь сейчас? — тихо спросила Ханым. — Они бы бесконечно гордились Хёнчжу. Она ведь — точная копия Минсон, такая же гордая и сильная. И, конечно, никто бы не посмел и пальцем коснуться Чжиён. — Это правда, — вздохнула Ханым, погружаясь в воспоминания. — Минсон была потрясающим репортером, как и я. Помнишь, как твой друг потерял голову? Айгу, он просто сошел с ума от любви к ней! Окружил такой заботой, так красиво ухаживал… В наше время такая преданность — редкость. Хотя, знаешь, — она заговорщически улыбнулась, — за нашей Хён Ын сейчас ухаживает один серьезный человек. Прокурор. Девочка ведет себя разумно, понимает, что в их мире опасно доверять первому встречному, но, похоже… она уже бесповоротно влюблена. Джун Хи резко вскинул голову, его взгляд мгновенно стал стальным: — Прокурор? И кто он такой? — Кан Хи У. О нем идет слава как об исключительно умном и хватком юристе. Слышала, он как истинный лис: впивается в дело мертвой хваткой и не отпускает, пока не добьется своего. — А мне нравятся такие люди! — усмехнулся Джун Хи, в чьих глазах на мгновение промелькнул азарт. В этот момент в дверь вежливо постучали, в проеме показалась Хён Ын. Джун Хи снова вздрогнул: на него словно взглянул сам Канён, только в женском обличье — те же черты, тот же взгляд. Приятным, мелодичным голосом она сообщила, что начинается общее собрание. Ханым пора было идти, иначе ведущая Сон снова раздует скандал из-за того, что её соведущая задерживается. Услышав фамилию соперницы, Ханым лишь иронично хмыкнула. Она поправила безупречный пиджак и резким жестом заправила прядь волос за ухо. Джун Хи видел: она всё та же «дерзкая лиса», вечно готовая к бою с завистниками. — Останься, — бросила она другу. — Посмотришь, как записывают новости. Сегодня как раз предзапись эпизода, где двое моих ребят дебютируют в качестве ведущих. Эта злыдня Сон Сон Джун спит и видит, как бы доказать, что её подопечные лучше, чем мои Хён Ын, Чон Мин или Ми Ён. — Это та самая, с которой ты грызешься еще со времен стажировки? — уточнил Джун Хи с легкой улыбкой. — А кто же еще? Ничего, я своих «лисят» научила так филигранно отвечать на выпады её щенят, что те теперь и рта раскрыть боятся. Хотя… — она на секунду замялась и покачала головой, — недавно Сон А всё же сорвалась и вцепилась в волосы одной из девиц Сон. Что там началось! В драку тут же влетели Хён Ын и Ми Ён. Парни из нашего отдела стояли столбом — боялись даже подойти, говорили, что в женские разборки лучше не соваться. В итоге разнимать их пришлось ребятам из отдела Го и Чона. Сон тогда подняла такой визг! Кричала, что мои девочки — сумасшедшие, что они покалечили её драгоценных сотрудниц. А по факту — досталось именно моим. Директор тогда не выдержал и на два месяца отстранил Сон вместе с её отделом от эфиров. — Кое-кто тоже не был паинькой в их возрасте, — подмигнул ей Джун Хи. — Ты ведь в школе из драк не вылезала, помнишь? Терпеть не могла несправедливость. — Ой, кто бы говорил! — Ханым насмешливо прищурилась. — Вы с Канёном были настоящей грозой школы, забыл? Вечно вправляли мозги тем, кто издевался над слабыми. Джун Хи не стал спорить, юность оставила после себя шлейф из дерзких поступков и старых фотографий, которые они договорились пересмотреть позже. Сейчас же он вместе с Ханым и её командой направился в студию. Соперница Сон, бесспорно, была красива, но в ней не было той магической глубины, которой обладала Ханым. В его подруге удивительным образом уживались две крайности: хрупкая, чувствительная натура и хитрая, расчетливая лисица. Ханым построила карьеру на обломках собственных трудностей, став воплощением харизмы и несгибаемой воли. Наблюдая за процессом съемок, Джун Хи изо всех сил старался не выдавать своего пристального интереса к Хён Ын. Но чем больше он смотрел, тем отчетливее видел в ней Канёна. Это сходство пугало и будоражило. Девушка носила фамилию Ким, была родом из Ульсана, и, по словам Гарым, у неё было три сестры и два брата. Это не сходилось с семейным древом друга, ведь Канён был однолюбом до мозга костей — он боготворил Минсон и их дочерей, мечтая лишь о том, чтобы когда-нибудь у них родился сын. Вечером, встретившись с Гарым, Джун Хи не выдержал: — Гарым, я готов поклясться, что видел Чжиён! — Что? Ты… ты серьезно? Где? — голос женщины дрогнул. — Я видел девушку, которая выглядит как живое воплощение Канёна. Глаза — точь-в-точь как у Минсон, даже привычки, жесты… Но, может, я просто схожу с ума и выдаю желаемое за действительное? — А шрам? Или кулон? Ты видел их? — в её взгляде смешались надежда и страх. — Нет, до этого не дошло. Но пойми, она ворчит совсем как Минсон, когда нервничает! Она работает репортером в отделе у Ханым. Гарым горько вздохнула и отвела взгляд: — Не может всё быть так просто. Жизнь — не кино, Джун Хи. Тебе могло показаться. Вдруг это просто случайное сходство? — Я всё проверю, — твердо отрезал он. — Ханым сказала, что её семья переехала в Сеул из Ульсана где-то в двухтысячных. У неё куча братьев и сестер, и за ней ухаживает прокурор. Подумай сама: Минсон ведь тоже была репортером! А маленькая Чжиён всегда сияла от счастья, когда видела маму по телевизору. — А что, если ты ошибся? — тихо спросила Гарым. — Она ведь тебя не узнала? Ты всегда был для неё «добрым лисом», который задаривал их с Хёнчжу подарками. — Ей было шесть лет, Гарым! — он посмотрел на неё с предельной серьезностью. — Шесть! Как она может помнить лицо из прошлой жизни? Её явно удочерили и увезли. Если это она, то ей повезло — она попала в большую и любящую семью. Ей сейчас двадцать четыре года. А сколько должно быть нашей Чжиён? — Двадцать четыре… — прошептала Гарым, и её сердце пропустило удар. — Но риск ошибки слишком велик. Что, если эта девушка не имеет никакого отношения к моей семье? Повадки, внешность — это может быть просто совпадением. — Ты прав, — Гарым слабо улыбнулась, отгоняя горькие мысли. — Поверить в то, что Канён мог изменить Минсон? Никогда. Он дышал только ей. Помнишь, как наш отец, со всей его строгостью и подозрительностью, испытывал его на прочность? Но Канён делом доказал, что он — мужчина чести. Она тяжело вздохнула, и в её глазах промелькнула тень тех далеких дней и как-никак так действительно было отец действительно был суров, но Канён не отступил. Он всегда говорил, что Минсон — его единственная, та самая женщина из грез, любовь на всю жизнь. Дочери были для них высшим благом. Джун Хи до сих пор помнил, как Канён, обычно сдержанный, едва ли не плясал и до хрипоты пел в караоке от восторга, узнав о рождении второй малышки. Видеть его таким счастливым было настоящим подарком судьбы. И всё это счастье в один миг растоптал один-единственный человек. Если бы не он, Канён и Минсон сейчас растили бы внуков, а Чжиён никогда бы не узнала, что такое разлука с семьей. — Я хочу увидеть её сама, — твердо произнесла Гарым, прерывая затянувшееся молчание. — Свою родную кровь я узнаю из тысячи. Сердце не обманешь. — Обязательно увидишь, — кивнул Джун Хи, чувствуя, как на душе становится чуть легче. — Так будет правильнее. Ханым уже дала ей журнал с твоим интервью. Ты ведь сейчас ведешь те кулинарные курсы? Подруга сказала, что девочка собирается прийти к тебе на занятия. — Как, ты говоришь, её зовут? — Гарым замерла, запоминая имя. — Ким Хён Ын. Она молча отрезала ему кусочек его любимого торта и аккуратно положила на тарелку. На её губах впервые за вечер появилась едва заметная, но теплая улыбка — предвестник надежды, которая спустя столько лет вновь постучалась в их дом.