The cherry taste of your lips

***

Крым, Коктебель. Возвращение домой далось рыжеволосой Даше на удивление спокойно, можно сказать, даже чересчур. Будто мир решил сделать ей подарок после всех этих нервов. Целый день и ещё пара часов в пути на обратной дороге в сторону дома она наконец-то могла выдохнуть и отдохнуть от общества Кисы,её невыносимо надоедливого старшего брата, и всей этой шумной кодлы, что вечно крутилась вокруг него. Да, с ней был Рауль. Не самый идеальный попутчик, если задуматься: тот ещё тип, самодовольный и временами невыносимый. Но, чёрт возьми, с ним вдруг получилось то, чего Даша не ожидала,они словно окунулись в детство. Словно машина времени щёлкнула выключателем, и вот они уже не взрослые люди с кучей проблем, а просто дети: ей снова восемь, а ему десять. Он — тот самый богатый мальчишка из соседнего двора, который всегда лез вперёд, чтобы защитить её от любых напастей. Тот, кто отгонял злых собак, отгонял глупых мальчишек и даже однажды подрался с кем-то за то, что те обзывались. Из этих тёплых, почти забытых воспоминаний Дашу резко выдернул голос Рауля, сидевшего за рулём. — Приехали, принцесса, — усмехнулся он, останавливая машину возле её подъезда. Даша фыркнула, но не смогла сдержать лёгкой улыбки,которую вызвал Кудинов. — Спасибо, что вытащил меня из этого затхлого городка, — усмехнулась она, чуть растягивая слова. — А то я бы там точно свихнулась. Рауль откинулся на сиденье, бросил на неё насмешливо-галантный взгляд на девушку. — Я всегда к твоим услугам, ваше высочество, — ухмыльнулся он, изображая поклон. — Открой багажник, — закатила глаза Даша, но весело, без злости, и начала выбираться из машины. Рауль даже не потрудился выйти, лениво потянулся, нажал на кнопку, и дверь багажника послушно открылась с тихим щелчком. Даша подошла, подхватила свою сумку, ту самую, потрёпанную, с десятком наклеек со старых концертов, и с лёгким хлопком закрыла дверцу. Рауль, не дожидаясь прощаний, плавно тронулся с места. Машина мягко покатилась вперёд, затем свернула за угол и исчезла из виду. Даша ещё пару секунд стояла, глядя вслед, и только потом, всё ещё улыбаясь каким‑то своим мыслям, повернулась и вошла в подъезд. Поднимаясь на свой этаж, она машинально поправила прядь волос — ярко‑рыжую, с дерзкими розовыми прядями спереди. В голове всё ещё звучал голос Рауля, а в груди было непривычно легко. Она достала ключ, провернула его в замке, дверь поддалась с тихим скрипом. Даша точно знала, что днём отец на работе, а брат, скорее всего, в школе,сегодня же вторник, чёрт побери, у него третий урок как раз сейчас идёт. Оказавшись в тихой, почти звенящей от тишины квартире, она с облегчённым вздохом закрыла дверь, сбросила кроссовки, те с глухим стуком упали на коврик, повесила куртку на привычное место и прошла в свою комнату. Там она неторопливо разобрала сумку: кинула грязную футболку в корзину, вытащила книгу, которую так и не дочитала в дороге, положила на тумбочку наушники. Потом переоделась в мягкий домашний костюм — старые, растянутые штаны и футболку с логотипом любимой группы. Следующим шагом было смыть весь этот дурацкий макияж — тональник, тушь, тени. Она устало провела рукой по лицу, чувствуя, как кожа наконец-то может дышать. Длинные рыжие волосы с розовыми прядями она быстро заплела в свободную косу, так, чтобы не мешались. Затем сняла украшения,массивный браслет, пару колец, серёжки, и аккуратно убрала их в шкатулку. Наконец, она плюхнулась на кровать, вытянула ноги и закрыла глаза. Ей нужен был отдых. Хоть пару часов. Просто лежать, ни о чём не думать, слушать тишину и чувствовать, как напряжение покидает тело.

***

Проснулась рыжеволосая от настойчивых, почти агрессивных стуков в дверь, будто кто‑то решил выбить её с петель. Она вздрогнула, резко распахнула глаза и несколько секунд лежала, пытаясь сообразить, где находится и который час. Поднявшись с кровати, пошатываясь после сна, она машинально подошла к зеркалу, висевшему в углу комнаты. Взглянула на своё отражение: волосы спутались. Дарья быстро распустила волосы, пытаясь хоть как‑то привести себя в порядок, и натянула резинку на запястье, пусть будет под рукой. Она вышла из комнаты, прошла по тихому коридору и, не глядя в глазок, резко распахнула дверь. На пороге стоял Киса. Как всегда — дерзкий, самоуверенный, в своей привычной манере: чёрная куртка, небрежно накинутая на плечи, кудрявые волосы торчат в разные стороны, а в глазах — смесь раздражения и вызова. — Какого чёрта ты тут забыл, Кислов? — воскликнула Хенкина, глядя на него с искренним удивлением. — Скоро отец придёт с работы, и он снова заберёт тебя в отделение, если увидит тебя в таком виде! — Мне похуй, Лисица, — фыркнул Киса недовольно, бесцеремонно протискиваясь внутрь. — Я пришёл поговорить,пока Хэнк сторожит внизу с Мелом, так что не переживай,мы не одни. Тяжело вздыхая, Даша пропустила его внутрь, невольно поморщившись: от парня пахло не только резким одеколоном, но и сигаретами, а ещё чем‑то едким, будто он только что был в какой‑то заварушке. — Тебе что‑то приготовить? — поинтересовалась Дарья, стараясь скрыть волнение. — Может, чай будешь? — Лапши, Лисица, — ухмыльнулся он, скидывая куртку на подлокотник дивана. — Желательно побольше, блять,и без этих твоих «может быть»,я голоден, как зверь. Хенкина вздрогнула, глядя на кудрявого в недоумении. — В смысле? — вырвалось из её уст. — В прямом, Лисица, — произнёс Кислов, поворачиваясь к ней всем телом. — Хватит мне врать. — Я не понимаю, о чём ты, — произнесла рыжеволосая, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Объясни мне, когда я врала тебе? Она скрестила руки на груди, вызывающе глядя на него, но внутри уже понимала: что‑то пошло не так. — Я про Рауля, — усмехнулся Киса, делая шаг ближе. — Ты ведь с ним была, Лисица,а мне в сообщении написала, что, сука, была со знакомой. — прозвучал его голос,— Думаешь, я совсем тупой? Дарья молчала, сглотнув. В голове крутились мысли, но ни одна не казалась подходящей для ответа. — Ой, а насколько вы хорошо знакомы с этим ублюдком, Дашуль? — воскликнул кудрявый, его голос стал резче. — Вань, я… — прозвучал её голос, слабый и неуверенный. — Что ты, блять? — перебил Киса её, повышая голос. — Я просил лишь одного, сука, чтобы ты мне не врала. — воскликнул он,— Но нет, нам же похуй на слова какого‑то нарика, зато потом можно предъявлять мне, что я не доверяю тебе, сука! Рыжеволосая смотрела на парня, понимая, какую ошибку совершила. Она знала характер Кисы,он не прощал лжи, особенно от тех, кому доверял. — Как мне верить тебе, если ты каждый раз врёшь, Лисица? — усмехнулся Кислов, но в его голосе уже не было насмешки, только горечь. — Да потому что вы все против Рауля, а он мой друг детства! — воскликнула в ответ Хенкина, её голос задрожал. — И он важен мне, каким бы подонком ни был. — Вот только смотрит он на тебя не как на подругу, — бросил Киса, отворачиваясь. — И ты это знаешь. Он резко развернулся и направился к двери, хлопнув ею так сильно, что со стены чуть не упала картина. И стоя в тишине, Дарья поняла: она только что потеряла его. Не просто ссору,а что‑то большее. Из‑за своей неуверенности, из‑за страха сказать правду, она потеряла парня. Слезы навернулись на глаза, но она сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки. Через пару минут в квартиру зашёл Хэнк. Он замер на пороге, окинув взглядом бледную Дашу и разбросанные вещи. — Эй, систр, что у вас случилось? — аккуратно поинтересовался Борис. — Киса вылетел злой, как чёрт, покурил внизу и с матами уехал. — Я облажалась, — прошептала рыжеволосая, и голос её дрогнул. Не выдержав напора, она заплакала. Хэнк, не говоря ни слова, снял обувь, повесил куртку и быстро обнял младшую сестру, прижимая её к себе. — Тише, тише, — тихо произнёс он, поглаживая её по спине. — Всё будет хорошо. Он пообещал себе мысленно поговорить с лучшим другом. Прямо сейчас. — Эй, Даш, всё будет ахуенно, окей? — усмехнулся Хэнк, стараясь придать голосу уверенности. — Это же Киса,ты знаешь, он быстро остывает.— вздохнул парень,— Просто ему больно, вот он и сорвался. — Не думаю, — сквозь рыдания сказала она. — Я солгала,а причина Рауль. — Таак, понятно, — покачал головой блондин, задумчиво потирая подбородок. — Я поговорю с ним,а ты иди в ванную, успокойся.— прозвучал его голос,— Скоро придёт отец, и нам не нужны лишние вопросы. Рыжеволосая кивнула, вытерла слёзы и побрела в ванную. Борис, быстро обувшись и накинув куртку, вышел из квартиры. Он знал, что делать.

***

Хэнк нашёл их на старой базе у побережья — там, где ржавые конструкции пирса нависали над водой, а вокруг валялись обрывки сетей и пустые банки из‑под пива. Ветер гнал солёный воздух, трепал волосы и доносил до слуха отдалённый гул волн. Киса сидел на краю бетонного выступа, свесив ноги над обрывом. Рядом, чуть поодаль, расположились Мел и Гена: первый курил, стряхивая пепел в сторону, а второй перебирал какие‑то детали от старого мопеда, разложенные на куске брезента. — Ну и видок, — бросил Хэнк, подходя ближе. — Сидишь тут, как последний романтик, а сестра моя там чуть не рехнулась из‑за тебя. Киса медленно повернул голову. В его глазах читалась смесь злости и усталости, а пальцы нервно сжимали пачку сигарет. — Отвали, Хэнк, — хрипло отозвался он. — Не до твоих нравоучений. — Да мне плевать, до или не до, — Хэнк сделал ещё шаг вперёд. — Ты что, совсем с катушек съехал? —Наорал на Дашку, хлопнул дверью, и теперь сидишь тут, изображаешь драму? Мел поднял голову, бросил короткий взгляд на Бориса, потом на Кису. — Эй, полегче, — вмешался Егор. — Чего накинулся? — А ты не встревай, Мел,— огрызнулся Хэнк. — Я с ним разговариваю. Гена отложил детали, выпрямился. — Спокойно, пацаны, — произнёс парень, поднимая ладони. — Давайте без этого. Но Киса уже поднялся на ноги, сжал кулаки. — Ты чё,Хенкалина, решил за сестру заступиться? — его голос звучал резко, почти агрессивно. — А может, она сама виновата? — фыркнул недовольно он,— Врёт мне в лицо, а потом строит из себя невинность! — Она не врёт, она просто боится тебя, придурок! — Борис шагнул ближе, глаза сверкнули. — Ты же на всех кидаешься, как бешеный пёс! — усмехнулся он,— Вчера на районе чуть драку не устроил из‑за какого‑то хмыря, сегодня на Дашку наорал! — воскликнул парень,— Ты вообще себя слышишь? — Замолкни! — Киса сделал резкий шаг вперёд, их лица оказались почти вплотную. — Не лезь не в своё дело!— Это и есть моё дело, — Хэнк не отступил. — Она моя сестра, и если ты не можешь нормально с ней разговаривать, то лучше вообще не подходи!— Да пошёл ты! — Киса толкнул Хэнка в грудь так сильно, что тот отлетел на шаг назад, ударившись лопатками о ржавую балку. — Ах ты, сука! — взревел Хэнк, бросаясь вперёд. Кислов ударил первым — коротко и жёстко в живот. Хенкин охнул, но тут же ответил — кулаком в челюсть. Киса отшатнулся, но устоял, и тут же бросился вперёд, вцепившись в куртку Хэнка и дёрнув его на себя. Они повалились на бетон, катаясь и молотя друг друга куда придётся. — Ты совсем охренел? — прошипел Киса, пытаясь заехать коленом в бок. — Сам такой, мудак! — выдохнул Хэнк, перехватывая его руку и резко выворачивая. — Остынь, пока я что‑нибудь не сломал тебе! — Отпусти, сука! — кудрявый рванулся, высвободился и тут же ударил блондина локтем в висок. Тот зашипел от боли, но схватил Кису за волосы и дёрнул вниз, одновременно подбивая ногой под колено. — Блять! — вскрикнул Киса, теряя равновесие и падая на одно колено. — Да я сейчас тебя… — Что «сейчас», а? — Борис навалился сверху, прижимая его к земле. — Будешь дальше орать на мою сестру, как последний долбаёб? — воскликнул он,— Или всё‑таки включишь свои,пока не отбитые мозги? — Отъебись! — Киса попытался ударить его головой в лицо, но Хэнк успел отклониться. — Она сама виновата, вечно выбирает не тех! — Да потому что ты её пугаешь, ублюдок! — Хэнк сжал его грудки, встряхнул. — Она боится правду сказать, потому что знает: ты сразу сорвёшься, как псих! Меленин вскочил на ноги. — Чёрт, опять эти двое! — выругался он. Генадий уже бежал к ним. — Разнимай, Мел! — крикнул Зуев. Они бросились к дерущимся. Мел схватил Кису за руку, пытаясь оттащить, Гена вцепился в Хэнка. — Хватит, пацаны! — заорал Гена. — Остыньте, мать вашу! — Пусти, Гендос, я ему сейчас втащу как следует! — рычал Киса, пытаясь вырваться. — Да успокойся ты, дебил! — Мел дёрнул его сильнее. — Посмотри на себя, ты же сейчас теряешь себя! — Да пошёл ты… — Киса обмяк в руках Мела, тяжело дыша. Его грудь вздымалась, костяшки пальцев были разбиты, на скуле уже наливался синяк. Хэнк тоже отпустил его, отполз на пару шагов, вытер кровь с губы тыльной стороной ладони. — Киса, ты совсем больной стал? — хрипло произнёс он. Наступила тишина. Только ветер свистел между ржавыми балками, да волны глухо бились о камни внизу. Киса поднял глаза на Хэнка, на его раскрасневшееся лицо, на ссадину на скуле, которую сам же и оставил. Он провёл рукой по волосам, потом медленно поднялся на ноги с помощью Мела. — Блять… — выдохнул кудрявый, опуская голову. — Да я знаю, что перегнул,но как она,сука,может ему доверять? — усмехнулся он,— Этот Рауль гнилой тип, я его насквозь вижу. — Может, и гнилой, — согласился Хенкин уже тише, тоже поднимаясь. — Но она его знает с детства,и если ты хочешь, чтобы она доверяла, то хотя бы не ори на неё, как на последнюю дрянь.— фыркнул недовольно парень,— Ты её пугаешь. — прозвучал его голос,— Она из‑за этого и врёт, потому что боится тебя потерять, но и не хочет отказываться от того, кто был рядом, до твоего появления. Киса помолчал, потом резко выдохнул. — Извини, — произнёс он хрипло. — Я не хотел,блять,просто накипело,нахуй. — Ладно, — Хэнк кивнул, протянул руку. — Мир? Киса помедлил секунду, потом схватил его ладонь, и Хэнк помог ему подняться. — Мир, — буркнул Киса. — Но если этот баклан её обидит… — Разберёмся, — перебил Хэнк. — По одному вопросу за раз, окей,Кис? Мел хлопнул их обоих по плечам. — Ну вот, — усмехнулся он. — Теперь можно и пивка взять? — прозвучал его голос,— А то от этих драм совсем пить захотелось. Генадий рассмеялся. — Погнали, — кивнул Зуев. А Хэнк ещё немного постоял, глядя вслед уходящему Кисе, и подумал, что, может быть, всё ещё наладится. Кислов, хоть и вспыльчивый, но отходчивый, драка помогла ему выпустить пар, а теперь, возможно, он сможет спокойно поговорить с Дашей.

***

Киса стоял у двери квартиры Хенкиных и нервно теребил пакет с лапшой в руках. Пальцы слегка дрожали, не от напряжения, а буквально от последствий недавней драки с Хэнком: костяшки были разбиты, на скуле наливался синяк, а в виске пульсировала тупая боль. Он поднял руку, чтобы постучать, но замер на мгновение, глубоко вздохнул и всё‑таки постучал — негромко, почти робко. Дверь приоткрылась буквально на пару сантиметров, в щели показалось лицо Даши. Её глаза были красными, будто она недавно плакала, а волосы растрёпаны. — Чего надо? — поинтересовалась Хенкина, не открывая полностью. — Лисица… — тихо произнёс Кислов, и в его голосе прозвучала непривычная мягкость. — Давай поговорим, а? — Нам не о чем говорить, — отрезала Даша, пытаясь закрыть дверь. — Да погоди ты, блять! — Киса осторожно, но твёрдо подставил ногу, не давая двери захлопнуться. — Ну прости меня, ладно? — прозвучал его голос,— Я перегнул пару часов назад, я знаю,но я не могу так, Лисица… — почти умоляюще звучал парень,— Не могу без тебя. Дарья замерла, сжала губы, потом всё‑таки приоткрыла дверь чуть шире. — Отец дома, — шёпотом произнесла рыжеволосая. — Говори тихо и быстро. — Ладно, — Киса кивнул, опустил взгляд на пакет в руках. — Я тут лапши принёс,той самой, которую ты любишь. — нервно усмехнулся кудрявый,— Ну, типа,как намёк, что я помню всякую фигню про тебя,и что мне не всё равно. Рыжеволосая резко выдохнула, её глаза вспыхнули гневом. — Ты серьёзно? — прошипела она. — Приходишь сюда с разбитой рожей после драки, очевидно с моим братом и думаешь, что лапша всё исправит? — воскликнула она,— Ты совсем с катушек съехал,Кислов? — Да не в лапше дело, блять! — попытался оправдаться брюнет. — Я просто… — Просто что? — перебила Хенкина. — Просто решил, что можешь сначала избить моего брата, а потом прийти ко мне с какой‑то лапшой и всё будет хорошо? — горько усмехнулась рыжеволосая,— Ты в своём уме, Кислов? — Я не хотел драться с ним! — Киса сжал кулак, тут же поморщился от боли в разбитых костяшках. — Он начал меня прессовать из‑за тебя, а я сорвался,но я пришёл извиниться перед тобой, а не перед ним! — Перед ним тоже надо извиниться! — Дарья повысила голос, тут же испуганно оглянулась внутрь квартиры. — Боря мой брат, он за меня переживает, а ты на него кидаешься, как бешеный пёс! — прозвучал ее голос,— И после этого ждёшь, что я тебя прощу? — Да я понимаю, Лисица, — Киса опустил голову. — Понимаю, что накосячил,и перед ним, и перед тобой,но я же пришёл. — вздохнул кудрявый,— Я не убежал, не спрятался, а пришёл к тебе и говорю: прости. — И что, это всё? — Даша скрестила руки на груди. — «Прости»,а потом можно дальше орать на меня, драться с моим братом, обвинять Рауля во всех грехах? — Нет, блять, не всё! — Кислов сделал шаг вперёд, почти вплотную к двери. — Я пытаюсь измениться, Лисица,пытаюсь не срываться, не орать, не лезть в драку. — произнёс он,— Но это сложно, когда я думаю, что ты отдаляешься от меня. — Я отдаляюсь, потому что ты меня пугаешь! — Дарья заговорила тише, но твёрже. — Ты не говоришь,просто орёшь. — прозвучал ее голос,— Не объясняешь,а обвиняешь,и когда кто‑то пытается заступиться за меня, ты сразу в драку! — Я знаю, — Киса провёл рукой по волосам. — Знаю, что я мудак,но я хочу это исправить. — сглотнул парень,глядя на неё,— Правда хочу, просто помоги мне, Лисица. Наступила короткая пауза. Даша смотрела на него, на его разбитую скулу, на разбитые костяшки, на этот дурацкий пакет с лапшой, который теперь казался каким‑то нелепым символом всей этой ситуации. — Ладно, — наконец произнесла она чуть слышно. — Давай попробуем,но с одним условием. — Каким? — поинтересовался Кислов. — Никаких драк,ни с моим братом, ни с кем‑либо ещё. — произнесла рыжеволосая,— Никаких криков в мою сторону, никаких наркотиков и никаких обвинений Рауля без реальных причин. — вздохнула она,— Если что‑то не нравится,то говоришь мне, спокойно, без криков и кулаков,понял? — Понял, — Киса кивнул. — Клянусь,буду держать себя в руках, даже если этот… — кудрявый запнулся, — даже если Рауль будет рядом. — Вот и хорошо, — Хенкина слегка расслабилась. — И ещё одно: иди к Боре и извинись перед ним. — Хорошо, Лисица, — Киса выдохнул с облегчением. — Так и сделаю. — Тогда… — Даша поколебалась секунду, потом приняла какое-то решение в голове, — Иди домой,отец не должен видеть тебя. — Понял, — Кислов отошёл от двери. — Спасибо, что дала мне шанс. — Пока ещё не за что, — Даша слабо улыбнулась. — Но я надеюсь, что ты не подведёшь. После ее слов Киса ушел с лапшой в руках, а Дарья закрыла дверь.

***

Хэнк нашёл Рауля возле кафе «Бриз» — того самого, где мажоры с района любили собираться по вечерам. Рауль стоял у входа, небрежно прислонившись к стене, в дорогом чёрном пальто и с сигаретой в пальцах. Рядом топтались двое его приятелей — оба в брендовых куртках, с наушниками на шее. Увидев Хэнка, они переглянулись и отошли в сторону, оставив Рауля одного. Хэнк подошёл вплотную, стараясь не выдать раздражения. — Кудинов, надо поговорить, — произнёс он жёстко, без предисловий. Рауль медленно поднял глаза, растянул губы в издевательской улыбке. — О, Хенкин, — протянул он с явным сарказмом. — Какими судьбами? — поинтересовался брюнет,— Неужели сама принцесса послала тебя меня искать? — Не строй из себя клоуна, — Хэнк сжал кулаки, но заставил себя расслабиться. — Я не за тем пришёл. — А за чем же? — Рауль стряхнул пепел, не сводя с Хэнка насмешливого взгляда. — Может, предупредить меня, чтобы я держался подальше от твоей драгоценной сестрички? — Именно, — Хенкин сделал шаг вперёд. — Держись от неё подальше. — Ого, — Рауль вскинул брови. — Прямо приказ? — ухмыльнулся брюнет,— И кто его отдаёт, братец, который вечно за ней бегает, или лучший друг того психа, что на всех кидается? — Не трогай Кису, — голос Хэнка стал ниже, опаснее. — И не переводи тему,я знаю, кто ты такой. — фыркнул недовольно он,— Мажор, который привык, что всё даётся на блюдечке, а Даша не игрушка. — Ох, как серьёзно, — Рауль закатил глаза,не скрывая усмешки,— Ты думаешь, я с ней играю? — Я думаю, ты привык получать то, что хочешь.— прозвучал голос Хэнка,— И если сейчас это моя сестра,то ты будешь её добиваться, пока не наиграешься. Рауль вдруг перестал улыбаться. Он затушил сигарету о стену, бросил окурок в урну и посмотрел на Хэнка в упор. — Знаешь, Хенкин, — его голос стал тише, но в нём появилась сталь, — ты судишь обо мне по тем, с кем я общаюсь. — покачал головой брюнет,— Но Даша, она другая. — вздохнул Рауль,— Она исключение. — Исключение? — Хэнк усмехнулся. — Это ты так оправдываешь свой интерес? — Нет, — Кудинов сделал паузу. — Я не собираюсь оправдываться,но скажу прямо: я не собираюсь её обижать. — прозвучал его голос,— И не собираюсь играть,она мне нравится,по-настоящему. — И что дальше? — Хенкин скрестил руки на груди. — Будешь водить её по кафешкам, пока не надоест? — усмехнулся парень,— Пока не найдёшь кого-нибудь покрасивее? — Ты действительно такой тупой или просто боишься за сестру? — Рауль слегка наклонил голову. — Я не идеален, но я не мудак,по крайней мере, не с ней. — Почему я должен тебе верить? — поинтересовался Борис. — А почему нет? — Рауль пожал плечами. — Ты можешь запретить ей со мной общаться, и она, может, послушает. — он усмехнулся,— Но тогда она будет несчастна или можешь дать нам шанс, и посмотреть, что будет. — парень снова пожал плечами,— В любом случае, решать будет она, а не ты. Хэнк помолчал, разглядывая Рауля. Тот стоял спокойно, без вызова, но и без заискивания. В его глазах не было привычной насмешки — только серьёзность. — Ладно, — прозвучал его голос. — Допустим, я поверю,но запомни: если ты её обидишь… — ты мне втащишь, — закончил за него Рауль и вдруг усмехнулся, на этот раз без сарказма, почти по‑дружески. — Понимаю, Хенкин,принимаю твои правила. — ухмыльнулся он,— Но и ты пойми: я не собираюсь от неё отказываться,ведь она стоит того, чтобы за неё бороться. — Бороться, да, — Хэнк кивнул. — Но не играть. — Договорились, — брюнет протянул руку. Хэнк поколебался секунду, потом пожал её. Рукопожатие было крепким, без лишней демонстрации силы, но с чётким посылом: «я слежу за тобой». — Хорошо, — произнёс Борис. — Но я предупреждаю: один неверный шаг, и ты вылетишь из её жизни быстрее, чем успеешь сказать «папа оплатит». Рауль рассмеялся — на этот раз искренне. — Принято, — парень опустил руку. — Можешь передавать сестре, что я завтра заеду за ней в семь,если, конечно, ты не против. — Решать ей, — повторил Хэнк слова Рауля, но уже без злости. — Пусть сама решает. — Вот и отлично, — Кудинов кивнул, снова достал сигарету. — Рад, что мы поняли друг друга, Хенкин. Хэнк развернулся, чтобы уйти, но остановился. — И ещё, — бросил блондин через плечо. — Если хоть слеза из‑за тебя,то я тебя найду,где бы ты ни был. — Понял, — Рауль прикурил, выпустил дым в вечернее небо. — Никаких слёз,только улыбки для принцессы, только улыбки. Хенкин молча кивнул и зашагал прочь. Внутри у него всё ещё бурлило недоверие. Он не до конца верил Кудинову — слишком уж тот был скользкий, слишком мажорский, слишком привыкший к безнаказанности. Но выбора не было: Даша должна была сама сделать выбор. И Хэнк мог лишь быть рядом, на случай, если Рауль всё-таки окажется тем, кем Хэнк его изначально считал.

***

Даша остановилась перед дверью квартиры Риты и нерешительно постучала — три коротких удара. Через несколько секунд дверь распахнулась. Маргарита стояла на пороге в чёрном худи с капюшоном, узких джинсах,а на ногах тапочки, словно девушка только вернулась домой. Её светлые волосы были уложены в небрежный хвост, в ушах поблескивали чёрные серьги, на пальцах — несколько серебряных колец. Она окинула Дашу быстрым взглядом и сразу подметила заплаканные глаза и дрожащие губы. — Даш? — голос Риты прозвучал резче обычного, но в нём проскользнула тревога. — Что случилось? — поинтересовалась она,— Заходи быстрее, на улице холодина. Даша вошла, стянула куртку, повесила на крючок. Рита молча закрыла дверь, повернувшись к подруге. — Ну? — вздохнула Лазарева,— Выкладывай,что опять натворил твой Киса? Они прошли в комнату Риты — небольшую, но уютную. Стены украшали постеры групп в стиле пост‑панк и darkwave, на полках стояли книги в чёрных обложках и несколько виниловых пластинок. На подоконнике пара горшков с чёрными фиалками и зажжённая свеча с запахом ладана. Рита жестом указала на диван, обитый тёмно‑серым бархатом. — Садись, — бросила Лазарева, — сейчас чай сделаю,с бергамотом, как ты любишь. Рыжеволосая опустилась на край дивана, сжала руки на коленях, блондинка быстро прошла на кухню, загремела чашками, включила чайник. Вернулась с двумя кружками, поставила одну перед подругой, села напротив, закинув ногу на ногу. — Так что произошло? — Рита скрестила руки на груди, взгляд стал серьёзнее. — Ты выглядишь так, будто весь мир рухнул. — Киса… — Хенкина сглотнула комок в горле. — Он опять сорвался,орал на меня, обвинял, что я с Раулем,а я просто с ним общаюсь! — О, ну конечно. — фыркнула недовольно Лазарева,— Твой Кислов всегда найдёт повод поорать,вечно он на взводе, как будто ему кто‑то в кофе перцу насыпал. — И это ещё не всё, — Даша опустила глаза. — Мел сказал, что Киса подрался с Хэнком,видимо,из‑за меня. Маргарита замерла с кружкой в руке, потом резко поставила её на столик, чуть не расплескала чай. — Что?! — воскликнула она,— Подрался с моим Хэнком? — переспросила Маргарита,получая кивок,— Да он совсем с катушек съехал, этот твой драгоценный Киса! Блондинка вскочила с дивана, начала нервно ходить по комнате. — Знаешь, что я думаю? — резко остановилась Лазарева. — Киса ходячая проблема,вечно на нервах, вечно в драку лезет. — произнесла она,— С ним рядом ты только нервы себе портишь. — Рит, он…— начала говорить Дарья. — Нет, дай договорю, — перебила Рита. — Да, он твой парень, и ты его любишь,но посмотри правде в глаза: он не умеет контролировать себя. — прозвучал ее голос,— Сегодня он орёт на тебя, завтра на Хэнка, послезавтра на кого‑то ещё. — вздохнула она,— Это не любовь, Даш,а токсичность. Хенкина молчала, теребя край свитера, Маргарита вздохнула, вернувшисьна диван, села ближе к подруге. — А теперь про Рауля, — её голос стал жёстче. — Думаешь, он лучше? — поинтересовалась она,— О, нет, милая,этот мажор ещё та змея.— усмехнулась Лазарева,— Улыбается, смотрит на тебя, как на принцессу, а сам наверняка уже просчитал, как тебя использовать. — закатила глаза девушка,— Деньги папины, связи, уверенность эта его,он играет в благородство, но я таких насквозь вижу. — Но он хотя бы не орёт и не лезет в драку, — тихо возразила Дарья. — Потому что ему это не нужно, — Рита наклонилась вперёд. — Он действует тоньше,заманивает вежливостью, вниманием, красивыми словами,а потом раз! — усмехнулась она,— и ты у него на крючке,и что тогда? — прозвучал ее голос,— Он наиграется и бросит,о,или ещё хуже,начнёт тобой манипулировать. Она взяла Дашу за руку, надеясь передать силы поддержки через касание. — Слушай, я не хочу тебя пугать,но я вижу ситуацию со стороны, и она мне не нравится. — произнесла Лазарева,— Ни Киса, ни Рауль не стоят того, чтобы ты из‑за них плакала. — Тогда кто стоит? — усмехнулась Хенкина,— Кто вообще может быть нормальным? — в глазах девушки стояли слёзы. Рита сжала её руку,как можно крепче. — Ты сама. — резко произнесла она,— Ты стоишь,ты моя лучшая подруга, единственная опора в жизни после Хэнка. — улыбнулась Маргарита,— И я не позволю, чтобы какой‑то идиот заставил тебя чувствовать себя ничтожеством. Пауза повисла в воздухе. Рита отпустила руку Даши, откинулась на спинку дивана, тяжело вздыхая. — И знаешь, я тут недавно слышала кое‑что про Кису, точнее подслушала диалог Хэнка и Мела, — пояснила Маргарита,— Даш,Киса снова сорвался,— прямо сказала она,— из‑за них он опять стал таким агрессивным, неуправляемым,и, если смотреть правде в глаза, он никогда с них не слезет. — усмехнулась блондинка,— Это как замкнутый круг: злость, доза, злость,доза, поверь ,он сам уничтожает себя. — Ты уверена? — поинтересовалась рыжеволосая. — На сто процентов не уверена, но слишком много совпадений,Даш,— вздохнула блондинка,— Его перепады настроения, вспышки ярости, потом эти периоды апатии,— перечислила Лазарева,— Всё сходится,и пока он не решит проблему с зависимостью, ничего не изменится. — произнесла она,— Он не сможет быть нормальным партнёром,не сможет контролировать себя. — Я даже не подозревала,— Дарья опустила голову,слезы потекли по щекам снова,— Или не хотела верить в то,что он снова сорвался. — Вот поэтому я и говорю,что ты достойна лучшего, чего-то настоящего,а не этих двух. — Маргарита сделала паузу, обняв подругу за плечи, — Давай так, сегодня мы с тобой будем пить чай, есть печенье, смотреть дурацкий фильм про любовь без драк и смеяться.— предложила девушка,— А завтра мы вместе подумаем, что делать,хорошо? — Хорошо,— Хенкина шмыгая носом,слабо улыбнулась,— Без драк, пожалуйста. — Без драк, — Лазарева подмигнула. — И без лапши в качестве извинений. Она встала, подошла к телефону, подключила колонку,включила музыку,зазвучали тягучие гитарные аккорды. Потом вернувшись, протянула Дарье тарелку с печеньем,что принесла. — Ешь. — улыбнулась блондинка,— И помни,что ты достойна человека, который будет ценить, а не разрушать. Даша наконец рассмеялась — тихо, но искренне. Впервые за день она почувствовала, что не одна. Что есть человек, который всегда будет рядом и скажет правду, даже если эта правда горькая.