Принудительный Брак

Глава 3. Через неделю?

***

Они вышли из комнаты почти одновременно, но держались на расстоянии — словно между ними всё ещё стояла невидимая стена. Тишина повисла тяжёлая, неловкая. Слуга поспешно пошла впереди, украдкой оглядываясь. Щёки её всё ещё были слегка розовыми, а в голове крутилось только одно: «Господи… я точно им помешала… Они стояли так близко… и лица такие… напряжённые… Это же… да? Или нет?.. Ой, лучше не думать!» Она нервно кашлянула, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. — Кхм… Погода сегодня… очень хорошая, не правда ли? — осторожно начала она, не оборачиваясь полностью. Ответа не последовало. Феликс шёл чуть позади, глядя вперёд, но явно не замечая ни длинных коридоров, ни высоких окон особняка. Его мысли всё ещё были там — в той комнате, в тех словах. Джисон шёл рядом, засунув руки в карманы, с привычной ленивой осанкой. Но сейчас в этой «расслабленности» чувствовалась напряжённость. Слуга снова попыталась: — У нас сегодня… подали очень вкусный ужин. Повар старался… может быть, после встречи вы— — Мы не на ужин идём, — сухо перебил Джисон. Она замолчала, едва заметно вздрогнув. «Да что с ними такое… точно я не вовремя зашла… теперь атмосфера какая-то странная…» Она сделала ещё одну попытку, уже совсем тихо: — Просто… вы так… эээ… близко стояли… Джисон остановился. Феликс тоже. Слуга поняла, что сказала лишнее. — Я… ничего не имела в виду! — быстро затараторила она, махая руками. — Просто показалось… ой, забудьте! Феликс устало провёл рукой по лицу. — Мы просто спорили, — коротко сказал он. — Ага, — хмыкнул Джисон. — Очень… «интимный» спор. Слуга покраснела ещё сильнее. — Простите… После этого она окончательно замолчала и ускорила шаг. Оставшийся путь они прошли в тишине. Особняк Хан Джисона казался бесконечным. Высокие потолки, длинные коридоры, стены, украшенные дорогими картинами — всё выглядело слишком… идеально. Феликс чувствовал себя здесь чужим. Он впервые оказался в этом доме, и каждая деталь словно напоминала ему об этом. «Слишком роскошно… слишком холодно…» Наконец они подошли к большим двустворчатым дверям. Слуга остановилась, выпрямилась и аккуратно постучала. — Господа прибыли. — Войдите, — раздался спокойный, но властный голос изнутри. Двери открылись. Зал для совещаний был ещё просторнее. В центре — длинный стол, за которым уже сидели взрослые. Феликс сразу заметил своего отца. Рядом — Минхо. И… родители Джисона. Атмосфера здесь была совсем другой — тяжёлая, серьёзная. — Наконец-то, — сказал Хан Ёхан (отец Джейсона) слегка нахмурившись. — Садитесь. Джисон закатил глаза, но всё же прошёл к столу и сел. Феликс занял место рядом с братом. Минхо сидел прямо, как всегда. Спина ровная, лицо спокойное, взгляд холодный и отстранённый. Идеальный старший сын. Идеальный наследник. Феликс знал этот образ слишком хорошо. — Итак, — начал Ли Тэ Джун(Отец Феликса), сцепив пальцы. — Мы позвали вас не просто так. Повисла пауза. — Вы трое… отправляетесь в специальную школу с общежитием. Джисон резко поднял голову. — Чего? — Школа называется Sc-Art, — спокойно продолжил  Хан Ёхан (отец Джисона) -Это закрытое учебное заведение. — С общежитием? — переспросил Джисон. — Вы серьёзно? — Более чем, — ответила его мать. Феликс молчал. Он просто слушал. — Это решение принято не спонтанно, — продолжил Ли Тэ Джун— Мы считаем, что вам необходимо сменить обстановку. — Сменить? — Джисон усмехнулся. — Вы хотите сказать «воспитать»? — Если потребуется — да, — холодно ответил его отец. — Вы слишком… избалованы. — Я? — Джисон усмехнулся шире. — Серьёзно? — Особенно ты. Тишина снова стала тяжёлой. — Я никуда не поеду, — резко сказал Джисон, откинувшись на спинку стула. — Поедешь, — спокойно ответил его отец. — Нет. — Это не обсуждается. Джисон сжал челюсть. — Вы не можете просто взять и отправить меня в какую-то… школу! — Можем, — спокойно сказал отец. — И уже сделали. Джисон отвёл взгляд, явно сдерживая эмоции. Феликс всё это время молчал. — А ты? — вдруг спросил Его отец— Что скажешь? Феликс поднял глаза. — Если вы уже решили… — тихо сказал он, — то смысла спорить нет. — Правильно, — кивнул отец. Просто. Холодно. Как будто это вообще ничего не значило. Феликс опустил взгляд. Он не сопротивлялся. Не потому что хотел. А потому что привык. Рядом Минхо молчал. Но внутри… Внутри у него всё изменилось в тот момент, когда он услышал: «общежитие». «три года». «другая обстановка». Это было… неожиданно. И странно. И… освобождающе. Впервые за долгое время. Три года вдали от постоянного контроля. От бесконечных уроков, наставников, ожиданий. От этой роли, которую он играл с детства. «Старший сын должен…» «Ты обязан…» «Ты пример…» Всегда. Каждый день. Каждую минуту. И вдруг… Свобода. Настоящая. Жизнь среди ровесников. Без постоянного давления. Он почти улыбнулся. Почти. Но лицо осталось прежним — холодным, спокойным. Непроницаемым. Только Феликс, сидящий рядом, заметил. Едва заметную искру в его глазах. И это было странно. Очень. Он никогда не видел у Минхо такого взгляда. — Минхо, — обратился к нему отец. — Твоё мнение? — Я приму любое ваше решение, — спокойно ответил он. Идеальный ответ. Как всегда. Но Феликс знал — это не всё. — Отлично, — сказал отец. — Тогда решено. — Когда? — тихо спросил Феликс. — Через неделю. — Через неделю?! — Джисон снова вспыхнул. — Вы издеваетесь? — Достаточно, — резко сказал его отец. — Ты поедешь. Джисон замолчал. Он сжал кулаки под столом. Внутри всё кипело. Злость. Раздражение. Обида. Но… Он знал. Спорить бесполезно. Он выдохнул. Медленно. — …Ладно, — тихо сказал он наконец. — Делайте, что хотите. Это не было согласием. Это было… принятие неизбежного. Феликс бросил на него короткий взгляд. Впервые за всё время их взгляды встретились без злости. Просто… понимание. На секунду. И исчезло. — Тогда на этом всё, — подвёл итог отец Феликса. — Можете идти. Стулья тихо заскрипели. Они поднялись. Слуга уже ждала у двери. Та самая. С двумя хвостиками. Она осторожно посмотрела на них. «Они теперь… спокойнее… или просто… устали?..» Она снова не рискнула что-то сказать. Джисон прошёл мимо неё первым. Феликс — за ним. Минхо — последним. Но перед тем как выйти, Феликс ещё раз посмотрел на брата. И снова увидел это. Ту самую искру. Которую никто больше не заметил. И понял: Для него это не наказание. Это шанс. А значит… Эти три года изменят всё.