Глупая привычка молчать

— Так, почти всё собрал. Чего там ещё... Кавех всё бегал по дому в поисках той или иной безделушки, которую нужно каким то образом запихнуть в до отказа наполненный чемодан. — Надо наверное дополнительную сумку брать... Блин, как я потащусь со всем этим до порта? Он взглянул на часы. Хайтам вернётся ещё не скоро. Вот сюрприз то ему будет... Кавех фыркнул в полной уверенности, что Хайтам наконец сможет вздохнуть спокойно и, возможно, даже улыбнется своей этой ужасно эгоистичной улыбкой. — Всё... Но надо ещё раз перепроверить. А то потом не хочется возвращаться со всей этой кучей вещей... Кавех в последний раз оббежал каждую комнату, проверяя на наличие своих вещей, и вздохнул с облегчением. — Наконец-то собра... Вдруг его прервал звук поворачивающегося в замочной скважине ключа. Он замер. Хотя... Наверное так даже лучше. Если бы он просто ушёл, Хайтам бы еще наверное пытался найти его и спрашивал бы куда тот смылся. Но и то не факт. И вот, секретарь вошел в квартиру и тут же приподнял бровь. — И куда ты собрался? — Ха, ты не поверишь! — с гордо поднятой головой дерзко ответил ему Кавех, — Я наконец свободен! — В каком смысле? Хайтам нахмурился. Чемодан, большая сумка... Он огляделся вокруг и увидел, что картины, нарисованные Кавехом и висевшие на стенах уже долгое время, исчезли. Исчезли и всякие вазочки с ароматическими палочками, украшения, статуэтки... Дом словно опустел. Конечно, всё могло говорить только об одном... — Я наконец накопил деньги на пару взносов за квартиру! Возьму ипотеку и у меня будет своё собственное жильё! Я уже выбрал, это место недалеко от дворца Мермония... — Погоди, дворец Мермония? Фонтейн?.. Хайтам постарался не особо показывать своего удивления, однако глаза все равно чуть расширились при таком заявлении — Ну да, а что? Это безумно красивый город. К тому же у меня там мама. Я связался с ней спустя столько лет... И она согласилась дать мне кров до тех пор, пока я окончательно не перееду. Кавеха немного смутило поведение Хайтама. Если быть честным, он ожидал, что тот более радостно встретит эту новость и даже сам выдворит Кавеха поскорее за дверь. Но он почему-то выглядел... Серьёзным. Не грустным, нет. Кавех сомневался, могла ли вообще печаль как-либо отразиться на его лице. Но жутко серьёзным. Как будто... Не до конца понимал происходящее и пытался вычислить все возможные исходы прямо на ходу. — И... Когда ты уезжаешь? — Сегодня вечером. Думал тебя не застану вообще... Но может оно и к лучшему. — Сегодня?.. Хайтам выглядел... Озадаченно. Сколько бы Кавех не вглядывался в эти черты лица, все равно не мог точно определить, что тот чувствует сейчас. Но он определенно не прыгает от счастья, что уже подозрительно... Он увёл взгляд куда-то в сторону, нахмурившись, а затем вновь устремил его на соседа. — Хорошо. Ты уверен, что справишься? Кавех даже удивился. Впервые этот придурок сказал что-то подобное в открытую... Это что, забота? — Ну да, уверен, я ж всё таки не спонтанно это спланировал... Хайтам незаметно закусил щёку, а затем все-таки произнес: — Удачи. Кавех вопросительно посмотрел на него. — Ты не рад? Я думал ты хоть раз за год улыбнешься что ли, не знаю. А ты даже облегчённо не выдохнул. Ты же теперь наконец сможешь читать в тишине, спать спокойно... Хайтам, осознав что сильно выдаёт свои эмоции, тут же усмехнулся. — Оо, поверь... Я уже представляю, как мирно наконец-то буду жить. Не могу дождаться. — Ну вот, уже поживее. Так, время, время... О, черт, уже 12:54! У меня корабль в 13:20, мне ещё добежать надо!.. Ну.. Давай тогда, все равно долго прощаться нет смысла... Мы и не здоровались-то особо, хаха... Хайтам кивнул, и Кавех, махнув на прощание рукой, ушёл, закрыв за собой дверь. Хайтам остался стоять как стоял, не зная что вообще сейчас делать. Он обернулся и ужаснулся вновь. Дом опустел... Он вообще не ощущал себя "дома". Словно он где-то в чужом месте, где он не может расслабиться... Так напряжно. Голые стены, полки, стол... Секретарь заглянул в комнату Кавеха и тут же сжал губы. Пустая комната... Лишь унылая мебель, которая будто сама недовольна новой обстановкой. Ни прежнего беспорядка, ни даже какого-то порядка.. Просто пустота. Ни туда, ни сюда. Хайтам поймал себя на мысли, что лучше бы здесь было некуда ступить из-за всяческих чертежей, раскиданных по полу, чем лицезреть такую серую и бездушную картину. Дом вдруг стал некомфортным, тесным... Ну естественно, осталась лишь сухая мебель без единого украшения, кроме какой то пыльной вазы на подоконнике. Или, может, дело было не в мебели?.. Так или иначе, Хайтам ощутил нечто, чего никогда не ощущал ранее. И от этого становилось всё страшнее. Он понимал, что с каждой секундой Кавех уходит всё дальше, и всё меньше становится шанс хоть что-то изменить. Но чёртова гордость... Не может же он просто взять и побежать за ним! Неужели после стольких упрёков и споров на тему переезда Кавеха он просто возьмёт и перечеркнёт всё это? Всё то, чего так ждал? А ждал ли на самом деле?.. Хайтама впервые охватила настолько сильная тревога. Напряжение росло с каждым мгновением, и сделать выбор становилось всё тяжелее. Что будет, если он останется? А ничего. Лишь дыра в сердце и долгое уныние. А если побежит? Может Кавех уедет, и тогда исход останется тем же, а может... И что в таком случае Хайтам потеряет? Именно с этими мыслями Хайтам рванул с места и ринулся из дома, даже не заперев дверь. Да и воровать то дома было уже нечего... На ходу он взглянул на часы. 13:12. Он никогда еще не бегал так быстро. Бежать до порта дольше рассчитанных восьми минут... Но он еще может успеть. С каждой секундой мысли становились всё более противоречивыми, спутанными, всё более несоответствующими привычному характеру Хайтама. От этого и бежать становилось всё сложнее, однако порт уже был совсем близко. Оставалось лишь надеяться, что на горизонте покажется до боли знакомая фигурка с аномально большими по сравнению с ней чемоданами. 13:26. Кавех стоял на платформе, отстукивая носком ботинка какой-то нервный ритм. Невооружённым глазом было видно, что он напряжён. Покусывание губ, дрожь в руках, бегающие туда-сюда по рельсам глаза... Всё говорило лишь об одном: он тоже тяжело переносит ситуацию. Как бы он не пытался изобразить лёгкость перед уже бывшим соседом, внутри он чувствовал нарастающую тревогу перед абсолютной неизвестностью и одиночеством в чужих краях. Даже мать не казалась Кавеху такой уж родной, ведь он провёл с ней лишь мельчайшую часть своей жизни, оттого и встреча с ней не сулила долгожданных объятий и трогательных, тёплых сцен воссоединения матери и сына. И он бы так и погряз в своем бесконечном потоке мыслей, если бы мимо него, едва не сбив с ног, не пролетел бы какой-то придурок, как в первую же секунду охарактеризовал его Кавех. Но стоило ему посмотреть этому придурку в затылок, как архитектор застыл на месте, словно язык проглотив. Как только этот серовласый человек развернулся лицом к нему, у обоих просто исчез навык какой-либо коммуникации. Они смотрели друг на друга, словно видя перед собой то, чего другие не способны даже представить. Первым очнулся Хайтам. Он тяжело дышал после такой пробежки и, едва не выплёвывая лёгкие, всё же выпалил: — Кавех!.. И тут же застыл, не зная, что вообще говорить дальше. Как попросить его не уезжать, если все давно спланировано? Так глупо... Но раз уж любая просьба в такой ситуации будет глупостью, значит лучше будет сказать всё прямо. — Не... Не уезжай, пожалуйста... Естественно, от такого заявления Кавех был мягко говоря в шоке, не зная даже как реагировать на подобное заявление. — Ты... Ты совсем дурак, да?.. — Ну и что? Я понял, что не смогу без тебя!.. Совсем не смогу... — Но у меня поезд через две минуты!.. Боже, Хайтам... Тот отлично понимал это. И понимал, как жалко выглядит сейчас со стороны. Но какая уже разница, если Кави всё равно уедет?.. Так он хотя бы скажет ему всё, что не даёт покоя... — Я знаю, знаю!.. Но... Ты уверен, что тебе там будет лучше?.. Ты точно хочешь этого?.. Кавех замялся. Поезд приезжает через минуту... А он всё ещё колеблется... На самом деле его сильно пугало всё это. И вообще... Не факт, что он бы вообще смог освоиться в Фонтейне менее чем за месяцев так пять. Там абсолютно другая культура, а главное — другая архитектура. И адаптироваться под неё обычному сумерскому жителю будет... Довольно сложно. Там отдают предпочтение круглым, ничем не примечательным формам, а не огромным, вычурным и заострённым куполам, а потому Кавеху придётся перенимать этот стиль в свои работы, что займёт немало времени. И естественно его пугали настолько значительные перемены в жизни. Большинство людей предпочитает остаться в своей зоне комфорта, нежели перестраиваться на совершенно другой лад и ритм жизни, более привычный для тех дальних краёв. А ведь это лишь малая часть таких изменений. К примеру, также это коснётся и климата, который в Сумеру очень сухой, а в Фонтейне всё абсолютно наоборот из-за постоянных осадков. Кавех колебался. Ещё бы... Билеты куплены, поезд вот-вот прибудет, а перед ним стоит человек, из-за которого он и решился на такой шаг, и говорит, что на самом деле не хотел такого финала. Вот так ситуация... Увидев, что Кавех не знает, что ответить, Хайтам понял, что тот на самом деле осознаёт все трудности, с которыми придётся столкнуться. Именно поэтому он и решил попробовать немного объясниться. Так быстро, как это возможно. — Я понимаю твоё замешательство, но прошу, выслушай меня... Я знаю, что сам выгонял тебя, говорил откладывать и съезжать от меня как можно скорее... И я понимаю, что всё это время врал и тебе и сам себе. Я не хотел, чтобы ты уходил... Я лишь пытался доказать себе, что ты мне не нужен!.. Но ты нужен, понимаешь?.. Ты важен мне!.. И я пойму, если ты выберешь уехать, ведь я сам виноват во всем этом. Прости меня... Проблема в деньгах? Я отменю всю твою арендную плату, верну деньги за билет... Вобщем... Но Кавех не дал ему договорить. Он обхватил его руками как раз в тот момент, когда его поезд прибыл к платформе — Какой же ты всё-таки идиот, Хайтам... Ты просто невозможен... Словами не передать, как я сейчас зол на тебя! Хайтам застыл, не зная, что и делать. Что это вообще значит? Действия Кавеха абсолютно противоречили его словам... Поезд задерживался на этой станции крайне недолго, поэтому уже по громкоговорителям объявляли о скором отъезде, но Кави словно и не думал об этом. — Знал бы ты, как я тебя ненавижу. Пойдём домой... Последнюю фразу архитектор сказал неожиданно мягко... Он схватил Хайтама за руку и буквально потащил за собой, всучив ему тяжелый чемодан. Ну а что, пускай отвечает за своё поведение! Домой они дошли молча. Единственное, что ведь путь они прошли, держась за руки. Вернувшись в родное место, Кавех устало вздохнул. Он кинул чемодан на пол и упал лицом в диван, не в силах пошевелиться. Устал он как морально, так и физически. Чемоданы-то битком набиты, трудно не устать, протащив их до порта и обратно! Хайтам сел рядом, сдерживая желание провести рукой по его спине. Кавех повернулся на спину, положив руку на живот, и начал разговор: — Ты ведь понимаешь, почему я злюсь? Всё из-за твоей глупой привычки молчать! Я был уверен, что я не нужен тебе, что ты просто хочешь поскорее от меня избавиться!.. Идиотская гордыня... Ты просто настолько заебал меня этим, что... Я даже не усомнился в своих намерениях, осознавая все риски! Ты понимаешь?.. Я был готов ехать в другой регион с абсолютно другой культурой, жить у матери, с которой не общался больше 15 лет, так еще полностью менять свой стиль работы, к которому привык! И всё просто для того, чтобы просто не выслушивать то, как же сильно я тебе не нравлюсь и то, как же сильно ты хочешь, чтобы я поскорее смотался. Хайтам отвёл взгляд. Только сейчас до него дошёл весь смысл картины. Он ужасно обошёлся со своим соседом, можно даже сказать лицемерно. Однако он нашел в себе смелость заглянуть ему в глаза и наконец сказать очень важные слова. — Прости меня. Правда прости. Я понял, что перегибал палку... И, раз уж ты, вроде как, выбрал остаться со мной... Я сделаю всё, чтобы такого точно не повторилось. Ты важен мне, Кави... У Кавеха была одна слабость, которую он просто ненавидел сам в себе. Как только он слышал нечто хорошее от человека, некогда причинившего ему зло, он тут же всё откидывал на второй план и прощал почти любые поступки этого человека. Из-за этого он сотни раз наступал на одни и те же грабли, расстраивался, плакал, но не мог перестать верить в людей. Такой уж Кавех. — П-просто.. Грустно осознавать, что всего можно было избежать, если бы ты только хоть иногда говорил о своём настоящем отношении ко мне... Пожалуйста, впредь будь хоть немного честнее... Хотя бы сам с собой. Тот в свою очередь не смог сдержать себя и со всей нежностью и любовью поцеловал парня в лоб. — Я обещаю, Кави... И они оба понимали, что это обещание Хайтам точно сдержит. Ведь ему будет просто невыносимо вновь увидеть голые стены прихожей и совершенно пустую комнату в дальнем уголке дома.