elle est mon obsession

Было в улыбке Лайлы что-то такое, что не давало покоя. Будто она знала твой самый омерзительный секрет и планировала воспользоваться им. Кагами внезапно подошла к Маринетт, чем напугала её и вырвала из раздумий. — "Всё в порядке?" — "Да, просто задумалась." — "О новенькой?" — "Не могу выбросить из головы твои слова." — "Заметила что-то?" — "Улыбка натянутая, и она заметно напряглась, когда подошла именно ты. Она, наверное, поняла, что тебя не так легко обмануть." Японка пожала плечами. — "Может быть." Попрощавшись с остальными, они вместе вышли из кабинета, направляясь в гардеробную. Они обсуждали несколько предстоящих тестов. Забрав верхнюю одежду и переобувшись, девушки покинули учебное заведение. Приобняв подругу на прощание, Маринетт сказала: — "До завтра." — "Пока." Не успев отойти от школы, Дюпэн-Чэн столкнулась с Лайлой. — "Лайла! У тебя привычка вот так появляться?!" Росси рассмеялась. — "Как?" — "Будто специально пугаешь." — "Прости, просто ты ну очень милая с таким личиком!" Глаза Маринетт расширились, она потеряла дар речи. Что такое говорит Лайла?! Её мотивы были ей крайне неясны. — "Да ты чего? Я же шучу.", - хмыкнув, объяснилась итальянка. — "Я поняла.", - фраза прозвучала чуть холоднее, чем ожидала сама Маринетт. Уловив отстранённость одноклассницы, зеленоглазая напряглась. Она никак этого не показывала, стараясь сохранить непринуждённость. Но едва заметно взгляд стал тяжелее, кулак сжался сильнее. В таких мелких деталях можно было читать Росси, чем Маринетт и пользовалась. Она разглядывала итальянку, подмечая каждую мелочь. Лайла чувствовала себя неловко, но в тот же время ей было приятно. Неловко из-за того, что её оценивают, а приятно потому что это была Маринетт. — "У меня что-то на лице?", - самодовольно спросила зеленоглазая. Голубоглазая же отвела взгляд. — "Нет." — "Так чего ты так засмотрелась?", - с мелкой улыбкой говорила итальянка. — "Хотела рассмотреть поближе. Извини." — "Не извиняйся.", - сказала Лайла и полностью улыбнулась. Дюпэн-Чэн с удивлением заметила, что улыбка эта не такая, как была для Кагами. В этой не было притворства. — "Ладно... До завтра.", - произнесла Маринетт. — "Уже уходишь?", - в голосе проступила лёгкая досада. — "Мгм." — "Тебе в какую сторону?" Голубоглазая пальцем показала сторону, в которой находился её дом. — "Правда? Мне тоже туда. Тогда пойдём вместе.", - хихикнув, заявила Росси. Маринетт вздохнула и начала идти в сторону своего дома. Итальянка последовала за ней. Дюпэн-Чэн спросила: — "Я тут думала и вспомнила, что не спросила у тебя. Почему ты решила продолжить обучение здесь? Во Франции?" — "Мне ваше учебное заведение показалось более перспективным, чем моё прошлое." — "А что тут такого?" — "Есть где показать себя. Тот же совет обучающихся. Думаю, это будет полезно для меня." И вправду, администрация старшей школы старалась развивать своих учеников, раскрывать их таланты для их же будущего. Те ученики, которые показывали достойные результаты, обычно получали несколько рекомендательных писем, что вносило значительный вклад в их портфолио для поступления. — "Но есть много других таких же школ по всему миру." — "Люблю Францию и всё.", - Лайла, поняв, что Маринетт пытается вытянуть из неё как можно больше информации, стала закрываться. Шагали они теперь уже молча. Дойдя до дома Маринетт, девушки попрощались. — "Эм...Спасибо, что проводила." — "Встретимся завтра, Маринетт." Возвращаясь к себе, Росси проигрывала в голове каждое их взаимодействие. Она вспоминала о Маринетт всё, что знала: родителей, друзей, увлечения. Но это было лишь малой частью того, чего она хотела бы узнать. Уже у себя в комнате Лайла села за рабочий стол и включила компьютер. Открыв сайт их школы, она начала просматривать новости и те вкладки, где могла бы быть упомянута Дюпэн-Чэн. Листая старые фотографии, она нашла снимок, где Маринетт, Кагами и парень стояли в обнимку. — "Что за...", - пробормотала итальянка и начала приближать фото. Высокий и худой блондин. Она не могла понять кто это, пока не пролистала и не увидела более качественное изображение. «Агрест?!» — "Почему они в обнимку?!" Лайла, прикусив большой палец, просматривала оставшиеся файлы. Не найдя ничего интересного, она зашла на профиль Адриана. Много лайков, много подписчиков. Ну конечно, красавчик-блондин, да ещё и богатый. Кому такой не понравится? По последним постам стало ясно, что он ещё не вернулся из отпуска в Японии. А это значит, что с его возвращением, вероятно, список её соперников за внимание Дюпэн-Чэн пополнится. Маринетт в это же время сидела за уроками, она делала задание по истории, когда ей на телефон пришло уведомление. Она включила экран и увидела, что сообщение было от Адриана. —«Привет! Как там начало года? Нормальные новенькие?» Девушка была рада тому, что Агрест написал ей, ведь у неё ещё оставались чувства с начала средней школы. Отложив историю, она открыла чат с ним.

—«Привет! Всё хорошо, новенькие неплохие.»

—«Рад! Как наши ребята?»

—«Отлично. А ты как? Почему не спишь? В Токио уже поздно.»

—«Хорошо, спасибо. Не спится, очень взволнован тем, что завтра прилетаю домой.»

—«Очень ждём тебя.»

Агрест улыбнулся. Маринетт была ему очень приятна, но он не мог сказать, что конкретно чувствует к ней. Вроде и бабочки в животе, а вроде просто дружеская симпатия. Ему было сложно определить, ведь его отец был достаточно холоден, и Адриан не видел, как проявлять те или иные чувства. Дюпэн-Чэн, вздохнув, улыбнулась и вновь принялась за задание. Остальной вечер прошёл уютно. Ужин вместе с родителями, чтение нового выпуска модного журнала и отход ко сну. Росси же продумывала план, как ей завоевать доверие девушки и отсеять остальных от неё. Погружённая в раздумья, она уснула.

***

Утро наступило так же быстро, как и пришло время выходить на учёбу. Уже в школе Лайла разговаривала с Бореаль, которая жаловалась ей на несправедливость. Темноволосая поддерживала каждое сказанное Авророй слово, потихоньку выстраивая с ней доверительные отношения. К её счастью, та была достаточно открыта, чтобы рассказывать о себе всё, ничего не спрашивая в ответ. — "Понимаешь?! Это было настолько глупо с её стороны! Она действительно думала, что мы друзья.", - сказала блондинка и расхохоталась. — "Этот конкурс был очень важен для меня. Она не знала, что я тоже участвую, и рассказала всё о своей программе. Конечно, я этим воспользовалась и сделала так, что всё её выступление стало скукотищей на фоне моего. Ты бы видела её лицо! Понимаю, что это, может быть, и было подло, но средства оправдали цель." Лайла всячески захваливала девушку и получала порцию новых подробностей о её коварствах. Пока они разговаривали, мимо них прошли Хлоя и Маринетт. Лёгкая беседа и непринуждённость. О чём они вообще могли говорить? Глаза её следили за удаляющимися фигурами. — "Ты слушаешь?!", - возмутилась Бореаль. — "Да, извини." Разговор продолжился. — "И эта Хлоя! Как же она меня раздражает. Родилась в богатенькой семье и всегда получала то, что хотела! Её отец занял место моего! Из-за неё мой папа лишился возможности быть мэром." — "Ты права. Она избалованная, а её отец никудышный политик. Уверена, твой папа был много способнее Андре." — "Конечно! С моим отцом в качестве мэра Париж бы снова зажил!"

Звонок на урок.

Девушки вошли в класс. Взгляд Лайлы сразу же пробежался по рядам. Маринетт и Хлоя сидели вместе. Руки Буржуа поправляли причёску Дюпэн-Чэн. — "Как же тебе не хватает парочки стилистов, дорогая." — "Я будущий дизайнер, если не забыла." Блондинка цокнув, рассмеялась. «Её укладка идеальна. Это просто повод для того, чтобы притронуться к моей Маринетт.», - подумала Лайла. Ревность окутала девушку. Сжав карандаш, она продолжила сверлить их взглядом. Хлоя, словно змея, обвивала темноволосую. Её сладкие речи и сладкий парфюм точно обволакивали Дюпэн-Чэн. Буржуа что-то шепнула ей на ухо. Хруст. Карандаш сломался пополам. Неприятное чувство засело внутри. Но на деле Хлоя просто рассказывала девушке очередные сплетни, которые ей доносила Сабрина. Ничего такого, что должно было вызвать настолько сильную ревность. Весь день Росси наблюдала за тем, как окружающие разговаривали с Маринетт, трогали её, обнимали, пожимали руки. «Им обязательно трогать тебя?», - злилась Лайла. После уроков, она последовала за Маринетт. — "Подожди." Дюпэн-Чэн обернулась и остановилась. — "Снова вместе хочешь пойти?" — "Да." Они начали идти вместе. — "Ты какие направления выбрала?", - поинтересовалась голубоглазая. — "Историю, искусство и биологию." — "Ого. Интересно?" — "Мне нравится, но искусства у меня ещё не было. По-моему, оно должно быть завтра. А у тебя какие направления?" — "Да, оно завтра. У меня дизайн и искусство." — "О, значит на искусстве будем сидеть вместе.", - заявила зеленоглазая и хитро улыбнулась. Маринетт кивнула. Всё равно на этом уроке она сидела с девочкой из другого класса, с которой даже не общалась. А узнать новенькую поближе, которая к тому же из Италии, она была не против. Пока они шли, Лайла расспрашивала её о друзьях и школе, желая поддерживать атмосферу лёгкости. — "Когда я уезжала, мне было очень грустно, что я оставляю своих друзей. Людей, которых я люблю и к которым я привыкла. Это было достаточно тяжело." — "Понимаю. Им, наверное, тоже тяжело." Немного помолчав, Лайла начала: — "Но я рада, что познакомилась с тобой. Спасибо, что добра ко мне, и я не могу описать словами, насколько я благодарна за то, что вы приняли меня в свой класс. В настолько дружном коллективе я ещё не была." Дюпэн-Чэн улыбнулась. Они подошли к дому Маринетт. Немного подумав, она предложила: — "Не хочешь войти?" Лайла сделала удивлённое лицо, будто не придумывала в голове каждую фразу последние несколько дней, которая привела бы её к тому, что голубоглазая пригласит её на чай. — "С удовольствием." Войдя, она сразу почувствовала запах свежей выпечки. — "Родители, видимо, снова что-то настряпали. Проходи." Маринетт разулась, оставила сумку и помогла Лайле убрать её лёгкую куртку. — "Помоем руки сначала и тогда на кухню пойдём." Росси последовала за темноволосой. На ходу она рассматривала дом. Фотографии семьи в рамочках, которые висели вдоль стены над тумбой, на которой стояли различные бутылки парфюма, корзинка с ключами, две курильницы для благовоний. Ванная комната располагалась не так далеко, поэтому, воспользовавшись тем, что Маринетт пошла мыть руки первой, она незаметно достала телефон и быстро запечатлела всё, что смогла. — "Всё, иди. Я пока чайник поставлю." — "Ага." Зеленоглазая вошла в ванную и осмотрелась. Три зубные щётки, разная уходовая косметика на полочке над раковиной. Чуть дальше — гели для душа, скрабы. Оценив обстановку, она снова достала телефон и со слегка странной улыбкой быстро сделала пару снимков. Теперь она знала, чем пользуется девушка, засевшая у неё в голове. Быстро вымыв руки, она пошла на кухню. На столе уже стояли фрукты, сладости и свежая выпечка. — "Тебе какой чай?", - спросила Маринетт. — "Зелёный." Через минуту на столе было две кружки чая. Один зелёный, а второй чёрный с молоком. — "Ты пьёшь чай с молоком?", - искренне удивилась итальянка. Маринетт посмеявшись, ответила: — "Ну да, а что в этом такого?" — "Ничего. Просто неожиданно." Сев, они начали есть и разговаривать. Примерно два часа спустя разговоров, на этот раз более искренних и несколько раз снова заполненных кружек, девушки встали из-за стола. — "Спасибо, что пригласила. Мне понравилось проводить время с тобой." Маринетт хихикнула. — "Мне тоже, надо будет обязательно повторить." Лайла пошла к двери и начала собираться. Одевшись, она ещё раз поблагодарила голубоглазую и вышла. Девушки попрощались. Лайла шла по улицам вечернего Парижа, сияя от счастья. Прохожие, вероятно, замечали, что у девушки выдался прекрасный день. Она не могла перестать улыбаться. Столько нового она узнала от самой Дюпэн-Чэн, и столько она узнала сама, замечая каждую деталь в её доме. Наконец, она дошла до своего жилья. Быстро войдя внутрь, она скинула обувь, бросила куртку и побежала в свою комнату. Открыв галерею телефона, она начала в интернете искать всё то, чем пользовалась Маринетт. Начала она с гелей для душа, а закончила духами. Завтра её банковский счёт будет потревожен. Она составила список в заметках своего телефона. Этой ночью она спала как младенец. Урок искусства. Маринетт уже была там, Росси подсела. — "Доброе утро. Как спалось?", - спросила зеленоглазая. — "Привет. Хорошо." Лайла сделала вдох. Аромат духов окутал её, заполнил её ноздри и пробрал до самых кончиков её пальцев. Она покрылась мурашками, вдыхая этот запах. — "Мне нравятся твои духи." — "Ой, спасибо! Мне очень приятно." Весь урок итальянка провела немного напряжённо, чтобы не выдать насколько один лишь запах Дюпэн-Чэн влиял на неё. Как и задумывала Лайла, после уроков она сразу же направилась в сеть магазинов косметики и парфюмерии. Она довольно быстро нашла всё, что искала, и уже дома стала распаковывать покупки. Guerlain La Petite Robe Noire. Основной аромат Маринетт. Композиция о черной вишне, миндале, ягодах, болгарской розе, бергамоте и ванили.  Versace Dylan Purple. На старте раскрывается как мыльные пузыри или фруктово-цветочное мыло, а далее чувствуется сочная, спелая груша с лёгким оттенком цедры цитрусов. В конце аромат становится чем-то сливочным, но при этом остается свежим и воздушным. Распылив первый на левое запястье и второй на правое, она стала слушать ароматы. Они сразу вызывали у неё ощущение, что рядом Дюпэн-Чэн. Боже, как же это было хорошо. Глаза непроизвольно закатились. Превосходные композиции, которыми пользовалась девушка, которой она постепенно становилась одержима. Левое запястье всё еще было прижато к носу. Росси глубоко вдыхала аромат и её правая рука невольно скользнула вниз. Стянув низ, она почувствовала, что уже была намокшей. Представляя образ Маринетт, она сдвинула в сторону белье, не снимая его, она принялась массировать свой клитор. Её комната наполнилась вздохами. После этого, она медленно погрузила два пальца, представляя, что это была рука Дюпэн-Чэн. — "Маринетт...Пожалуйста." В своей голове она рисовала как жадно голубоглазая целовала и изучала её тело. Продолжая ласки, она слушала аромат, который был на её запястье. Несколько минут спустя она уже лежала, тяжело дыша.