Тараканьи бега

Вечерний школьный спортзал всегда ощущался иначе, чем днём. Днём здесь было шумно, душно, пахло толпой, криками, свистком физрука и чужими кроссовками. Сейчас же зал стоял пустой. Большое пространство гулко отражало каждый звук: скрип подошвы, удар мяча о паркет, тяжёлое дыхание. За окнами уже темнело, стекла отражали свет ламп и пустые трибуны. Лёша был один. Футболка прилипла к спине, волосы влажные, дыхание сбивалось, но он упрямо продолжал. Вёл мяч: рывок, остановка, бросок. Мяч ударялся о щит, иногда попадал чисто, иногда отскакивал в сторону. Он почти сразу подбирал его обратно. Ещё раз. Снова ведение. Смена руки. Проход. Ещё. Прыжок. Бросок. Мимо. — Блять. — сквозь зубы. Он побежал за мячом, схватил его и вернулся на линию. Со стороны могло показаться, что он просто тренируется. Но в каждом движении сидело раздражение и злость. Он не отдыхал между подходами, не пил воду, не садился. Будто хотел загнать себя до состояния, когда в голове наконец станет тихо. Мяч ударился об пол сильнее обычного. Отлетел далеко в сторону. — Соберись! — рявкнул знакомый голос. Лёша резко остановился на месте, как будто его дёрнули за плечо, и обернулся. У второго входа в зал стоял отец. В куртке, с запахнутым воротником, руки глубоко в карманах. Он стоял неподвижно, только взгляд двигался — от мяча к Лёше и обратно. Лицо недовольное ещё до того, как он заговорил. — Я смотрю уже пять минут. Это что сейчас было? — Отец медленно сделал пару шагов внутрь зала, подошвы глухо стукнули по паркету. Лёша на автомате перекатил мяч под ногой, не отводя взгляда. — Тренировка. — Лёша молча поднял мяч. — Это не тренировка. Это бред какой-то. — Отец вошёл в зал, шаги гулко отдавались по паркету. — Ноги ватные. Бросок кривой. Голова у тебя где-то не здесь. — Я сам разберусь. — Лёша сжал челюсть. — Ничего ты сам не разберёшься. — отец подошёл ближе. — Потому что ты вечно делаешь вид, что работаешь. А на деле ленишься. Лёша на секунду замер, потом резко перекатил мяч из одной руки в другую, слишком быстро, почти нервно. — Я тут уже час. — И толку? — отец чуть наклонил голову вбок, взгляд стал жёстче. — Час херней занимался. Лёша резко выдохнул через нос, сжал мяч сильнее. — Тебе чего надо вообще? — он отвёл взгляд в сторону, прокатил мяч по бедру и снова поймал. — Чтобы ты не опозорился. — Отец резко ткнул пальцем в сторону кольца, движение было короткое и жёсткое. — Если делаешь — делай нормально. Если нет характера — скажи сразу. На секунду в зале стало так тихо, что было слышно, как где-то в стене гудит лампа. Лёша медленно поднял глаза. — Характера у меня побольше твоего. — Чё сказал? — Отец шагнул ближе, ботинок чуть скрипнул по полу. Лёша не отступил. Только сильнее сжал мяч, пальцы побелели. — Что слышал. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Лёша стоял чуть боком, плечи напряжены, дыхание тяжёлое. Отец — ровно, неподвижно, как будто специально не реагируя. Потом отец выдохнул через нос и кивнул на кольцо. — Давай. Десять подряд с правого прохода. Если хоть один мимо — начинаешь заново. Лёша ничего не ответил. Только медленно опустил мяч, качнул его в руке и пошёл на позицию. Шаги стали чуть жёстче, чем раньше. Он не смотрел ни на отца, ни по сторонам. Удар мяча. Он резко вёл его вперёд, корпус наклонился. Шаг. Ещё один. Прыжок — колени резко поджались, руки вытянулись. Попадание. Мяч ударился о сетку и упал вниз. Снова. Он не моргнул даже. Снова ведение, чуть резче, чем нужно. Второй. Третий. Четвёртый — тело уже двигалось почти автоматически. Но потом мяч неожиданно выскочил из дужки. Он замер на долю секунды, потом резко развернулся и пошёл за мячом. — Заново, — холодно сказал отец. Лёша сжал мяч так, что побелели пальцы. Плечи чуть дёрнулись, но он ничего не сказал. Только резко выдохнул и снова вернулся на линию.

***

Снаружи спортзала, в коридоре второго этажа, было тихо. Саша стоял у окна напротив кабинетов допзанятий и листал телефон. Экран то загорался, то тух, но он почти не смотрел в него. Он ждал Каю — у неё затянулся какой-то кружок по биологии, и она написала: «ещё минут десять». Из-за двери спортзала доносились удары мяча. Ритмичные. Жёсткие. Потом мужской голос. Резкий. Саша машинально поднял голову. Дверь была приоткрыта на пару сантиметров. Он сначала не собирался смотреть. Просто шагнул ближе к стене, как будто случайно. Но взгляд сам зацепился за щель. Внутри увидел Лёшу. Тот шёл на кольцо снова и снова, уже весь мокрый, красный, злой. Он вытирал лицо тыльной стороной ладони между попытками, но почти сразу снова вёл мяч вперёд. А рядом стоял мужчина постарше — широкоплечий, с тяжёлой осанкой — и говорил что-то таким тоном, будто не тренировка шла, а допрос. — Быстрее! — голос резко разорвал тишину. Лёша сделал рывок. — Ноги где?! — отец резко ткнул рукой вниз, будто указывая на пол. Лёша прыгнул. — Ты спишь на ходу! Лёша промахнулся. Мяч отлетел в сторону. Он даже не выругался. Просто резко развернулся, пробежал пару шагов, схватил мяч и сразу вернулся обратно. Саша нахмурился. Он никогда не видел Лёшу таким. Без привычной дерзости. Без ответных колкостей. Только злость, загнанная внутрь. Плечи напряжены, движения резкие, будто каждое действие через силу. — Ещё раз! — донеслось из зала. Саша стоял неподвижно ещё пару секунд. Потом медленно убрал телефон в карман, пальцы задержались на ткани куртки. По спине неприятно прошёл холодок. Теперь многое начинало выглядеть иначе. — Саш! — послышался голос Каи с лестницы. Он резко обернулся. Она спускалась к нему с папкой в руках, чуть ускоряя шаг, поправляя лямку сумки на плече. — Долго ждёшь? — Саша ещё секунду смотрел в сторону двери спортзала, потом перевёл взгляд на неё. — Нет. Только пришёл. Он оттолкнулся от подоконника, сделал шаг навстречу, но в голове всё ещё звучал чужой голос: «Если нет характера — скажи сразу.»

***

Кая сразу заметила, что он какой-то не такой. Обычно Саша встречал её спокойно, с лёгкой улыбкой. Сейчас же шёл рядом молча, руки в карманах, взгляд рассеянный, будто часть мыслей осталась где-то позади. Они вышли из здания школы — тяжёлая дверь хлопнула за спиной, и холодный воздух сразу ударил в лицо. Кая машинально подняла воротник куртки повыше, Саша даже не отреагировал. Она догнала его шаг и чуть заглянула сбоку: — Всё нормально? — спросила она, подстраиваясь под его темп. — Да. — Он ответил почти автоматически, не повернув головы. Шёл ровно, но чуть быстрее, чем обычно, будто хотел просто пройти дальше, не задерживаясь нигде. Кая нахмурилась, сунула руки в рукава куртки до конца и слегка пнула носком мокрый камешек на асфальте. — Ты всегда так отвечаешь, когда не да. Саша коротко усмехнулся, но это было больше выдохом, чем реакцией. Он на секунду поднял взгляд на дорогу впереди, потом снова опустил его. — У тебя допы как? — Спросил он, слегка повернув голову в её сторону. Кая фыркнула, чуть ускоряя шаг, чтобы не отставать: — Ужасно. — Она резко выдохнула, поправляя ремень сумки на плече. — Если мне ещё раз скажут, что митохондрия — энергетическая станция клетки, я начну убивать. Саша кивнул. Его взгляд скользнул по витрине магазина, потом по проезжающей мимо машине. Он явно слышал, но не цеплялся за слова. Кая это заметила. Она чуть замедлилась, а потом вообще остановилась, заставляя его сделать то же самое. — Слушай, — сказала она уже тише, скрестив руки на груди. — Ты сейчас вообще со мной или где-то отдельно? Саша остановился на полшага позже. Пауза между ними стала заметнее. Он сунул руки глубже в карманы, будто от холода или от привычки закрываться. — Я здесь, — ответил он. — Не похоже. — Кая чуть наклонила голову, внимательно смотря на него. Её взгляд стал серьёзнее. Саша провёл ладонью по лицу, задержался пальцами на переносице, на секунду прикрыв глаза, будто собирал мысли обратно в одну линию. Потом опустил руку и выдохнул через нос. — Лёшу видел. Кая не сразу отреагировала. Только чуть кивнула, как будто это объясняло больше, чем он сказал. — И что? — Она медленно пошла дальше, и он автоматически двинулся рядом. — Тренировался в зале. — Саша чуть качнул головой, глядя вперёд. — Ну да, — Кая пожала плечами, обходя лужу. — Он вроде постоянно там. — Не один. — На этот раз Кая посмотрела на него сразу. Саша не повернулся, но чувствовал это боковое внимание. — С отцом? — спросила она. Он кивнул. Пальцы в карманах сжались чуть сильнее. Он на секунду посмотрел вниз — на мокрый асфальт под ногами, потом снова вперёд. — Тот орал на него так, будто он враг народа. Он чуть замедлил шаг, будто сам вспомнил звук. Потом резко пнул маленький камень — тот отскочил к бордюру и остановился в луже. Кая не перебивала. Только шла рядом тише обычного, подстраиваясь под его темп. Мимо проехала машина, обдав их холодной водой с дороги. Саша автоматически сделал шаг ближе к обочине, слегка закрывая её собой, даже не замечая этого. Кая заметила, но ничего не сказала. Просто посмотрела на него чуть внимательнее. — Ты знала, что у него так? — Спросил он после паузы, не глядя на неё. — Ну… У него дома всегда какая-то жесть. Но никто особо не лезет и сам он почти никому не рассказывает, только близким. — Кая поправила волосы, выбившиеся из-под капюшона, и чуть пожала плечами. Саша медленно кивнул. Они прошли ещё несколько шагов в тишине. Где-то впереди загорелся зелёный светофор, и люди начали переходить дорогу. Под ногами зашуршала мокрая листва. Ветер стал чуть сильнее, и он машинально поднял воротник куртки выше. — Поэтому он такой? — Спросил он тише, как будто не для неё. — Какой? — Кая повернула голову к нему. Саша чуть дёрнул плечом, не сразу подбирая слово: — Колючий. Она задумалась прямо на ходу, чуть сбавив шаг. Потом кивнула: — Наверное. — Они дошли до середины перехода. Машины стояли, свет мигал зелёным. — Но это не оправдание всему, — добавила она спокойнее. Саша кивнул. Не споря. Не соглашаясь до конца. Просто принимая. И пока они шли дальше, он поймал себя на странном ощущении: как будто он впервые увидел в Лёше не только его бесячий характер. И это почему-то не упростило ничего.

***

В это же время в зале Лёша стоял, упершись ладонями в колени, и пытался восстановить дыхание. Отец прохаживался рядом, как тренер, которому всё мало. — Всё? Сдулся? — Я сказал пять минут. — Лёша поднял голову. — Ты ничего не сказал. — Значит сейчас говорю. — Характер показывать умеешь только языком. — Отец хмыкнул. — Заебал уже. — Лёша резко выпрямился. Тишина ударила громче мяча. Отец медленно повернулся к нему. — Повтори. — Заебал. — Лёша смотрел прямо. — Я сюда тренироваться пришёл, а не слушать тебя. Несколько секунд казалось, что сейчас рванёт. Но отец только подошёл ближе и тихо сказал: — Вот из-за этой тупой гордости ты и останешься никем. Это попало точнее любого удара. Лёша на секунду даже не двинулся. Просто стоял, чувствуя, как внутри что-то резко сжалось и стало горячим. Он медленно моргнул, будто пытаясь сбросить это ощущение, но не получилось. Он отвернулся, резко, почти дёрнув шеей, будто от этого можно было отрезать чужие слова. Подошёл к мячу, который лежал у разметки, и с силой подхватил его пальцами. Пальцы сжались так, что кожа на костяшках побелела. Он бросил. Мяч ударился о щит с глухим звуком, отскочил и срикошетил в кольцо — чисто, почти идеально. Но Лёша даже не смотрел, попал или нет. Уже разворачивался обратно. Ещё один шаг — и он снова ловит мяч. Бросок. Снова попадание. Ещё один. И ещё. Движения стали резче, почти механическими. Ноги сами подстраивались под ритм, дыхание сбивалось, но он не останавливался. Плечи начали гореть от напряжения, в висках стучало. Пот стекал по лбу, но он даже не вытирал его. Каждый бросок звучал как короткий удар по воздуху — и каждый раз внутри будто чуть отпускало, но тут же снова сжималось. Отец не уходил. Он просто стоял в стороне, наблюдал, скрестив руки. Не вмешивался. И это бесило ещё сильнее. Лёша взял мяч, задержал его в руках на секунду дольше обычного. Пальцы дрожали от нагрузки. Он резко выдохнул через нос и снова бросил — сильнее, чем до этого. Мяч ударился о кольцо и вылетел наружу. — Да блядь… — Вырвалось у него сквозь зубы. Он сорвался с места, резко, почти злостно, подобрал мяч и с размаха ударил его об пол. Гул прокатился по залу. Секунда тишины. Он тяжело дышал, согнувшись, упираясь руками в колени. Сердце било в грудь так, будто пыталось вырваться наружу. Пальцы дрожали. Отец наконец сделал шаг ближе. — Вот это хоть похоже на работу. Лёша медленно поднял голову. Глаза у него были злые, уставшие, пустые одновременно. — Это не работа, — Тихо сказал он. — Это чтобы не слышать тебя. Он выпрямился и снова поднял мяч. И снова бросок. На этот раз он даже не посмотрел, куда летит.

***

Позже он вышел из школы один. На улице уже почти стемнело. Воздух был холодный, влажный, после дневного дождя асфальт блестел под фонарями. Лёша спустился по ступеням, на ходу натягивая молнию куртки до подбородка, и резко остановился, будто что-то его дернуло. У ворот стоял Саша. Один. Без Каи. Просто стоял, засунув руки в карманы, чуть опершись на одну ногу, будто ждал кого-то не торопясь. И смотрел прямо на него. Лёша нахмурился, на секунду задержался, потом всё-таки пошёл дальше, но уже медленнее, чем хотел. — Ты чё тут? — Да так. — Саша пожал плечами, слегка выпрямляясь от ворот. — Очень содержательно. — Саша перевёл взгляд ниже, на его сбитые костяшки, покрасневшее лицо, влажные после тренировки волосы. Несколько секунд он просто смотрел, не комментируя. — Долго гонял себя? — Тебе не похуй? — Лёша машинально сжал и разжал пальцы, как будто проверяя, слушаются ли они. — Не знаю. — Саша спокойно поднял глаза обратно. — Наверное, нет. Лёша на секунду застыл. Это простое «наверное, нет» почему-то выбило сильнее, чем любой наезд. Он чуть дернул плечом, как будто сбрасывая с себя это ощущение, и обошёл его, направляясь к воротам. — Че стоишь? Саша не сразу двинулся — задержался на полсекунды, потом тихо оттолкнулся от ворот и пошёл рядом. Его шаг был ровный, спокойный, без спешки. Несколько шагов они шли в тишине. Лёша пинал мелкие камешки носком кроссовка, каждый раз чуть сильнее, чем нужно. Асфальт после дождя пружинил под подошвами. Где-то за спиной хлопнула дверь школы, кто-то громко засмеялся. Лёша чувствовал его рядом слишком отчётливо. Это раздражало. — Тебе дома заняться нечем? — бросил он, не поворачивая головы. — Есть чем. — Саша засунул руки глубже в карманы, чуть наклонил голову. — Тогда почему ты тут? — Потому что захотел. — Саша пожал плечами. — Ебнутый. — Лёша хмыкнул, коротко, без радости. — Возможно. Лёша усмехнулся краем рта, сам не заметив этого. Провёл ладонью по лицу, будто стирая усталость. Шли дальше. Проезжая машина обдала их мокрым воздухом. Лёша чуть отступил к обочине, автоматически, и снова ускорил шаг, будто хотел перегнать собственные мысли. — Ты видел? — спросил он вдруг. — Что именно? — Саша повернул голову, не останавливаясь. — В зале. — Пауза не была долгой, но Лёше хватило, чтобы напрячься. — Да. — Заебись. — Он коротко цокнул языком. — Почему «заебись»? — Потому что очень люблю, когда на меня смотрят в моменты унижения. — Саша чуть нахмурился, замедлив шаг на долю секунды, но не отстал. — Это не было унижением. — Лёша дернул плечом, ускоряя шаг ещё сильнее, так что Саша вынужден был чуть догнать. — Конечно. — Он усмехнулся. — Со стороны всегда проще назвать. — Я не называл. Я сказал, что видел. — И что понял? Давай. Ты же любишь анализировать. — Лёша резко повернул голову к нему, но не остановился, продолжая идти. Саша не отвёл взгляд. — Что тебе тяжело. — Охуенно глубоко. — Лёша на секунду сбился с шага. — И что ты привык делать вид, будто всё нормально. — Ты опять за своё. В психологи подался? Пусть эта роль за Фрамой останется, ладно?  — Но это же правда? — Саша слегка пожал плечами. Лёша резко остановился. Саша сделал ещё шаг вперёд по инерции и тоже остановился, разворачиваясь к нему. Они оказались друг напротив друга посреди пустой улицы. Свет фонаря падал между ними тонкой полосой. Лёша сжал челюсть, пальцы в карманах куртки напряглись. — Слушай сюда. — Он сделал шаг ближе. — Не строй из себя человека, который меня читает. Ты нихуя обо мне не знаешь. — Тогда расскажи. — Саша не отступил. Просто чуть поднял подбородок, внимательно глядя на него. Фраза прозвучала спокойно, почти ровно. И именно это выбило его больше всего. — Что? — Лёша моргнул, будто не сразу понял, что услышал. — Расскажи, если я не знаю. Секунда тишины растянулась. Где-то рядом проехала машина, оставив после себя шум и мокрый след на дороге. Лёша отвёл взгляд в сторону, на мокрый асфальт, на свет фонаря, на свои кроссовки. — Иди нахуй. — И резко пошёл вперёд, обойдя Сашу плечом. Саша не сразу двинулся. Потом спокойно пошёл следом, не ускоряясь. — Это не ответ. — Это единственны ответ, который получишь. — Почему ты всегда защищаешься, когда тебя никто не атакует? — Потому что некоторые заёбывают вопросами. — Лёша на ходу резко выдохнул, сжимая зубы сильнее. — А некоторые заёбывают тем, что им больно, а они кусаются и злятся на всех подряд. — Тебе реально жить скучно? — Лёша снова резко остановился, повернулся. — Иногда. — Тогда найди хобби. — Уже нашёл. — Саша чуть усмехнулся, но без насмешки. — Какое? — Тебя. — Саша посмотрел на него дольше обычного, будто проверяя, скажет ли он это вообще. Лёша застыл. Пальцы в карманах сжались так, что ногти впились в ладони. — Ты больной, — сказал он тише, чем хотел. — Не исключено. Лёша резко отвернулся, будто это всё стало слишком плотным, и пошёл быстрее. Сердце билось сильнее обычного, и это злило ещё больше, чем разговор. Саша снова пошёл рядом, легко догоняя его шаг. — Ты всегда такой странный? — Нет. Только рядом с тобой. — Заткнись. — Уже. Несколько минут они шли молча. Лёша смотрел строго вперёд, будто там было что-то важное, чего на самом деле не было. Потом, не глядя, бросил: — Тебя отец не заёбывает? — Саша чуть повернул голову, оценивая вопрос, потом ответил ровно: — Нет.  — Повезло. — Лёша коротко кивнул, будто это ничего не значило. — А твой — часто? — Забей. — Лёша сжал челюсть сильнее, на секунду замолчал. — Это значит «да»? — Это значит заткнись, пока я тебе не врезал. — Понял. — Голос Саши был спокойный, без давления. Это раздражало и одновременно сбивало напряжение. Они дошли до перекрёстка. Фонари отражались в лужах, машины проезжали редко, оставляя мокрые полосы света. — Мне сюда, — сказал Лёша. — Знаю. — С чего бы? — Лёша усмехнулся без радости. — Уже второй раз провожаю. — Самоуверенный, что пиздец. — Лёша закатил глаза. Саша чуть кивнул, как будто это было не оскорбление, а просто факт. — Пока, Лёш. — Лёша уже развернулся, но остановился на полшага, будто что-то дёрнуло. — Парадеев. — Саша обернулся. Лёша стоял, не глядя прямо на него. — То, что ты видел… В зале. — И? — Никому не рассказывай. — Не буду. — Саша смотрел спокойно, без вопросов и давления. Лёша кивнул коротко, будто это вообще не имело значения. И ушёл. Но внутри, странным образом, стало чуть легче.

***

Лёша поднялся домой медленно. Лестница казалась длиннее обычного, ноги после тренировки были тяжёлыми, как свинец. В подъезде пахло сыростью и чем-то жареным с первого этажа. Лампочка над площадкой мигала. Он вставил ключ не с первого раза, пальцы слегка дрожали. Замок щёлкнул громко. Дома было тихо. Слишком. Лёша на секунду замер в коридоре, прислушался. Мать была на кухне — слышался слабый звон посуды и вода. Значит отец либо в комнате, либо специально не выходит. Он скинул кроссовки, не развязывая до конца, и пошёл в свою комнату, задевая плечом косяк. — Пришёл? — крикнула мать. — Угу. — Есть будешь? — Потом. Он закрыл дверь. Комната встретила беспорядком, как всегда. Рюкзак на полу, одежда на стуле, телефон где-то среди всего этого. Лёша сел на кровать, потом медленно лёг, не снимая куртку. Потолок был обычный. Белый. Пустой. Но в голове почему-то снова стоял фонарь у подъезда. И Саша. — Клоун… — тихо сказал Лёша. И сам не понял, про кого именно. Он перевернулся на бок, уткнулся лицом в подушку. Но мысли не отступили.

***

Саша ушёл только когда убедился, что Лёша дошел до подъезда. Сам от себя он этого поступка объяснить не мог. Стоять около чужого дома несколько минут — странно даже для него. Но уйти сразу почему-то тоже не хотелось. Когда свет включился, внутри стало спокойнее. Он развернулся и пошёл домой. Холодный воздух освежал голову. На улице почти никого не было. Под ногами шуршал песок и мелкий мусор. Телефон завибрировал. Кая. Он посмотрел на экран. Kae4ka: Дошёл? Саша несколько секунд смотрел на сообщение. Потом написал: Paradeev1ch: Дошёл Кae4ka: Ты сегодня странный Он усмехнулся. Paradeev1ch: бывает Ответ пришёл почти сразу. Kae4ka: Это из-за Лёши? Саша остановился посреди тротуара. Сердце неприятно дёрнулось. Он перечитал сообщение ещё раз. Потом заблокировал телефон, ничего не ответив.