Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

"..." "..." После того, как Панчай закончил говорить, всё стихло и только две пары глаз молча смотрели друг на друга, Фавин не мог ответить, а только слабо улыбнулся, но не с насмешкой, не с сочувствующей улыбкой или ухмылкой. А лишь... устало рассмеялся. -Что? Ты не должен лгать мне вот так. -Я не вру. – громко возразил телохранитель. -Но я в это не верю. - только и ответил Вин слабым голосом, сделав шаг назад. Он медленно качнул взад и вперед свое красивое, но бледное лицо, и встретил пару пронзительных глаз. -Так что же мне нужно сделать, молодой господин, чтобы ты поверил в это? Пронзительные глаза Панчая смотрели решительно, а в словах не было и намека на шутку. Однако Фавин, переживший многое за один день, лишь слегка приоткрыл рот. Он знал, что его губы дрожали, поэтому снова сомкнул их, тяжело сглотнул и изо всех сил старался не хмуриться. В какой-то момент Панчай схватил его за локоть и сильно сжал. Сейчас он нуждался в ободрении и поддержке, но, похоже, придется ещё немного потерпеть. Наконец Вин снова произнёс: -Ты неправильно понял, Чай. Панчай нахмурился, как будто ответ был не тем, что он хотел услышать и перестал преследовать Вина, но его пронзительные глаза отчаянно смотрели на удалявшегося от него хозяина. Но на этот раз Фавин этого не видел, или, лучше сказать… он не хотел ничего видеть, что могло бы снова зажечь надежду. -Как ты себя чувствуешь? Юная модель изо всех сил смотрел в эти пронзительные глаза. -Что не так с моими чувствами? - слабым голосом проговорил Вин то, что было у него на уме, смотря собеседнику в глаза, медленно и отчетливо произнеся слова, заставившие его сердце закричать, - Завидовать — это не то же самое, что нервничать из-за того, что у тебя есть. Щёлк... Телохранитель сделал паузу, но Вин не остановился, чтобы дать ему возможность возразить. Потому что, если бы он это сделал, то у него не осталось бы сил продолжить и закончить предложение: - Я понимаю. Я человек, который не любит делиться вещами. Сначала я переспал с тобой, и сказал, что хочу, чтобы ты расстался со всеми своими партнерами по постели, поэтому понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Потом я сказал, что ты грязный и я должен быть грязным в твоих глазах, если обслуживаю других людей своим ртом. Я не удивлен, что ты злишься и ведешь себя так. Забудь об этом, я простил тебя. Я понимаю, что это это... всё от нервов. Просто ты тоже собственник. Вин воздерживался от того, чтобы высказать всё, хотя его сердце кричало. Он ругал себя за то, что заслужил это, зная, что его жизнь и этот мужчина никогда не пересекутся в один прекрасный день, но он всё равно упорно продолжал причинять себе боль, поскольку считал, что заслужил получить столько боли. Всё в порядке, Вин. Это всего лишь небольшая боль, ты не умрёшь. -Я не нервничаю из-за своих вещей! В этот момент Панчай, который всегда был спокоен, схватил его белую руку и, когда Вин не успел среагировать, потянул его к себе. Юная модель услышал низкий, хриплый и опасный голос человека, который едва мог контролировать свои эмоции. -Ты сам сказал мне, что я всего лишь вещь. Вин поднял глаза и посмотрел в глаза тому, кто сказал эти слова. Его взгляд заставил Панчая замереть. «Не беспокойтесь о чужих вещах.» В этот момент и Панчай, и Фавин вспомнили, как Чай кричал на Тай Ланга. Никто не отвел взгляда, и это также заставило Вина увидеть в глазах Панчая вину, которую тот больше не хотел скрывать. -Ты сам сказал это... в тот день... но сегодня ты сказал нет... Вин вырвал руку из хватки противника и на этот раз он легко вытащил её. Потому что у Панчая не хватило мужества продолжать держать его. -Ещё… — глаза Фавина забегали и он, понизив голос, спросил, - В твоих глазах я даже не имею права быть собственностью? -Нет, Кхун Вин! - сказал серьезно Чай и его глаза стали ещё более серьезными. -Кхун Вин важнее для меня, чем ты думаешь. Потому что я очень тесно связан с Кином, не так ли? Вин хотел было спросить, но вопрос застрял у него в горле, потому что сейчас у него не было сил навредить себе. Его неестественно бледное лицо вздрогнуло, и он тихо пробормотал: -Я устал, и у меня нет сил сейчас с тобой спорить. -Что мне нужно сделать, чтобы Кхун Вин поверил мне! Однако телохранитель, который недавно не подчинился приказу, все же поспешил заговорить и заблокировал дверь рукой, чтобы помешать своему хозяину сбежать обратно в комнату. На этот вопрос Фавин медленно покачал головой и сказал то, от чего мужчина задрожал, и его прочная стена дала трещину. -Я прошу тебя. "..." Мало того, что голос Вина был настолько измотан, что был еле слышен, но его сгорбленное тело, умоляющие глаза и лицо, выглядели так, будто он вот-вот упадет в обморок, — всё это заставило Панчая, который хотел всё объяснить, медленно закрыть глаза, глубоко вдохнуть, а потом... он опустил руку от двери. -Я понимаю. Телохранитель сделал шаг назад и вышел. Со страдальческой улыбкой на лице Вин медленно закрыл дверь. Когда дверь закрылась, Панчай упёрся в нее кулаками и прижался лицом. -Что я должен сделать, чтобы ты поверил, что молодой мастер для меня важнее всего. — хрипло спросил Чай со слабостью, которую никто никогда не видел в его глазах… та его часть, которую он скрывал почти десять лет, действительно вырвалась наружу. В то же время Фавин, который был в комнате, тоже опёрся о дверь комнаты и прошептал почти неслышным шёпотом: -Люби меня, ты просто должен любить меня… просто люби меня. После этого хрустальные слёзы медленно покатились вниз по его щекам. Прямо сейчас их разделяла только дверь, просто деревянная доска, но их чувства... нельзя было передать друг другу. *** На следующее утро Фавин, что неудивительно, проснулся, ощущая себя больным. Проворочавшись в постели полночи, он заснул, когда уже рассвело. К счастью, время выезжать из отеля было на несколько часов позже, а сегодняшний рабочий график не требовал длинных переездов на машине, и он смог бы вернуться в этот отель, чтобы отдохнуть сегодня вечером, так что не было необходимости собирать чемоданы и немедленно уезжать. Вин знал, что ему нужно отдохнуть и немного поспать. Не нужно было смотреть в зеркало, он и так знал, что выглядел настолько подавленным, что люди будут жаловаться на него, но Вину не хотелось обращать внимание на свой внешний вид. Когда-то подросток-модель думал, что все было достаточно плохо в его семнадцать лет, но сейчас всё было ещё хуже, чем раньше. Вин чувствовал себя растерянным, подавленным и грустным, и он не мог найти правильный выход. -Не время быть слабым, Вин. Вставай. Наконец из его горла вырвался хриплый голос, как у больного. Уголки его рта слегка дернулись. К счастью, ему не нужно было говорить для этой работы. Вин задумчиво встал с кровати, слегка нахмурившись от боли в спине, но он предпочёл проигнорировать её, прошёл в ванную и остановился перед зеркалом. Когда он в последний раз был таким подавленным? Ответ... в первый раз. Фавин вытянул шею и приблизил лицо к поверхности зеркала, глядя на мужчину с растрепанными волосами… мужчину, который когда-то был очень сексуален в глазах окружающих, но теперь он выглядел очень усталым, а его лицо было бледным, как бумага. Он всю ночь проплакал и его глаза опухли, кожа стала грубой от недостатка отдыха, и, более того, Вин ничего не ел со вчерашнего полудня. Он попытался изобразить улыбку уголком рта, но не смог этого сделать. Его когда-то гордый вид, уверенная улыбка - всё исчезло из-за этого мужчины. Теперь Фавин задавался вопросом – какова была цель его упорного труда на протяжении стольких лет? Да, Вин изо всех сил старался показать Панчаю, что он уже не тот наивный и незрелый парень из прошлого. Теперь он был таким же способным, смелым и опытным человеком, к которому приставали другие мужчины. Он хотел доказать Чаю, что уже не ребёнок - он эффектен, привлекателен и достоин рук, которых всегда хотел. Однако его усилия оказались напрасными. -Не говори, что это просто объятия… боюсь, я даже не хочу видеть его лицо. Фавин почувствовал, как у него горят глаза, поэтому ему пришлось опустить голову, зачерпнуть воды и плеснуть её себе в лицо. Но как только он закрыл глаза, ему в голову пришли слова и внешний вид, заставившие Вина энергично умыться, совершенно не заботясь о том, что его одежда на груди вся вымокла. Он действительно не мог доверять этому человеку. В конце концов, всё, что мог сделать Фавин - это зайти в душ, включить холодную воду и дать ей стекать ему на голову, потом он поднял руки, закрыл лицо и повторил тихим голосом: -Твоя ценность только в том, что ты младший брат Кина. Теперь он был слишком несчастен, чтобы поверить сладким словам человека по имени Панчай. Когда Вин вышел из ванной, всё его тело было мокрым и дрожало от холодной воды, и он тут же напомнил себе, что не может заболеть прямо сейчас. Однако, несмотря на попытки переодеться и нанести макияж, чтобы скрыть усталость на лице, Фавину всё ещё казалось, что он выглядел не намного лучше, скорее наоборот, и он не удивился бы, если бы Тай Ланг решил сменить модель на полпути. Забудь об этом, проект Пак Чон Су уже потерян, даже если люди скажут, что меня выгнали из проекта Тай Ланга, результат будет тот же. Скрип. Мысли в голове Вина мгновенно остановились, когда он открыл дверь и увидел сложенное одеяло перед дверью. Глазами он просканировал весь коридор, однако не увидел никого, кроме семьи в конце зала. Кто будет сидеть и ждать до утра, Вин... Фавин наклонился и поднял одеяло, не в силах сопротивляться тому, чтобы не обхватить его руками. Почувствовав знакомый запах парфюма, донесшийся до его ноздрей, он не мог не обнять его ещё крепче. -Так красиво. Фавин был немного удивлен и обернулся на прозвучавший ясный голос, чтобы посмотреть на говорящего. Там он увидел маленькую девочку, которая шла со своей семьей. Люди, похожие на её родителей, уже подошли к лифту, а девочка всё ещё стояла рядом с ним, невинно глядя вверх и широко улыбалась. Вин присел на корточки, и они оба оказались на одном уровне. -Пи хорошо выглядит, краб*? (П/П:* Краб – приставка вежливого обращения для мужчин. Оставила как есть, поскольку дальше в этом кроется смысл. Прим. Ив) -Почему Пи говорит краб? Девочки должны говорить «каа.» Детей учили взрослые. Вин посмотрел на себя. Он был уверен, что его внешность была не столько красивой, сколько милой, но это не вводило в заблуждение, не говоря уже о том, что он не накрасился для фото. Но юноша не хотел опровергать, он только улыбался. Маленькая девочка продолжила: -Пи выглядит очень несчастной. На этот раз у Фавина не было слов, чтобы защитить себя, так как он сейчас был очень несчастен, что даже маленькая девочка, которой не было и пяти лет, чувствовала это. -Хорошо, Пи… не расстраивайся. -О, почему ты беспокоишь Пи, иди сюда скорей, малышка. – в этот момент её окликнула мать, поэтому маленькая девочка сразу согласилась и побежала к ней, но она всё равно обернулась и помахала ему, а потом вся семья исчезла в лифте. Фавин печально посмотрел им вслед, а затем поднял руку, чтобы коснуться своего лица. Тай Ланг определенно отругает меня за такое лицо. Однако лучше занять себя работой, чем слишком много думать о вещах, на которые никогда не будет ответа, хотя сейчас я разучился улыбаться перед камерой. Если маленькая девочка смогла определить, что человек, умеющий подавлять эмоции, как Фавин, грустил, то как взрослые могли об этом не знать? Поэтому, когда Вин появился в ресторане, то сотрудники (в основном женщины), увидевшие его грустные глаза, тут же обратили на него всё внимание. Во взгляде у всех было полно сомнений, но они решили просто промолчать. Некоторые просто бросали взволнованные взгляды, заставляющие Фавина понять, что его лицо должно быть было настолько уродливым, что невозможно было описать словами. -Кхун Вин! Что случилось? – удивлённо спросила Нок, первой подойдя к нему. Она с любопытством смотрела в его красные и опухшие глаза. -Ничего. Может быть, это аллергия на воду в водопаде, слезы продолжали идти всю ночь. Вин изо всех сил пыталась улыбнуться менеджеру, которая всё ещё смотрела на его лицо. Однако на этот раз Нок не кивала головой как обычно, а прямо спросила: — Из-за Кхун Чая? "..." Фавин, услышав это, поджал губы, хотя знал, что не должен этого делать, потому что это было совершенно необоснованное признание. -Просто скажи. — пробормотала женщина, долго не решаясь что-либо сказать, но потом отважилась продолжить, - Утром сотрудники отеля связались со мной и сообщили, что… э… наш персонал создает проблемы для других гостей. Вин в замешательстве нахмурился, так как сразу понял, что речь шла о том, кого он знал. И Нок не заставила его долго сомневаться: -Гости отеля сообщили о подозрительном мужчине, сидящем перед номером 6XX, поэтому они позвонили и сообщили об этом персоналу внизу. Но по прибытии утром я получила сообщение о том, что сидящий мужчина, ммм, был... ... Нок не стала продолжать, словно знала, о ком должен подумать Вин. -Прошлой ночью я слышала, что стафф искал Кхун Чая, но я не знала, где он спал, поэтому подумала, что могут возникнуть проблемы с Кхун Вином. Голос менеджера становился всё мягче и мягче. Похоже, она не хотела, чтобы он подумал о чём-то не том. -Извини, это моя вина. Он не сказал, что посчитал впускать этого человека в комнату неправильным. Однако перед тем, как модель собрался уходить, Нок, как бы между прочим, хотела ясно и открыто объяснить суть дела: -На самом деле я нашла комнату для Кхун Чая. -Хм? - Да. Я хотела спросить Кхун Вина вчера. Сотрудники отеля связались со мной и сказали, что есть свободные номера. Поскольку я не получила ответа от вас, то пошла спросить Кхун Чая. Но Кхун Чай отказался и сказал... - Нок запнулась, сузила глаза, а её щеки слегка покраснели.- Кхун Чай сказал: «Где бы мой хозяин ни попросил меня поспать, я буду спать там без колебаний. Даже если Кхун Вин попросит меня спать на дороге перед отелем». Он также сказал, что не хочет оставлять Кхун Вина. Не только то, что он сказал, заставило Нок смутиться, но и нежный тон и выражение глаз Панчая, когда он упомянул хозяина, из-за чего ей захотелось рассказать об этом Вину самой. Что, на самом деле? Однако Фавин, услышавший об этом, задал себе всего два вопорса. Этот человек носил маску всю свою жизнь, могу ли я действительно поверить, что это истинное лицо Панчая? Вин не тот человек, который смотрел на мир негативно, но порой жестокий мир учил его видеть и настоящую сторону мира. -Спасибо, что сказала мне. В любом случае, если есть ещё комната, Кхун Нок, пожалуйста, помоги получить её и я сам заплачу за эту часть позже. – произнёс Вин. Человек, который должен был смягчить свое сердце, просто сказал это. Нок ушла с удивленным видом, поскольку это заставило ее задуматься, улучшила она ситуацию или ухудшила, сказав это. Ситуация Вина также походила на то, как если бы он бросил тигра у парадной двери и столкнулся с волком у задней двери. - Вин, мне есть о чем с тобой поговорить. Тай Ланг подошёл с серьезным выражением лица, но Вин мог только ответить, что... -Ладно, мне тоже есть, что с тобой уладить. В отеле был очень известный красивый сад, который проходил вдоль склона горы. Сейчас все виды цветов были в полном расцвете – это позволяло чувствовать себя обновленным. Однако таких чувств у двух красавцев, стоявших лицом друг к другу, не было. Вин пристально смотрел на своего работодателя, его грудь вздымалась неравномерно, в то время как Тай Ланг смотрел на него непроницаемыми глазами. -Я не хочу больше иметь с тобой ничего общего. - Фавин не хотел тратить время на хождение вокруг да около. -Даже если я заставлю Пак Чон Су отказаться от работы с тобой? -Да, сколько бы ты меня ни заставлял, это бесполезно. Дело не в том, что Вин только что решил это сделать, а в том, что он уже давно об этом думал и со вчерашнего дня только укрепил свою решимость. Они молча смотрели друг на друга, а затем полукровка поднял руку, чтобы погладить его по лицу. -Такой человек, как ты готов упустить такую возможность? Вин, готов ли такой, как ты, потерять работу с Пак Чон Су? Фавин не ответил, а просто смотрел неподвижно на шепчущего фотографа, пока Тай Ланг не поднял голову и не встретился с ним взглядом. -Ты знаешь это. Я могу быть одержим твоим обаянием перед камерой, но я также одержим твоей уверенностью вне работы. Я считал тебя сокровищем, красивой дивой, которая никому не принадлежит, как неукротимая дикая лошадь и никто не может её победить. Но, оказывается, я всё время думал неправильно. Кто-то смог её победить, или вернее, она уже давно побеждена, верно? Тай Ланг быстро закончил говорить на одном дыхании, как будто он приготовил речь со вчерашнего дня. В его словах сквозили смущение и депрессия. И это заставило Вина отвернуться и сжать сильнее кулаки у себя на груди. - Я никогда не был таким, Тай Ланг. - Я уже знаю, со вчерашнего дня, когда ты плакал и говорил, что не можешь! Голос фотографа стал громче, а затем он энергично потер голову, всё ещё не сводя взгляда с хрупкого человека перед собой. Он хотел сделать снимок и сохранить его. Да, но Вин был слишком хрупок, чтобы сделать это. В этот момент Тай Ланг уже знал, что полностью проиграл. Больше не было вопросов, почему другой мог быть с ним, а он не мог, потому что никто не мог иметь Фавина рядом с собой, единственный человек, который мог быть с этим гордым, красивым человеком, - это тот ублюдок, которого Тай Ланг больше всего ненавидел! Фотограф не был уверен, как долго они вместе, но Вину должно быть было достаточно, чтобы плакать и умолять перестать причинять ему боль… -Ты любишь этого парня, не так ли? Фавин болезненно закусил губу, но не ответил на вопрос, а повторил ещё раз: -Извини, но я больше не буду с тобой спать. Ты можешь выкинуть меня из этого проекта или из всех других проектов. Но я… не могу. Это не имело отношения к любви, но он должен был понять то, что Вин больше не хотел предавать своё сердце. Его тело тоже не хотело, чтобы кто-то его использовал. -Иди к черту, Вин! Ты думаешь, я такой плохой! – воскликнул Тай Ланг и отвел взгляд с блестящими глазами, а затем снова потер голову. -Хорошо, я плохой, угрожаю тебе вот так. Но ты думаешь, я действительно собираюсь это сделать? В то время я был зол, я не мог с тобой справиться. Но если это Панчай… Тай Ланг признал, что он с самого начала не собирался делать то, чем ему угрожал. Когда он услышал, что Вин готовится закончить работу над проектом Пак Чон Су и, казалось, был очень рад вернуться в Таиланд, он чувствовал себя плохо, поэтому использовал это, чтобы договориться с ним. Неожиданно и невероятно, но он увидел слёзы человека перед собой. -Значит, ты не собираешься убирать меня из того проекта? -Не буду. -А как насчет этого проекта? На этот раз глаза Тай Ланга расширились. -Невозможно! Я с самого начала проекта хотел, чтобы ты участвовал, и я никогда не позволю тебе сдаться! - тихо закричал парень-полукровка, но его нетерпение осталось прежним. Поэтому, услышав следующую фразу, Фавин успокоился. -Спасибо. -Забудь об этом, я сдаюсь. Когда твоё сердце больше не принадлежит тебе, что я могу получить, заставляя тебя. Ты не хочешь спать со мной. Фотограф махал руками взад-вперед, но все же можно было ясно видеть, как его уши краснеют от слов, которых он никогда раньше не слышал. - Спасибо, мистер Инь. Тай Ланг почти хотел выругаться и попросить Фавина использовать его первоначальное прозвище, но, увидев явное облегчение в глазах модели, он смог только вздохнуть. Поскольку Вин говорит об этом, называя меня по имени, то... пусть так и будет, останемся коллегами, вот и всё. -Ты иди и отдохни. Я сегодня не снимаю. Кроме того, ты попал под дождь, потом водопад и минивэн. Ты больше не выдержишь. Голос фотографа был немного грустным, но для лучшего результата съёмки нужно было дать Вину отдохнуть. Однако эти слова заставили модель округлить глаза. - Ты знаешь?! Тай Ланг недовольно вздохнул: -Минивэн так раскачивался, а я не знаю? Думаешь, почему никто не пришел? Потому что шёл дождь? Нет! Это потому, что я позвонил и попросил всех подождать, пока дождь не прекратится. - Тай Ланг просто сказал это, а затем снова похлопал его по плечу, - Мы будем работать, но как работодатель, я хочу напомнить тебе, чтобы ты не развлекался в коммерческом транспортном средстве, даже если не знаешь, куда девать свою задницу. Если и было что-то, что сегодня могло рассмешить Вина – это было именно то. И снова Фавин был глубоко тронут и сказал: -Спасибо. Они закрыли вопрос. Только когда Вин зашел в отель, Тай Ланг тяжело вздохнул. -Очень трудно быть хорошим человеком... Но слезы Вина оказали на него слишком большое влияние, лишив возможности продолжать быть плохим парнем. Потому что его улыбка была намного красивее, чем хрустальные слёзы. Минуту назад Фавин ободряюще улыбнулся, но сейчас его улыбка бесследно исчезла, потому что пришлось столкнуться со своим телохранителем. Снова… Панчай выглядел очень усталым, вероятно потому, что он не брил бороду несколько дней, его волосы не были уложены, как раньше, а были растрёпаны, закрывая небольшую часть лица. Повседневная одежда тоже была мятая. Область под глазами была ещё темнее - как у человека, который не спал всю ночь, и всё это вызывало у Вина чувство сожаления. Осторожно... Когда Вин увидел лицо телохранителя, он забеспокоился о том, где этот человек спал прошлой ночью. Но даже из-за этого он всё равно не позволил бы ему зайти и спать в своей комнате. Он не хотел, чтобы Чай увидел, как он плакал. -Кхун Вин. Когда Панчай увидел его, то подошел. Вин не мог сдержаться, чтобы не отступить. -Я знаю, что сегодня нет съемочной работы. Кхун Вин, вы пойдете наверх и отдохнёте? Я пришлю еду в номер. И если моя просьба не будет слишком ... - Чай сделал паузу и продолжил,- ... Могу я поговорить с Кхун Вином? Внезапно, когда Вин уже собирался повернуться и бежать как можно дальше, он остановился, пытаясь отпустить многие мысли, которые крутились в его голове, и, к сожалению, все они были плохие. Ты не можешь всегда убегать, Вин. Поэтому он решил: -Что... - Вин!!!! Но прежде чем он успел договорить, сзади раздались возбужденные крики. Фавин повернулся и посмотрел с удивлением, его красивые острые глаза сузились, потому что сначала он решил, что не знает эту милую улыбчивую девушку, которая полубежала к нему. У миловидной девушки было лицо, похожее на овальное яйцо, большие круглые глаза, тонкие брови, как ленточки, нос с милыми ромбовидными губами и кожа, прекрасная, как первый снег. Она была миниатюрная, но с прекрасной фигурой под костюмом цвета слоновой кости. Туфли на шпильках также делали девушку весьма обворожительной. Её красивые иссиня-черные волосы были собраны в хвост - это должно было выглядеть достойно, но вместо этого подчеркивало достоинства женской внешности. Поначалу подбежавшая девушка не произвела на Вина никакого впечатления, но в следующий момент: -Нан... это ты? – неуверенно спросил он, поскольку фотографии симпатичной маленькой девочки в школьной форме с заплетенными волосами, которые он видел раньше, перекликались с внешностью этой девушки. Услышав это, она быстро подошла и радостно схватила Вина за руку: -Ты помнишь меня! Эмоции в ее глазах были настолько очевидны, что Панчай мог только оставаться стоять неподвижно.