Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

—Кхун Вин, ты уверен, что стоит ему позволить полететь эконом-классом? – спросила Кхун Нок. —Я в этом уверен, он изъявил желание полететь со мной. Чистое голубое небо было усеяно белыми облаками, что представляло собой приятное зрелище, если смотреть в иллюминатор большого пассажирского самолета, парящего высоко в небе и летящего прямо на север Таиланда. Однако такой чудесный пейзаж за окном не позволял такому координатору, как госпожа Кхун Нок чувствовать себя комфортно. Она думала о высоком мужчине, вынужденном свернуться калачиком, чтобы сидеть в эконом-классе... это было скорее пугающе, чем смешно. Фавин же грациозно пожал плечами с расслабленным выражением лица, несмотря на то, что был... чертовски подавлен. Прошло несколько дней с тех пор, как он получил розу под названием Красный Эдем, и Вин не отрицал, что прячется от телохранителя своего брата, а самым простым способом избежать его дома было — запереться в своей комнате. Хотя это немного раздражало, потому что Граф тоже был заперт в объятиях Пакина, но это не означало, что Вин мог оставаться взаперти вечно. Наконец, прислали расписание съемок Тай Лана. Сейчас тело Вина полностью зажило и остался только шрам на колене. Согласно соглашению, чтобы присоединиться к Тай Лану и южнокорейской рабочей группе, которая заранее уехала, чтобы позаботиться о месте съемок, сегодня Вин должен был вылететь внутренним рейсом с координатором прямо в Чиангмай. Но в соглашении... не было господина телохранителя по имени Панчай. Никто из команды не мог подумать, что модель привезёт с собой знакомого, но Вин также знал, что не сможет избежать Панчая из-за приказа Пакина, однако он намеренно не сказал команде, что его будет сопровождать “большой Ракшаса.”* (П/П:* ракшасы – демоны- людоеды в буддизме и индуизме. Прим. Ив) Конечно, отсутствие регистрации означало... отсутствие билета у этого человека. Вин знал, что ведет себя как маленький хулиган, пытающийся отомстить, но этого было достаточно, чтобы рассмешить его, когда он увидел мрачного Панчая, ищущего билеты во время долгого перерыва. И, видя такое выражение лица, он чувствовал себя лучше, чем если бы он демонстрировал слабую улыбку. Когда Вин смеялся, его сердце необъяснимо билось. Он уже понимал, что Панчай всё равно найдет билет, имея поддержку всех темных сил, стоящих за Пакином. Даже если он не смог бы лететь в этот раз — то Вину пришлось лететь бы с ним другим рейсом. Но было забавно видеть человека вдвое крупнее его, съежившегося в эконом классе. Фавин знал, что, когда Панчай ездил по работе с Пакином, он обычно сидел в первом классе со своим хозяином, поэтому он не мог не рассмеяться от этой мысли. — Вообще-то, я могу поменяться с ним местами. — Нет, как ты можешь жертвовать Кхун Нок. Как мужчина, я первый с этим не согласен. Прежде чем дама рядом с ним в бизнес-классе собралась встать, Вин нежно коснулся её руки, медленно покачал головой, посмотрел на её лицо, полное страха и беспокойства, и не знал, смеяться ему или нет. Неудивительно, что она была напугана, поскольку Панчай- это правая рука тайской мафии... Поэтому Вин решил сказать: -Чай точно не согласится поменяться. К тому же мы скоро прилетим. Полет длится всего час. Кхун Нок может сидеть в комфорте. Вин улыбнулся и женщина тут же успокоилась и снова села обратно, продолжая оглядываться. Хотя она и не могла видеть Панчая, но она могла представить себе это неподвижное лицо охранника… должно быть в её воображении оно было очень страшным. Кхун Вин ощущается совсем по-другому... с ним люди чувствуют себя очень уютно и комфортно. — Итак, у нас планы на сегодня без изменений, как договаривались? — Нам не нужно начинать съемки сегодня. Кхун Вин может сначала отдохнуть в отеле, мы начнем завтра утром. — произнесла координатор, расслабившись немного больше, чем раньше. При этом она задавалась вопросом о том, как будет себя чувствовать. Если кто-то с пистолетом на поясе и под два метра ростом будет стоять рядом, то она будет так нервничать, что это может довести её до потери волос. — Кхун Нок тоже нелегко, как раз есть время отдохнуть. — Нет, я к этому привыкла. А Кхун Вин? У тебя нет планов воспользоваться коротким отдыхом? — с любопытством спросила Нок. Разве не любопытно, что любит делать единственная чистокровная тайская модель из известного корейского агентства? — У меня нет планов, поскольку моего младшего брата, который хотел полететь со мной… наказали. — с улыбкой сказал Вин, думая о Графе, который явно злился на него, с усталым выражением лица. Но Вин понимал, как сильно с ним плохо обращались в последние несколько дней, и начал колебаться: спровоцировать ли намеренно Кина и взять на себя ответственность за Графа или работать в одиночку целую неделю. Прошло уже много времени, как он не видел Графа и никто не мог ему помочь это исправить. —У Кхун Вина есть младший брат? Но, насколько мне известно …— начала было Нок. —Кто-то, кого я люблю и забочусь как о младшем брате, — ответил Вин, повернув голову к окну. — Эта съёмка… надеюсь, она пройдёт хорошо. —Разумеется, раз в ней участвует Кхун Вин. Юная модель не ответил, потому что думал о ком-то в хвосте самолета. Быть вместе 24/7… наверное, довольно страшно. Слишком страшно для его хрупкого сердца. *** — Что вы имеете в виду? Нет места? — Извините, наш отель сегодня полностью забронирован. — Комнат не осталось? — Пожалуйста простите. Рука Немезиды... Именно такая мысль пришла в голову прекрасной модели. Выходя из служебного фургона в роскошный отель в центре Чиангмая, Вин мог только округлить глаза. Слова извинений от дружелюбного администратора означали... что для Панчая не было места. Нет, Вин боялся не того, что ему будет негде спать, а кое-чего другого. — Кхун Вин, очень сожалею. Я сама узнала, что человек Кхун Вина поедет вместе с ним, только когда он улетал из Бангкока, поэтому мы не забронировали ему номер в отеле, — виновато прошептала Нок. А Вин разозлился ещё больше... и разозлился на себя. Почему? — Мы попробуем связаться с нашими отелями, чтобы узнать, есть ли свободные места. Сразу же подошёл Панчай, который оставался тихим, но оказал одним видом сильное давление на персонал, и тронул Вина за локоть. Фавин вскинул голову и хотя на нем были дизайнерские солнцезащитные очки, он мог ясно видеть блестящие глаза телохранителя. -Кхун Вин, должно быть, уже знает приказ Кхун Пакина. Мне категорически запрещается отходить от вас. Отпускать Панчая в другие отели было нельзя, иначе ему пришлось бы переехать вместе с ним. Потому что он должен был быть рядом и следить за Вином! Сейчас было только одно решение. — Всё нормально, пусть он спит со мной в одной комнате. – произнёс Вин, стиснув зубы. Отдернув руку от Панчая, он отвернулся, чтобы отвести взгляд. Хотя... был очень зол. Просто находиться под одной крышей уже достаточно плохо, ну почему это должна быть одна комната?! Почему только со мной случается подобное? — промелькнула у Фавина мысль, — Панчай столько лет делал плохие вещи, почему именно я столкнулся с таким наказанием? Думая так, Фавин вынужден был признать, что несколько дней вёл себя как ребёнок. Чёрт побери!!! Фавин знал, с чем ему предстоит столкнуться, ещё до того, как вошел в комнату, но когда он собственными глазами действительно увидел неизбежное, то не мог не выругаться про себя. Сцепив руки вместе, он на мгновение закрыл глаза, а потом снова открыл их и увидел... королевскую кровать посреди комнаты. И тут у него возник вопрос – с чего персонал подумал, что он забронирует двухместный номер, если он должен был приехать один? Фавин неподвижно стоял в дверях, глядя на богато украшенную комнату. Он приехал сюда как модель по работе и эта поездка была не на уровне мировой известности. У персонала не было возможности забронировать люкс, президентский люкс или виллу, как он запрашивал. Стандартная комната, после того как в неё вошёл огромный мужчина... теперь казалась тесной. —Я посплю на полу. — Конечно, не я же буду спать на полу. — тихо сказал Вин, подавляя все эмоции и отпуская тяжелую защелку двери. Только тогда он повернулся лицом к Панчаю. Я больше не буду превращаться в наивного мальчишку перед лицом этого человека. — Я знаю. Я также благодарю Мастера Вина за понимание моих обязанностей. Мне нужно присматривать за мистером Красавчиком…. — Хм, что ты собираешься делать, если я случайно не пойму их? – спросил Вин, потому что он действительно не знал, о чём думает подчиненный его брата. Потому что эти глаза стали выглядеть добрее, чем раньше. Однако... —У меня есть способ заставить Кхун Вина понять. Вин никогда никого не боялся, но в этот момент почувствовал, как волосы на его затылке встали дыбом. Ответ был вежливым, но сказан таким глубоким голосом, что Вин увидел зверя, приготовившегося к прыжку. Лучше всего было бы крикнуть, чтобы напомнить ему больше не использовать никаких трюков!* (П/П:* а что ж ты так? Тебе же вроде понравилось?) — И как ты собираешься это сделать… толкнуть меня на кровать? — однако рот юной модели дернулся в улыбке, а затем он продолжил, —Ты думаешь, я испугаюсь? — Да, я знаю, что Кхун Вин ничего не боится. Но лучше не испытывать судьбу… Панчай на мгновение замолчал, а затем вежливо склонил голову. Следующие слова сильно отличались от его поведения. — ...Потому что мне после не придется напоминать. Да, забыть об этом было невозможно, потому что отныне... это стало реальностью. И Вин был не настолько глуп, чтобы не понимать, что пытается передать мужчина. У него ослабли руки, которыми он касался груди Панчая. Чай посмотрел в окно, хотя его ничуть не волновал пейзаж Чиангмая. Он пытался не думать о том, как ему надо обращаться с этим талантом. Вин должен был быть счастлив, потому что всё шло так, как ему было нужно. У них был секс, они будут вместе целую неделю и всё должно пройти как положено. Однако сердце в его груди сильно билось, как будто он не был обычным человеком. Просто вдыхая воздух, чувствуя, как до носа доносится аромат, он испытывал необъяснимый страх. Какая злая ирония - заниматься сексом с таким количеством людей и с таким трепетом относиться только к одному человеку. Думал об этом Вин, садясь на край кровати. — Знаешь, в таких поездках всегда есть несколько доступных для меня мужчин, что находятся в съемочной команде. Но где бы я ни снимался, я всегда спал один, знаешь почему? Вин повернулся, чтобы посмотреть на Панчая, стоящего перед ним, уверенно поймал его взгляд и позволил бесчисленным образам мужчин пронестись перед его глазами. В довершении он улыбнулся Чаю самой чарующей улыбкой. — Эта кровать здесь не потому, что я знаменит, и не потому, что мне нужно таким образом угодить, а потому, что все думают, что если я с кем-то пересплю, то он обязательно окажется здесь. – произнес Вин, протянув руку к животу Чая, осторожно зацепил и поскреб пальцами пуговицы костюма и, вместо того, чтобы расстегнуть их, раздвинул ткань рубашки и коснулся мускулистого тела, а потом посмотрел вверх, - Теперь ты в их глазах не просто обычный телохранитель с которым я согласился делить комнату. И пока все так на тебя смотрят… Вин убрал руки от костюма и, развернувшись, сел, скрестив ноги и уперев локти в колени, посмотрел на него очаровательным взглядом. —Почему ты хочешь спать на полу? В любом случае, это не входит в обязанности телохранителя. Когда Вин не мог чего-то избежать, ему просто нужно было двигаться вперед, чтобы как можно быстрее привыкнуть к этим ощущениям. Чай на мгновение замолчал. Если бы такие слова были сказаны из уст модели несколько недель назад, телохранитель точно убежал бы и прямо вежливо отказался смотря ему в лицо. Но на этот раз Чай опустился на колени и сделал то, что удивило Вина - он потянул босса за лодыжку и положил его ногу себе на бедро, сняв с него ботинок. — Обычно они приходят и стучат в дверь? — Ну, чаще всего. Вин подавил подсознательное желание убрать ногу и отклонить мысль Панчая о том, что он был слишком небрежным, когда был в Корее, потому что теперь Панчай знал, что он тоже не идеален. Прямо как героиня телевизионной драмы. Он путешествовал по всему миру, посещал вечеринки, вращался в социальных кругах и даже слушал о взлетах и ​​падениях между ним и Пи'Сином. Но ничего не могло быть хуже того, что Панчай знал, что он спал с несколькими членами команды. Панчай снял красивую пару коричневых кожаных туфель, обеими руками ухватился за теплые ступни и посмотрел хозяину в глаза. — Поэтому я должен заранее попросить у вас прощения, потому что такие вещи определенно больше никогда не повторятся. — Вторгаясь вот так вот в мою постельную жизнь? Какое оправдание на этот раз? Снова приказ Кина? — усмехнулся Вин. Несмотря на то, что стопы Вина горели, они становились горячее от грубых рук, которые стиснули их. Жар распространялся вверх, доходя до самого сердца. Чай, услышав вопрос, медленно отпустил его ноги и встал: — Если Кхун Вин хочет, чтобы я сказал это... Кхун Вин не хочет делить игрушки с другими людьми, и я не хочу делить постель с другими людьми... Я скажу это, хотя Я так не думаю! Потому что, во всяком случае, прямо сейчас... Я та любимая игрушка, которую юный хозяин не сможет заменить никакими другими игрушками. —… Вин и представить себе не мог, что наступит день, когда он застынет с открытым ртом, потеряв дар речи. С множеством ругательств, застрявших у него в горле, он посмотрел на своего самоуверенного Пи. Достаточно самоуверенного, чтобы раздражать, настолько самоуверенного, что даже такой человек, как Вин, не находил слов, чтобы возразить что-то против, потому что эта уверенность… была правильной. Вин знал только, что его лицо горело то ли от гнева, то ли от смущения. Да, более желанной игрушки он бы и не нашел, так что какие у него могли быть возражения, чтобы опровергнуть это замечание! — Но в этот раз я имею в виду, что сделал это, потому что был должен … В любом случае, Кхун Вин, пожалуйста, сначала отдохните, а я вернусь и осмотрю отель, чтобы узнать, есть ли возможный путь побега. Я быстро. И не открывайте дверь, если это не я. После того, как Чай договорил, он сразу повернулся и вышел из комнаты со спокойным выражением лица, оставив Вина в полной растерянности сидеть на кровати одного. Это явно сначала удар по голове, а потом поглаживание по шёрстке! Подумал Вин и крепко сжал рукой простыню, потому что Чай просто сбил его с ног, сказав, что он никуда не уйдёт, а потом погладил по шёрстке, сказав, что из-за собственных корыстных желаний он не позволит другим мужчинам войти в комнату! Теперь Вин действительно не знал, как обращаться с этим человеком. Это всего лишь первый день, и это даже не первая ночь вместе! В этом раунде такой уверенный в себе парень, как Фавин, похоже, мог проиграть более крупному игроку. *** — Я хочу увидеть Вина! — Сейчас уже слишком поздно, я не думаю, что моему хозяину удобно принять вас. — Какого черта поздно, сейчас только 9 вечера! Я говорю с тобой по-тайски, эй! — Да, я знаю, что вы говорите по-тайски. — Дерьмо! Панчай не ответил на громкие ругательства, которые парень сыпал в его адрес, из-за того что телохранитель преградил путь в спальню своим большим телом, не дав полукровке даже мельком увидеть комнату. Этого было достаточно, чтобы разозлить Тай Лана. Наряду со спокойным лицом Чая, которое ему хотелось отлупить, полукровка стал ещё более раздраженным. Яркие, пронзительные глаза нетерпеливого человека становились всё более и более устрашающими, горя праведным гневом, но телохранитель не собирался двигаться с места. Враждебный взгляд Инь Тай Лана мог быть очень пугающим для окружающих, но для Чая, который большую часть своей жизни жил в непосредственной близости от Пакина и Панупонга, юноша-полукровка выглядел просто лающим щеноком. — Я сказал, что хочу увидеть Вина! — Извините, мой хозяин уже спит. — Я не верю, Вин не из тех, кто рано ложится спать! — Верите или нет, но я не могу впустить вас в комнату. — Я начинаю терять терпение! Чай посмотрел на собеседника, который закатал рукава, чтобы попытаться его напугать, но он даже не среагировал, сказав всё тем же тоном: — Это мой долг, надеюсь, вы понимаете. — Но я... — Я слышал, что работа начнется завтра утром. Если вы продолжите со мной спорить, боюсь, Кхун Инь зря потратит время отдыха. Кхун Нок уже принесла завтрашний рабочий график, так что если вам нужно обсудить что-то, вы можете сказать мне, что вы хотите добавить. Молодой телохранитель не дал полукровке возможности даже пикнуть, и его тон и междометия звучали громче и суровее, чем в начале беседы, а когда он закончил говорить то молча посмотрел в глаза Тай Лана. Теперь даже самый глупый человек мог понять, что попасть в комнату совершенно невозможно. Однако, дело касалось работы и нетерпеливый Мистер Фотограф нахмурился в ответ, резко стиснув зубы, поднес палец к лицу телохранителя и сказал: — Сегодня я признаю, что твоя взяла, но не думай, что я боюсь тебя, просто потому что ты человек Вина. — яростно выпалил Тай Лан, и повернулся, чтобы уйти в другом направлении, позволяя телохранителю смотреть ему в спину, пока он не исчезнет из виду. И всё это время Панчай продолжал сверлить его... ужасно холодным взглядом. После этого Чай снова вошел в комнату, закрыл дверь и опустил жалюзи. — Это заставило меня почувствовать себя невинной маленькой девочкой, которая ещё не потеряла девственность. Из-за этих колючих слов Панчай обернулся и наткнулся на взгляд, в котором ярко читалась ирония. Однако по сравнению с тем, что сказал Вин, это сильно отличалось от реальности. Так как невинная маленькая девочка, не потерявшая девственности, наверняка не надела бы халатик, и раскинувшись полулёжа посреди большой кровати, не согнула бы ногу так, что полы бы распахнулись, тем самым обнажая длинные белые ноги, и не приспустила бы рукав с одной стороны до плеча. Всякий раз, когда Вин двигался, он показывал грудь и маленькие горошинки сосков, которые заставляли людей возжелать их попробовать на вкус и покусать. Его тело выглядело соблазнительно, а губы слегка покраснели, ярко выделяясь на слишком красивом лице для мужчины... он выглядел в этот момент необыкновенно сексуально. Это не невинная маленькая девочка, а королева с безграничным обаянием! — Кхун Вин, есть Кхун Вин. — ответил решительно Чай. Эти слова заставили Вина замереть и некоторое время смотреть на Панчая, а затем модель медленно выпрямился, сев ровно. — А ты все ещё такой же дурак. – сказал Вин, обхватив руками колени и подняв голову, он посмотрел в сторону телохранителя. Когда Фавин сел и обнял колени, его образ стал еще более соблазнительным. В такой сцене любой другой мужчина обязательно без колебаний подошел бы, засунул бы руки под халат и прикоснулся бы к нежным ножкам, выставленным на краю кровати. Но вот Панчай, просто опустил голову и сказал спокойным, почти... равнодушным тоном: — Если Кхун Вин закончил пользоваться ванной, пожалуйста, позвольте мне ей воспользоваться. — Всё такой же глупый. Щёлк… Чай, который собирался развернуться и пойти в ванную, остановился и с пренебрежением взглянул на модель. Вин стянул с себя халат, обнажив темное нижнее белье, которое до этого не было видно, а затем выпрямил руки и халатик медленно упал на пол… и тут на его прекрасном лице появилась очаровательная улыбка: — Это всё потому, что я хочу лечь спать. – произнёс он усмехнувшись. - У меня завтра работа. Вин забрался под тёплое одеяло, натянул его до шеи и тихо прошептал: — Я не разрешаю тебе спать на полу, помни. Не только слова, но его улыбка и глаза были явно… провокационными. А Панчай, находившийся в той же комнате, был вынужден вежливо сказать: — Конечно. Спать вместо пола в одной кровати со знаменитой сексуальной моделью... смертельно опасно. Да, Панчай — человек, который очень хорошо скрывал свои эмоции и был уверен, что никогда никому не проиграет, но сейчас он выглядел смущенным. Выйдя из ванной, он посмотрел на затемненную комнату и расплывчатое очертание человека, закутавшегося в одеяло на постели. Он снял с плеч полотенце и бросил его на стеклянный столик перед кроватью. Мокрые волосы взъерошились ежиком, оставив только прямые виски на лице Панчая, из-за чего он выглядел на несколько лет моложе. Он колебался, хотя знал, что у него нет выбора. Иногда спать на твердом полу лучше, чем спать на большой мягкой кровати рядом с теплым телом под боком. Как бы то ни было, Чай — человек из плоти и крови, он никогда не был Лю Сяхуэй*, хотя его красавец-хозяин и сказал, что он не понимает его соблазнения. Но Панчай уже несколько раз пробовал «десерт» слаще всех видов десертов в мире. Поэтому, когда Чай увидел этот “десерт” и когда он снял “верхний слой”... ему стоило неимоверных сил сдержать своё сердце. (П/П:* Лю Сяхуэй – имя женщины из средневековой китайской притчи о добродетельности. Прим. Ив) Поэтому, естественно, зверь внутри него взревел и хотел незамедлительно наброситься. Он никогда ни на кого не вымещал свой гнев, пока не коснулся Кхун Вина. Подумав об этом, Чай нахмурился и медленно покачал головой. Потому что выбора у него всё равно не было. Панчай подошел прямо к другой стороне кровати, где его хозяин предусмотрительно оставил достаточно места, чтобы такой крупный мужчина, как он, мог удобно лечь под одеяло. Всё было тихо, он чувствовал мягкость и уют матраса. Взмахом руки укрылся одеялом, и положил голову на подушку, но... Да, было ещё одно НО... Как только телохранитель улегся на бок, Вин в этот же момент перевернулся. Ледяное от холодной воды тело Чая тут же ощутило сильный жар. — Кхун Вин... — Тсс… или я проснусь. Мужчина нахмурился и глубоко вздохнул. Его снова разыграли… Какой спящий так отреагирует? Кроме того, руки Вина тянулись, чтобы обнять его, и прижаться худощавым, стройным телом ближе. Теперь локти Вина были полуприжаты между ними, касаясь его плоской груди. Фавин уткнулся в его широкое плечо головой. — Я сказал... — Спи, это приказ. Чай тут же крепко стиснул зубы. — О, не нарушай спокойствие в этот момент. Я не хочу проверять работу игрушки. Я знаю, что ты потрясающий, и мне не нужно об этом снова напоминать. Сейчас, я просто хочу подушку, а не игрушку. — тихо сказал Вин, хотя его глаза всё ещё были закрыты, но с другой стороны было предельно ясно, что он прямо заявляет … спи и не двигайся. — Да. Панчай мог только стиснуть зубы и согласиться, хотя его нос учуял слабый аромат рядом с ним... аромат роз. Чай подавил в себе всё, игнорируя запах, который мог легко ввести людей в заблуждение. Закрыв глаза, он представлял себе, что это рабочее задание, как и в любой другой ситуации, в которой он оказывался раньше. Но, похоже, красавец-хозяин не намеревался заканчивать так, чтобы все могли спокойно уснуть, потому что... — Кхун Вин! Несмотря на равнодушеный вид, Чай не мог сдержать рык, когда Вин протянул свою руку и коснулся его выпуклости. Панчай посмотрел на человека рядом с собой. Ему пришлось крепко сжать ладони в кулаки, потому что он увидел улыбку Вина… который явно веселился. — Возможно, ты не такой бесчувственный и бестолковый, как я думал. Чай знал... Кхун Вин мстил. [П.Р.: Вин- красавчик!!!]