Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

Когда он использовал своё тело в поисках тепла бесконечными и пустыми ночами, Фавина не заботило, насколько грязным оно становилось. Неудивительно, что были бесчисленные второй, третий и следующий раз после первого. Но модель не ожидал, что ему придется столкнуться с бурным эмоциональным штормом человека по имени Панчай. Нет, этот мужчина не делал ему ничего плохого, его не тянули насильно и не швыряли на кровать, напротив, телохранитель по-прежнему до смешного строго следовал приказу. Чай просто погрузил его на плечо и пошёл прямо в комнату на второй этаж и там опустил на кровать. По виду он действовал нормально, но вот глаза... выражение его глаз было очень ненормальное. Глаза, которые раньше были спокойными, когда он смотрел на Пакина, глаза, которые были похожи на благожелательного брата, когда он смотрел на Графа, и глаза, которые были суровы, когда смотрели на врага… Однако, в этот момент они стали похожи на бушующий ураган. -Наконец ты отпустил, а то у меня кружится голова. Хоть Вин и видел его глаза, но он лишь очаровательно пожал плечами и посмотрел на человека, стоящего над его головой, встретившись с ним взглядом. Иногда это может быть лишним. Фавин слегка нахмурился и выбросил эту мысль из головы. Поскольку, что бы он ни делал, Чай ничего не почувствовал бы, так что на этот раз это мог быть просто момент проявления злости на его лице, потому что его достоинство, как человека, было оскорблено. -Ты хочешь проткнуть меня? — холодно спросил юная модель, глядя на Панчая и некоторые его выпуклые части, ведь Чай всегда отвергал его, но на этот раз всё выглядело иначе. Когда Панчай снял свой костюм и положил его на край кровати, хозяин комнаты невольно прищурился, наблюдая, как мужчина один за другим расстегивает рукава с обеих сторон и спокойно стягивает с шеи галстук. Его спокойное выражение контрастировало с этими пугающе яркими глазами. Все, что находилось перед ним, заставляло модель, наблюдающего за его действиями, почувствовать себя… в опасности. Хотя Вин не вырос в этой семье, он был рядом с несколькими мужчинами, вокруг которых витала чрезвычайно опасная аура, так что его инстинкты подсказывали ему... это не шутка. -Я ещё не закончил массаж. Фавин встал с кровати и прошел мимо телохранителя, чтобы спуститься по лестнице. Ему не было нужды выполнять то, что хотел Панчай. Фавин хотел быть тем, кто контролирует игру, и, когда он думал об этом, то сам говорил, не позволяя мужчине принимать решение. Однако на этот раз телохранитель не отпустил его, как всегда делал в прошлом. Чай протянул руку и дернул юную модель, заставив Вина недовольно оглянуться и встретить... настойчивый взгляд Панчая. - Дела между мной и Кхун Вином ещё не окончены. Странно, но от такого голоса волосы Вина в одно мгновение встали дыбом, а по спине пробежали мурашки. Панчай огромным телом наступал на него спереди, заставляя бессознательно шаг за шагом отступать, а позади него… была огромная кровать. -Пропусти. Но мужчина всё же сделал шаг вперед. -Панчай. Вин вынужденно сделал шаг назад. -Отойди… У молодой модели не было выбора, кроме как отступить, но как только он закончил говорить, Панчай специально наклонился и Вин был вынужден отстраниться назад, в результате чего упал на кровать. Когда он падал, телохранитель проявил чудеса ловкости и перевернул тело Вина, так, что в этот момент он оказался зажат под его сильным телом. Все действия были ненасильственными - не применялась сила, не было боли, но также он не оставил Вину... никакого выбора. В этот момент их взгляды встретились и это заставило Фавина кое-что понять. Он думал, что в этом мире нет ничего, что могло бы его напугать, но в этот раз страх начал распространяться волной по всему его телу. Хотя за ним продолжали наблюдать, на лице Вина уже выступили хрустальные бисеринки пота. Какой хозяин – такие и подчиненные. Он говорил это бесчисленное количество раз, но только что понял, что подчиненные Сатаны были ни чем иным, как демонами. Это могло быть... даже хуже, чем сам Кхун Пакин. Его старший брат злой, и это было очевидно, но Панчай — подводное течение под спокойными водами. Такой человек... ещё страшнее. — Отойди! Ты ещё помнишь, кто ты? Если бы это был Граф, он бы кричал и трясся от страха, но Вин подавил все свои эмоции и говорил холодно, хотя в глубине души знал, что у него трясутся поджилки. Его тон заставил мужчину, лежащего на нём, приподнять своё тело, оперевшись одной рукой, и Вин чуть было не вздохнул с облегчением, но полностью расслабляться было уже поздно... !!!!! Панчай, опирающийся об матрац одной рукой, начал использовать другую. Парень внизу округлил глаза, потому что он понял, что совсем не понимает Панчая! Чай, сорвавший с себя ремень, выглядел очень свирепо с дикими глазами, и даже большое тело, нависающее над Вином, казалось, могло расплющить его, даже когда он был прижат всего одной рукой. Да, и в этот момент всё его тело тряслось. -Я не забыл, я - игрушка Кхун Вина. Фавин уставился на ремень, потому что на мгновение подумал, что мужчина свяжет его , но... -Я не буду делать то, о чём думает Кхун Вин. – прошептал ему на ухо Панчай, наклонив голову, небрежно отшвырнув этот инструмент сдерживания рядом с кроватью и продолжил говорить то, от чего волосы Вина встали дыбом: -Моего тела достаточно. — ...Хм, ты так уверен. Фавин всё ещё мог контролировать свой голос. -Поскольку ты знаешь, что ты игрушка, то должен знать, что я не хочу играть прямо сейчас. – продолжил он, бесстрашно повернув голову, глядя в другую сторону, стараясь глубоко запечатать все свои эмоции. Но выражение лица Чая ничуть не изменилось. -Знает ли Кхун Вин, каждая игрушка уникальна. -Хех, ты имеешь в виду, что ты более особенный, чем другие? - с ухмылкой сказал Вин и поднял руку, чтобы толкнуть собеседника в грудь, но... Чай перехватил его руки своей широкой ладонью, рывком поднял над головой и глубоко вдавил в матрац, хищно ухмыльнувшись. Такая улыбка сделала лицо телохранителя даже ещё более красивым, но Вин... ужаснулся. После этого снова наклонился и произнёс... -Я научу тебя играть с этой игрушкой...- раздался громкий шёпот, после чего вся комната погрузилась в молчание, а вокруг Чая стала витать аура злого Асуры, который медленно приближался и, казалось, хотел укусить дрожащее сердце Вина. Да, юная модель был в ужасе и его волосы встали дыбом от одного только взгляда на человека, которого он знал более десяти лет, но сейчас по его спине пробежали мурашки. Он был напуган. Таким образом, тот, кто думал, что перепробовал много форм секса, начал бороться, чтобы высвободить руки из хватки Панчая и изо всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе воскликнул: -Отпусти! Я не думаю, что это весело. На этот раз Чай слегка приподнял брови. -Ты боишься, Кхун Вин? - внезапно спросил телохранитель. -Я не боюсь! – сказал он низким голосом сквозь стиснутые зубы и повернул своё миловидное лицо к взгляду собеседника. Фавин чувствовал, что продолжать спорить с этим человеком было ниже его достоинства, несмотря на то, что его трясло всем телом от головы до пят, и казалось, каждый орган кричал ему о том, как опасно играть с этим человеком. В это время Панчай был подобен распространяющемуся огню, который сжег его сердце до состояния пепла. — Да, я тоже не думаю, что Кхун Вин боится. – сказал мужчина, который явно знал, как с этим справиться. Вин замер. Тебе нечего терять, Вин! Нечего терять! Фавин попытался поговорить сам с собой. Хотя он хотел отвести взгляд, но потом, наконец, спокойно поднял взгляд, что заставило его увидеть яростные глаза, которые исчезли в тот момент, когда он посмотрел на Панчая. Это было не потому, что мужчина прикрыл их, это было как раз в то время, когда Панчай наклонился и провёл по его шее кончиком носа, заставляя глаза Вина замерцать. Прямо сейчас Вин замер всем своим телом, чувствуя, что часть, к которой он прикоснулся, была обжигающе горячей. Подожди, Вин….Это всего лишь секс… Как и любой другой, который у тебя был раньше. Так он сказал себе, но также знал, что это не одно и то же. В это время Панчай использовал свой нос, чтобы ткнуть им в лицо и Вин почувствовал тяжелое и частое дыхание мужчины, как будто он хотел вдохнуть весь запах тела парня глубоко в легкие. Его большая рука всё ещё прижимала ладонь к мягкому матрацу, а заостренное лицо начало подниматься от уха до виска и сильно прижалось к нему в поцелуе, а затем Панчай начал целовать Вина по всему лицу. Но, кроме… губ. Вин бессознательно прикусил губу, почти забывая дышать из-за прикосновения теплого дыхания со слабым запахом никотина, скользившим по его лицу. Вин почти услышал крик из глубины своего сердца, что он давно ожидал получить от него горячий поцелуи и сильное тело верхом на нём. Однако Панчай не дал ему этого, его пронзительные глаза просто смотрели на блестящие губы, как будто он точно знал, что делал. Это заставило тело Вина неудержимо дрожать. Черт! Тут уже Вин лизнул его подбородок языком, и хотел проникнуть глубоко в рот, отчего он неосознанно поднял голову, а его тело невольно задрожало, руки сжались так сильно, что костяшки пальцев побелели, а температура, кажется, стала ещё выше. ... и продолжала быстро расти с каждой секундой. Он ожидал, что Панчай уткнется ему в шею и будет тереться о него, как это делал с ним каждый мужчина. Но, Панчай... нет. Вин не понимал, почему он так спокойно отпустил его запястье, совершенно не опасаясь, что тот может сопротивляться. После этого мужчина медленно начал расстегивать пуговицы на рубашке одну за другой, обнажая свое мускулистое тело, которое явно знало множество людей, как будто он был очень уверен в собственном обаянии. Однако чего Вин не понял, так это того - почему он... не воспользовался возможностью сбежать. Его руки были уже свободны, а тело не ограничивали в движении, и только пронзительные глаза Чая были устремлены на него. Но человек, который должен был воспользоваться возможностью сбежать, просто... обмяк, как неопытный кролик. Панчай уже снял рубашку, которая была на нём и после этого снова наклонился, заставив Вина затаить дыхание. Однако Фавин, который думал, что следующим шагом будет то, что Панчай нападет на его тело - ошибался. Телохранитель наклонился, но он не коснулся губ модели, не коснулся ни дюйма кожи и не начал целовать, чтобы показать своё превосходство. Вместо этого он начал медленно опускаться вдоль тела вниз. Обжигающее дыхание ласкало теплую белую кожу, которая постепенно розовела. Это дыхание обволакивало светлую грудь, нежно вея снова и снова… Вин схватил простыню и сильно сжал ее в своих руках, невольно выгибаясь от удовольствия, которое пронизывало все его тело. И самым смущающим было - торчащие соски. Это была застенчивая, но провокационная сцена, однако Панчай оставался спокойным. Его заостренное лицо переместилось в другую сторону, где мягко торчали бугорки сосков, а затем он прижался для поцелуя... над белым животом. -А-ах… Вин ненавидел себя за то, что случайно застонал вслух, как будто его тело было настолько смущено, что он хотел сделать что-то, чтобы ослабить извергающееся желание, которое было более сильным и яростным, чем вулкан, что вот-вот извергнется. Фух… -Да! Вин поднял глаза и бессознательно перебирал ногами по кровати. Когда губы, жаждущие коснуться верхней части тела, размазывали поцелуи по его животу, хотя Чай не использовал язык, а просто двигал теплыми губами, весь его живот стал уже горячим, заставляя Вина неудержимо мотать головой туда-сюда. Хотя их тела ещё не соприкасались очень тесно, Фавин уже чувствовал запах секса, наполняющий комнату. Он не мог не задаться вопросом, демонстрирует ли Панчай своё очарование для него или он сам становится зависимым от феромонов, выпущенных этим человеком и выходит из-под контроля. Да, Вин был возбужден. Тело, которое никогда так не ласкали, взывало о большем. Чирк… Теплые губы снова коснулись кожи, но Вин едва не вздохнул от разочарования. Потому что он пришёлся на бедро, а не на ту часть, которая была прикрыта нижним бельем. Но Фавин все же подавил всё рвущиеся с губ крики и посмотрел на мужчину, который целовал его бедра, видя, что поцелуи продолжались вплоть до его икр, но... Черт! Нет, Панчай по-прежнему не прикасался к его интимным местам, но Вин содрогнулся от одного лишь зрительного контакта. Этот пристальный взгляд был горячее, чем у любого в этом мире, кто когда-либо смотрел на него. Он был настолько пламенный и интенсивный, скрывая такой бушующий огонь, который заставлял желанного человека просто броситься в него. Но Вин также знал, что если он это сделает, то проиграет именно он.* (П/П :* да сколько можно эти кошки-мышки….сил моих на них нет….а ещё только 18 глава…ор переводчика) Фух.. Фух... Теплые губы скользили, обозначая один поцелуй за другим вдоль его голени, спускаясь ещё ниже, вплоть до лодыжки. Вину пришлось бороться с шоком, шоком от своего… ноющего тела, жар которого становился все сильнее с каждым поцелуем. Достаточно! Сделай это, поторопись… сделай это, поспеши! -А это что? В этот момент Вин удивился, потому что сверху вниз по животу бежала струя горячей жидкости. Но когда он посмотрел вниз, то увидел, что Панчай поливает его жидкостью из маленькой бутылочки. Откуда она взялась, он не знал, но из -за этого аромат роз наполнил всю комнату. Раздавшийся голос в тишине комнаты тоже дрожал. - Мне его дала массажистка... и Кхун Вин также сказал, что ещё не закончил массаж. - любезно ответил телохранитель, а заодно швырнул через кровать пустую бутылочку из-под эфирного масла для ароматерапии, а затем зачерпнул руками пахнущую розой жидкость с живота и начала водить рукой по телу Вина. От этих действий Панчая красивое лицо Фавина перекосилось и, чтобы избежать этого, он прикусил нижнюю губу так сильно, что почти почувствовал вкус крови. Но этого было мало и большая скользкая рука Чая начала гладить грудь модели. -Не отворачивайся! – рявкнул Чай. Когда его пальцы ласкали грудь модели, Вин попытался повернуться и вырваться, но прежде чем он успел сделать то, что хотел, голова Чая поднялась вверх и в то же время теплые губы, достигшие кончика мочки уха Фавина, слегка прикусили её. После этого раздался хриплый голос, резанувший по нервам, и тело модели обмякло. -Хороший мальчик. Не было никакой возможности убежать, как не было и никакой возможности отступить. Вин мог только подавить стон, который вызывало движение большой ладони, ласкающей грудь, касающейся бледного соска без малейшей ласки, но и не причиняя никакой боли. Вин бессознательно сжимал ноги каждый раз, когда двигались пальцы Панчая, а его тело тряслось от удовольствия, которое пронизывало каждую конечность и косточку. Хотя лицо Панчая было близко к его уху, он не слышал звука дыхания мужчины, а только чувствовал обжигающее дыхание, от которого дрожало его тело. Кристаллические слезы наполнили его глаза и Вин почувствовала себя неудачником. Панчай еще ничего не сделал, но с него было уже достаточно. — Я сказал, не прячься! Громкий шёпот раздался рядом с ухом Фавина, а затем Чай прикусил мягкую мочку уха. Вин застыл в шоке, задыхаясь от собственного стона. Когда большая ладонь ласкала и массировала его тело, аромат роз, словно высококачественный афродизиак, глубоко проникал во все уголки его светлой кожи. И это заставило Фавина... неохотно прошептать: -Внизу... сожми ниже. Яростное желание превратилось в вязкую жидкость на его штанах и это тоже заставило Панчая опустить глаза. -Ты промок до того, как я успел что-либо сделать, Кхун Вин. Большая площадь промокших боксеров была лучшим тому доказательством. Да, Фавин знал, что полностью сдался. -Хороший… -Ммм… ааа.. Высокий голос из горла Фавина был похож на содрогающийся, рыдающий крик, который заставил человека, планирующего медленно освободить это тело от оставшейся одежды, на мгновение остановиться. После этого Чай переместил руки на круглые ягодицы, которые извивались взад-вперед, схватил и придержал нежные половинки, глубоко введя пальцы в складочки, а затем нежно надавил на узкий вход... Вин подскочил и обнял его. После этого красивое лицо запрокинулось вверх, открывая выражение, которое безумно завораживало всех мужчин. Но сейчас это высокомерное и равнодушное лицо было покрыто хрустальными слезами, оно раскраснелось, а глаза отражали настолько сильное желание, что он больше не мог выдержать. Неудержимое желание... Даже Сирапоп не видел этого самого соблазнительного выражения. Это был первый раз, когда Вин добровольно отдавался мужчине в постели. Этого эмоционального вида было достаточно, чтобы спокойный Панчай зарылся поглубже в его короткие трусы-боксеры, смочил пальцы жидкостью и со скрытым чувственным желанием непрерывно продолжал нажимать и поглаживать узкий вход. Уже одно это заставило Вина начать прерывисто дышать, пытаясь подавить стоны. Но от этого выражение его лица казалось ещё более соблазнительным до невозможности. -О, нет! Лицо Вина, который издал звук, чтобы помешать Панчаю делать это, моталось из стороны в сторону, потому что длинные пальцы были глубоко вставлены в его проход, а первые костяшки пальцев проходили через узкую, наполненную похотью дырочку... и вдавливались глубоко в мягкую внутреннюю стенку, позволяя модели отчетливо чувствовать, как она засасывает и пожирает мужчину, позволяя ему проникнуть глубже. -А…ах! Фавин пытался сдержать крик, но все равно закричал. Когда удовольствие достигло его конечностей и проникло даже в кости, запах эфирных масел также вызвал у него головокружение. Юная модель крутил головой туда-сюда, потому что длинные пальцы были не просто вставлены, Чай подвигал ими, а затем медленно покружил, отчего модель не мог не раздвинуть ноги. И этого было мало, после этих действий палец телохранителя проник в него ещё глубже, и Вин уже не мог сдержаться... -Ах, ах… Из его горла вырвался отчаянно сдерживаемый стон, а легкие ягодицы невольно выгнулись навстречу длинным пальцам, глубоко вставленным в его тело. Из глаз Вина потекли слезы, а после раздался громкий вздох. Чего Вин не знал в этот момент, так это то, что пальцы сменились с одного на два, а с двух на три, потому что его тело взывало к интенсивному наслаждению, и это было так приятно, что он мог только поднять ягодицы вверх, приветствуя действия Панчая. Затем глаза модели расширились, потому что... Фавин не знал, когда он наклонился, но лицо телохранителя оказалось на его нижнем белье, слегка растянутом его младшим сыном. Когда хлипкая часть штанов была спущен, мокрым языком Панчай щелкнул и облизал головку, а затем нежно пососал ее. Вин пытался беспокойно бороться с растущими эмоциями, но это было бесполезно. Он действительно больше не мог этого выносить. - Снова... Еще... сильнее… Щёлк. Но Панчай остановился и рукой, и ртом. Затем он приподнялся на одной руке, удерживая своё тело, уперев взгляд на человека, который сильно задыхался и чье тело, казалось, бессильно лежало на кровати. -Почему остановился? -Как я уже сказал, я отличаюсь от других игрушек, — ответил Панчай, прежде чем снять навязчивые трусы-боксеры с белого тела модели. Глаза телохранителя огненным взглядом пробежались по телу, на котором всё ещё были шрамы от предыдущей аварии, а затем замерли, чтобы посмотреть на часть тела внизу, истекающую каплями жидкости, что указывало на то, что Вин... вот-вот эякулирует. Фавин, за которым наблюдали, не знал, почему ему внезапно стало стыдно… Он вскинул руки и покраснел, чтобы прикрыть своего малыша. -Кхун Вин, вы хотите остановиться? «___» Столкнувшись с этим вопросом, Вин не знал, что ответить. Тогда Чай, как хозяин, приказал подчиненному... -Убери руки и покажи мне широко расставленные ноги. Вин убрал руки и... расставил ноги достаточно широко, чтобы было всё видно. Такого рода действия нервировали и смущали, он не мог сдержать слезы, текущие по его лицу. Но это были не слезы обиды и боли, а слезы терзания от его желания, чтобы в него вошли и наполнили.Если бы это был другой мужчина, его чувства не были бы таким сильными только из-за этого, но... -Эй! Нет... Не используй язык, ах… Нет, Чай, стой, не надо... Ах!!! Вин не хотел стонать, как подросток, но он сильно поморщился, когда его задницу подняли, толкнули вверх и начали облизывать круговыми движениями горячим влажным языком. Вин вскрикнул и энергично замотал головой. Не потому, что он хотел остановить его, а потому, что хотел чего-то большего... чего-то горячего и безумного… чтобы это врезалось в него. Почему он это делает не так, как другие мужчины? Почему бы просто не проявить себя и не войти? Но это желание не было удовлетворено, потому что Чай не хотел останавливаться. Мужчина по-прежнему глубоко проникал языком в его тело, входя и вылизывая узкую дырочку, пока она не стала влажной. Во время сильного сосания он наблюдал за тем, как Вин боролся с эмоциями, которые воспринимались им как пытка. Однако когда Фавин уже собирался кончить, телохранитель остановился. -Нет... не останавливайся... Вновь Панчай не подчинился приказу, продолжая по-прежнему снова и снова атаковать, поглаживая, но не покидая его тела. Но каждый раз, когда Фавин собирался подойти к критической точке, мужчина снова и снова останавливался, оставляя его прекрасное лицо в слезах. Зрачки Фавина дрожали, волосы разметались, тело было мокрым и беззащитным, а образ уверенного в себе Молодого Господина Вина, исчез. -Хех... нет... нет, дай мне кончить... кончить один раз... -Хочешь попросить у меня эту игрушку? Вин не хотел умолять о пощаде, не хотел умолять Панчая, но его тело достигло предела похоти. -Дай мне один раз... - Скажи «Пожалуйста», пожалуйста. -Нет... Из его уст вырвалось отрицание и Панчай встал с кровати. Образ Вина, который был хозяином, умоляющего его, заставил Панчая действовать серьезно, как будто он знал, что Фавин не убежит от него и его чудовищно раздутого оружия, ему под стать. -Я сказал, что продемонстрирую это для вас. Вин хотел было схватить его, но владелец члена толкнул его снова лечь. Обе руки модели крепко сжали предплечья, а затем громко раздались резкие обвинения. -Войди…Чай! Вместо ответа Панчай сделал следующее... он начал его снова дразнить. Вместо того, чтобы сразу ввести свой член на полную глубину, мужчина просунул горячий стержень между промежностью и нарочито начал тереть узкое отверстие бусинами, которым было трудно двигаться из-за набухшего члена. Юную модель трясло всем телом, он никогда не думал, что это приспособление так ослабит его тело. Когда Панчай терся о его промежность, то касался её бусинами…. всё, что Вин мог поделать, это крепко сжимать руку мужчины и мотать головой из стороны в сторону по подушке, застонав во весь голос. В конце концов, у него не было выбора, кроме как согласиться на просьбу Панчая. -Пожалуйста... ммм... пожалуйста... Юная модель не знал, сколько достоинства он потерял, но оно того стоило. Потому что огромный стержень потерся головкой, а затем медленно вошел в тело, и было странно, что боль от предыдущего секса теперь была лишь дрожащим наслаждением. Юная модель почувствовал, как жар давил на гладкий узкий проход, а бусы терлись о внутреннюю стенку. Каждый раз, когда Панчай входил немного внутрь, тело Вина вздрагивало. Мало того, что это не было больно, Вин так же почувствовал облегчение… такое облегчение, что расплакался. Он не знал, было ли это потому, что его тело было более подготовлено, чем раньше, или потому, что этот мужчина знал, как заставить получать самое экстремальное удовольствие. Черт! Когда горячий член медленно вытащили и вдавили в самую глубину, Вин снова вздрогнул, а его губы бессознательно открылись. Потому что внутрь попал не только пылающий член, но и бусины, которые заставили Вина подмахнуть бёдрами и обнять Чая за его широкие плечи. Фавин почувствовал, что две передние были вставлены в его тело, но другие остались у корня, задевая узкий вход, пока тело Панчая раскачивалось. Телохранитель не двигался слишком сильно, он не действовал так быстро, как Пи’Син, и не делал вещи второпях, как другие, он просто медленно раскачивался, но это также заставляло Вина несколько раз чуть не кончить. В конце концов, человеку, уверенному в том, что он никогда и никому не проигрывал в постели, ничего не оставалось, кроме как устало откинуться на мягкую постель и позволить опытному мужчине преподать ему урок не сопротивляясь. -Ах…Это безумие... опять... Чай... опять играешься, гм... ах…. Каждый раз, когда Панчай вводил в него твердый член, Вин тут же вздрагивал и по его лицу текли слезы. Всё, что он мог сделать, это расставить ноги пошире, затем приподнять бедра и позволить члену проникнуть глубоко в его тело, погружаясь по одному шарику, пока тело не прочувствует это и не получит удовольствие. Хлоп…хлоп... Тело Панчая раскачивалось всё быстрее и быстрее, большие капли пота стекали по его лицу, по подбородку и по лицу человека внизу. Вин прищурился и посмотрел вверх, а потом он увидел... дьявола, который полностью обезумел. А это также означало, что он соглашался с самыми непристойными действиями оппонента. Когда Чай увидел, что Вин не чувствует дискомфорта от его вживленных бусин, то как человек, подготовивший это тело... он изо всех сил начал двигаться в сумашедшем ритме. Скрип… скрип... -Э-э-э, а….ха...ха... В этот момент звук ударов ножек кровати о пол спальни разносился повсюду, как и звук двух обнаженных тел на простынях, который становился всё громче, учитывая интенсивность движений этих двоих. Хотя Панчай лишь издавал сильный хрипящий звук, выражение его лица было напряженным: зубы стиснуты, а в глазах проносился ураган, что свидетельствовало о том, что желание внутри этого тела отчаянно умоляло хозяина, но…… Но он спокойно остановился. В этот момент Вин не знал, что человек сверху остановился, потому что, если бы фрикций было на одну больше… Фавин сразу бы кончил. Юная модель вот-вот дошёл бы до эпогея своей похоти. -Ещё... ещё... ещё... Чай... ах… В этот момент мужчина, который не хотел целоваться, когда играл с ним, накрыл губы модели и энергично начал их сосать, при этом его язык глубоко проник в рот, делая дыхание практически невозможным. Тем не менее, это также облегчило Фавину высвобождение всей его спермы. В этот момент слова Сирапопа эхом отозвались в голове Панчая… -Блять…- вырвалось у Вина, когда он, закусив губу, стал эякулировать. Теперь Вин был не в кровати Сирапопа, не с Юньшань Ваном и другими мужчинами, а с ним... Панчай сказал себе, что никогда больше не позволит своему хозяину закусить губу перед другими, когда он кончает. Если бы Сирапоп увидел это стонущее, почти задыхающееся выражение лица, Чай бы стер его без следа! -Омг… эх.. ааа... Вырвавшись из интенсивного поцелуя, Фавин лежал в изнеможении на кровати, его грудь вздымалась рывками, но он снова открыл глаза, когда кто-то вытер пот с его лба. Кое-кто наконец-то готов сделать перерыв. -Сначала… вытащи. — прошептал Вин, поднимая дрожащие глаза, но… -Мы ещё не закончили. -!!! У Фавина, который это услышал, округлились глаза, потому что это означало только одно... это еще не конец... сладкой пытки. -Ты кончил. - голос говорящего был таким низким, что Вин поежился от холода. -Подожди... подожди минутку... подожди... ах..!!! В этот момент Вин поднял лицо и покачивался из стороны в сторону, когда волны удовольствия, прокатившиеся по телу, заставили его руки ещё сильнее вцепиться в матрац и в тоже время по комнате разносились громкие стоны. Все вышеперечисленное рассказывало историю Вина… а для Панчая... это было только начало.