После точки невозврата

Прошло два дня, но ничего не изменилось. На часах девять вечера, Исо сидит в своём кабинете и крутит в руке стакан с виски, рассматривая янтарную жидкость. Фадиме его поражает и немного сбивает с толку, если быть честным. Она тупо ушла в работу, доходило до того, что вчера Исо её буквально выгонял из офиса в десятом часу, чтобы та поехала домой. А когда Исо приезжает на работу, Фадиме уже в своём кабинете. Она берётся за все дела сразу, ездит на встречи, ведёт переговоры и, кажется, не собирается останавливаться. Её вид всегда сдержанный, собранный и сосредоточенный, ушла лёгкость из её поведения, в их разговорах даже шутку некуда вставить, хотя раньше с этим проблем не было. А каждый раз, когда Исо спрашивал простое: «Как ты?», получал раздражённый взгляд, поджатые губы и сухое в ответ: «Я в норме и просила не поднимать эту тему». И всё, снова работа, работа, работа… Исо прекрасно понимает, что Фадиме это, видимо, необходимо, чтобы не думать о том, что произошло. Да и спорить не может с тем, что сам бы поступил так же, если бы в его жизни произошло что-то подобное. Что вообще может чувствовать Фадиме сейчас, когда её предал и ей изменил муж, с которым она была в браке столько лет и была счастлива? А Фадиме была, Исо это видел и скрипел зубами, потому что не он делал счастливой эту девушку. А теперь внутри Фадиме разбита, Исо это чувствует и в глазах видит, глаза не врут, что бы ни говорила Фадиме. Нужно терпение и время, но как же хочется каждый раз обнять, прижать к себе, позвать куда-то, чтобы отвлечь от тяжёлых мыслей, но если Исо начнёт сейчас напирать, вряд ли из этого выйдет что-то хорошее. Исо медленно моргает, выплывая из своих мыслей, когда телефон вибрирует на столе. Он проводит пальцем по сенсору и отвечает: — Да, Эюпхан. — Исо, извини, ты, наверное, уже свалил, — вздыхает он. — Я тут заканчиваю проверять последний договор… — Заходи ко мне, я в кабинете, — перебивает Исо. — Бухаешь? — усмехается Эюпхан. — Имею право, пятница, — фыркает Исо и делает глоток. — Я уже в пути. Эюпхан заходит в кабинет, кидает договор на стол Исо, садится напротив и тянется к его стакану. Сделав глоток, говорит: — Хочу закончить, чтобы не думать об этом в выходные, а в понедельник утром отправить их юристу. Глянь на пятой странице, пункт 6.2.2. Исо внимательно читает и кивает: — Да, всё правильно, это наше условие. — Отлично, — кивает Эюпхан и забирает договор. — А ты чего здесь сидишь? — Думаю, — спокойно отвечает Исо, смотря в глаза другу. Он Эюпхану ничего не рассказал, как и просила Фадиме. — О чём? — дёрнув бровью, спрашивает Эюпхан. Исо проводит языком по внутренней стороне щеки и молчит. Эюпхан всё равно узнает, как и весь офис, а вот поговорить хочется. К тому же его друг болтать не будет, остаётся надеяться, что Фадиме не вцепится в него мёртвой хваткой за то, что Исо поделился с другом. — Мне в среду Фадиме сказала, что разводится, — тихо говорит Исо и тянется за своим стаканом, забирая его из рук Эюпхана. — Ягыз изменил ей, и Фадиме всё лично увидела, когда вернулась домой пораньше. Эюпхан хлопает глазами, не сводя взгляда с Исо, который наливает себе ещё. Потом пальцем проводит под воротом рубашки и хрипит: — Да, надо выпить. Эюпхан встаёт, берёт ещё один стакан, ставит его перед Исо, который наливает и ему, и садится снова напротив друга. — И что будешь делать? — серьёзно спрашивает Эюпхан. — Не говори мне, что ты не думал… — Эюпхан, ты прикалываешься? — фыркает Исо, развалившись в кресле и крутя бокал на своём бедре. — Я, блять, постоянно думаю. Но Фадиме мне сказала, что я ей не лучший друг и она не будет это обсуждать, когда я приобнял её и хотел поддержать. Она работает как ненормальная, я задолбался её из офиса вечерами выгонять. А если учесть сейчас её появившиеся проблемы с доверием… — То я тебе не завидую, — Эюпхан цыкает и поджимает губы. — Я просто в шоке, друг мой. — Да уж, — вздыхает Исо. — Но я подожду, не знаю сколько, это неважно. Блять, так хочется быть рядом. Исо вздыхает и откидывает голову на спинку кресла, смотрит в потолок. Эюпхан раздумывает над тем, что услышал, рассматривая Исо. Его друг помешан на Фадиме, Эюпхан это прекрасно знает, потому что именно с ним Исо и мог обсудить то, что чувствует. Поэтому в последнее время его реально напрягало то, что Исо просто на других смотреть не может, безответные чувства — это не то, что ты желаешь для своего друга. А вот теперь Исо зацепится за возможность, Эюпхан в этом уверен, а сколько придётся пробиваться через эту стену, не знает никто. — Я понимаю, что для тебя их развод как зелёный свет светофора, — Исо поднимает голову и смотрит на Эюпхана. — И да, я даже рад за тебя, хотя вся ситуация пиздец мерзкая для Фадиме. И, кроме того, что я хочу пожелать терпения, мне сказать нечего. — Ну спасибо, — усмехается Исо. — Да пожалуйста, — Эюпхан поднимает стакан, — обращайся. А сейчас поехали к тебе, работать я всё равно не смогу, договор возьму с собой. — Поехали, — вздыхает Исо и вызывает такси.

***

Фадиме не сразу заметила, как наступил вечер. Рабочий день давно должен был закончиться, но она всё ещё сидела за столом, просматривая документы и делая пометки в папке. За последние два дня она буквально растворилась в работе, не давая себе ни секунды на то, чтобы остановиться и подумать. Это было проще.Пока она занята — она не чувствует. Пока она в переговорах, в цифрах, в чужих проблемах — у неё нет времени возвращаться к своей. За эти два дня Исо уже несколько раз выгонял её из офиса почти силой, раздражённо напоминая, что рабочий день заканчивается не просто так. Но Фадиме каждый раз только кивала, собирала вещи и на следующий день приходила ещё раньше. Ей нужно было это.Иначе — она бы сломалась. Она закрыла папку и на секунду прикрыла глаза, чувствуя, как усталость тяжёлой волной накрывает плечи. В офисе стало тихо. Где-то вдалеке ещё слышались голоса, но в целом этаж уже пустел. Рабочий день закончился, и люди разошлись по своим делам, оставляя за собой привычный гул, который постепенно сходил на нет. Фадиме медленно выдохнула и потянулась за телефоном.Девять вечера. Она на секунду замерла, глядя на экран, а затем словно очнулась.Сегодня прилетает Элени. Мысль пришла резко, но не болезненно — скорее неожиданно мягко. Как будто внутри впервые за эти дни что-то сдвинулось. Фадиме провела пальцами по виску и медленно выпрямилась, оглядывая кабинет. Ей нужно было ехать домой.Собраться. Хоть немного привести себя в порядок. Она не хотела встречать Элени в таком состоянии, с этим выражением лица, с этой тяжестью в глазах. Та всё равно всё поймёт, но… хотя бы не сразу. Фадиме встала из-за стола, собрала документы в аккуратную стопку и на автомате проверила, всё ли на своих местах. Руки двигались привычно, чётко, будто она всё ещё была в работе, но внутри уже не было той напряжённой собранности. Там появилось что-то другое.Ожидание. Она накинула пиджак и вышла в коридор. Свет был приглушённым, большинство кабинетов уже пустовали. Фадиме прошла мимо приёмной и машинально бросила взгляд на дверь кабинета Исо.Закрыто. Кажется, он уехал, с Эюпханом. Мысль прошла спокойно, без привычного внутреннего напряжения, и Фадиме даже не задержалась на ней. Сейчас это было не важно. Она направилась к лифту, чувствуя, как шаги становятся чуть быстрее, будто тело само подталкивало её к выходу. На улице уже стемнело. Город жил вечерней жизнью: машины, свет фонарей, редкие прохожие. Фадиме вдохнула прохладный воздух и на секунду остановилась, позволяя себе просто постоять. Сегодня она едет не просто домой.Сегодня она едет встречать Элени.И от этой мысли стало немного легче. Фадиме села в машину, завела двигатель и, не задерживаясь, выехала со стоянки. Дорога до дома прошла быстрее, чем обычно — возможно, потому что впервые за эти дни у неё была цель, не связанная с работой. Дома её встретила тишина и всё ещё неразобранные коробки. Фадиме прошла в квартиру, включила свет и на секунду остановилась в центре комнаты. Здесь всё ещё было чужим.Но сегодня это не давило так сильно. Она быстро прошла в спальню, переоделась, собрала волосы, умылась холодной водой, стараясь хоть немного убрать следы усталости. Затем направилась на кухню выпить воды. Фадиме бросила взгляд на телефон, проверяя время прилёта, будто могла что-то перепутать или пропустить. Рейс был по расписанию. До посадки оставалось ещё немного, но тянуть больше не было смысла. Она отложила телефон и на секунду задержалась у окна. Внизу всё так же двигалась ночная жизнь города, огни отражались в стекле, и на мгновение ей показалось, что всё это происходит не с ней. Слишком быстро, слишком резко изменилась её жизнь за эти несколько дней. Фадиме тихо выдохнула и провела ладонью по волосам, собирая их назад. Внутри всё ещё оставалась тяжесть, но теперь рядом с ней появилось что-то ещё — ожидание. Тёплое, живое, настоящее. Она прошла в прихожую, взяла ключи от машины и, накинув пальто, на секунду остановилась у двери. Рука сама потянулась к выключателю, свет погас, и квартира снова погрузилась в полумрак. Теперь она ехала не просто домой. Она ехала встречать Элени. Фадиме закрыла дверь и вышла, не оглядываясь. Аэропорт встретил её привычным шумом — объявления, гул голосов, люди с чемоданами, встречающие с цветами и табличками. Фадиме стояла чуть в стороне, не сводя взгляда с выхода, и сама не замечала, как крепче сжимает в руках телефон. Сердце билось быстрее, чем обычно. Она пыталась сохранять спокойствие, но внутри всё равно нарастало волнение, смешанное с чем-то тёплым, почти забытым за эти дни. Пассажиры начали выходить один за другим, и Фадиме машинально всматривалась в лица, пока вдруг не увидела знакомую фигуру. — Элени… — тихо выдохнула она, уже делая шаг вперёд. Та тоже заметила её почти сразу. Лицо Элени озарилось искренней улыбкой, и, отпустив ручку чемодана, она почти побежала к ней. Они встретились на середине пути. Фадиме не сдержалась — сразу обняла её крепко, прижимая к себе так, будто боялась отпустить. Элени обняла в ответ, зарываясь лицом ей в плечо. — Тётя… — тихо сказала она. Фадиме закрыла глаза, чувствуя, как в груди что-то наконец отпускает. — Моя девочка… — выдохнула она, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть на неё. Она коснулась её лица, будто проверяя, действительно ли она здесь, рядом. — Ты как? — сразу спросила Элени, всматриваясь в её глаза. Фадиме чуть улыбнулась. — Сейчас лучше. Они обменялись короткими поцелуями в щёку, снова обнялись, уже спокойнее, но всё так же тепло. — Как долетела? — спросила Фадиме, беря её чемодан. — Нормально, — кивнула Элени. — Только устала немного. — Пойдём, — мягко сказала Фадиме. — Поедем домой. Они вышли из аэропорта, и прохладный ночной воздух сразу коснулся кожи. Фадиме открыла машину, помогла уложить чемодан и села за руль, бросив быстрый взгляд на Элени. Та устроилась на сиденье, осматриваясь с лёгким интересом. — Стамбул, — тихо сказала она, будто пробуя слово на вкус. Фадиме усмехнулась и завела двигатель. — Привыкай. Машина мягко тронулась с места, вливаясь в ночной поток. — Как брат с невесткой? — спросила Фадиме, не отрывая взгляда от дороги. — Переживают, — честно ответила Элени. — Папа вообще хотел сразу вылететь к тебе. Фадиме тихо хмыкнула. — Я знаю его. — Мама держится, но… — Элени чуть замялась, — ей тоже тяжело. Фадиме кивнула. — Передавай им, что я в порядке, когда позвонишь им. — Я передам, — мягко сказала Элени, а потом чуть повернулась к ней. — Но ты же понимаешь, что они всё равно будут переживать? Фадиме на секунду сжала губы. — Понимаю. Ненадолго повисла тишина, но она не была неловкой. — А Алейна с Омером? — спросила Фадиме, переключая внимание. Элени улыбнулась. — Как всегда. Ссорятся, мирятся, опять ссорятся. Фадиме невольно улыбнулась. — Значит, всё стабильно. — Да, — тихо рассмеялась Элени. Машина продолжала двигаться по освещённым улицам, и город вокруг жил своей ночной жизнью. — А ты? — спустя паузу спросила Фадиме. — Какие у тебя планы? Элени чуть выпрямилась. — Я хочу попробовать устроиться в клинику. Уже посмотрела несколько вариантов… — она на секунду замолчала, — и я правда хочу остаться здесь. Фадиме бросила на неё короткий взгляд. — И ты уверена? — Да, — спокойно ответила Элени. — Я давно хотела уехать. А сейчас… — она чуть улыбнулась, — сейчас это правильное время. Фадиме кивнула, чувствуя, как внутри становится чуть легче. Теперь она действительно не одна. Машина плавно свернула с основной дороги, направляясь в сторону дома, где их ждала новая глава — для обеих. Дорога заняла меньше времени, чем казалось. Ночной город постепенно редел, шум оставался позади, и когда машина свернула во двор жилого комплекса, стало заметно тише. Фадиме припарковалась и заглушила двигатель. — Приехали, — мягко сказала она, поворачиваясь к Элени. Та кивнула, оглядываясь вокруг с интересом. — Здесь красиво, — тихо заметила она. — Мне тоже так показалось, — улыбнулась Фадиме, выходя из машины. — Пойдём, покажу. Они поднялись на нужный этаж, и Фадиме, достав ключи, на секунду замерла у двери, будто снова проживая этот момент — первый вход в новую жизнь. Затем открыла замок и впустила Элени внутрь. Свет вспыхнул мягко, освещая просторную гостиную. — Ну… — Фадиме слегка развела руками, — вот. Элени прошла вперёд, медленно осматриваясь. Взгляд скользил по комнате, по большим окнам, по ещё не до конца разобранным коробкам, по аккуратно расставленной мебели. — Здесь очень уютно, — сказала она искренне. Фадиме улыбнулась, наблюдая за её реакцией. — Я сама не ожидала, что так получится, — призналась она. — Когда искала, думала, что возьму что-то на первое время… а тут… Она прошла дальше, открывая двери. — Здесь кухня, — кивнула она, — там гостиная, ты уже видела… и спальни. Фадиме толкнула одну из дверей. — Это моя, — сказала она, а затем открыла следующую. — А это будет твоя. Элени остановилась на пороге, оглядывая комнату. — Отдельная? — с лёгким удивлением спросила она. Фадиме усмехнулась. — Да. И знаешь, что самое странное? Она прислонилась к косяку, скрестив руки. — Я даже не думала, что здесь будет кто-то ещё. Просто взяла… а она оказалась с двумя спальнями. Она на секунду задумалась и тихо добавила: — Как будто всё уже было решено заранее. Элени посмотрела на неё внимательнее, и в её взгляде мелькнула тёплая улыбка. — Значит, так и должно было быть, — спокойно сказала она. Фадиме ничего не ответила, но внутри стало чуть теплее. — Ладно, — она выдохнула, будто стряхивая с себя лишние мысли, — давай вещи занесём, а потом подумаем, что делать дальше. Они быстро занесли чемодан, и когда всё было на месте, Фадиме прошла на кухню, открыла холодильник и на секунду зависла. — Я, кажется, заказала слишком мало еды, — с лёгкой усмешкой сказала она. Элени подошла ближе. — Это не проблема, — пожала она плечами. — Я не привередливая. Фадиме хмыкнула и достала упаковки. — Всё равно что-нибудь найдём. Они устроились за столом, разложив перед собой то, что было, — простую еду, но сейчас это казалось чем-то почти домашним. — Даже не верится, что я здесь, — тихо сказала Элени, оглядываясь. — Мне тоже, — честно ответила Фадиме. Они переглянулись и невольно улыбнулись. За окном уже давно была глубокая ночь, усталость начинала давать о себе знать, но внутри не было того тяжёлого одиночества, которое сопровождало Фадиме последние дни. Теперь рядом с ней был кто-то свой. — Завтра суббота, — сказала Фадиме, делая глоток воды. — Никуда не нужно спешить. — Это прекрасно, — тихо рассмеялась Элени. Фадиме кивнула. — Выспимся. И впервые за долгое время это прозвучало не как план, а как что-то по-настоящему возможное. Поев, девушки решили лечь вместе и выпить немного вина. Девушки лежат на кровати в спальне Фадиме. Фадиме положила голову на грудь Элени, та неторопливо перебирает пальцами её тёмные волосы, в другой руке держа бокал вина. Фадиме молчит и только вздыхает иногда, пока не затрагивая тему Ягыза и развода, да и Элени не собирается первой лезть с расспросами. Если Фадиме захочет поговорить, она сама начнёт. Поэтому они тихо болтают о семье, о работе. Элени рассказывает, отвлекает, слушая тихий и спокойный голос Фадиме, которая уже допивает второй бокал вина. Много Фадиме не нужно, она вообще мало пьёт, поэтому Элени думает, что с двумя бутылками та погорячилась. Но если ей хочется сегодня напиться, то она её понимает и даже поддержит, лишь бы Фадиме легче стало, насколько это возможно сейчас. Фадиме приподнимает голову и в два глотка осушает остатки вина в бокале, снова протягивает его Элени. Та поджимает губы и доливает им вино из первой бутылки, Фадиме снова берёт бокал и кладёт голову обратно. — Нужно как-то поехать в Трабзон, — Фадиме говорит медленно, она уже запьянела. — Я соскучилась по нашим. — Они тоже соскучились, — с улыбкой отвечает Элени. — Поэтому поезжай, когда сможешь. — Да уж… Кто же знал… что… — Фадиме утихла. Элени облизывает губы от вина и замирает, смотря на тёмную макушку и слыша горечь в голосе. Начинает массировать кончиками пальцев кожу головы, когда Фадиме усмехается и продолжает: — Знаешь, я тут подумала после нашего разговора с Ягызом, что я сама виновата, да, — Фадиме кивает, смотря перед собой. — Была плохой женой, не уделяла ему нужного внимания, пропадала на работе, которую поставила чуть ли не на первое место в жизни. И вот мой муж заскучал, — Фадиме нервно хихикает. — Нашёл помоложе и ту, кто уделял внимание, всё правильно. — Я сейчас очень надеюсь, что это шутка, — нахмурив брови, говорит Элени. — Что за бред ты несёшь? Фадиме поднимается и садится на кровати, смотрит на раздражённую племянницу ленивой, чуть пьяной улыбкой. — Ну, посуди сама, — фыркает Фадиме. — Я моложе не становлюсь, уже не такая свежая, как в двадцать лет, а там, оказывается, какая-то младшая сестра его партнёра. Куда мне до неё? Женщина, которая не вылезает из костюмов и офиса, не знает, как выглядит фитнес-центр изнутри, и которая ещё и родить не может, — Фадиме скрипит зубами и начинает злиться. — Только вот, сука, после того, что мы пережили, можно было просто бросить меня, а не вот так трахаться за спиной. Фадиме начинает быстро моргать и поднимает голову вверх, чтобы слёзы не потекли из глаз. Её накрывает и срывает, не нужно было ей пить, но злость сейчас приносит облегчение. И перед кем ей теперь ещё можно показать свою слабость, если не перед родными? Поэтому Фадиме снова делает глоток и опускает голову, пока Элени молчит и переваривает услышанное. — Он так и сказал, — хрипло продолжает Фадиме, не поднимая головы, — что меня не было рядом. Что он просил меня остановиться, а я работала. И да, это правда, но уж точно не причина так поступать. — Конечно, не причина, — твёрдо говорит Элени. — Это он себе так оправдание ищет? Что за бред? И хватит думать о том, что с тобой что-то не так. Ты зачем себя загоняешь ещё больше? Кто там лучше тебя? Вот пусть теперь и валит туда. Милая, ты не должна думать, что с тобой что-то не так, это неправда. И ты права в том, что он должен был решить всё это, а не изменять. Ты хоть убей меня, но как бы ты себя ни вела и что бы ни делала, этого не заслужила. Лучше бы правда бросил. — Он не отрицал, — Фадиме поднимает голову и смотрит в глаза Элени, — что та девушка ему нравится, понимаешь? Каким бы дерьмом он для меня сейчас ни был, я не могла и подумать, что он способен просто на интрижку, поэтому и так всё ясно, что там что-то большее. И вот тут возникает вопрос, — Фадиме пьяно усмехается, — что лучше: когда муж трахает каких-то шлюх просто ради разнообразия и потому что он блядун, или когда он тупо влюбился? — Фадиме, чёрт, никак не лучше, — Элени раздражённо дёргает плечами. — Что ты несёшь? Ты его оправдать хочешь? — Да пошёл он нахрен, чтобы его оправдывать, — резко кидает Фадиме. — Я просто слишком до хрена об этом думаю, пытаясь понять, зачем вообще всё это? — Фадиме машет рукой в сторону. — Зачем брак, зачем врать, зачем говорить одно, а делать другое? Зачем в унитаз смывать отношения длиной в шесть лет из-за хрен пойми кого? А там чувства, — Фадиме смеётся натянуто и допивает вино, морщит нос. — Видимо, такие чувства, которых я уже не вызываю. Фадиме жмурит глаза и выдыхает, трясёт головой, она реально запьянела. Элени кусает губу и смотрит на тётю, которая опустила голову и выглядит сейчас поникшей и такой слабой. Она не привыкла видеть сильную Фадиме такой. Поэтому двигается к ней и обнимает крепко, прижимает к себе и гладит по спине. Фадиме пальцами цепляется за её красную толстовку, дышит часто и всхлипывает, пряча свои слёзы в плотной ткани. — Милая, послушай меня, — тихо говорит Элени и выдыхает, как ей больно видеть Фадиме такой. — Ты ничем этого не заслужила, ты ничего не сделала, чтобы с тобой поступили так. С одной стороны, я рада, что ты говоришь со мной, выпускаешь это из себя, надеюсь, тебе станет легче от того, что я рядом. С другой, я не хочу, чтобы ты в чём-то винила себя. Ты прекрасная, умная, молодая девушка, у которой ещё вся жизнь впереди. И я верю, я знаю, что ты ещё встретишь того, кто сделает тебя счастливой. Да, понадобится время, чтобы пережить это, но я всегда буду рядом, ты же знаешь. — Я знаю, Элени, — глухо отвечает Фадиме и поднимает свои заплаканные прекрасные глаза. — Только ответь мне на вопрос: как после этого я смогу кому-то доверять? Я безоговорочно верила ему, а теперь как? Я хочу просто пережить это как-то и думать о себе, потому что вряд ли захочу кого-то снова впустить внутрь. — Ты захочешь, — Элени мягко улыбается и пальцами стирает слёзы с покрасневших щёк. — Не сейчас, возможно, не скоро, но это произойдёт. Фадиме фыркает и отклоняется. — Нет, спасибо, — Фадиме облизывает солёные губы, — мне хватило. Я просто хочу вздохнуть свободно, а завтра снова буду в порядке, просто сегодня твой приезд дал мне слабину, что вот я снова не одна… Сложно было быть одной. Но это всё не важно, я подала на развод, я забрала вещи, у меня новый дом и любимая работа, а всё остальное, что было «до», останется в прошлом. И, конечно, теперь ты рядом со мной. ​Фадиме встала с кровати, чуть пошатнувшись, и ушла на кухню. Элени проводила её взглядом, понимая, что Фадиме по привычке запечатывает боль внутри, уходя в дела с головой. «Лишь бы не перегорела», — подумала она, кусая губу.